Воронов снова явился раним утром, но на этот раз Андрей с Оксаной уже встали. Почти весь предыдущий день они просидели в номере и теперь изнывали от скуки. Лейтенанты заняли номер напротив, один из них постоянно находился в коридоре. Только после обеда в ресторане гостиницы им разрешили совершить небольшую вылазку в магазины по строго обговоренному маршруту. Ни днём ни ночью ничего не произошло, Белов не объявлялся.

Олег не улыбался, как обычно, не подтрунивал над супругами, вид у капитана был расстроенный.

– Что-то случилось? – поинтересовался Андрей, когда Воронов занял любимое кресло.

– Случилось. – Капитан поморщился, как будто у него болел зуб. – Вчера этот гад убил сотрудника уголовного розыска и чуть не убил некую Надежду Крупину.

Оксана охнула и зажала рот рукой.

– Как это произошло и кто такая Крупина? – спросил Сергеев.

– Надежда Крупина – любовница племянника, она как раз его в гости ждала, стол накрыла, не знала, что он убит. К ней пришёл оперативник из уголовного розыска, а следом явился Белов. Милиция его разыскивала по подозрению в убийстве, и оперативник пытался Белова задержать.

– А что Белову понадобилось у любовницы? И как он её нашёл?

– Белова к любовнице племянник приводил. Он её квартиру как конспиративную использовал. Видимо, там с наёмником план похищения табакерки обсуждал и о цене договаривался. Крупина говорит, что они на кухне долго и громко спорили.

– Любовница пострадала?

– В реанимации. Он её пытал, думал, что племянник ей табакерку оставил.

– И как ей удалось живой остаться?

– Благодаря бдительности наших граждан, – впервые улыбнулся Воронов. – Соседка Крупиной, пенсионерка, очень любопытная, дырку в стене проделала. У неё с Крупиной стена общая, картонная, раньше это одна квартира была. Вот соседка через дырку и вела скрытое наблюдение. Когда поняла, что дело плохо, вызвала милицию.

– Белова, конечно, не задержали?

– Куда там. – Воронов безнадежно махнул рукой. – Ушёл, гад, по водосточной трубе слез, там третий этаж. Но женщину спасли.

– Значит, Белов не поверил, что табакерку кто-то забрал? Понял, что племянник его обманывает? Зачем тогда врача убил?

– Вот это самое паршивое. Наши аналитики считают, что Белов психически неуравновешен, кидается в разные стороны и предсказать его поведение невозможно.

– Если он такой психованный, то сложная комбинация не в его стиле. Вломиться к Харитоновой, придушить хозяйку и забрать табакерку – это да. А мудрить с инсулином? Не сходится.

– Не забывай, что ему табакерку ещё из страны вывезти надо. После хищения мы бы первым делом границы перекрыли. Это же национальное достояние. А так вроде и хищения нет. Вот когда всё пошло не по плану, он с цепи и сорвался.

– А нам что теперь делать? – вмешалась Оксана. – Нас он будет искать?

– А чёрт его знает. – Воронов с раздражением ударил по ручке кресла. – Я же говорю, непредсказуем и потому вдвойне опасен. По логике, он сейчас должен куда-нибудь в щель забиться или вообще попытаться из страны свалить. Но для таких типов понятие логики не существует.

– Олег, я не отдыхать в Ленинград приехала. Мне в библиотеке заниматься надо.

– Ну и занимайся, – пожал плечами Воронов. – Только предупреждай заранее ребят, где и в какое время, и главное требование – не разделяйтесь. Мы вашу охрану порознь обеспечить не сможем, людей не хватит.

– Хорошо, – согласился Андрей, – я тоже в библиотеке поработаю. Давно пора за докторскую садиться.

– Вот и садись.

Олег поднялся.

– Побежал я. Думаю, скоро Белова возьмут. Вся милиция на ушах стоит. Убийство сотрудника они ему не простят. Как бы не пристрелили, когда брать будут.

– Ну и пусть пристрелят, вам-то он зачем живым нужен? – спросил Андрей.

– Как зачем? Он же только исполнитель, мы на заказчика без него не выйдем.

– Ну, выйдете вы на заказчика – и что? Он наверняка за бугром, ты сам сказал, что, скорее всего, во Франции. К суду привлечь не сможете.

– Подключим зарубежную агентуру, разворошим это змеиное гнездо, завербуем кого-нибудь. Будем знать, когда следующий исполнитель появится, подготовим ему достойную встречу.

– Ты думаешь, следующий появится? Пусть эта табакерка – историческая ценность, пусть она даже миллион фунтов стоит, всё равно сомнительно. Расходы явно немалые и риск…

– Как говорил Конфуций, не суди о ценности предмета по его внешнему виду: истинная ценность скрыта внутри.

– Ого! – изумился Андрей. – Я думал, вас в комитетской школе только стрелять, драться и шпионов ловить учат. А вы, оказывается, и китайских философов изучали.

– Ты даже представить себе не можешь, чему нас учили, – улыбнулся Олег. – Так вот, мы предполагаем, что дело не только в табакерке. Тут что-то ещё. Знать бы только что.