На следующий вечер Рамзи осуществил свою мечту: они с Сигни долго сидели за столом и очищали от грязи находки. Рамзи занимался ржавым мечом, а Сигни — массивным бронзовым котлом, предназначенным для приготовления пищи на костре.

— Как ты думаешь, этот котел можно использовать на кухне в Скеллиг-хаусе, если придется готовить для множества гостей?

Рамзи рассмеялся:

— Возможно, им никогда не пользовались. Этот, вероятно, ритуальный котел — всего лишь часть погребального инвентаря. Его внушительные размеры символизируют богатство и щедрость конунга, который мог позволить себе прокормить большой отряд приверженцев.

Такое объяснение удивило Сигни, и она заявила:

— Все равно я рада соприкоснуться с предметом домашней утвари. По-видимому, даже в загробной жизни люди испытывают голод и стремятся наесться досыта.

— В соответствии с верованиями викингов, так оно и есть, — заметил Рамзи, поднимая найденный меч. — Интересно, пользовался ли конунг этим оружием? Думаю, что нет. Его щит, шлем и меч лежат, вероятно, рядом с телом в погребальной камере, которую мы еще не нашли.

— Не уверена, что мне хочется присутствовать при вскрытии камеры покойного конунга. Это кажется мне… кощунством!

— В душе каждого археолога борется чувство уважения к предкам и жажда знаний, — заявил Рамзи.

— И жажда знаний, по-видимому, всегда побеждает, — заметила Сигни, заканчивая протирать котел. — Но я разделяю твой интерес к прошлому.

— Мне понравилась твоя идея создать музей, в котором были бы представлены древности, найденные на Торси. Люди должны иметь возможность видеть их. Только тогда они по достоинству оценят нашу работу. — Рамзи поднял меч и внимательно осмотрел со всех сторон. — Кроме того, тогда мы сможем с полным правом оставить найденного нами конунга здесь, на Торси, на месте, выбранном для его последнего упокоения.

— Надеюсь, рано или поздно мы действительно откроем музей, — сказала Сигни и принялась зарисовывать котел, на боку которого имелись интересные эмалированные вставки. — А пока наш музей расположен в твоей кладовой.

Закончив работу, они разместили новые экспонаты на стеллажах в кладовой и спустились на кухню, чтобы поужинать. После еды Сигни подошла к окну и, выглянув на улицу, предложила:

— Сегодня полнолуние. Не хочешь прогуляться? Я бы с удовольствием посмотрела на корабль викингов при лунном свете.

— Великолепная идея! — воскликнул Рамзи. — Только нужно потеплее одеться, ночи сейчас холодные.

Он старался не думать, что приближается официальная дата выплаты кредита, а Брок и его приятели еще не приехали. Все, что Рамзи мог сделать, это молиться, чтобы Роальд сдержал обещание и продлил срок погашения долга.

Они быстро надели теплые вещи, которые у северян всегда лежат под рукой. Рамзи удивленно поднял брови, увидев, что Сигни перекинула через плечо сумку с альбомом для рисования.

— Возможно, мне захочется нарисовать корабль викингов при лунном свете, — объяснила она и добавила, одарив его озорной улыбкой: — А еще у меня есть бутылочка виски.

Рамзи рассмеялся и похвалил:

— Мне нравится, что ты у меня такая предусмотрительная.

Взявшись за руки, они отправились в путь.

Это была великолепная ночь, идеально подходившая для прогулок. О берег бились волны и серебрились в лунном свете, очертания холмов терялись в неземном сиянии, которое навевало мысли о волшебной стране.

Рамзи и Сигни хранили молчание, пока шли по знакомой дорожке среди скал. Спустившись по приставной лестнице Фионина склона, который был как будто погружен в чудесный сон, они обогнули мыс по узкой тропинке. Рамзи уже начал присматривать ровный участок на песчаной береговой линии, где можно было бы заняться любовью…

Завернув за угол, они оказались на широкой площадке, где стоял корабль викингов, и Рамзи, обомлев, остановился как вкопанный, увидев на берегу парусную шлюпку, а с корабля викингов доносился треск.

— Здесь грабители! — в ужасе прошептала Сигни.

Придя в ярость, Рамзи бросился к кораблю и что было сил закричал:

— Убирайтесь оттуда, воры!

Услышав его голос, на строительные леса поднялись две темные фигуры. Похоже, крики ничуть их не напугали: грабители были готовы дать ему отпор.

Сигни испугалась за Рамзи и едва успела остановить. Неужели он не понимает, что злодеи могли быть вооружены?

Ее опасения подтвердились. Непрошеные гости выхватили пистолеты и направили на Рамзи. И тут он узнал их. Боже милостивый! Это же его троюродные брат и сестра — Аксель и Аннабел!

Аннабел, одетая на этот раз просто, без изысков, держала пистолет обеими руками, и в ее прищуренных глазах не было места сомнению. Перед Рамзи была опасная преступница, а не легкомысленная кокетка, какой казалась ему раньше.

— Какого черта ты приперся сюда? — прорычал Аксель. — Я не собирался никого убивать, но сделаю это, если ты не оставишь мне выбора!

Сигни поняла, что ее в темноте не заметили, открыла сумку и достала кинжал. Она не брала его в руки уже много лет, но навыки никуда не делись, да и лезвие оставалось острым.

Подниматься на строительные леса и открыто бросать вызов вооруженным Аннабел и Акселю было по меньшей мере неразумно. А что, если она заберется под строительные леса? Под ними было достаточно места, чтобы пройти, а шум прибоя заглушил бы ее шаги.

Скрываясь в тени, которую отбрасывал склон высокого берега, Сигни с кинжалом в руке бесшумно двигалась в темноте под деревянным каркасом, пока не добралась до конца лесов.

Рамзи тем временем продолжал говорить с грабителями ровным спокойным голосом:

— Зачем вам, самым богатым людям на Торси, заниматься воровством старинных вещей, исторических реликвий викингов? Вы что, голодаете или отец не дает вам достаточно денег?

— Да, именно так! — обиженно воскликнула Аннабел. — Он нас кормит, покупает нам вещи, но не позволяет сделать то, чего мы хотим больше всего на свете: покинуть Торси и жить в свое удовольствие!

— Он держит вас здесь в плену? — спросил Рамзи.

— Можно и так сказать, — ответила Аннабел. — Даже если бы мы смогли убежать, то остались бы без средств к существованию.

— Отец заставляет меня работать на заводе, который я терпеть не могу, — сплюнув, заявил Аксель. — А когда меня нет и Аннабел остается дома одна, ей приходится запирать дверь спальни, потому что он напивается и пристает к ней!

Слова Акселя покоробили Сигни. Она знала, что такое порой случается в семьях, где отцы — тираны, но никогда бы не заподозрила Роальда в чем-либо подобном. Теперь ей было ясно, почему молодые люди стремятся сбежать от него.

И тем не менее ни одна из причин не оправдывала преступные намерения Аннабел и Акселя, не давала права красть культурные ценности и покушаться на жизнь человека. Сигни бесшумно передвигалась по палубе под строительными лесами, пока не оказалась под мародерами. Сквозь узкие щели между досками она видела подошвы их обуви.

Но на кого ей следовало напасть в первую очередь? Аксель, вероятно, стрелял лучше, чем сестра… Судя по всему, это его ботинки.

Сигни подняла кинжал и, просунув лезвие в щель между досками, со всей силы воткнула его в подошву ботинка.

Аксель вскрикнул от неожиданности и боли и попытался отскочить в сторону.

— Рамзи, в укрытие! — крикнула Сигни и, развернувшись, нанесла удар по ногам Аннабел.

Девушка громко закричала и отшатнулась. Сигни догадалась, что у туфель Аннабел подошва куда тоньше. Потеряв равновесие, девушка упала со строительных лесов на усыпанный галькой берег.

Сигни ловко выскочила из-под лесов, прижала ее к земле и вырвала из рук пистолет.

— Сядь, руки на затылок! И без шуток!

Аннабел, зарыдав, повиновалась.

А над их головами шла ожесточенная драка. Рамзи, конечно же, и не подумал прятаться в укрытие. Воспользовавшись вмешательством Сигни, он запрыгнул на строительные леса и сошелся в ожесточенном поединке с Акселем. Ни один не сдавался, пока Рамзи не стащил Акселя с лесов. Братья катались по гальке до тех пор, пока Рамзи в конце концов не удалось отобрать у Акселя пистолет.

Тот ругался и пытался выцарапать противнику глаза, но Рамзи, навалившись на него, придавил своей тяжестью к земле, взвел курок и приставил пистолет к виску. Аксель застыл от ужаса, а Аннабел закричала:

— Нет!

— Не убивай его, Кай, — ровным голосом промолвила Сигни. — Ведь он, в отличие от тебя, просто слаб, несправедливо лишать жизни такого противника. Кроме того, думаю, эту парочку следует прежде всего пожалеть.

Отдышавшись, Рамзи сел на корточки.

— Хорошо, дорогая, но что нам делать с этими двумя начинающими преступниками?

— Не очень к тому же умными, — заметила Сигни. — Чего вы надеялись добиться? Артефакты, украденные с корабля, имеют ценность, только если вы знаете, к кому обратиться. На Торси вы покупателей на них не найдете.

Аннабел, перестав рыдать, потупила взор и пробормотала:

— Мы надеялись найти золотые монеты, подобные той, что была в центре креста.

Кто-то из рабочих, очевидно, все-таки проболтался о находке.

— Это не очень-то похоже на план побега, — заметил Рамзи без особого энтузиазма. — Аксель, ты уверен, что не хочешь быть наследником крупной бизнес-империи?

— Я не хочу иметь ничего общего с проклятой империей отца! — огрызнулся тот. — Я был бы не прочь заполучить его деньги, но отец не так уж стар и вполне может прожить еще лет тридцать. Я скорее утоплюсь, чем буду так долго жить у него в плену!

Слова Акселя прозвучали мелодраматично, но в них была доля правды.

— Чем бы ты занялся, будь у тебя свобода выбора? — спросила Сигни.

Аксель с удивлением посмотрел на нее. По-видимому, его никогда никто об этом не спрашивал.

— Я бы стал капитаном собственного корабля, потому что люблю море, — ответил он. — Отец считает, что это глупые амбиции.

— На свете много романтиков, которые жить не могут без моря, — заметил Рамзи. — Значит, карьера капитана морского судна — это все, что тебе нужно?

— Да! Но я не могу оставить Аннабел одну в доме отца, — с горечью сказал Аксель.

— А ты чем бы хотела заняться, Аннабел? — спросила Сигни.

— Будь у меня свобода выбора, я бы поехала в Лондон. Моя мечта — войти в светское общество, чтобы найти себе на балах привлекательного джентльмена, за которого потом выйти замуж и ни в чем не нуждаться.

— В Лондоне трудно без влиятельных друзей или родственников, которые могли бы ввести тебя в светское общество, — заметил Рамзи. — Чтобы начать все с нуля, нужны большие деньги и связи.

— На Лондоне свет клином не сошелся, — сказала Сигни. — По-моему, ваша мать была родом из Дублина. У вас там есть родственники, которые могли бы приютить тебя?

— Наша тетя несколько раз предлагала мне свою помощь, — призналась Аннабел, — но отец никогда бы меня к ней не отпустил! — Она надула губки. — И потом, я хочу в Лондон, а не в Дублин!

— Иногда нам приходится довольствоваться синицей в руках. Чего ты добьешься, если будешь всю жизнь рваться к тому, что недостижимо? В конце концов, ты разобьешь себе сердце, — решительно заявила Сигни. — Я слышала, что Дублин — прекрасный город, и, если я не ошибаюсь, ваша мать происходила из обеспеченной семьи. Думаю, ты могла бы посещать там балы и знакомиться с привлекательными джентльменами. Ты красива, а значит, сможешь найти достойного мужа. Это вполне достижимое будущее. Чем оно тебе не нравится?

Аннабел закусила губу, ее слезы высохли, и пробормотала:

— Нет, мне все нравится…

Рамзи повернулся к Акселю.

— Ты умеешь ходить под парусом?

Тот указал на парусную лодку у берега.

— Я сам управляю этой лодкой, когда мне надо выйти в море. Мы с друзьями часто устраиваем морские прогулки.

— Этого мало. — Рамзи нахмурился. — Если ты действительно хочешь стать моряком, я попрошу Алана Иннеса обучить тебя искусству управления парусным судном. Он сделает из тебя настоящего капитана. Учиться долго, и от тебя потребуется напряжение всех сил, а если будешь проявлять высокомерие, изображать аристократа, Алан выбросит тебя за борт на съедение акулам, и я не стану винить его за это. — Рамзи посмотрел Акселю в глаза. — Если ты все выдержишь и выучишься на капитана, я подарю тебе «Фрею» или что-то наподобие.

— И у меня будет собственный корабль? — удивленно воскликнул Аксель. — Это моя заветная мечта!

— Если это действительно так, то она непременно сбудется, и ты избавишься от тирании отца. — Рамзи вошел в роль лэрда и говорил очень убедительно. — Надеюсь, вы оба довольны открывающимися перед вами перспективами? Вам нужно принять решение прямо сейчас. Ваш отец на заводе, но к фестивалю огня вернется домой. Итак, вы готовы кардинально изменить свою жизнь?

Брат и сестра переглянулись. Аннабел нервно сглотнула:

— Да, я готова. А ты, Аксель?

Ее брат глубоко вздохнул:

— Для меня главное, что ты будешь в безопасности и сможешь выйти замуж за достойного человека. А у меня вряд ли будет другой шанс осуществить свою мечту. — Он поднял глаза на Рамзи. — Да, мы принимаем твое предложение.

— Тогда отправляйтесь домой и соберите вещи, — сказала Сигни. — Аннабел, думаю, тетя примет тебя даже с пустыми карманами, но у тебя наверняка неплохой гардероб и ты не захочешь оставлять его здесь.

— Да, ты права. — Девушка поднялась на ноги. — Но эти туфли безвозвратно испорчены.

— Так тебе и надо — это наказание за попытку кражи и угрозу применить огнестрельное оружие, — сухо заметила Сигни. — Кай, когда они выходят в море?

— Это нужно выяснить у Алана Иннеса, но, думаю, утром, когда начнется отлив.

Рамзи протянул Акселю руку, чтобы помочь подняться. Молодой человек слегка пошатнулся, но сумел встать на ноги и поблагодарил:

— Спасибо вам обоим за то, что выслушали нас и дали шанс устроить свою жизнь.

Сигни усмехнулась:

— Признаюсь, скучать по вам я не буду. Вы оба расхаживали по Кланвику, вечно надувшись, с обиженным видом, и мне это никогда не нравилось.

Аннабел хотела что-то возразить, но брат схватил ее за руку и повел к лодке, на которой они приплыли сюда.

— Она права, у нас с тобой начинается новая жизнь. Давай будем благодарны Рамзи и Сигни за помощь.

— Да, вот еще что, — крикнул им вслед Рамзи. — Вы взяли что-нибудь с корабля?

Аксель, обернувшись, покачал головой:

— Не успели, вы явились вовремя.

— Надеюсь, вы не нанесли слишком большой ущерб древнему судну, — заметил Рамзи. — А теперь убирайтесь!

Подойдя к нему, Сигни обняла его за талию, а Рамзи ее — за плечи, и они стояли так до тех пор, пока незваные гости не сели в лодку и ветер не подхватил ее парус. В сиянии лунного света лодка повернула на юг, к Кланвику.

— Как ты думаешь, они сумеют изменить свою жизнь и осуществить мечты? — тихо спросила Сигни.

— Во всяком случае, у них есть неплохой шанс, — ответил Рамзи. — Аксель и Аннабел стремятся вырваться из-под власти отца. Хорошо, что они держатся вместе, как и должно брату и сестре. — Глядя на ее лицо, посеребренное лунным светом, он признался: — Знаешь, мне не раз приходило в голову соблазнить тебя прямо здесь, на берегу, но так и быть: потерплю до дома.

В ее голосе звучали нарочито провокационные нотки.

— Давай обсудим этот вопрос, когда доберемся до Скеллиг-хауса.

Он рассмеялся, и они по залитой лунным светом тропинке отправились домой.