Действительно, сентябрь начался с надежды.

В начале месяца, 4-го числа, выпущенная из карабина пуля убила в поселении важного командира. Он упал у церквей; и стремительность, с которой жители бросились к телу, чтобы забрать его, говорила о его большой роли.

6 сентября произошло событие еще более значимое: одна за другой рухнули башни новой церкви. Это произошло через шесть часов непрерывного артиллерийского обстрела – притом совершенно неожиданно.

Более того, к этому привело неприятное обстоятельство: по ошибке вместо разрывных снарядов по поселению в пушки Круппа зарядили обычные, малоэффективные при обстреле, поэтому решено было выпустить их все по церквям, пока не закончатся.

У этого решения был удивительный итог, упомянутый в двух полных энтузиазма рапортах. Армия наконец освободилась от высоких бойниц, с которых ее обстреливали осажденные, так как две башни, нависавшие над линией осады, резко сокращали мертвую зону для обстрела из всех траншей в округе.

Начиная с 18 июля на ее колокольнях сменяли друг друга опытные стрелки, от чьих острых глаз было не спрятаться никому; они поражали каждую цель, движущуюся вне прикрытия домов.

Оттуда по прибывавшим конвоям, стоило им перейти реку и сделать первый шаг на берегу в сторону лагеря, открывался жестокий огонь.

Свежее подкрепление – вспомогательная бригада, батальон паулистов и 37-й пехотный – как мы видели, получило первое свирепое приветствие врага как раз с этой каменной высоты.