Андрей посмотрел на часы: половина шестого. Пора идти домой, Оксана, наверное, уже ждёт. Он отодвинул стопку непроверенных карт вызовов, с наслаждением потянулся и потёр глаза. Три часа сиднем сидеть и разбирать почерки подчиненных, выискивая врачебные ошибки, – то ещё удовольствие. Но должность заведующего отделением обязывает. Обычно он заканчивал около семи и к этому времени успевал и с картами разобраться, и поработать над очередной статьёй в «Вестник неврологии». Но сегодня он обещал Оксане пойти в театр. В оперном давали нашумевшую постановку «Петра Первого». Рассказывали, что во втором акте на сцену выезжает макет фрегата почти в натуральную величину и стреляет из пушек. Андрей не любил и не понимал оперу. Зачем нужно петь? когда можно выразить мысль нормальной речью. Но к театральным увлечениям молодой жены относился с уважением и по мере возможности поддерживал.

Дверь без стука распахнулась, в кабинет быстро вошла Оксана. Девушка была взволнована, лицо раскраснелось, в больших зелёных глазах стояла тревога.

– Что случилось? – Андрей поднялся навстречу.

– Андрюша, это снова началось!

– Что началось?

– Как тогда![112] Кто-то залез в нашу комнату и всё перевернул! Я так перепугалась, побежала к тебе…

Андрей взял супругу за плечи и почти насильно усадил в единственное в кабинете кресло с потёртой обивкой. Сам сел на стул напротив.

– Правильно сделала, что пришла. Успокойся и расскажи по порядку.

– Я вернулась из больницы, дверь в комнату приоткрыта – думала, ты дома, зашла, а там всё перевёрнуто, вещи из шкафа выкинуты, матрас на полу распорот, из тумбочки все ящики…

– Понятно, что-то искали.

– Но у нас нет ничего ценного! Я подумала, что снова началось…

– Но тогда у нас ничего не искали, наоборот, подбрасывали. Соседи дома были? Что-нибудь видели?

– Никто ничего не видел и не слышал. Только Мария Ивановна, вахтёрша, сказала, что выходил подозрительный тип – с восточным лицом, на монгола похожий.

– Выходил?

– Да, как он в общежитие попал, она не знает. На выходе пыталась его остановить, но он перепрыгнул через барьер. Очень ловкий.

Андрей поднялся.

– Пошли посмотрим.

– Андрюша, наверное, надо милицию вызвать?

– У нас что-то пропало?

– Не знаю, я не проверяла.

– Ну так давай проверим, а потом решим. Если ничего не пропало – милицию бесполезно вызывать…

Вечером пришли друзья. Андрей с вахты позвонил Николаю, рассказал о происшествии. Коля Неодинокий, двухметровый гигант, кровь с молоком, верный друг, тоже врач скорой помощи, непременный участник всех приключений и расследований, выслушав Андрея, ограничился кратким: «Ждите, скоро будем». Явился он, естественно, не один – с Мариной, женой, не менее встревоженной, чем супруг. Бывший сержант отдельной роты охраны в городке атомщиков, а ныне студентка юридического института, высокая и худенькая Марина способна была без видимых усилий обезоружить и уложить на землю здоровенного мужика, что в свое время произвело на Николая неизгладимое впечатление[113].

К приходу друзей Андрей и Оксана успели навести в комнате относительный порядок, заодно выяснили, что ничего не пропало. Вещи, документы и даже скромная сумма денег – всё было на месте. Оксана предложила друзьям чай, но Коля отмахнулся.

– Потом, сначала давайте решать, что будем делать.

– Я хотела милицию вызвать, – сказала Оксана, – но Андрей отговорил.

– И правильно, – поддержал друга Неодинокий. – Если ничего не пропало, они дело заводить не будут, не то что выяснять, кто к вам залез. У тебя, старик, есть предположение, кто это был и зачем?

Андрей ответил не сразу, задумчиво почесал голову, взглянул на Оксану, наконец произнёс:

– Не хотел бы оказаться правым, но не исключаю связь сегодняшнего происшествия с ленинградскими событиями.

– Я так и думала, – вздохнула Оксана.

– Старик, – поморщился Коля, – непонятно, давай конкретнее. Ты рассказывал, что в Ленинграде все крутилось вокруг пропавшей табакерки.

– Подменённой табакерки.

– Ну подменённой. И французский наёмник думал, что настоящая табакерка у вас, так?

– Так.

– Француза, ты говорил, зарезали, табакерку не нашли. Следовательно, её взял тот, кто француза прикончил. Так?

– Так.

– Ну и при чём тут вы?

– Сам не понимаю, но чувствую, что связь есть.

– Ребята, – вмешалась Марина, – давайте исходить из очевидного. Здесь что-то искали и не нашли. Значит, что?

– Что? – в голос переспросили Николай и Оксана. Андрей промолчал.

– А то, что следующим шагом неизвестных злодеев будет попытка узнать, где это что-то спрятано.

Оксана охнула и зажала ладонью рот. Коля уставился на жену:

– Какая попытка? Как узнать?

– Да очень просто, – ответил за Марину Андрей. – Поймать Оксану или меня в тихом месте и невежливо спросить.

– Похитить?! – Коля стукнул кулаком по столу и показал неизвестным фигу. – Фиг им! Мы этого не допустим!

– Каким образом? – поинтересовался Андрей.

– Ну… ну, вы переедете к нам. Поместимся. Дверь у меня железная и замки получше твоих.

– Это не выход, – покачал головой Андрей.

– Не выход, – повторила Оксана. – Мы не можем неизвестно сколько сидеть взаперти. У нас работа и вообще…

– И не надо сидеть взаперти, – настаивал Коля, – на улице мы вас охранять будем, сопровождать.

Андрей улыбнулся.

– Спасибо, Коля, я знал, что ты настоящий друг. Но вас мало для охраны, к тому же ты работаешь, Марина учится.

– Тогда не знаю. Ты что предлагаешь?

– Можно я скажу? – Марина подняла руку, как в школе.

Николай покосился на жену.

– Ну, говори.

– Мы действительно не сможем обеспечить полноценную охрану двоим. Но сопровождать Оксану мы сможем, хотя бы по очереди.

– Почему меня? – запротестовала Оксана. – А Андрея?

– Я буду осторожен и смогу, в случае чего, за себя постоять, – заявил Андрей.

– А ты у нас слабое звено! – добавил Коля.

– Я не слабая! – возмутилась Оксана. – Я тоже могу… Меня Андрей научил.

– Можешь, конечно, можешь, – Андрей обнял и поцеловал жену, – но лучше, если кто-нибудь из нас будет всё время рядом.