Алекс любил жить на широкую ногу. Даже сейчас, здесь, в чужом городе, он снял – чего мелочиться – сразу весь этаж. Каким образом он уламывал жителей, не знаю.

– Подожди, я воды принесу. – Алекс усадил меня в кресло.

Кажется, его обеспокоило поведение Тарлиева даже больше, чем меня. Просила же Влада не рассказывать! В итоге, вместо того чтобы наслаждаться вечеринкой, жених гонялся за мной по всем улицам на машине.

Я проводила Алекса задумчивым взглядом. Вокруг царил бардак: кучки людей хаотично перемещались по комнатам, гогоча, переругиваясь и пытаясь перекричать музыку. Бумажки, обертки, грязные носки и пластиковые бутылки валялись в самых неожиданных местах. Даже из-под себя я вытащила… томик «Войны и мира»?

Культурные гости, да. Я открыла книгу, невесело хмыкнула на грязные носки вместо закладки и положила книгу на стол. Очень культурные.

Я стянула шарф, сложила пальто на ручку кресла и встала, чтобы подойти к книжному шкафу, а точнее, к фотографии Алекса вместе с отцом. Оба над чем-то смеются – о да, я помню тот день.

Вечером отец Алекса погиб.

У Алекса сложная судьба. Его семья не хотела сидеть на шее мелких кланов, поэтому из поколения в поколение собирала капитал. Отец его владел какими-то фирмами, точно знаю, занимался рекламой. Но на этом везение Алекса заканчивалось. Ему исполнилось только пять, когда нас познакомили, а ровно через год погибла его сестра.

В двенадцать он потерял двух братьев. Я хорошо помню этот переход, от ровного и спокойного Алекса – к Алексу ожесточенному, одержимому местью. Об охоте говорить не принято, о неудачной охоте – особенно, но по намекам я поняла, что он видел смерть братьев лично. Он был на той охоте, я уверена. Но попытки поговорить ни к чему не привели: он замкнулся.

Нет, внешне Алекс остался прежним, стал даже более самоуверенным (куда дальше, казалось бы). Начал встречаться с девушками, менял одну за другой. Порой это утомляло: только подружишься с очередной его пассией – как на следующий день Алекс эту девушку за дверь, и все мои старания насмарку.

После потерь он, похоже, боялся привязываться. Я бы сказала, что меня это беспокоит, но… нет. Я его понимала.

– Держи, – Алекс вручил мне целый поднос. Графин воды, стакан, горка печенья, вазочка конфет, чипсы, пакетик орешков… это мне запасы на зиму, что ли?

– А шоколадку? – вредно заметила я недостачу. Он усмехнулся, вытащил из кармана шоколадный батончик и даже вскрыл упаковку.

Ого. Неслыханная забота. Чтобы Алекс, да такой заботливый? Что-то нечисто. Я поставила поднос на тумбочку и занялась шоколадкой. А то передумает…

– Сластена! Смотри, растолстеешь и не влезешь в дверь, – беззлобно фыркнул он, скрещивая на груди руки. А потом вдруг нахмурился и строго допросил: – Почему на звонки не отвечала?

– Я…

– С братом домой поехала, – подсказал Алекс, скептически поднимая бровь.

– Ну, – уклончиво ответила я.

– А если верить его словам, то со мной, – продолжал жених убийственно бесстрастным тоном. – Интересно, кто из нас врет, он или я?

– Не хотела мешать твоей вечеринке, – вздохнув, призналась я.

– Лия! Какого лешего?! После вчерашнего подарочка не хватило мудрости не разгуливать в одиночку? Я же говорил, дождись меня после вуза! А если бы с тобой что-то случилось?

– Нашел бы себе новую невесту?

– Кто тебе сказал, что она мне нужна? – неожиданно резко бросил Алекс, и мне стало не по себе. Так бывает, когда что-то должна знать, а понятия не имеешь, что именно.

– Баба с возу, кобыле легче, ведь так?..

– Ты так нашу помолвку воспринимаешь? – еще более враждебно отозвался Алекс. Его глаза на мгновение потемнели, а потом он быстро мотнул головой и глубоко вдохнул. – Слушай…

– Алекс, дружище, а познакомь нас с цыпочкой, а? – Икнув, незнакомый парень хлопнул Алекса по плечу. Его глаза сфокусировались на мне.

Неприязненно усмехнувшись, я отклонилась назад и облокотилась о тумбочку. «Цыпочек» лучше искать в курятнике. А фауну вроде кошечек и телочек – в зоопарке или хлеву. Не нравятся мне такие подкаты.

– Не лезь к ней! – Алекс так жестоко оттолкнул гостя, что тот едва не опрокинулся.

– Да ты че, чувак?! – Впрочем, ругнулся «ухажер» только раз, а потом обнаружил за спиной мягкое кресло и, свалившись в него, сладко захрапел, позабыв обо мне и жестоком друге.

Пфф, сам виноват. Я ослепительно улыбнулась Алексу, а тот ревниво изучил зал – каждого парня, бросающего на меня любопытные взгляды, – и недовольно скривился, будто кислый лимон сжевал.

– Донжуаны никчемные, – прошипел он.

– Некоторые даже ничего, – повеселела я. Внимание любой девушке настроение поднимает, а реакция жениха отдельное удовольствие. – Даже весьма и весьма…

– Так. Пойдем-ка отсюда. – Парень схватил меня за руку и потянул из комнаты прочь. – Ты устала, едва соображаешь. Я, конечно, мешать не буду твоей личной жизни, но ты же потом прибежишь жаловаться, что тебя использовали и лишили… хм-м… ведь лишили?

Алекс подозрительно обернулся, но я лишь загадочно улыбнулась, понимая, почему он сам так обожает всех злить. Это приятно!

– Ладно. Я тебя в пустой квартире на ночь устрою. С тебя на сегодня хватит, пожалуй, вечеринок.

– Зануда, – не стала я спорить. Куда охотнее променяла бы всех этих ухажеров на одеяло с подушкой. Такое теплое, мягкое одеялко… – Но лучше домой проводи. Анька одна!

– Она у Влада.

Все, сдаюсь. Остаюсь ночевать у Алекса.

Десять утра. Сложив руки на груди, я рассматривала потолок. Зачем засыпать, когда вставать пора?

Не пойти, что ли, в вуз?

– Поднимайся, спящая красавица! – Кто-то с голосом Алекса плюхнулся на кровать. – Твой любящий брат звонил и уже грозился расправой.

– Знаю, – мрачно припомнила я десять пропущенных. Когда Влад успевает? Так и представляю, как он с утра пораньше приклеивает палец «Моментом» к кнопочке вызова. И так ходит, пока не отклеится.

– Эй, – лицо Алекса неожиданно очутилось между мной и потолком, пришлось сфокусироваться на нем. – Кто-то не в духе?

Кого-то придавили намертво к кровати, еще бы я была в духе! Сердито толкнув Алекса в грудь, я насупилась: как у него совести хватает так бессовестно ржать? И никакими силами теперь не сдвинешь.

– Не пойду в вуз, – сдалась я: мешок сверху так мешок сверху. Алекс, пока маленькими были, частенько по утрам так «будил». Если верить сценарию, следующим пунктом будет щекотка. Все равно не пойду в вуз!

Не хочу видеть Тарлиева после вчерашнего. И совсем не готова к встрече с Велором, спать хочу, а не глазки строить.

– А если поцелую? – сверкнул глазами Алекс, и его губы изогнулись в усмешке.

– Попробуй, – огрызнулась я. Блефует, тоже мне, напугал! Я попыталась снова оттолкнуть Алекса, но быстро поняла, что не выйдет.

Он склонился еще ниже, и в его серо-голубых глазах заплясали смешинки.

– Ну и попробую! – И куда-то не туда, под одеяло и на ногу, скользнула его рука, я аж вздрогнула. Холодные руки, холодные!

– Ты что делаешь?!

– Бросаю тебе вызов, – нагло заявил парень, медленно ведя рукой вверх.

Я замерла, чувствуя, как сердце предательски колотится в груди. Потому что… в какой-то момент прикосновение Алекса утратило невинность. Чувственное, даже слишком. Чересчур для дружеской потасовки.

И его глаза… смешинки вдруг погасли, будто откликаясь на стук моего сердца. Взгляд сначала стал задумчивым, потом решительно-осторожным, и серо-голубые глаза потемнели от… не знаю… не уверена… от желания?

– Алекс? – выдохнула я, ловя себя на неправильных мыслях.

Меня будто жаром обдало, когда я поняла, что сердце быстро стучит не только у меня. Рука парня скользнула выше, по рубашке, пока не остановилась на талии. Алекс вдохнул запах моих волос, и у меня тотчас перехватило дыхание.

На этот раз он не блефовал. Бабочки порхают в животе, так обычно говорят? Внутри разлилось тепло, предвкушение, волнение… и сама не заметила, как обняла парня за шею. Может, он этого ждал? Поймав мой взгляд, он улыбнулся – непривычно для Алекса, уязвимо, – и, помедлив, коснулся моей щеки. Склонился еще ниже…

– Пусик, ты где?! Я молоко разлила…

Ведро ледяной воды – не могло быстрее отрезвить! Я отпрянула от Алекса. Потом чудом вывернулась из его рук…

С кровати я вскочила в близком к шоку состоянии и уставилась на Алекса, тяжело дыша. А он, сев, уставился на меня. Я была напугана, а он, казалось, раздосадован. Чего ему беспокоиться, я же не первая очарованная его глазками!

– Подожди, Лия… – начал он, привстав, но появившаяся Катя оборвала его, потрясая в дверях опустевшим пакетиком молока:

– …придется обойтись без него, ничего?

– Да чтоб тебя, Катя!!! – закричал Алекс, вскакивая, чтобы поймать меня, но я метнулась в ванную и ловко защелкнула щеколду с той стороны. Врубила воду из всех доступных кранов и отшатнулась от двери.

Так. Я впервые в вуз хочу, сил нет.

Сказано – сделано. Я быстро умылась, пытаясь холодной водой пробудиться. Сдернув с вешалки платье, переоделась, мрачно расправляя складки. А потом выключила воду и решительно вышла из ванной. Алекс занят! Это первое, что мне надо запомнить.

– Лия? Подожди! – Алекс мгновенно вскочил, оттолкнув руку Кати. Девушка не обиделась, только пересела на кресло и надула губы, рассматривая длинные ногти на пальцах. Вот перед ней мне реально стыдно…

– Слушай, Алекс. Я тут опаздываю, мне надо заехать к Лене, так что я на такси. Классная юбка, Кать, – жизнерадостно притворилась я ничего не понимающим веником и быстренько набросила на себя пальто.

– Ты сбегаешь, – резко закрыл дверь жених, не выпуская меня из квартиры. Какой недовольный!

– Нет, – закивала я головой.

– Я должен… мы должны… – Алекс вздохнул.

– Потом поговорим, если ты о посылке. – Я все-таки отвоевала дверь и выскочила на лестничную площадку.

– Лия!

Окрик Алекса достиг меня уже в лифте. Я нажала на кнопку, улыбнулась и помахала парню рукой.

– Правда, не стоит, – радостно попрощалась я.

Двери захлопнулись. Фух. Я прислонилась к стене и выдохнула, растерянно приглаживая чуть вьющиеся волосы. Обошлось без разговоров и подколок! Сегодня от Алекса держусь подальше, пока в себя не приду. А там, уверена, Алекс опомнится и будем снова обычными друзьями…

…Ну, может, помолвленными друзьями, подумаешь!

Хотела забыть про Алекса? Мир услышал мои молитвы, ага. Он всегда очень точно слышит мои желания и старательно доказывает, что я с ними поспешила.

– Лия, позволь?.. – Меня внезапно выдернули с насиженного места, отобрали письменные принадлежности и потащили к свободной парте.

Я даже сообразить не успела, как оказалась на стуле, а Велор разместился рядом. Он небрежно ослабил воротник рубашки, сцепил руки в замок и откинулся на спинку стула в такой свободной и уверенной позе, будто лекцию здесь вел он.

Что сильно возмутило лектора.

Которого прерывали посреди увлекательного монолога.

Да, прямо посреди пары. Студенты синхронно развернулись в нашу сторону, озадаченные эффектным появлением парня.

– Молодой человек… – возмущенно начал лектор.

– Продолжайте, – разрешил Велор спокойно, и тишина в аудитории наконец-то нарушилась тихими смешками: ребята решили, что над лектором смеются. Но, взглянув на самого Велора, я вдруг подумала, что нет, он не смеется. Ему будто привычно было приказывать.

– Я бы попросил в следующий раз… – бедный лектор замялся, – не прерывать лекцию! Свидание устроите после!

– Учту. Впрочем, зависит от интереса, вызываемого лекцией, – безупречно спокойным голосом парировал Велор.

Или нет, все-таки смеется? Я покосилась на парня, кажется, полностью уверенного, что ему ничего за эти слова не будет. И лектор смирился. Стоило изумрудным глазам Велора сверкнуть – на мгновение, – как лектор вздрогнул и вернулся к лекции, как ни в чем не бывало.

– Вернемся к кривой спроса… – услышала я монотонную речь за кафедрой и полностью утратила нить увлекательного (не сомневаюсь) повествования.

Потому что Велор смотрел на меня. Долгим, проницательным взглядом. Мне пришлось ответить улыбкой, хотя чувствовала я себя при этом… странно. Волнительно. Тревожно. От одного присутствия Велора в такой близости сбивалось дыхание.

Фух, как жарко! Я старательно подавляла бешеный ритм сердца, пытаясь дышать ровно. Нельзя парню показывать, что смущена. Веди себя как обычно, Лия. Велор всего лишь парень. Ну да, парень-мечта. Я слегка растерялась, опустив на мгновение взгляд, и тут же смело посмотрела в изумрудные глаза. Вот именно. Просто парень.

Просто парень, который настолько отличается от других увиденных мною парней, что я не знала, как себя вести, и оттого чувствовала себя неловко. Только и всего.

– Ну вот, ты лишил лектора веры в светлое будущее, – наконец улыбнулась я, и на удивление голос прозвучал ровно. – Э-эм… спасибо за то, что вчера выручил.

Я нечаянно наткнулась взглядом на Тарлиева. Максим сидел на другом ряду и, уставившись на меня, глаз не сводил. Ни дать ни взять голодный волк в зоопарке, по какой-то причине записавший вас в меню.

Слово «голодный» отлично подходит! Во взгляде Максима ненависть поровну делилась с обещанием. Он действительно считает меня «своей», да? Это проблема.

Черные глаза полыхнули азартом, и Максим медленно ухмыльнулся – для меня персонально. Откинулся на спинку стула и развалился так, что даже Маша что-то сердито зашептала ему на ухо. От сестры Тарлиев успешно отмахнулся, отшив с насмешкой в глазах – причем насмешка предназначалась по-прежнему мне.

Захотелось язык показать. Не достанет. Я теперь Тарлиевых на пушечный выстрел не подпущу. Гордо отвернувшись, наткнулась на изучающий взгляд Велора.

– Надеюсь, он не твой парень? – усмехнулся уголком рта Велор, и я, поняв, что вопрос о Тарлиеве, брезгливо повела плечом.

– Максим? Упаси небо! Он сын… знакомых моей семьи. Иногда переходит границы. – Я глубоко вдохнула, дополняя про себя, что Максим мерзавец, козел и монстр паршивый, но выражаться при аристократичном Велоре не хотелось.

– Я так и думал. Он тебе не подходит.

– Вот как?

– Верно. Хотя без разницы. Я не боюсь конкуренции. – В изумрудных глазах полыхнуло пламя, и Велор едва уловимо подался ко мне. Легкое прикосновение к руке, якобы чтобы рассмотреть браслет, и тут же жгучий взгляд глаза в глаза.

К такому жизнь меня не готовила. Я замерла кроликом перед удавом, в томительном ожидании, а прикосновение Велора жгло кожу. Такое… необыкновенное чувство, будто не мурашки, но легкая внутренняя дрожь поднимается от запястья к самому сердцу…

Я вдруг поняла, что мне трудно дышать. От одного мимолетного прикосновения.

– Ты достойна лучшего, – произнес Велор, уверенно и спокойно.

Сзади кто-то вздохнул, и я быстро выпрямилась, заметив, что, повинуясь энергии Велора, подалась к нему неприлично близко. Парень не смутился и, улучив момент, склонился к моему уху.

– Ты мне нравишься, Лия.

И все. Так просто и без уловок. Никаких игр, никакой недосказанности. Честность и прямота Велора восхищали, а уверенность придавала уверенности и мне.

Или неуверенности, смотря с какой стороны посмотреть. Ах, почему он вчера этого не сказал? До инцидента с Алексом? Мое сердце радостно подскочило, и я не смогла выдавить ни звука. Улыбнулась, заправила волосы за ухо и – промолчала. Тем более Велор не требовал ответа. Кажется, он и так все понял. Понял верно.

Я не встречала таких парней.

И – что скрывать – я отвечала ему взаимным интересом. Он мне невероятно нравился. И больше всего нравилось, что он и без моих подсказок это знал.

Меня это восхищало…

Но и пугало тоже.

Он будто читал мои мысли.

Не думала, что сама буду искать брата. Подождав у двери деканата пару минут, я двинулась в его поисках по этажу. К счастью, он нашелся выходящим из аудитории неподалеку.

– Влад! – окликнула я, переходя с шага на легкий бег, чтобы догнать несносного зазнайку. Брат обернулся с таким тоскливо-обреченным выражением лица, что я поморщилась. Наградил же бог родственничком!

Видимо, подобные мысли посетили и Влада, поскольку взгляд его стал напоминать взгляд душегуба. Вежливого, но очень коварного душегуба.

– Кого я вижу в вузе? Свершилось чудо и моя сестра просветлела умом?

– Расслабься, братишка, это просветление временное, – отмахнулась я. – Мне надо…

– Кто бы сомневался, что временное и что тебе надо, – проворчал брат. – И что ты не заметишь, какая стопка папок в моих руках!

– Что?

Ой, да. Правда, не заметила. Стопку Влад, оказывается, прижимал подбородком к груди, с трудом удерживая ее на весу. То-то я думаю, у братишки такое лицо перекошенное.

– Возьми верхнюю часть, – приказал Влад, пока я раздумывала. Я возмущенно подняла глаза.

– Я же девочка! Мне нельзя тяжести таскать!

– Лия, ничего твоему платью не будет.

Я со вздохом перекинула сумку через плечо и избавила брата от половины папок. Маневр не удался. Мне сегодня маневры плохо даются… вот и с Алексом так нехорошо вышло. Надо было сразу с ним поговорить, а теперь страшно… и Велору нравлюсь… Вот не было печали! Я вздохнула еще тяжелее.

– Ну, серьезно, обожаемая моя, постираешь, если придется, – брат принял мой полный тоски вздох на свой счет и одарил меня фирменным укоризненным взглядом. Брр. Притихнув, я зашагала в ногу с братом.

– Влад… мне надо поговорить с тобой, – наконец выдавила я.

– Серьезно? – запнулся на ровном месте брат. Обычно я его избегала как огня. – Переходи к делу, мне страшно.

Я помялась, не зная, с чего начать. Надо ли рассказывать Владу о Черной метке?

Я покосилась на брата, всего такого раздраженного и уставшего от меня… а что толку ему говорить? На словах он герой, горы ради меня свернет. На деле? Пальцем о палец не ударит. Когда я просила его поговорить с отцом насчет вуза, он покивал, обещая, и даже не почесался. Главное, чтобы остальные заметили, какой он заботливый.

Ладно. С Черной меткой не все ясно. Кто ее прислал, еще вопрос. Говорить о ней – себе дороже. Придется рассказывать о моем парне, который внезапно обратился инкубом. И о том, что мы истребили этого инкуба, а тело оттащили в сарай, откуда тот сбежал, чтобы подбросить мне под дверь куклу с червяками.

Прелестная история, правда? А главное, очень правдоподобная. Скорее всего, после нее Влад похлопает меня по плечу, улыбнется и скажет: «А зеленых человечков в твоем плане отлынивания от занятий нет? Жаль, люблю фантастику».

Я встряхнула головой, отгоняя картинку, и решила о кукле пока умолчать. Тем более Макс же оговорился насчет посылки…

– Я не могу ходить в вуз, – не стала я ходить вокруг да около. – Только дослуш…

– Лия, мы уже это обсуждали! Ты не думаешь…

– Влад, – попыталась я вставить.

– …о будущем, вечно перечишь, надеешься на авось, но, Лия, это жизнь, самая настоящая, ты понимаешь? В жизни не бывает все так просто, надо работать локтями, надо к чему-то двигаться, надо учиться, потому что это залог твоего будущего! А что потом будешь делать… Честное слово, пора, пора, Лия, подумать о своем будущем! И…

И так каждый раз. Рот откроешь, и слушай лекцию часами. Я с кислой миной вытерпела, сражаясь с непреодолимым желанием крикнуть на весь вуз, чтобы мне дали сказать.

– Тарлиев угрожал мне, – дождавшись момента, когда Влад замолчал, чтобы глотнуть воздуха, я преградила ему дорогу и остановилась. – Вчера. Он мне чуть шею не перегрыз.

– Уверена? Думаешь, Тарлиев оборотень? – встрепенулся братик. – Так… Тарлиевы большая проблема. Я разузнаю и разберусь. Но это не повод пропускать лекции, – спохватился он.

– Я уже взрослая, Влад. Завязывай. Захочу пропустить лекции и пропущу.

– Нет, не пропустишь! – строго нахмурился он.

– О, простите, Ваше Величество, но если в стенах вуза будут нападать оборотни, то я пошлю все правила! – разозлилась я.

– Ты преувеличиваешь…

– Да?! Правда, что ли? – воскликнула я. Проходящие мимо студенты удивленно обернулись, и я, глубоко вдохнув, взяла себя в руки. – Мне, конечно, нравится Велор, которого ты ко мне приставил. Но даже ради него я так рисковать не собираюсь!

– Велор? – удивленно поднял бровь Влад.

Я насторожилась.

– Ты ведь знаешь Велора?

– Какого Велора…

– Велимира… не знаю его фамилии…

Я склонила голову, щурясь. Но ведь Велор сказал, что они с Владом друзья. Иначе откуда он так много обо мне знает?

Может, Влад просто не сообразил, о ком я. Ну мало ли, сколько Велимиров в моей группе. Может, все Велоры страны собрались в нашем дружном коллективе?

Или Велор соврал. Я уже открыла рот, чтобы уточнить, какого Велора имею в виду, но заметила среди студентов одного знакомого жениха. Он целеустремленно проталкивался в нашу сторону – точнее, перед ним целеустремленно все расступались.

Я на секунду залюбовалась. Алекс выгодно выделялся среди толпы. Уверенный в себе, красивый и стильный парень гипнотизировал девушек вуза, как кобра кроликов. Мне не понравилось то восхищение, с которым те провожали его взглядами…

Так, стоп. Опомнившись, я встряхнула головой, откидывая выбившиеся прядки волос назад. Нет-нет, я сейчас не готова с Алексом встречаться. Морально и вообще. К счастью, тот меня еще не заметил, так что я успевала сбежать на третий этаж.

– Возьми. Мне пора. – Нахмурившись, я вручила брату папки и кинулась наутек.

– Не расслабляйся, у тебя завтра две лекции! – успел растерянно крикнуть Влад, но я и внимания не обратила: к тому моменту успела скрыться на третьем этаже и вклиниться в толпу студентов.

Подожду начала следующей лекции. Где тут уборные? Пойду глаза подкрашу или губы, или волосы поправлю… какая разница, лишь бы Алекс туда не сунулся.

Раз… два… я постучала по циферблату наручных часов, пытаясь подогнать стрелку. Минут десять после начала пары выждала. Выскочив из туалета, я отправилась снова искать Влада. Может, он сидит и ждет не дождется, когда же я его найду.

Меня беспокоил Велор. Если он не друг Влада, тогда почему привязался ко мне? Я перепрыгнула последние ступеньки и вздохнула.

Оглянувшись, поискала глазами Алекса… нигде нет. В коридоре только пара девушек из моей группы – я скривилась, фу, одна из них Тарлиева. К счастью, Маша рассматривала доску расписания, и, пока она меня не увидела, я поспешила развернуться.

…Он появился внезапно. Тень, видение, можно называть как захочется. Я запнулась на ровном месте, сжала кулаки. Сердце остановилось, и воздух с хрипом вырвался из груди.

Мертвый инкуб смотрел на меня со злой усмешкой. Светлая косая челка падала на его лицо, глаза лихорадочно блестели… В его взгляде сквозила ненависть и в то же время страстное желание… этот взгляд… он напоминал взгляд Тарлиева.

Вот только я бы охотнее повстречала Тарлиева, чем нечистого, чье мертвое тело собственноручно оттащила в сарай. Я сделала шаг назад. Удары крови в ушах, гулкое эхо от моих каблуков и это мертвенно-бледное лицо – я больше ничего не видела и не слышала сейчас. Это кошмарный сон. Иначе и быть не может.

А инкуб стоял и не двигался, не отрывая от меня жуткого взгляда. Смотрел и смотрел. Смотрел и смотрел.

– Что тебе надо?! Отстань от меня!!! – не выдержала я, и мой крик эхом разнесся по коридору.

Инкуб моментально сгинул. Словно и не было никого.

А был ли?

Сзади послышались приглушенные смешки, и я, все еще дрожа, кинула быстрый взгляд на Тарлиеву.

– Говоришь со стенкой? Ну-ну, – издевательски протянула Машка, и вторая девушка захихикала. У меня вспыхнули щеки от стыда и гнева, и страха…

– Лучше со стенкой, чем с тобой, – нашла я в себе силы огрызнуться.

Я уже и сама не знала, в своем ли уме.