– Хорошо, – продолжил Гор, – Отсчитай двенадцать ступеней снизу, на тринадцатой ступени верхнюю плиту надо поднять, под ней тайник, а в нем ключи, связка ключей. Принеси ее сюда.

– Да, в тринадцатой ступеньке, хорошо! Хорошо! Это мне подходит, – воскликнул Яшка и попрыгал на месте, – Я быстро, вы тут и соскучится не успеете!

– Торопись, мальчик, и смотри под ноги, – крикнул в спину удаляющемуся Яшке Гор.

Туннель погрузился в кромешную тьму. Еще некоторое время отскакивали от стен гулкие звуки Яшкиных шагов, но вскоре они стихли, и в тишине слышно было, как хрипло дышит старик, и как быстро бьется сердце Ян Яна.

– Ну давай-давай, спроси, речник, – нарушил тишину Гор, – Ты же хочешь узнать, не так ли?

Ян Ян хотел спросить, но в то же время боялся услышать ответ. Теперь же, когда вопрос сам собой повис в воздухе, делать вид, что его нет, не имело смысла.

– Господин Гор, вы причастны к нападению на прин…

– Конечно же нет! Болван ты речной! И как тебе такое в голову пришло? Всю жизнь ведь меня знаешь! И еще смеешь спрашивать о таком!

– Но…уважаемый, вы же сами… а ладно, чего уж теперь…– сдался Ян Ян.

Теперь, когда мучающий его вопрос наконец прояснился, на сердце заметно полегчало, несмотря на то, что их положение по-прежнему представлялось совершенно безнадежным.

– А теперь ты ответь мне, – сказал старик сурово, – Какого лешего полез в этот подвал?

– Да тут в двух словах не объяснить, так все закрутилось… Выходит, что я ошибся, просчитался… Яшку надо было выручать, стало быть. И я решил, что так хитро и ловко все придумал! Дурень я, все вы верно говорите… Дурень и болван!

– Нда… Что ж нас тут, выходит, двое таких вот болванов. Только вот у тебя, речник, есть надежда поумнеть, а я так болваном и помру.

Ян Ян горько усмехнулся.

– Господин Гор, давайте так. Я расскажу вам, что знаю, а вы расскажите, что знаете вы. Быть может, вдвоем сможем что-нибудь понять…

– Давай, речник, других дел у меня пока что все равно нет.

Закончив свой рассказ, Ян Ян совсем упал духом. По всему выходило, что он сам себе могилу вырыл, полез куда не следовало. Старик какое-то время молчал. В темноте туннеля звуки журчащей по стенам воды, тихие завывания сквозняков и редкие всплески, стуки и шорохи становились все громче и значительнее.

– Кто этот человек, которого ты назвал Мастером? – наконец задал вопрос Гор.

– Точно не знаю. Слышал, что он родом из Кара. Гарош Бом крепко с ним связан. Говорят, что веселый табак весь через него идет. Как будто бы из самого Кара возит этот табак в обмен на карпульки.

Гор презрительно хмыкнул.

– И что за страсть такая у них к карпулям? – презрительно буркнул он.

– Ну так это… Говорят, мех карпуля волшебный. Греет в самый лютый мороз, в жару холодит и не дает коже покрываться морщинами…

– Слыхал я эти байки… Значит, подлый выродок Мишалима через этого самого Мастера сговорился с баронами Кара? И как думаешь, речник, в чем их игра?

– Думаю, смерть принца на их совести. Давы тут не причем.

– Да-да…

– Со смертью принца прервался род Саркани, стало быть, кто-то из баронов Кара взойдет на трон? Или нет? А что же они пообещали Киришу за его предательство?

– Ох, не все так просто, ох не все… Бароны Кара, может, и хотели бы править Кариларом, да вот только лари им не позволят. Быть войне!

– И Яшку нашего повесить Кириш решил, чтобы речники взбунтовались против лари? А я дурак, ему предлагал, как избежать бунта, а он его и хотел устроить! Этот же сукин сын Жар Жак сказал, что в Шулимы речники поедут и я вместе с теми, кого они завтра ухватят. Теперь все как на ладони. И каторжан выпустили они! Чтобы воды Реки осквернить и наш сонный народец против власти настроить! – воскликнул Ян Ян, пораженный собственной догадкой.

– Хм…

– Значит будет война в Кариларе, а наша Исла восстанет против власти лари? Так вот о чем все эти разговоры про свободную Ислу… Что же это будет, господин Гор? И что будет, если Кириш просчитался? Что если не бароны захватят власть? Лари утопят остров в крови… И королева-то жива! Что толку во всем этом, если она сама назовет своего приемника?

– В том, речник, что лари признают только ту власть, что подкреплена божественной силой. Саркани шесть сотен лет сидят на троне Карилара не просто за красивые глаза. А потому что, лари знают – этот род избран высшими силами, осенен Солнцем. Саркани – истинные дети неба и наделены богами властью повелевать людьми. И приемнику придется доказать, что он обладает такой силой, какой ни кара, ни лари не смогут ничего противопоставить. Так устроен мир, юноша. В Халли только сын императора может прикоснуться к богине-Императрице и зачать следующего сына. Иные же утрачивают человеческое естество и превращаются в псов, даже просто поглядев на нее. А Патриарх страны Гроттен видит все, что есть на земле, и читает в сердцах своих детей, где бы они ни были. Заригханские вожди умеют превращать песок в воду и добывать огонь, щелкая пальцами.

– Что же это значит? – растерянно спросил Ян Ян, – Откуда такая сила берется? И что же теперь будет?

– Должно быть, потому-то этот человек, Мастер, выпытывал у меня про Храм… – пробормотал Гор, вздыхая, – Кара хотят получить то, что имеют Саркани.

– И вы сказали ему, как это получить? – с ужасом спросил Ян Ян.

Старик рассмеялся:

– Конечно нет, речник! Я ничего об этом не знаю!

– Но ведь вы же глава…

– Глава, то я глава… да вот только знаю не больше вашего. Разве самую малость побольше. Только это секрет, смотри не проболтайся.

Голова Ян Яна гудела от напряжения. Сегодняшним утром ему казалась непосильной задача расследовать убийства на ферме, а сейчас он пытался понять, как сложиться судьба всего королевства. Его собственные злоключения померкли на фоне неизбежной войны и кровопролития. Стоит ли всей пролитой крови свободная Исла? Быть может, еще недавно он согласился бы с тем, что да, стоит. Но не теперь, когда он сам, Яшка и все остальные его братья речники стали разменными фигурами в игре за власть. Выходит, Кириш предал своего собственного отца, ради мечты о свободной Исле. Или все проще и приземленнее – он просто напросто надеялся таким способом занять место хозяина острова, которое считал своим по праву рождения? А может ли быть, что человек, которого все зовут Мастером, преследует свои собственные цели, а Кириш лишь орудие в его руках? Такая же пешка, как Ян Ян, Яшка или Гор?

– Господин Гор, позвольте спросить вас, а как так вышло, что вы оказались замешаны?

Старик снова раздраженно хмыкнул:

– Как-как? Также, как и ты, попался на удочку собственного тщеславия… Или вернее будет сказать, меня на эту удочку очень ловко поймали. Похоже, паук плел свою паутину по всему Нежбору. Так что ничего удивительного нет в том, что и в нашем ведомстве нашлись его паучата. А ведь, знаешь, речник, я не могу вспомнить, кто первый сказал мне, что принц прогневает Храм, если поскачет верхом по дороге Плача. Теперь мне кажется, что это была моя собственная мысль…А ведь нет, кто-то сказал мне, кто же это был… Ссылался на трактат о церемониях… А я так ухватился за это! О, как я был воодушевлен! Подумай только, какой-то сирота из речников, старик с отсталого острова на краю мира указывает наследнику королевы Ю, Белому Дракону, великолепному принцу Ре Саркани, как тому следует поступать!

Гор рассмеялся, и его хриплый смех десятки раз отскочил от влажных сводов древнего подземелья.

– Да-да, речник, я ликовал в тот день! Даже, когда этот драгоценный мальчишка указал мне мое место, я все равно вынудил его прислушаться к моим словам. Да… это был день моего триумфа… Послушай, речник, если давенок не вернется, ступай до развилки, которую мы оставили позади. Она ведет в подвал резиденции наместника. Попытай счастья с лари, быть может, они тебя не сразу убьют, а выслушают… Хотя вряд ли, конечно.

Старик тяжело вздохнул:

– Знаешь, речник, а ведь я мог бы стать капитаном… Любил я Реку, любил всей душой… Речное братство и речную волю любил.

Ян Ян хотел спросить, отчего же тогда старик оказался в ведомстве по делам Усопших и Скорбящих, но заметил вдалеке танцующий огонек и закричал от радости:

– Яшка! Ты?

– Нашел! – послышался в ответ звонкий голос, – Обождите, сейчас вас выручу!

Оказавшись по другую сторону решетки, господин Гор, освещенный теперь тускнеющим светом фонаря, как будто позабыл о недавней откровенности и вновь сделался тем самым надменным старцем, которого знал весь Нежбор. Он забрал у мальчишки ключи и поспешил вперед, повелительно махнув спутникам рукой, приказывая следовать за ним без промедления.

– Еле сдвинул ее, – торжествующе прошептал Яшка, показывая Ян Яну грязные покрытые ссадинами руки, – Тайник, что надо! Думал не сдюжу, а смог!

– Молодец, Яшка, – похвалил мальчишку Ян Ян и потрепал по лохматой голове.

– Эй, полегче, соколик, – проворчал Яшка, поправляя съехавший набок от такой ласки платок.

– Да какой я теперь соколик… – ответил Ян Ян и вздохнул так тяжело, что у Яшки заалели уши.

– Прости, сударь Ян Ян! Я не хотел попадаться! Меня кто-то продал, честно! Я прятался, как и было договорено с сударем Багошем. Сидел в сарае у старого причала тихо, как мыша. Даже свежего воздуха не нюхал ни разу, ждал, когда меня заберут и спрячут у охотников. А эти меня сами нашли, явились под вечер. Один из стражи, которого я не знаю, а с ним эта гнида плешивая Жар Жак, которого я тоже тогда не знал, а теперь-то запомнил на веки вечные.

Яшка потряс грязным кулачком в воздухе и проскрипел сквозь зубы:

– Вот увидите, сударь Ян Ян, поквитаюсь с ним за его дела.

– И как думаешь, кто тебя продал?

– Знаете, сударь Ян-Ян, не думаю я об этом… не хочу гадать, кто из своих это был, очень от таких мыслей гадко и живот крутит.

–Замолкните! – прикрикнул старик через плечо, – Хватит галдеть, как сороки.

Туннель вывел беглецов в небольшой зал со сводчатым потолком, очень похожий на тот, где сейчас лежали мертвые лари. Сбоку вверх вела крутая каменная лестница. У тринадцатой степени, Гор велел поправить сдвинутый камень, скрывающий тайник. Камень оказался тяжеленным, и Ян Ян с таким уважением взглянул на Яшку, что тот немедленно приосанился.

– Что это за место, господин Гор? – спросил Ян Ян, когда они остановились перед дверью в конце лестницы.

– Тайная библиотека ведомства по делам Усопших и Скорбящих, – ответил Гор.

Дыхание старика стало сбивчивым и сиплым, подъем дался ему нелегко.

Никогда прежде Ян Ян не видел столько книг. Мерцающий свет фонаря многое оставлял в тени, оттого помещение, заполненное рядами книжных шкафов, казалось невероятно таинственным и огромным. Гор шествовал впереди, заложив руки за спину и расправив наконец спину, как будто бы само это место придало ему сил. Яшка глядел по сторонам с открытым ртом. Он то и дело порывался выразить свой восторг, но стоило ему издать хоть звук, старик оборачивался и шипел, прижимая к поджатому рту длинный палец. Ян Ян заметил несколько книг, лежащих на полу в явно неподобающем распахнутом виде, словно бы кто-то пренебрежительно выбросил их, как ненужный хлам. Гор остановился и попытался наклониться, чтобы поднять книгу, но тут же схватился за спину и застонал.

– Мальчик, дай мне книгу, – обратился он к Яшке так тихо, что тот едва расслышал.

Получив в руки фолиант, пахнущий воском и кожей, Гор бережно застегнул застежки на обложке и передал книгу Ян Яну, указав на пустующее место на полке. Название, оттиснутое поблекшим от времени золотом, гласило: «Полное собрание всех букв и знаков языка, на котором пишет народ лари с древности времен правления короля Ли Саркани Святого покровителя Карилара до наших дней, озаренных солнцем правления великого короля Ди Саркани, да будет его век длиться тысячу лет». Ян Ян с почтением водрузил полное собрание на надлежащее место и тут же получил в руки другую книгу, толщиной превышающую первую почти в два раза. Золотой оттиск на корешке поражал краткостью: «Свет познания». Ниже нетвердой рукой была сделана приписка черными чернилами «Толкование языка солярных храмов, хранить в тайне и в общей описи не указывать». Третья книга сравнительно небольшая, из тех, что удобно держать в руке, называлась «Различия в начертании верхних небесных букв кара и лари. Три правила левой руки». У четвертой темная, обтянутая бычьей кожей обложка пустовала, а страницы были сплошь усеяны мелкими значками, похожими на муравьев, бегающих кругами. Гор хмурился все сильнее. Ян Ян заметил, что руки старика трясутся так, что он едва справляется с застежками.

– В чем дело, господин Гор? – спросил Ян Ян шепотом, – Быть может, мы потом поставим все книги по местам, а сейчас время передохнуть и собраться с мыслями?

Гор поглядел на него исподлобья и ответил, едва шевеля губами:

– Плохо дело, речник… Эти книги тут потому что паучок ищет ответ, но тут он его не найдет, нет… Разве ж он думает, я не искал тут? Ну и олух… Только бы понять, кто…

– Ответ? Какой ответ? Это важно сейчас? Господин Гор, нам бы выбраться, нам бы до причала добраться. Там у меня лодка. Давайте, мы про книжки потом побеспокоимся, а?

– Скажи, речник, нет ли у тебя с собой топора? – спросил старик.

– Вот только это, – ответил Ян Ян и показал старику кастет и небольшой нож.

– Аааа, ерунда какая…

Ян Ян начал всерьез злится на старика, который, как казалось, все больше утрачивал связь с реальностью.

– Если бы я знал, речник! Хотел бы я знать… Да ты никак думаешь, я ум потерял? Слушай, вот что скажу. Тот человек, что меня предал, ищет здесь для своего хозяина разгадку величайшей тайны… Ох, тяжко признавать, но я рассказал ему слишком много. Эти его иголки… Слушай, речник, наше ведомство сотни лет собирает знания о Храме, о красной оспе, о зарытых в землю тайнах Ислы, и о Саркани, разумеется, как же без них. Мы знаем многое, но еще больше не знаем вовсе! Стоит нам решить, что мы приблизились к разгадке, как она немедля ускользает… Мой предшественник, мой великий учитель разгадал один лишь символ Золотого Ковчега…