Рой Грейс уставился на экран своего телефона, изучая сообщение, полученное от Клио:

Разберись с делами в Мюнхене. Позвони, когда вернешься домой.

Ни тебе подписи, ни поцелуев – лишь две сухие сердитые фразы.

Но, по крайней мере, она наконец перестала его игнорировать.

Грейс составил было в уме подходящий ответ, однако сразу же отказался от него. Потом придумал еще один вариант, но и этот тоже отверг. Клио можно понять. Он продинамил ее с воскресным обедом и уехал в Мюнхен, чтобы попытаться найти там свою жену. Кому такое понравится?

С другой стороны, она могла бы проявить хоть немного сочувствия. Он никогда не держал в секрете исчезновение Сэнди: Клио с самого начала обо всем этом знала. И потом, разве у него сейчас есть выбор? Наверное, каждый на его месте поступил бы точно так же, не правда ли?

Внезапно он разозлился на Клио: сказались усталость, напряжение, стресс и непрестанно палящее над головой солнце.

«Черт возьми, женщина, неужели так трудно понять, в каком я положении?»

Поймав на себе взгляд Марселя Куллена, Рой пожал плечами:

– Ох уж эти женщины.

– Все в порядке?

Грейс убрал телефон и взял кружку обеими руками.

– Хорошее пиво, – произнес он. – Просто замечательное. – И сделал большой глоток. Затем отпил обжигающе-горячего кофе. – Лучше не бывает, правда?

Kriminalhauptkommissar улыбнулся, словно бы не зная, что на это ответить.

Мужчина за соседним столиком курил вересковую трубку. Дым поплыл над ними, и запах внезапно напомнил Грейсу его отца, который тоже курил трубку. Он помнил все его ритуалы. Отец засовывал в мундштук трубки длинные и тонкие белые ершики, которые быстро становились коричневыми. Чистил ободок небольшим медным инструментом. Смешивал табак своими большими пальцами, набивал чубук, раскуривал специальными спичками, а затем утрамбовывал и снова поджигал. Гостиную мгновенно обволакивал дразнящий аромат серо-голубого дыма. А когда они ловили рыбу с маленькой лодки (или в конце Дворцового причала, или с мола Шорхемской гавани) и отец вынимал трубку, Рой обычно сначала определял направление ветра, а затем вставал с подветренной стороны, чтобы поймать клубы дыма.

Он задавался вопросом, что бы сделал его отец в этой ситуации. Джек Грейс любил невестку. Когда он лежал в хосписе, умирая слишком рано, всего в пятьдесят пять лет, от рака кишечника, Сэнди часами сидела у его постели, разговаривала с ним и играла в скребл, читала вместе с ним журнал «Спортинг лайф», где отец каждый день выбирал ставки, которые она за него делала. Они стали лучшими друзьями с того дня, как Грейс впервые привел свою избранницу домой, чтобы познакомить с родителями.

Джек Грейс всегда довольствовался тем, что имел, за чинами не гнался и вышел на пенсию в чине сержанта. В свободное время он возился с автомобилями и посещал скачки. Лишенный честолюбивых устремлений, отец Роя тем не менее был человеком основательным, строго соблюдал законы и должностные инструкции, не упускал из виду никаких мелочей… Он, без сомнения, одобрил бы поездку сына в Германию.

«Черт возьми, – внезапно подумал Грейс. – Мюнхен просто наводняют призраки».

– Скажи мне, Рой, – спросил Куллен, – а инспектор Поуп хорошо знал Сэнди?

Возвращаясь к реальности и своей сегодняшней задаче, Грейс ответил:

– Хороший вопрос. Он и Лесли были нашими лучшими друзьями – мы не один год ездили вместе в отпуск.

– Значит, он вряд ли мог ошибиться?

– Ну да. И его жена тоже.

Высокий и подтянутый молодой человек в желтой рубашке и красных брюках убирал кружки с освободившихся рядом с ними мест. У него была модная стрижка, светлые волосы уложены гелем.

– Извините, – обратился к нему Грейс. – Вы говорите по-английски?

– Даже слишком хорошо! – ухмыльнулся парень.

– Австралиец?

– Боюсь, что да!

– Прекрасно! Может быть, вы мне поможете. Вы работали в прошлый четверг?

– Я здесь каждый день. С десяти утра до полуночи.

Грейс извлек из кармана пиджака снимок Сэнди и показал его собеседнику.

– Вы, случайно, не видели эту женщину? Она была здесь в четверг, во время обеда.

Официант взял фотографию и несколько мгновений внимательно изучал ее.

– В прошлый четверг?

– Да.

– Нет, не припомню. Но это не значит, что ее здесь не было. Сюда ежедневно приходят сотни людей. – Он замялся. – Черт, я постоянно вижу так много лиц, что все они сливаются воедино. Если хотите, могу спросить у коллег.

– Да, будьте так любезны, – кивнул Грейс. – Для меня это действительно очень важно.

Австралиец ушел и вернулся через несколько минут с целой группой молодых парней в одинаковой униформе.

– Заранее извиняюсь, что привел такую компанию, – сказал он. – Это самые глупые люди на планете. Но это лучшее, что я мог сделать! Авось и от них будет какой-нибудь прок.

– Да пошел ты подальше со своими шуточками, Рон! – огрызнулся один из официантов, невысокий коренастый австралиец с шевелюрой, похожей на подушку для иголок.

Он повернулся к Грейсу:

– Простите моего приятеля, он умственно отсталый. Увы, это от рождения – мы постоянно над ним прикалываемся.

Грейс натянуто улыбнулся и протянул парню фотографию.

– Я ищу эту женщину. Думаю, она была здесь в прошлый четверг во время обеда. Скажите, кто-нибудь из вас видел ее?

Коренастый австралиец взял снимок, некоторое время изучал его, а потом передал по кругу. Все по очереди покачали головой.

Марсель Куллен запустил руку в карман и вытащил оттуда стопку визитных карточек. Он встал и раздал их молодым людям. Внезапно все они стали более серьезными.

– Я вернусь завтра, – пообещал полицейский. – Сделаю несколько экземпляров фотографии, чтобы у каждого из вас была под рукой. Если эта дама вдруг снова тут появится, пожалуйста, немедленно позвоните мне на мобильный или в мюнхенское Landeskriminalamt[14], тут все номера указаны. Это очень важно.

– Не беспокойтесь, – кивнул Рон. – Если эта женщина вдруг сюда придет, мы непременно вам сообщим.

– Буду очень признателен.

– Обязательно позвоним, даже не сомневайтесь.

Грейс поблагодарил их.

Когда персонал вернулся к своим обязанностям, Куллен поднял бокал с пивом и, глядя Грейсу в глаза, пообещал:

– Если твоя жена в Мюнхене, Рой, я найду ее для тебя. Как вы говорите в Англии? «Сколько бы это ни стоило?»

– Почти. – Грейс поднял в ответ свой бокал и чокнулся с немцем. – Спасибо.

– Я также составил для тебя список вопросов. – Марсель вытащил из внутреннего кармана небольшой блокнот. – Представим, что Сэнди каким-то образом оказалась здесь, до этого прожив всю жизнь в Англии. Логично будет предположить, что есть определенные вещи, по которым она скучает, так?

– Какие, например?

– Еда. Она может скучать по каким-то блюдам?

Грейс на мгновение задумался. Это был хороший вопрос.

– Паста мармайт! – вспомнил он. – Сэнди ее просто обожала. Каждый день ела тосты с ней на завтрак.

– Отлично. Стало быть, мармайт. На продовольственном рынке Виктуалиенмаркт есть павильон, где продаются английские продукты для ваших экспатов. Я съезжу туда. – Куллен немного подумал и задал следующий вопрос: – Были ли у нее какие-нибудь проблемы медицинского характера? Может быть, аллергия?

Грейс напряженно вспоминал.

– Нет, аллергией Сэнди не страдала, но у нее были проблемы с жирной пищей. Всю жизнь, с самого детства. Стоило ей только съесть что-нибудь жирное, и у нее случалось ужасное несварение желудка – в таких случаях она принимала лекарство.

– Не помнишь название?

– Хломотил или что-то вроде того. Как вернусь, посмотрю дома в аптечке.

– Я могу навести справки в клиниках Мюнхена: уточнить, не заказывает ли это лекарство какая-нибудь женщина, похожая по описанию на Сэнди.

– Неплохая мысль.

– Есть много всего, на что нам также следует обратить внимание. Какая музыка нравилась Сэнди? Часто ли она ходила в театр? Были ли у нее любимые фильмы и киноактеры?

Рой просматривал список, составленный его немецким коллегой, а тот продолжал расспросы:

– А как насчет спорта? Сэнди занималась каким-нибудь спортом?

Внезапно Грейс понял, куда клонит Марсель, – и то, что всего пару часов назад казалось невероятно сложной задачей, сузилось до чего-то вполне решаемого. Он просто думал не в том направлении. Что называется, не видел за деревьями леса – это расхожее выражение было в данном случае очень уместным.

– Плаванием! – воскликнул Рой, удивляясь, почему он, черт возьми, и сам об этом не подумал.

Сэнди вечно была озабочена поддержанием формы. Но из-за травмы колена не бегала и не посещала спортзал. А вот плавание было ее страстью. Она чуть ли не ежедневно ходила в Брайтоне в общественные бассейны, а в теплое время года плавала в море.

– Итак, нужно проверить мюнхенские бассейны.

– Отличный план.

Снова заглянув в свои записи, Куллен осведомился:

– А твоя жена любила читать?

– А папа римский – католик?

Немец озадаченно посмотрел на Роя:

– При чем тут папа римский?

– Не обращай внимания. Просто английское выражение. Да, Сэнди с удовольствием читала книги. Особенно детективы. Английские и американские. Ее любимым писателем был Элмор Леонард.

– На углу Шеллингштрассе есть книжный магазин, который называется «Мюнхенская читальня». Его держит один американец. Туда ходит много англоязычных клиентов. Они могут обмениваться книгами. Кажется, у вас это называется буккроссинг, да?

– А этот магазин сегодня открыт?

Куллен отрицательно покачал головой:

– Нет, Рой, в Германии по воскресеньям все закрыто. В отличие от Англии.

– Надо было мне выбрать другой день.

– Ничего, завтра я сам займусь поисками. Может быть, нам стоит поесть?

Грейс благодарно кивнул. Внезапно у него разыгрался аппетит.

И тут, еще раз оглядев море лиц, он вдруг мельком увидел женщину с коротко стриженными светлыми волосами, которая вместе с компанией направлялась в их сторону, а потом вдруг резко развернулась и очень быстро пошла прочь.

С бешено колотящимся сердцем Грейс вскочил из-за стола и бросился за ней: пробежал мимо щелкающего фотоаппаратом японца, обогнул компанию туристов, снимающих свои рюкзаки. Он пытался догнать блондинку или, по крайней мере, не упустить ее из виду.