– Он глава большого клана, очень уважаемый человек и в Нежборе и на всей Реке до самого Врата. Этим летом женился и перебрался в свой собственный дом в Тупиках. Мы же теперь богачи или вроде того… Клан наш вырос, еще немного и никто с нами не сравнится, – рассказывала Юри, утирая слезы рукавом.

– И кто у меня невестка?

– Звать ее Валла. Она очень красивая и высокая! Из расписного клана, дочка капитана.

– Хорошо, славно… А Багошик?

– Он самый сильный на реке, капитан. Его лодка «Щука» очень знаменитая. Всегда побеждает на весенней гонке.

– Невеста есть у него?

– Нет пока. Он говорит, что жениться последним в нашей семье.

– А Димчик как?

– Он в полном порядке, лодку строят ему на шесть весел сразу.

– Отец что? Женился снова?

– Ты что! Мама! Перебрался на тот берег, построил дом и живет с Ремчиком там, а братья все больше в таверне ночуют. У нас своя таверна «Пьяный лодочник» на набережной в городе.

– Юриша, а ты? Ну как же так вышло? – сокрушенно спросила Лида, указав рукой на принца.

– Ну это… тут в двух словах и не скажешь… Мама, ты точно не пойдешь с нами?

– Не пойду, мне не место среди людей, – сказала горько Лида, – Юриша, если бы вы каждый год в Храм не приходили, я бы уже совсем все позабыла про свою прежнюю жизнь, как все прочие здесь.

Она обернулась и настороженно посмотрела в темноту подземелья за спиной.

– Мама, так ты что же видела нас? Мы же не знали… хотели найти тебя… о, боги! – Юри бросилась к матери, обняла, чуть не сбив с головы высокую как башня шапку. Под слоями мантии скрывалось совсем крохотное высохшее тело. Юри испугалась, что слишком сильно сжимает объятья.

– Юриша, зря ты его в чертогах не оставила, – прошептала Лида на ухо дочери, – Почему же ты с ним, дочка? Как он заставил тебя? Ты знаешь, кто он такой? Это же Ре Саркани, наследный принц Карилара… лари… проклятый…

– Я знаю мама, я знаю…

– Ну как же так вышло, Юриша? Где ты нашла его?

– Из речки выловила… Из Чермянки… – ответила Юри, – Не волнуйся, мама, он хороший человек.

– Девочка моя, ты что же влюблена? – спросила Лида, заглядывая дочери в глаза.

– Мама! Ну ты что! – воскликнула Юри с негодованием, – Другие дела между нами, ничего такого.

Лида покачала головой, звякнули бронзовые пластинки.

– Принц Саркани, – позвала она, – Подойди.

Он послушно подошел и, приложив руку к сердцу, торжественно произнес:

– Уважаемая Лида Бом, я благодарен вам… Я обязан вам не только жизнью, а гораздо большим. Вы можете просить у меня все, что угодно. Любое ваше желание будет исполнено. Даю слово Саркани.

– Что ж, хорошо, – сказала Лида, – Слушай внимательно, принц. Увези мою доченьку с Ислы, как можно дальше. Ты думаешь, что вы теперь свободны? Договор не подтвержден, а Великий Саркани уже проснулся. Не отпустит он вас просто так. Не знаю, что теперь будет, что ждет нашу Ислу… Может быть, я поступила дурно, но разве я могла смотреть, как погибает моя дочка? Я сделала свой выбор, да простят меня боги!

– Лида, скажите мне, кто такой Великий Саркани? – спросил Рем, – Это… дракон?

– Дракон? Красивый зверь с крыльями и благородной мордой? Тот, что на флагах королевского дома? – переспросила Лида, – О, нет! Конечно же нет.

– Тогда что же? – спросил Рем, он выглядел смущенным.

– Великий Саркани – хозяин Ислы, – ответила Лида, – Жизнь и смерть на острове в его власти. Так что, слушай меня, мальчик, бегите отсюда далеко через море! Хоть в Карилар увези ее. Или еще дальше! Как можно дальше! И не возвращайтесь!

– А договор? Что такое этот договор? – спросил Рем, – Что теперь будет? Раз я не подтвердил его?

– Не знаю, принц. Такого прежде не бывало. Все твои проклятые предки делали, что от них требовалось. Да помогут нам боги…

– Лида, а если я вернусь с кем-то другим. Не с Юри.

– Думаешь, что сможешь обмануть его? Он же ее видел! Все уже началось… Вы же выпили напиток… Ты мог привести с собой кого угодно! Почему привел мою доченьку?

– Мама, я сама… я попросила его… – тихо сказала Юри.

– Клянусь, я смогу защитить Юриллу. Даю вам свое слово! – сказал принц.

– Да чего стоит твое слово, Саркани? – ответила Лида сокрушенно, – Плоть от плоти предателей и убийц без чести! Принц Карилара… Сын королевы Ю… Подлое, проклятое семя! Я хотела бросить тебя там, чтобы ты заживо сгнил в подземелье! А она вон как, разбудила тебя. Дурочка моя, Юриша…

– Мама… Но он ведь не знал! Твои слова так несправедливы!

– Что ты знаешь о справедливости? – спросила Лида, глядя на дочку сквозь бронзовую завесу, – Для таких как мы с тобой нет никакой справедливости на свете.

– Есть! Есть пока мы сами поступаем справедливо друг с другом! Это уж точно в нашей власти, – ответила Юри с вызовом.

– Что ж, доченька, – ответила Лида, вздыхая, – Вижу, ты выросла с добрым сердцем. Помни, я очень люблю тебя! И твоих братьев! Вот возьми.

Она протянула Юри сверток, извлеченный из складок мантии и продолжила:

– Бери и прощай, деточка моя… Идите на восток, прямо на солнце и выйдете к тропе Праведников. Никогда не возвращайся сюда. Никогда не возвращайся на Ислу.

Юри снова обняла матушку, прижавшись к ней всем телом, вдыхая ее ставший совсем чужим запах.

– Люблю тебя, мама! Пожалуйста, прости меня…

– Мне не за что прощать тебя, доченька. Ты ни в чем не виновата. Послушай меня, будь осторожна… Остерегайся змей. И не верь ему. Обещай.

– Обещаю, я буду очень осторожна.

– Прощай, моя малышка, – сказала Лида, гладя Юри по голове, – И гребешок раздобудь себе, доченька. Совсем лохматая.

Рем шел впереди. Он двигался плавной и какой-то развинченной кошачьей походкой, как будто беззаботно прогуливался без всякой цели. Юри смотрела на его прямую спину, обтянутую потертой курткой Ян Яна, и думала о том, что им делать дальше. Ничего другого не оставалось, кроме как вернуться в Нежбор и просить помощи братьев. Она представила, как рассказывает им о случившемся, о том, как нашла маму, и что мама все эти годы видела их в Храме, каждый раз, когда они приходили. Усилия были не напрасны, а значит, есть еще надежда, что все станет как прежде. После расставания с матушкой, ей казалось, что сердце превратилось в пепел, но теперь после нескольких тысяч шагов по склону, она с удивлением поняла, что чувствует невероятное облегчение. Воздух, которым она дышала, был воздухом жизни. Теплый, пахнущий вереском и близким болотом, он пришел на смену тому зловещему, холодному и мертвенному, которым приходилось дышать в подземелье.

– Эй, Рем, давай отдохнем немного! – крикнула она.

«Конечно! А что тебе дала твоя матушка? Что в свертке? Еда?».

«Брысь из моей головы!» – потребовала Юри и для надежности постучала себя кулаком по лбу.

Они расположились в тени небольшого мшистого валуна и заглянули в сверток. Там действительно оказалось несколько пшеничных лепешек, головка желтого сыра и фляга с водой. Рем радостно присвистнул.

– А ты, я гляжу, проголодался наконец-то… – сказала Юри, разламывая лепешку пополам.

– Да! Так хочу есть, что тебя бы целиком проглотил, – ответил принц и сверкнул зубами.

Юри бросила на него настороженный взгляд.

– Да, я же пошутил, Три Ножа! Но ты все же давай мне скорее эту прекрасную лепешку и сыр тоже.

Прикончив половину всего съестного, он лег на спину, подложив под голову руку, жмурясь, смотрел на солнце.

– Смотрю, ты доволен, – пробурчала Юри.

– Три Ножа, я думал, мы там сгинем.

– Так-то, конечно, да… Хорошо, что мы не умерли!

– Согласен. Это была бы отвратительная смерть.

– Думаю, нам надо возвращаться в Нежбор. Братья придумают, как отправить тебя в Карилар… ну или куда ты там захочешь.

– Нет, – сказал Рем и повернулся на бок, подперев рукой голову.

«Почему ты не хочешь говорить со мной мысленно?» – услышала она вопрос.

– Потому что это неправильно!

«Но ведь это так удивительно! Это ведь чудо, Три Ножа».

«Брысь, брысь, брысь!»

– Не хочу, чтобы ты лазал по моим мыслям, вот почему!

– Да я и не собирался. Зачем мне это, ведь все твои мысли и так видны.

– Да? Ну что же я думаю о тебе прямо сейчас?

– Прямо сейчас я тебе почему-то не нравлюсь.

– Вот уж интересно почему?

– Ума не приложу. Я ведь очень красив, умен, богат и у меня добрый нрав.

– Добрый нрав? Неужели? Видала я как ты обращаешься со слугами. А господину Гору кто обещал горло своими руками вырвать, не ты разве? В Нежборе только и разговоров было, какой ты надменный и злющий.

– Стоило бы это сделать… – ответил Рем, – Ведь это он уговорил меня ехать в Храм тайно, чтобы не пугать чересчур суеверных подданных. Как думаешь, Три Ножа, он сделал это с умыслом? Участвовал в заговоре? Ведь нудный старик знал, когда я поеду и как.

– Ой, да весь город знал, – Юри махнула рукой.

– Что ты имеешь ввиду? – воскликнул Рем, поднялся и сел.

– Ну может не весь… Просто, ну… Короче, поговаривали об этом, так-то.

– То есть ты хочешь сказать, что слышала о моих планах отправиться в Храм тем утром? От кого?

– Да, ну неважно… Шептались на улицах, – сказала Юри, вспомнив, как громко выкрикивал Яшка у «Пьяного лодочника» секретные сведения, добытые им во время торговли веселым табачком.

– Хм…

– Ну, а что тут такого? В нашем городе все всё про всех знают.

– Я понял. Знаешь, Три Ножа, я был уверен, что покушение организовано кем-то из Карилара. Стрелы стандарта. Заговорщики среди моей свиты, среди тех, кто знал о моих планах. Но нападавшие точно не лари… И к тому же, где они так быстро раздобыли трупы этих несчастных дав? Значит, кто-то тут на Исле помогал им.

– Почему ты так уверен, что не лари?

– Верхом были точно не лари, а какие-то варвары. Я сразу это понял, как только увидел, как они обращаются с лошадьми. Потому и решил, что они меня никогда не догонят в скачке. Эти жалкие псы вообще не умели держаться в седле. Если бы не стрелы, я бы улетел от них, как птица.

– А ты жалеешь, что не остался там? Ну с Мэлориком.

– Нет, – ответил Рем после краткого раздумья, – Если бы я остался, рыцари защищали бы меня, а так у них был шанс вступить в бой без оглядки на мою безопасность. Я не сомневался, что эти висельники меня не догонят, а Мэлли способен убить их всех. Он был так силен…

– Знаешь, скажу-ка я тебе честно, ты уж сильно не обижайся. Напрасно ты считаешь себя таким уж умником. Если поглядеть, то везде ты ошибся, так-то. Да и богатство твое теперь – грязные сапоги и штаны с дырой на коленке. Даже куртка, что на тебе надета, и та не твоя.

– Ну хотя бы в моей красоте ты не усомнилась, – с грустной усмешкой ответил Рем.

– Что есть, то не отнять, – согласилась Юри.

Она сложила остатки трапезы в мешок, поднялась на ноги и сказала:

– Пошли что ли. Заночуем в той избушке на болотах, и двинем завтра в Нежбор. Там схоронишься пока, есть у братьев надежные места. Надеюсь, лодку нашу найдем в целости, а то пешком идти мимо головешек нам, как пить дать, не понравится.

– Нет, мы отправимся в Империю Халли, – сказал Рем, зевая.

Юри опешила:

– Чего сказал? Какое Халли?

– Ты что совсем не слушаешься своих родителей? Это так не почтительно! Будь ты девицей из благородной семьи лари, тебя бы давным-давно в донжоне заперли до конца твоих дней.

– Ты чего такое несешь?

– Твоя мать сказала, что нам надо покинуть остров. Это было совсем недавно, как ты могла забыть?

– Ну сказала и сказала! Ты, может, свою мать во всем слушаешься, а я живу своим умом.

Рем зло посмотрел на нее, и она поняла, что перегнула палку.

«Прости».

«Я не во всем ее слушаюсь. Не заметила разве, что у тебя в груди дырки нет», – ответил принц.

«Не права я, извиняюсь».

– Хорошо, Три Ножа. Мы отправимся в Халли, потому что я обещал твоей матери защитить тебя. Мне не до конца ясно, что произошло с нами в пещерах и что должно было там произойти… Потому, лучше нам последовать доброму совету любящего тебя человека и пересечь океан. Халли прекрасный выбор, всегда хотел там побывать.

– Да что мы там будем делать? Там же ничего не понятно!

– Не волнуйся, Три Ножа, я в совершенстве говорю, читаю и пишу на языке халли. Научу тебя по дороге.

Юри присвистнула.

– Ладно, пойдем пока до избушки на болотах, а дальше видно будет. Может отыщем там двух достаточно крупных лягушек, чтобы доскакать на них прям до самой Империи Халли.

Рем рассмеялся и бодро вскочил на ноги.

***

Юри, задыхаясь от злости, захлопнула дверь избушки, которая тут же с протяжным скрипом отворилась снова. Рема уже не было видно на тропе, он ушел далеко вперед. Они ссорились все утро. Сперва из-за того, что Юри наотрез отказывалась вести мысленные беседы. Рем заявил, что их чудесная связь угасает, потому что она отвергает ее. В первый день в пещере оба слышали почти все, что творилось друг у друга в голове. На следующий только то, что как-то касалось их обоих. Сейчас же их обмен мыслями был похож на самую обычную беседу, разве что совсем беззвучную. Юри происходящее вполне устраивало тем более, что ее больше не терзал навязчивый мысленный шум. Она и без того плохо спала прошлой ночью, видела странные как будто чужие сновидения, обрывки которых все еще зудели в голове. Опять снились большие лохматые собаки, молодой дуб посреди старого сада, и как какая-то незнакомая женщина с очень грустными глазами расчесывала и расчесывала ее длинные черные волосы.

Когда Рем завел разговор о путешествии в Халли, Юри поняла, что у нее вот-вот голова огнем вспыхнет от злости.

– И как же по-твоему мы попадем в Халли? У нас нет денег даже мзду заплатить на заставе, не говоря уж о том, чтобы лошадь купить. Хватит говорить о вещах, которые никак не могут случиться!

– У тебя же остался люмис? Думаю, сможем продать его и купить корабль вместе с командой и опытным капитаном.