Клио, одетая в мятую белую футболку, сидела на своем излюбленном месте – на коврике на полу, прислонившись спиной к дивану. Вокруг нее были разложены воскресные газеты, а в руках она держала недопитую кружку кофе, который постепенно становился все более прохладным. Ее золотая рыбка, носившая незамысловатое имя Рыбка, как всегда, усердно исследовала свой прямоугольный аквариум. Некоторое время она плыла медленно, словно бы подкарауливая какую-то невидимую добычу, а затем внезапно бросалась на что-то: может быть, на крошку еды, воображаемого врага или возлюбленного.

Несмотря на то что комната выходила на теневую сторону улицы и Клио открыла все окна, в помещении царила неприятная липкая жара. По каналу «Скай ньюз» шли новости, однако звук был приглушен – телевизор служил фоном. На экране поднимались клубы черного дыма и рыдали люди; прыгавшая в руках оператора портативная камера демонстрировала впавшую в истерику женщину, трупы, пустые здания, исковерканную груду металла, совсем еще недавно бывшую автомобилем, залитого кровью мужчину на носилках. Очередное воскресенье в Ираке.

Тем временем ее собственное воскресенье было в разгаре. Уже половина двенадцатого. Утро Клио провела просто великолепно: встала с постели, уселась на ковер здесь, в затененной комнате, и листала одну за другой газеты, пока глаза не устали так, что она уже не могла читать дальше, а мозг не перестал соображать. В квартире полный бардак, надо бы хорошенько прибраться, однако у нее не было ни сил, ни желания. Клио проверила мобильный телефон, ожидая увидеть ответ на сообщение, которое отправила Рою. Ничего. Вот же хмырь, подумала она. Хотя на самом деле проклинать следовало себя.

Затем Клио набрала номер своей ближайшей подруги Милли.

Трубку взял ребенок. Тонкий, протяжный, запинающийся голосок пятилетней малышки произнес:

– Алло, это Джессика. Скажите, пожалуйста, кто звонит?

– Твоя мама дома? – спросила Клио у крестницы.

– Мама сейчас очень занята, – важно ответила Джессика.

– Передай ей, пожалуйста, что это тетя Кило. – «Кило» – так Милли всегда называла ее, сколько Клио себя помнила. Это началось из-за того, что ее подруга страдала дислексией.

– Вообще-то, тетя Кило, мама на кухне, потому что сегодня к нам на обед придет много народу.

Затем, несколько мгновений спустя, в трубке раздался голос Милли:

– Привет! Как дела?

Клио рассказала подруге о конфликте с Грейсом.

Что ей всегда нравилось в Милли, так это то, что, какой бы горькой ни была правда, Милли никогда не стеснялась в выражениях.

– Ты чертова идиотка, Кей. Ну и чего, интересно, ты от него ожидала? Как бы сама поступила в этой ситуации?

– Но Рой пытался меня обмануть.

– И что? Все мужики врут. Так уж они устроены. Если хочешь долгосрочных отношений с мужчиной, прими как данность, что он лжец. Они все от природы такие, это у них заложено на генетическом уровне, понимаешь? Они говорят тебе то, что ты хочешь слышать.

– Просто супер.

– Нравится тебе это или нет, но тут уж ничего не попишешь. Женщины тоже врут, но по-другому. Я, например, частенько обманываю Роберта, имитируя оргазм.

– Ну и разве можно выстроить на лжи прочные отношения?

– Ой, не драматизируй, пожалуйста. Я вовсе не говорю, что все кругом сплошная ложь. Но если ты ищешь совершенства, Кей, то останешься одна. Единственные парни, которые никогда не будут тебе врать, – это те, что лежат в холодильниках в вашем морге.

– Черт! – внезапно произнесла Клио.

– В чем дело?

– Ничего особенного. Просто ты только что напомнила мне кое о чем, что нужно сделать.

– Слушай, у меня тут в любую минуту может начаться вторжение – к Роберту на обед придет куча клиентов! Давай я перезвоню тебе сегодня вечером, ладно?

– Без проблем.

Повесив трубку, Клио посмотрела на часы и поняла, что была настолько поглощена мыслями о Рое, что совершенно забыла съездить в морг. Они с Дарреном оставили тело неизвестной женщины, которую вчера вечером привезли с пляжа, на каталке, потому что все холодильники были заполнены – один из них вышел из строя, и его еще не заменили. Работник местного похоронного бюро собирался сегодня в полдень забрать два трупа, а она должна была впустить его и поместить женщину в один из освободившихся холодильников.

Клио заставила себя подняться на ноги. На автоответчике обнаружилось сообщение от ее сестры Чарли, которая звонила около десяти часов. Ну, не трудно догадаться, о чем пойдет речь. Ей придется выслушать подробный рассказ Чарли о неверном любовнике. Может быть, удастся уговорить сестру встретиться где-нибудь на свежем воздухе, в парке или на берегу моря, чтобы пообедать после того, как она управится в морге? Клио набрала номер, и, к ее облегчению, Чарли с готовностью согласилась, предложив ей знакомое заведение на взморье, рядом с «Арками».

Тридцать минут спустя, с трудом добравшись до работы в плотном потоке стремящихся на пляжи машин, Клио въехала через ворота на территорию морга и с облегчением увидела, что гробовщик пока еще не прибыл.

Верх автомобиля был поднят, и настроение Клио несколько улучшилось, когда она вспомнила, как несколько недель тому назад по дороге в загородный паб Грейс сказал ей: «Знаешь, когда я теплым летним вечером еду в машине с откинутой крышей, как сейчас, а рядом со мной ты, довольно сложно представить себе, что в мире что-то может быть не так!»

Она припарковала свой синий «эм-джи» на обычном месте, напротив входной двери серого, с облицовкой под крошку, здания морга, а затем открыла сумку, чтобы достать телефон и предупредить сестру, что, возможно, опоздает. Но сотового там не было.

– Вот блин! – выругалась она вслух.

Проклятье, ну как она могла его забыть? Клио никогда, никогда, никогда не выходила из дома без телефона. Ее «Нокиа» словно была прикреплена к ней невидимой нитью.

«Вот же дырявая башка! Рой Грейс, что, черт возьми, ты со мной творишь?»

Клио опустила крышу машины, хотя собиралась пробыть в морге совсем недолго, и заперла дверцу. Затем, поднявшись на крыльцо под камерой видеонаблюдения, она вставила ключ в замок на двери служебного входа и повернула его.

Одной из машин, движущихся в плотном транспортном потоке по Льюис-роуд мимо кованых ворот морга, была черная «тойота-приус».

В отличие от большинства автомобилей, направлявшихся к взморью, этот свернул налево, на улицу, идущую вдоль морга, а затем, в поисках места для парковки, медленно поехал вверх по крутому холму, вдоль которого с обеих сторон стояли небольшие домики с террасами. Миллиардер-в-пересчете-на-время улыбнулся. Прямо перед ним как раз было место подходящего размера. Ну просто как по заказу.

Затем он принялся снова сосать руку. Боль усиливалась и стала затуманивать сознание. Да и выглядела кисть тоже не очень хорошо. За ночь она еще больше распухла.

– Мерзкая маленькая сучка! – вскричал он во внезапном приступе ярости.

Хотя Клио и проработала в морге уже восемь лет, она все еще болезненно реагировала на запахи. Вот и сегодня, когда она открыла дверь, на нее пахнуло таким жутким зловонием, что это буквально сбивало с ног. Как и все сотрудники морга, Клио давно приучилась дышать через рот, но запах разлагающегося мяса – кислый, едкий, зловонный – был тяжелым и приторным и висел в воздухе, как будто отягощенный лишними атомами, окутывая все невидимой дымкой, кружился вокруг нее, просачиваясь сквозь каждую пору.

Как можно скорее, задержав дыхание и позабыв о том, что собиралась позвонить сестре, Клио поспешила мимо своего кабинета и вошла в небольшую раздевалку. Сняв с крючка свежий комплект зеленой спецодежды, она сунула ноги в белые резиновые сапоги, достала из пачки новую пару латексных перчаток и надела их на вспотевшие руки. Затем нацепила маску – не то чтобы это сильно уменьшало вонь, но немного помогало.

Она повернула направо, прошла по выложенному серой плиткой короткому коридору в приемную, смежную с прозекторской, и включила свет. Умершая была зарегистрирована как «неизвестная» – так именовали все прибывшие сюда неопознанные трупы. Клио всегда думала, как же это печально – вот так закончить свою жизнь.

Покойница лежала на столе из нержавеющей стали, одном из четырех, составленных в ряд; оторванная рука была зажата между ног, волосы свисали назад, совершенно прямые, с запутавшимся в них крошечным пучком зеленых водорослей. Клио подошла к трупу, резко взмахнув рукой и вспугнув дюжину трупных мух, которые разлетелись по комнате. Сквозь вонь разложения она чувствовала и другой, не менее сильный запах – соли и моря. Клио начала осторожно извлекать водоросли из волос женщины, и внезапно ей расхотелось встречаться с сестрой на пляже.

В дверь черного хода позвонили. Прибыли гробовщики. Прежде чем открыть, Клио внимательно рассмотрела изображение на мониторе. Она помогла двум небрежно одетым молодым людям переместить трупы в пластиковых мешках в скромный коричневый фургон. Когда они уехали, Клио тщательно заперла все двери и вернулась в приемную.

Достав из шкафа в углу специальный белый пластиковый мешок, она вернулась к трупу. Клио ужасно не любила иметь дело с утопленниками. После нескольких недель пребывания в воде их кожа приобретала призрачный, сально-белесый цвет, да и текстура, казалось, тоже менялась, начиная напоминать слегка ороговевшую свинину. Существовал даже специальный термин – «трупный жировоск», или «адипоцир», о чем с блеском в глазах сообщил Клио патологоанатом, под руководством которого она когда-то начинала работать, большой поклонник всего, связанного со смертью.

Губы неизвестной женщины, ее глаза, пальцы рук и ног, а также частично щеки, груди и влагалище были объедены мелкими рыбешками и крабами. Сморщенные обглоданные груди лежали, растопыренные в разные стороны. Бедняжка не только лишилась большей части внутренних тканей, но и почти полностью потеряла человеческое достоинство.

«Кто же ты такая?» – задавалась вопросом Клио, слегка приподнимая тело, чтобы подложить под него мешок, но соблюдая при этом осторожность, дабы не повредить плоть.

Когда вчера вечером они с детективом-инспектором и представителем коронера Ронни Пирсоном осматривали труп, то не обнаружили никаких явных признаков насильственной смерти. Вообще никаких следов, кроме ссадин, которые вполне естественно появились на теле, перекатывавшемся по гальке в волнах прибоя. Правда, с другой стороны, труп находился в стадии глубокого разложения, так что улики уже вполне могли исчезнуть. Они известили коронера и получили предписание доставить труп в морг для проведения в понедельник вскрытия; устанавливать личность покойной, скорее всего, придется по зубам.

Теперь Клио снова внимательно изучала тело, пытаясь понять, что еще можно выяснить о судьбе этой женщины: не пропустили ли они след удавки на шее или входное отверстие от пули. Всегда бывает трудно определить возраст, ели покойник какое-то время провел в воде. Судя по всему, ей где-то от двадцати пяти до сорока лет.

Возможно, утонула, когда плавала, или же свалилась за борт. Не исключен суицид. Или даже, как это иногда случалось, тело похоронили в море, но прикрепили к нему недостаточный груз, вот оно и всплыло. Хотя в море обычно хоронят мужчин, а не женщин. Возможно, она в розыске как без вести пропавшая: каждый год бесследно исчезают тысячи людей.

Клио осторожно подняла оторванную руку и положила ее на пустой стол из нержавеющей стали рядом с телом. Затем так же осторожно начала переворачивать женщину на живот, чтобы осмотреть спину. И в это время услышала где-то внутри здания слабый щелчок.

Она подняла голову и какое-то время прислушивалась. Было похоже, что кто-то открыл или закрыл входную дверь.