Так вот чем в первую очередь опасна эта огромная уродливая тварь! Вовсе не габаритами и массой. Нет. Она обладала потрясающим даром зачаровывать противника взглядом своих черных фасетчатых глаз. Монстр гипнотизировал свою жертву, делая неподвижной и безвольной. И сейчас попытался проделать этот фокус со мной.

Самым удивительным было то, что образина, пусть даже и после нескольких безуспешных попыток, все-таки умудрилась меня почуять или даже увидеть. Может и не так хорошо, поскольку вряд ли смогла преодолеть магическую силу амулета, но вполне достаточно, чтобы понять, что я нахожусь здесь. И что на якобы пустом месте кто-то стоит. Она исхитрилась поймать мой взгляд и тут же обрушить на мое сознание всю мощь своего чудовищного разума.

Клыкастая пасть монстра с хлюпаньем распахнулась еще шире, мощная хитиновая шея наклонилась вперёд, вытягивая голову. Гигантский монстр будто старался, не отрывая своих глаз, придавить меня к земле. В тот же миг я ощутил, как становлюсь все тяжелее. Нанесённые на броню защитные руны в данном случае ничем не могли помочь.

Страшный урод не обладал магией. Способность к гипнозу была его естественным врождённым талантом, не имеющим к волшебству никакого отношения. Я попытался пошевелить конечностями и не смог. Твою же мать! На лбу выступила испарина. Хреново дело, братцы. И тогда в бой вступил мой Родовой зверь.

Грифон, встрепенувшись и расправив крылья, угрожающе зарычал, ярясь от воздействующей на него чужой, подавляющей волю страшной силы, и, вонзив в мою кожу когти, ударил во все стороны пульсирующей, наэлектризованной энергией. Сила магического зверя моментально разрушила удушающую чуждую хватку пялящегося на меня монстра, охватила все тело, насыщая энергией и выгоняя слабость и тьму.

Как только я почувствовал, что опять могу двигаться, то тут же дернулся в сторону, уходя из поля зрения жирного омерзительного колосса. Вновь потеряв меня, образина, в бешенстве задрожав всем огромным раздутым телом, запрокинула отвратную морду кверху и, разверзнув пасть, издала громкий пронзительный вопль, похожий на переливчатую трубную трель.

Мой черный рунный клинок быстрее вспышки молнии метнулся вперед. Я вложил в удар всю силу и скорость, помноженые на даруемые Грифоном энергию и возможности силовых доспехов. Думаю, в тот момент я бы перерубил и стальной рельс, не останавливаясь ни на секунду.

Лезвие меча ударило в массивное основание шеи чудовищного создания и, словно не встречая сопротивления, вжикнув, тут же прошло через плоть, легко, как будто разрубило воздух. Меч пронёсся с такой скоростью, что на его чёрной, вспыхнувшей ожившими серебристыми рунами поверхности не задержалось ни капли крови.

Крутанув кистью, я с громким лязгом вонзил клинок остриём в пол, выбив сноп каменных крошек, и расслабил стинутые на железной рукояти пальцы.

Трубный негодующий глас чудища внезапно прервался. Монстр замер, будто к чему-то прислушиваясь. Его маленькие уродливые ручки вдруг судорожно зашевелились, а черные гипнотизирующие глаза начали стремительно стекленеть. Из сочащейся вонючей слюной пасти вырвался тонкий писклявый визг. Чудище сделало несколько дерганых подрагивающих шажков на стремительно слабеющих лапках, остановилось. И… Его верхняя часть могучей шеи, переходящей в кошмарную раздутую башку, отвалившись с отвратным скользким хлюпаньем, шлёпнулась на землю. В уходящий ввысь колодец шахты ударил фонтан вонючей, белёсой, похожей на мерзкий ихор крови.

Вслед за головой на пол пещеры с шумным буханьем завалилось огромное двухтонное тело. Я даже ощутил, как под моими ногами дрогнула земная твердь. Маленькие, вырастающие из подбрюшья лапки мёртвого чудовища ещё некоторое время судорожно шевелились, а под расплывшейся тушей быстро натекало озеро смердящей крови. Я торопливо отошёл еще на несколько шагов, переступая через разлагающиеся трупы ещё не пожранных этой тварью живоглотов.

Думаю, через пару дней тут станет вообще не продохнуть. Эта жуткая тварина начнет так смердеть, что без противогаза тут точно не обойдёшься. Но я и не собирался проводить в этой заваленной телами нечисти пещере больше времени, чем было нужно.

Убрав меч за спину и мысленно поблагодарив воинственно топорщившего на гриве перья Грифона, я отправился к туннелю, ведущему к запертому схрону. Шел, не опасаясь, что теперь кто-то нападёт со спины. Убитый мной уродец не случайно распугал всю округу. Удивительно, как он не решился занять эти подземные уровни еще раньше, при его-то уникальных способностях… Хотя, как известно, гуртом и батьку бьют. Вряд ли бы он справился со всей сильной и многочисленной бандой обитавших тут ранее живоглотов.

Я шел, негромко жужжа приводами брони и стуча железными подошвами по каменному полу уходящего во тьму туннеля. К прорубленным в земной каменистой тверди сводам уходило эхо от моей тяжёлой поступи. Я был совсем один в этом погруженном в кромешный мрак жутком месте. И чем дальше я уходил вглубь штольни, тем темнее становилось. И без того жалкие остатки проникающего через вертикальный колодец дневного света давно остались позади меня, бессильно проиграв битву извечной темноте.

Через несколько минут, шагая сквозь кромешную гулкую тьму, я добрался до несокрушимой, бронированной, защищённой могучей магией двери, преграждающей вход в подземное хранилище энергокамней.

Видя в окружающей меня темноте не хуже дикого кота, я отстегнул правую латную перчатку и оголил руку. Не мешкая приложил раскрытую ладонь к твёрдой холодной поверхности двери, поверх отполированной бронзовой пластины. И снова, как и в прошлый раз, на краткий миг поверхность двери под моей рукой вруг вспыхнула раскалённой лавой, тут же охладилась и внутри толстой бронированной плиты что-то щёлкнуло.

Я посторонился. Огромная тяжеленная дверь на скрытых внутри петлях с шорохом отворилась в сторону. Я вошёл внутрь и повёл медленным взором вдоль стен. Справа и слева от меня умостились огромные железные ящики, доверху набитые бесцветными камушками разной величины. Некоторые из скрынь были надобраны, а по полу валялись впопыхах рассыпанные кристаллы. В прошлый раз, когда в большой спешке грузили стоящую здесь вагонетку, не особо церемонились.

Количество хранящихся здесь алхимических энергокристалов было невероятно велико. Заполучи все это богатство государственная казна и о проблемах с энергетическими ресурсами можно забыть на ближайшие пятьдесят лет. А ведь сколько еще этих камушков находится в земной породе в десятке отходящих от центрального ствола колодца штолен… Воистину, кто будет полноправно владеть этой шахтой, тот сможет диктовать Империи любые условия.

Но сейчас я забрался под землю не ради кристаллов. Что мне с ними делать? Даже вытащи я большую часть наружу, и умудрись каким-то невероятным образом в одиночку доставить их на имперские земли. Чтобы превратить стекляшки в компактые хранилища энергии, требуется участие специально обученных людей и алхимические лаборатории. Где находится императорская, не знал никто. Это было одним из самых охраняемых секретов в государстве, как и расположение единственной оставшейся на территории страны шахты. Но что-то мне подсказывало, что у графа Перумова тоже есть и знающие толковые люди и необходимые производственные мощности.

А если есть у него, то почему не обзавестись в будущем чем-то подобным и мне? Ну да ладно, как я уже говорил, в конкретном моменте меня волнуют не эти бесценные сокровища, а нечто совершенно иное. То, что в прошлый раз, кроме меня, никто и не заметил… И что находилось здесь, в этом же хранилище.

Ещё тогда, лишь каким-то чудом приметив эту подозрительную аномалию, я просто подумал, что мне показалось. Да и не до того нам всем тогда было, чтобы дотошно и пристально осматривать здесь каждый квадратный дюйм.

В дневнике Владимира Бестужева я дочитался до одного крайне любопытного момента, связанного с разведкой первых шахт, добычей этих редких уникальных камней и способа их превращения в энергокристалы. Уже тогда отец Владимира, который и создал эту выработку, понимал, что за этими минералами будущее Великой Империи. И при постройке шахты кое о чем позаботился. Мои предки, как я все больше и больше убеждался, вообще были людьми очень умными и предусморительными.

И когда я дошел в записях прадеда до того любопытного и познавательного момента, то мои досужие предположения тут же получили свое подтверждение. И все стало на свои места.

Я потянул за собой громадную дверь и с металлическим щелчком она встала на прежнее место. Отлично, теперь уж точно можно расслабить булки. Я прошагал через всю комнату и остановился напротив глухой, шероховатой от грубо обработанного камня стены. Изо всех сил напрягая зрение Часового, всматривался в каждый скол на ее поверхности. Сейчас у меня не было при себе дополнительного освещения в виде фонаря. А жечь свой запас свечей я посчитал излишним. Справлюсь и так.

Ага, вот. Я протянул все ещё обнажённую правую ладонь и осторожно повёл по холодной и немного влажной поверхности камня. Пока мои пальцы не наткнулись на едва уловимое углубление, маленькую узкую щёлочку. Я провёл по этой щели вверх, на высоту моего роста и вправо. Удовлетворённый, сам себе кивнул.

Дверь. В этом схроне имелась и вторая дверь. За которой скрывался тайный, о котором знали только члены династии Бестужевых, туннель, ведущий на несколько миль под землёй, прямо в центр Ярограда, в городскую герцогскую резиденцию.

Невероятно. Если я смогу эту дверь открыть, если с ее механизмом за минувшие сто лет ничего не стряслось, я получу возможность добраться до города, шагая глубоко под землёй и избегая встреч с бродящими на поверхности обжившими этот край монстрами. Никем не замеченный, проникну в разрушенный город и окажусь сразу же там, куда мне и нужно было попасть. А почему бы и нет? Должно же и мне когда-нибудь начать везти.

Я прикинул, что учитывая построение туннеля и то, что он убегал к Ярограду практически по прямой, я окажусь под дворцом Герцогов Бестужевых через час-полтора. Если, конечно, эта врезанная в каменную стену дверь не заклинила, туннель где-нибудь по пути не завалило, а на том конце выхода все осталось никем из обосновавшейся в резиденции нечисти не обнаруженным.

Теоретически я допускал возможность, что вдоволь обшарив город, пожрав его жителей и прошвырнувшись по улицам и кварталам, нечисть с той поры вела вполне себе размеренную мирскую жизнь, отлучаясь из Ярограда лишь в поисках добычи. Но. Но я не забывал про прорытые почти до самой границы три огромных тоннеля, которые предположительно шли из города. Я не забыл про колоссальный, вырытый для непонятных, но явно не сулящих нам ничего хорошего целей котлован. Все это и многое другое так или иначе связано с погибшим городом. И значит, жизнь в нем, кошмарная и нечистивая, бьёт ключом.

И теперь это место самый опасный рассадник адских тварей на всем Северном фронтире. Властвующая в городе Ухора одна чего стоит. И это если там же нет еще кого из сильнейших ведьм Ковена. В общем, местечко, куда я намеревался незаметно проникнуть, запросто может стать моей могилой. Если будет что хоронить. А чудища, как известно, врагов не хоронят, а съедают.

Так вот, возможно, что открыв эту дверь и пойдя туннелем, на другом конце я встречусь с устроившими в нем себе лежбище чудищами. Не исключено. Но я рассчитывал на другое. Дворцовый вход в этот секретный, ведущий к шахте туннель, был устроен очень хитрым образом и так же защищён чарами, настроенными на Магию крови, что исключало возможность его открытия всеми, кроме несущих в своих жилах кровь герцогов Бестужевых.

Так что… Я решительно приложил раскрытую ладонь к поверхности спрятанной в каменной подземной толщи двери. И ощутил, как шершавая, колющая грубыми гранями поверхность стены вдруг потеплела. Чуть засветились во тьме четыре линии, образуя прямоугольный контур большой двери.

Я надавил и отступил на шаг. С шорохом и трескучим шумом монолитная, каменная плита утопилась вглубь стены и с тем же звуком, на невидимых салазках сдвинулась вправо, открывая ещё один, исполненный первозданной тьмы тоннель, откуда дохнуло застоявшимся холодным воздухом.

Я замер, снова напрягая чутье. Грифон, сочтя своим долгом подсобить, настороженно принюхался и, посчитав, что внутри нет ничего опасного, что-то ободряюще буркнув, вновь свернулся клубочком, уходя в крепкий и безмятежный сон. Это он любил, не отнять. Что ж, значит, тунель, как и сотню лет назад, когда по нему последний раз ступала нога человека, все еще пуст и безопасен. И единственное, что может меня остановить, это препятствие в виде нежданного обвала.

Подойдя ближе, я застыл на пороге простирающегося, на сколько хватало моего зрения, вдаль невысокого, но довольно широкого туннеля. Мои глаза все видели в тусклых серых тонах. Но отключая своё уникальное зрение Часового, я видел лишь застывшую перед носом кромешную тьму. Колоссальная работа, вызывающая огромное уважение. Раньше умели строить на века. Поговорка, актуальная в любое время и в любом из миров.

По моим прикидкам сейчас около полудня. К городу, если не возникнет никаких осложнений, я доберусь через, допустим, полтора часа быстрого шага. Пока осмотрюсь на месте, да все такое прочее, уже и вечер неспешно поскребется в спину. Думаю, даже во дворце, обитавшая там нечисть днём предпочитает прятаться и отсыпаться, и лишь с наступлением сумерек начинает вести активную деятельность.

Не лучше ли в таком случае заночевать здесь, а отправиться в путь перед самым рассветом и добраться до цели с первыми лучами восходящего солнца? Провести остаток дня и ночь я вполне могу и в подземном хранилище. Зачарованная дверь отрезала от меня царивший в шахте убойный смрадный запах, застоялого воздуха для меня одного тут вполне хватит, опасаться нападения не приходится. Вполне себе надёжное место для отдыха перед очередным рискованным и опаснейшим предприятием, которое могло прийти в голову только такому человеку как я.

Но у меня не было иного выбора.

Там, в самом сердце бывшей столицы северных земель, в древнем дворце-крепости, служащим издавна резиденцией для правящих герцогов, находилось то, что было мне нужно по зарез. То, что как я надеялся, ещё оставалось там же, нетронутым уже почти сто лет. В противном случае весь мой предстоящий, опаснейший и сумасшедший вояж не будет стоить и огрызка гнилого яблока. И я только зря туда сунусь, рискуя сложить голову на чужой земле.

Решено. Я затворил потайную дверь и выбрался из бронированного комплекса. Снял висящий на спине мешок с раздобытыми в избушке Мецгера нехитрыми пожитками и достал сыр, хлеб, яблоко и флягу с водой. С помощью огнива зажёг свечку и прилепил на краешек одного из железных ящиков.

Не торопясь, поел и сделал несколько обильных глотков воды. Конечно, дяденьке моих размеров требуется гораздо больше еды. Но в экстренных случаях организм Часового был способен переносить лишения намного дольше обычного человека, подолгу обходясь без воды и пищи. К тому же мой Грифон, подпитывая магической энергией, не дал бы окончательно зачахнуть.

В схроне было довольно тепло, пахло затхлостью и камнем. Но слава Богу внутрь не проникало ни тени трупных миазов. Я нашёл за одним из ящиков древнюю ветхую дерюгу, похожую на покрывало, сложил вдвое и постелил прямо на полу. Лег и подложил под голову котомку, предварительно вытащив из нее остатки припасов.

Некоторое время лежал, пытаясь заснуть и глядя на горящую тонкую свечу, источающую приятные ароматы воска. Пусть до вечера ещё немало, но, думается, мне понадобятся в ближайшее время все силы, а когда еще удасться поспать и вовсе неизвестно.

Я лежал, и когда остаток свечи, потрескивая, стал догорать, наконец заснул. И мне опять приснился удивительный сон о далёком прошлом.

Удивительный и страшный.

Проснувшись, я не смог его вспомнить. И лишь некоторое время спустя он снова пришел ко мне.