— Флир! Флир! — окликнул меня Аль Капоне. — Приказ от Гонга поступил. Нужно коровники брать.

Перед этим я пытался поспать, но уснуть по-настоящему мне так и не удалось. Временами я проваливался в какое-то полузабытье, полное мутных образов и обрывков воспоминаний, перемешанных с недавними событиями. Давала о себе знать усталость и контузии, полученные в Иванграде.

«Коровники так коровники», — подумал я, встал и пошел за Аль Капоне. Мы собрали свои поредевшие группы и стали планировать штурм. Ван Дамма решили оставить главным на ангарах, потому что западные фланги были прикрыты слабо. В случае серьезного наката оттуда, его группа должна была удерживать эту позицию.

— Смотри, — стал показывать мне карту Аль Капоне, — от угла крайнего здания сплошная открытка.

— Даже кусты редко. Просто чистое поле, — присвистнул я.

— Можно стрелять нас как гусей. Ни единого места, где можно спрятаться.

— Вот тут есть какой-то окоп, в котором можно укрыться. Только он такой крошечный, что в нем может залечь только очень маленький карлик, да и то жопа торчать будет, — поддержал нас Ван Дамм.

— Ну пиздец, короче! Полкилометра по открытке… — завершил я наше совещание в Филях.

Мы разделились и решили добираться туда разными дорогами, чтобы не сбивать в кучу две группы. Группа Аль Капоне пошла правее, и мы рванули к первому коровнику, который был ближе всего к нам. Как только мы выдвинулись и пробежали сто метров, над нами зажужжала украинская птичка. Мы, не сговариваясь, тут же открыли по ней массовый огонь из всех имеющихся стволов. Птичка, не сделав ни одного сброса, улетела в сторону хохлов, и мы успели пробежать еще несколько десятков метров в сторону ямки для карликов.

— Миномет! — закричал кто-то впереди меня, и этот крик потонул в серии разрывов.

— Быстрее! Двигаемся быстрее! — стал я подгонять бойцов.

Увидев углубление в земле, часть группы скатилась в него и сбилась в живую кучу, которая торчала над землей. В следующую секунду эту кучу из тел скрыл от меня разрыв мины. «Да ну, нахер! Прямо в центр кучи?» — успел подумать я и упал на землю. Как только осела земля, я быстро пополз в сторону окопа, чтобы оказать помощь выжившим, хотя надежды на это было мало.

— Флир, ты жив? — вышел на меня наш бэпэлэашник, который сопровождал наш штурм.

— Жив пока…

— Там к твоим в окоп мина прилетела. Сколько двести?

— Не дополз еще. Узнаю — скажу, — ответил я ему и быстро подполз к краю окопа, боясь даже заглянуть туда.

Навстречу мне из окопа поднялось черное пятно грязи с моргающими глазами и уставилось на меня.

— Ты нормально? — удивленно спросил я его.

— Та нормально. Только контузило маленько, — он стал мотать головой, видимо стараясь убрать шум в ушах.

— Сколько убитых?

— Все живы, командир. Все нормально. Рядом упало, — вылезла из ямки еще одна голова, — тоже контузило.

— Ну, нахуй?! — ошалел я. — Даже триста нет?

— Все живы.

— На эвакуацию сильно контуженные есть?

— Нет. Нет. Нет… — стали отказываться они все скопом.

Я доложил наверх, что у нас все в порядке, вызвав там точно такую же реакцию, как была у меня, и мы продолжили наше движение по этому полю чудес по направлению к коровникам. Осторожно приблизившись к ним, заняли позицию с торца. Я со своими шестью бойцами остался у первого здания, а Аль Капоне со своими шестью выдвинулся ко второму, которое стояло параллельно первому метрах в пятидесяти на восток. Со стороны Опытного послышались звуки плетки, как мы называли снайперов, из-за характерного звука выстрела.

— По нам? — спросил меня один из моих бойцов.

— Не знаю, но заскакивать внутрь нужно очень осторожно.

В нашем коровнике никого не оказалось, а в том, который штурмовала группа Аль Капоне засела пара пидаров, которых они довольно быстро и ловко убили. Оставшийся хохол засел за дальним торцом здания и не давал им высунуться. Один из бойцов группы Аль Капоне вылез, чтобы снять его, и был тут же убит снайпером. После этого они не стали рисковать зря, закидали его гранатами и добили через маленькое окошко, которое выходило на ту сторону.

— Гонг — Флиру? — вышел я на связь с ним. — Коровники наши, но тут негде закрепляться. Крыши нет, а внутри только бочка на куриных ножках, сваренная из железа. Поилка какая-то для коров, — попытался я объяснить ему уязвимость нашего положения. — Что делать? Ночь уже. Двигаться дальше нет смысла.

— Закрепляйтесь там. Отходить тоже нет смысла. И это не коровники, а конюшни!

— Хорошо… — ответил я и подумал: «Это все равно, что сказать — закрепляйтесь в пустыне».

— Аль Капоне пусть попробует пойти дальше и зайти в гаражный кооператив.

— Хорошо… — прошептал Аль Капоне и посмотрел на меня, как в последний раз. — Прикрывайте.

Не успели они выдвинуться, как на них сбросили несколько ВОГов и затрехсотили почти всю его группу, включая и его самого. Они оттянулись назад, получили первую помощь и ушли в направлении ангаров.

Я поставил двоих бойцов на фишку, а мы впятером залезли под эту бочку, прижались друг к другу как котята и попробовали уснуть. От адреналина, беспрерывно поступающего в кровь, холода и разговаривающей под ухом рации уснуть было невозможно. Пытка бессонницей продолжалась до моей очереди вставать на фишку. Я лежал в середине нашей кучи, и поэтому поднял всех, пока перелезал через них, чтобы выбраться из-под поилки.