– Алекс! – Я забыла о демоне. Забыла об опасности. Забыла, зачем я здесь и что мир существует.

…Существует? Нет. Существовал…

Не знаю, как добралась до жениха и как упала перед ним на колени. Не помню, как взялась за кинжал, схватилась, не понимая, что теперь делать, но так и не решилась выдернуть из груди Алекса.

Я просто видела это сотни раз. Видела израненных охотников, видела этот блеск в глазах, когда становится понятно – человека не спасти.

Я так часто видела этот момент… но никогда не думала, что переживу это снова… с Алексом… с ним…

Я же Целитель! Разве не могу это исправить? Я разодрала рубашку на груди жениха, наложила руки. Слезы застилали глаза, ну же, ну! Мой родовой дар – целительство, пусть так и не удалось освоить способность до конца, но неужели и сейчас ничто не встрепенется внутри? Ну пожалуйста, прошу!

Увы, дар отказывался исцелять то, что исцелить невозможно. Я всхлипнула, упрямо пытаясь заставить родовую силу работать на меня, сделать невозможное…

– Эй… Злючка… – Дрожащие пальцы Алекса коснулись моих рук. Он будто призывал смириться. Ни за что! Кровь смешалась со слезами, я не могла их сдержать! Это чересчур… нет же! Так не может быть! Не с Алексом, нет, не с ним!

И когда его глаза закрылись, а дыхание застыло, мир исчез. Я закрыла глаза, сдерживая вопль, сдерживая слезы. Нет. Я не могу его отпустить. Нет-нет-нет!

Не могу позволить себе слабость. Не могу позволить себе горе сейчас.

Не сейчас!

Люди не возвращаются из мертвых. Это все знают.

Не возвращаются сами. Но если вмешается высший демон… ведь душа еще не ушла… Это безумная надежда. Демоны не воскрешают мертвых за спасибо. Демоны обманывают. Они наслаждаются чужим горем.

Может быть, у меня просто не было времени подумать, насколько безумна затея.

– Велор! – Глотая слезы, я нашарила в руке Алекса кулон. Смерть, запрятанная во флакончик. Я схватила склянку, бросила взгляд на смеющегося демона… он так смеялся, будто жаждал такого исхода…

Конечно жаждал! Глупая я! Все так и задумано!

Лишь бы Велор откликнулся… на что угодно пойду… ради Алекса, ради него, на все!

– Велор! – громче крикнула я и, схватив осколок, провела им по ладони. Мне нужна кровь. У меня нет других чернил. – Велор, призываю тебя!

Пара минут на все. Пара минут, может, пять – не больше. Я нарисовала кровью знак, как могла, схематично. Позвать три раза. Велора надо позвать три раза. Нет, он же Амброз… его имя Амброз! Мысли путались, сердце билось о грудную клетку, руки дрожали – я едва понимала, что делаю.

– Амброз, Амброз, Амброз! Ну пожалуйста, я все сделаю, только помоги! Амброз! Обещаю, ты получишь дочь в невесты… что угодно! Но ты нужен мне, прошу тебя!

Знак вызова полыхнул огненно-алым. Пламя пробежалось по всей окружности печати, вспыхнуло и рассыпалось искрами под ногой Лидариоса. Я впервые заметила на его лице страх. Даже ужас!

– Как ты меня достала! Надо было убить тебя сразу, ведь говорила мне мать! – зарычал он, замахиваясь. Я вскрикнула, закрываясь руками от хлесткой энергии, но, прежде чем та коснулась меня, ударил ветер. Такой сильный! Меня вытолкнуло с линии удара, демона бросило в противоположную сторону…

Упав, я не сразу поняла, что происходит, – а вот Лидариос раскусил сразу, судя по задрожавшему подбородку. Он боялся… о, как он боялся!

– Ну здравствуй, брат, – вздохнул Велор, перехватывая руку Лидариоса, занесенную для удара. – Разве я не предупреждал? Лия под моей защитой… а впрочем, в любом случае тебя убью…

– Ты… ты…

На моей памяти у Лидариоса никогда не дрожал так голос. А тем более у Тарлиева, чей облик он принял. Вечно самоуверенный, развязно-наглый парень теперь напоминал нашкодившего котенка. Он и смотрелся рядом со спокойным Велором до смешного жалким. Хорохорился. Пытался что-то из себя строить.

Но под жестким взглядом Амброза не мог двух слов связать.

– Хочешь мой трон? – ледяным голосом спросил Велор. Равнодушно, оттого жутко. Лидариос сжался, замерцал, будто пытаясь обратиться тенью, но Амброз лишь усилил хватку. – Не старайся. Я знаю твои фокусы.

– Ты меня не тронешь! – наконец выкрикнул Тарлиев.

– Почему? – с интересом уточнил Велор.

– Я твой брат! Ты не посмеешь!

– Я победил отца на поединке. А ты для меня вовсе ничто, – буднично заметил Велор и требовательно протянул в мою сторону руку. Флакон выскользнул у меня из пальцев и в мгновение ока оказался на ладони Амброза.

– Я… не хотел! Это все мать! Это она хотела, я лишь…

– Не продолжай. Ты хотел ее. – Он кивнул в мою сторону и резким жестом раздавил флакон. Пепел завис в воздухе под бдительным взглядом Правителя Аристола. Завис облачком, мерцающим и дымным. – Я знаю. Власть побочна, так?

Велор щелкнул пальцами, и пепел, вспыхнув, опустился в его руки кинжалом. Он обхватил рукоятку уверенным жестом, без тени колебаний; выдерживал молчаливую паузу. Я видела, как зажглись надеждой глаза Лидариоса – и как надежда потухла, когда Амброз в упор посмотрел на него.

– Ты хотел ее. Иными словами… ты хотел то, что принадлежит мне.

Лидариос вздрогнул, но в его глазах даже не успел мелькнуть страх. Лишь понимание, обреченность. Действия Велора, быстрые и неумолимые, даже для меня были слишком неожиданными. Я знала, что он убьет Тарлиева. Знала, что не станет колебаться. Или испытывать угрызения совести. Есть задача – есть решение. В какой-то мере я привыкла к этой стороне Велора.

Но он действовал подобно кобре – ожидаемо и по-прежнему внезапно.

– Прощай, брат, – спокойно и жестоко произнес он, когда Лидариос пошатнулся, схватившись за кинжал в груди. Огненные всполохи заструились от пальцев Велора. Сжигая в пепел кинжал, обращая пылью… в самом сердце демона…

«Клинок из пепла поразит его»…

Лидариос удивленно распахнул глаза, еще даже не поняв, что происходит. Вцепился в руку брата, задыхаясь, с выражением ужаса на лице. Растерянно поднял голову, чтобы встретиться с взглядом зеленых глаза. Невероятно зеленых глаз, всегда спокойных, даже сейчас.

– Скучать, пожалуй, не буду, – холодно протянул Велор, и в то же мгновение Лидариос покрылся сетью черных венок, расползающихся по его коже, по каждой клеточке… покрывающих его лицо… и он все кричал и кричал… все это время, пока его кожа обращалась пеплом, разваливаясь, обращаясь ничем…

…Пока не вспыхнула черным пламенем, разлетаясь прахом…

Велор не дрогнул. Выпрямившись, равнодушно взглянул на Алекса и, достав платок, в полной тишине вытер руки.

Черный ворон, слетевший сверху на полуразрушенную колонну, распушился и хрипло закаркал, словно приветствуя нового повелителя Аристола.

– Велор… – позвала я. Молчание затянулось. Я почти слышала, как утекает драгоценное время. Как утекает жизнь Алекса… – Велор!

Амброз повернул ко мне голову, равнодушный до боли жест. Он меня будто не видел, смотрел как на пустое место.

Кровь Алекса жгла руки. Я вдавила пальцы в грудь жениха, будто старалась запереть душу в теле, выгадать время.

– Верни его! Ты высший, я знаю, ты можешь! – крикнула я в отчаянии. Еще несколько минут, и даже высшему будет не под силу вернуть Алекса с того света! – Что ты молчишь?! Верни его, умоляю! Я сделаю что угодно, я буду твоей, я умру ради тебя, все что пожелаешь!

– Ты знаешь цену, – спокойно сказал Велор, не дрогнув и не сжалившись.

Я прикусила губу, сдерживая рыдания. Посмотрела на Алекса, дотронулась до его щеки… Да, я знаю цену. Сейчас она казалась смехотворной: единственный, от кого я вообще могла захотеть детей, – был мертв.

– Хорошо… все что угодно… Я подпишу договор. Первая дочь моего рода суждена тебе в невесты… – прошептала я. Губы онемели, я выталкивала слова с трудом, не веря, что их произношу.

– Принимаю! – потусторонним голосом произнес Амброз, и мир словно отозвался на его слова, пробежав ветром по комнате. – Отойди.

Велор приблизился к Алексу и со всей силы ударил по неподвижному телу ладонью. Прямо по груди, прямо по сердцу…

Алекса будто прошиб разряд. Такой силы, что даже на расстоянии каждый волосок моего тела встал дыбом! Алекс выгнулся, с хрипом вдыхая воздух, судорожно, жадно! А потом рухнул на пол, неподвижный, как и прежде…

…Живой…

Я не поверила своим глазам, его грудь размеренно вздымалась, он дышал тяжело – но дышал! С хрипами, свистами… Я подползала ближе… Я водила руками по его лицу, убирала волосы со лба. Вот теперь можно плакать. Рыдать хоть навзрыд. Что я и сделала, не в силах сдержаться. Никогда, никогда его больше не отпущу! Буду ходить по пятам, не позволю так рисковать больше!

Я до боли прижалась губами к его лбу. Чертов жених! Напугал до смерти! Придушу, когда очнется!

– Лия…

Я подняла голову и посмотрела в зеленые глаза, не зная, благодарить Велора за помощь или проклинать за сделку, на которую он заставил меня пойти. Его равнодушие… готовность наплевать на просьбы и оставить Алекса умирать… Признаюсь, я ждала другого. Часть меня хотела верить, что я хотя бы немного дорога демону. Что он поможет в любом случае.

Но демоны – не люди. Я ошиблась. И от этого было обидно и гадко на душе. Словно меня предали.

Я чувствовала обиду. Противную и тягучую, разливающуюся огнем по венам. Почти ненависть.

И все же… Когда я подняла голову, Велор смотрел иначе. Теплее. Мягче. Не было в его глазах ни ненависти, ни осуждения. Только спокойствие и понимание. И впервые за целый день… этот бесконечно долгий день… я почувствовала, что все переживу. Что я под защитой.

Ведь правда – он не обещал воскрешать Алекса из мертвых. Любой демон за подобное потребовал бы гораздо больше, чем просто нарожденную дочь в невесты…

Если задуматься, Велор никогда не ладил с Алексом.

По правде, в предложении Велора речь шла о защите моего ковена, а не о чуде.

Мне не за что его винить.

– Я выполню сделку, – глухо сказала я.

Хорошо это или плохо, что я прибегла к сделке с демоном? Я шла по пути собственной матери. История повторяется?

Но я хотя бы знала, что Амброзу можно доверять. Часть меня тянулась к нему как и прежде. Жалела о решении. Жалела о сделке. Худшая часть меня – жалела не только из-за призрачных вероятностей, но и из-за того, что Велор вскоре исчезнет из моей жизни.

– Лия. – Велор присел напротив и сжал мою ладонь в своих руках. – Прости. Я не могу отказаться от сделки. Мне нужна королева. Слишком многое принесено в жертву.

– А если бы мог, отказался бы?

– Если бы мог, я выбрал бы тебя.

Он улыбнулся – тепло и совсем по-человечески. Лучше бы не улыбался. Я задохнулась от внезапной щемящей боли в сердце. Я, наверное, никогда его больше не увижу… еще очень долго…

И когда он поднялся, выпустив мою руку, эта боль стала почти невыносимой. Я словно теряла его навсегда. Часть себя.

Я любила его. Но не так, как любила Алекса.

– Прощай, – тихо выдавила я.

– Прощай, Лия, – помолчав, грустно ответил Велор.

И он ушел. Исчез в тенях, растворился. Оставив часть моего сердца себе. Исчез, словно его никогда и не было.

Просто видение. Сон.