Через минут пятнадцать Руслан плавно тормозит у спортивного клуба. Когда я слезаю с байка, мои ноги дрожат – не знаю, то ли от непривычно быстрой езды, то ли от того, как неприлично близко я прижималась к нему все это время. Неловко снимаю шлем, пытаясь привести в порядок растрепавшиеся волосы.

– Ты как? – спрашивает он с легкой усмешкой, наблюдая за моими попытками.

– Нормально, – я стараюсь звучать спокойно, но сердце до сих пор колотится где-то в горле.

Руслан тоже снимает шлем, и я невольно любуюсь им. Смуглое лицо с четко очерченными скулами, темные волосы, которые он прямо сейчас зачесывает назад одним небрежным движением руки. И эти глаза – карие, даже скорее ореховые, такие пронзительные. Вдруг вспоминаю, что они мне снились сегодня…

– Надеюсь, ты не против, если сегодня мы проведем тренировку немного пораньше. Раз уж тебя освободили с последнего урока…

– Не против, – с улыбкой отвечаю я, думая про себя, что это он освободил меня от литературы из-за ненаписанного эссе.

Мы проходим внутрь, там еще никого нет. Если обычно во время моих тренировок хотя бы пара ребят занимается на ринге, то сегодня зал абсолютно пуст. Смотрю в телефон на время и понимаю, что мы приехали еще до открытия. Но дверь была не заперта, значит, где-то в здании находится Сергей Иванович.

Захожу в пустую раздевалку и переодеваюсь в спортивную форму – черные легинсы, кроссовки и футболку с длинными рукавами. Надеюсь, они смогут скрыть синяки на руках от любопытных глаз Руслана. Особенно свежий, насыщенно-фиолетовый, который до сих пор болит.

– Разминка десять минут, – командует Руслан, как только я выхожу в зал. – Ты в порядке? Выглядишь немного напряженной.

Он внимательно рассматривает меня, замечая, кажется, любое изменение в моем настроении.

– Все нормально, просто устала в школе, – уверенно вру я и послушно начинаю наворачивать круги по залу.

Бег, прыжки, растяжка… Мое тело, поначалу такое неуклюжее на тренировках, теперь двигается чуть более уверенно. Я старательно выполняю все упражнения, краем глаза наблюдая за Русланом, который практически не отрывает от меня взгляд. Хорошо, что на прошлой тренировке Сергей Иванович подробно показал мне, как правильно наматывать бинты и надевать боксерские перчатки. На этот раз я, не отвлекаясь, впитывала всю информацию и запоминала правильную последовательность. Сегодня я справилась самостоятельно.

Когда перчатки плотно обхватывают мои руки, начинается настоящая жесть. Как бы хорошо Руслан ко мне ни относился, я понимаю, что он требовательный тренер. Но мне это даже нравится.

– Выше локти! – его голос эхом разливается по пустому залу. – Защищай лицо! Бей быстрее! Действуй на опережение!

Я стараюсь, правда стараюсь, но ни один мой удар не находит своей цели.

– Не отвлекайся! – Руслан неожиданно сокращает дистанцию и мягко касается перчаткой моего подбородка. – Надо поработать над защитой, малышка…

Вместо ответа я делаю финт и пытаюсь провести правый хук, которому на прошлом занятии меня учил Сергей Иванович. Руслан, как всегда, с легкостью уходит от удара, но в его глазах мелькает одобрение.

– Лучше, – кивает он. – Но все еще слишком медленно.

Мы продолжаем, и на одном из упражнений рукав футболки неудачно задирается, обнажив новый синяк на моей руке. Руслан жестом останавливает тренировку и замирает.

– Опять? – спрашивает он, и в его голосе отчетливо звучит тревога.

– Ничего страшного. На физкультуре, наверное, ударилась.

Руслан хмурится, а его глаза темнеют.

– Это не похоже на случайный ушиб, Аня.

Сердце начинает биться быстрее, и я поспешно отвожу взгляд. Отчаянно не хочу признаваться в причине возникновения синяков. Это стыдно. И к тому же я уже немного знаю Руслана и боюсь, что он может как-то навредить брату. Не то чтобы мне было очень жалко его, но это же Руслан, он крупнее и намного сильнее Стаса… Он настоящий боец, в то время как мой брат бьется лишь с виртуальными боссами в очередной компьютерной игре. Силы изначально неравны, а Руслан может не сдержаться и покалечить брата. Перед глазами вновь встает картина, как он практически уничтожал своего спарринг-партнера в порыве ярости, хотя я уверена, что тот ничего плохого лично Руслану не сделал…

– У меня просто слабые сосуды, – нахожу оправдание я. – Синяки появляются даже от незначительных ударов. Это с детства…

Слова льются потоком, как будто если я скажу достаточно много, то ложь станет правдой. Руслан смотрит на меня изучающим взглядом. В его глазах читается сомнение, но он не настаивает, за что я мысленно его благодарю.

– Хорошо, – наконец произносит он. – Пожалуйста, будь осторожнее.

Мы возвращаемся к тренировке, но что-то меняется. Руслан становится еще внимательнее, а его прикосновения – еще осторожнее. Словно я стала фарфоровой статуэткой, которая может разбиться.

Но интенсивность нагрузки не снижается, и к концу занятия я все равно чувствую себя выжатой как лимон. Руслан, видимо сжалившись надо мной, наконец объявляет, что на сегодня достаточно. Я снимаю перчатки и падаю на скамью, пытаясь отдышаться.

– Ты делаешь успехи, – говорит он, протягивая мне бутылку с водой и присаживаясь рядом. – Но защита хромает.

– Я стараюсь, – бормочу я, жадно глотая жидкость, словно это божественный нектар.

– Знаю, ты умничка, – неожиданно мягко отвечает он, улыбнувшись. – Иди в душ, встретимся здесь.

Я киваю и иду в сторону пустой раздевалки. Захожу и с облегчением сбрасываю с себя пропитанную потом одежду, после чего направляюсь в душевую.

Горячая вода смывает усталость и напряжение. Я закрываю глаза, позволяя струям барабанить по плечам и спине. Мысли текут лениво, как вода по кафелю. Все они о Руслане… Я согласилась, чтобы он стал тренировать меня, и сейчас понимаю, что ни капли не жалею. Мне приятно находиться рядом с ним, наблюдать за его работой, даже подчиняться его приказам… Тренировать людей – это однозначно его. Я надеюсь, что однажды он сможет осуществить свою мечту и откроет спортивный клуб или даже сеть…

Закончив мыться, выключаю воду и тянусь за полотенцем. Обернув его вокруг тела, выхожу из душевой кабинки, по пути отжимая мокрые волосы рукой. Подняв глаза, застываю на месте. Руслан стоит посреди раздевалки, опираясь на шкафчики. Сердце пропускает удар, а затем начинает колотиться с утроенной силой. Я крепче сжимаю полотенце на груди и остаюсь стоять на месте.

– Что… что ты здесь делаешь? – мой голос звучит выше обычного, выдавая волнение.

Руслан молча смотрит на меня, его взгляд скользит по моим плечам, рукам, задерживаясь на синяках, которые пестрят на коже разными оттенками фиолетового и желтого.

– Прости, – произносит он, но в его голосе нет ни капли раскаяния. – Тебя долго не было, и я решил проверить, все ли в порядке.

– Это женская раздевалка… – произношу я очевидные вещи, пятясь и чувствуя, как горят щеки. Капли воды с волос стекают по плечам и спине, вызывая дрожь. Или это дрожь от его взгляда?

– Я знаю, – он отталкивается от шкафчиков и делает шаг ко мне.

Паника поднимается внутри меня. Я ведь сейчас стою перед ним практически голая, с мокрыми волосами, без капли макияжа… И эти ужасные синяки на руках! Мне хочется провалиться сквозь землю, лишь бы Руслан не видел меня такой…

Он медленно приближается, а я больше не могу сдвинуться с места. Руслан останавливается так близко, что я буквально чувствую тепло его тела, вижу каждую деталь лица – едва заметную ямочку на подбородке, маленький шрам над левой бровью, расширенные зрачки в карих глазах…

Его пальцы нежно касаются моего голого плеча, стирая каплю воды. Прикосновение обжигает кожу, подобно раскаленному металлу. Резко вдыхаю, не в силах выдохнуть.

– Руслан, пожалуйста… – я не знаю, о чем прошу. Чтобы он ушел? Или чтобы остался?

Он не уходит… Вместо этого его пальцы скользят вниз по моей руке, останавливаясь на особенно ярком синяке чуть выше локтя, а брови сходятся на переносице.

– Может, я слишком сильно тебя нагружаю, – произносит он, осторожно обводя контур синяка.

Мое сердце колотится так сильно, что, кажется, он должен его слышать. Я стою и не шевелюсь, боясь спугнуть момент и одновременно мечтая, чтобы это закончилось.

– Нет… все нормально, – шепчу я. – Я… я справляюсь.

Руслан поднимает глаза от синяка и встречается со мной взглядом. Что-то мелькает в его темных глазах – тревога? забота? желание? – я не могу понять.

– Ань, ты меня боишься? – тихо спрашивает он, не убирая пальцев с моей руки.

– Н-нет, – запинаюсь, потому что это неправда. Я боюсь. Но не его, а себя рядом с ним, своих чувств, реакций на его прикосновения.

– Не бойся, – его голос становится еще тише, почти переходит на шепот. – Я никогда не сделаю тебе больно…

Я смотрю в его глаза и тону в них. Киваю, не в силах произнести ни слова.

– Ты дрожишь, – замечает он, и его рука снова касается моего плеча, нежно проведя тыльной стороной ладони вверх к шее, отчего по телу тут же пробегает волна мурашек.

– Я… Просто холодно, – вру я, хотя в раздевалке достаточно тепло, а от его близости меня и вовсе бросает в жар.

– Тебе нужно одеться, – говорит он, но не отступает. – Во сколько у тебя начинается смена?

– В пять, – на автомате отвечаю я.

– Тогда у нас есть время пообедать, – он наконец делает шаг назад, давая мне возможность вдохнуть полной грудью. – Знаю хорошее место недалеко отсюда.

Это не вопрос, скорее утверждение. Но я все равно киваю, сжимая полотенце, как спасательный круг.

– Хорошо, – мой голос звучит странно, словно и не мой вовсе.

– Я жду тебя в зале, – произносит Руслан, наконец-то направляясь к выходу из раздевалки.

В дверях он оборачивается, окинув меня еще одним волнующим взглядом, и добавляет:

– Не торопись, мы все успеем.

Когда дверь за ним закрывается, я опускаюсь на скамейку на ватных ногах. Сердце все еще колотится, в руках мелкая дрожь. Что это было? Что вообще происходит между нами?

Я смотрю на синяки на руках, все еще чувствуя прикосновения его пальцев, и пытаюсь собрать мысли в кучу. Руслан только что видел меня практически голой. Руслан пригласил меня на обед. И самое страшное – мне все это нравится.

Закрываю лицо руками и глубоко вдыхаю. Мне нужно высушиться, одеться и выйти к нему. А с остальным я разберусь потом.

* * *

Мы наспех обедаем в одном из новых заведений нашего города, а потом Руслан отвозит меня на работу, обещая забрать вечером. Я все еще не могу до конца прийти в себя после инцидента в раздевалке. Не произошло ровным счетом ничего, но в то же время произошло очень много. Мы ведь не встречаемся, но он уже видел меня в одном полотенце, касался моей голой кожи, подарил мне шлем, чтобы я могла спокойно кататься с ним на байке. Он забрал меня из школы, угостил обедом, а потом отвез на работу и обещал проводить до дома.

Я не знаю, как мне относиться ко всему этому. Я не привыкла к подобному, особенно со стороны парней. Я ощущаю себя… Интересной. Обо мне думают, заботятся. Меня одновременно пугает это и приводит в восторг. Но я отгоняю эти мысли и с головой ухожу в работу.

Вечерняя смена проходит как обычно: посетителей немного, в основном молодые пары или компании друзей, заскочившие на ужин. За час до закрытия приходит Руслан. Он садится за дальний столик и, когда я подхожу принять заказ, улыбается мне так, будто мы с ним делим какой-то секрет.

– Американо, пожалуйста, – спокойно произносит он. – И компанию красивой официантки, когда она освободится.

– Могу предложить только кофе, – краснея, отвечаю я и стараюсь звучать профессионально. – Остальное не входит в меню.

– Хорошо, тогда я подожду закрытия, – смеется Руслан.

И он действительно ждет меня, потягивая кофе и листая что-то в телефоне. Время от времени я ловлю на себе его взгляд, и каждый раз это заставляет мое сердце биться чаще.

За полчаса до закрытия входная дверь распахивается, и я вижу то, что заставляет кровь застыть в жилах. Стас со своим другом заваливаются в кафе, громко разговаривая и смеясь. По их движениям и голосам я понимаю, что они уже прилично выпили.

– Эй, официантка! – кричит Стас, увидев меня. – Принеси нам пиво и чего-нибудь поесть!

Я невольно съеживаюсь. Хорошо, что Руслан вышел на улицу поговорить по телефону и не видит всего этого позора. Почти за два года, что я здесь работаю, брат приходил лишь однажды, и тогда это не закончилось ничем хорошим. Он нагло требовал бесплатную еду и напитки, а я не смогла отказать, боясь сцен и последствий, которые ждут меня дома…

– Извините, у нас закрытие через полчаса, – я пытаюсь выпроводить их. – И кухня уже не работает…

– Какая разница? – Стас плюхается за столик, жестом приглашая друга. – Ты же здесь работаешь, сделай что-нибудь. Или ты для родного брата постараться не можешь?

Я замечаю, как Руслан заходит обратно в кафе, и стыдливо опускаю глаза.

– Посмотрю, что можно сделать, – бормочу я и иду к бару.

Через минуту я приношу Стасу и его другу напитки, стараясь не встречаться с ними глазами. Но когда я ставлю бокал перед братом, он вдруг хватает меня за руку. Я вздрагиваю от боли – его пальцы впиваются именно в то место, где уже есть синяк, который он оставил на мне вчера вечером.

– А ты че такая недовольная? – злобно щурится он.

– Отпусти, мне больно, – тихо прошу я, про себя молясь, чтобы Руслан ничего не заметил.

– Что ты сказала?! – он сжимает сильнее, и я чувствую, как к глазам подступают слезы.

Не успеваю ничего ответить, лишь замечаю краем глаза движение. Руслан вскакивает со своего места и быстро движется к нам. Он резко хватает Стаса за плечо и рывком тащит его к выходу. Тот от неожиданности разжимает свои пальцы и даже ничего не успевает сказать. Я в ужасе бросаюсь за ними, боясь, что они могут подраться.

На улице уже темно, только фонари освещают пустую дорожку перед кафе. Руслан держит Стаса за воротник, прижав к стене здания.

– Ты что, бессмертный? – Руслан говорит тихо, но его голос звучит страшнее крика.

Стас пытается вырваться, но Руслан только сильнее вдавливает его в стену.

– Ты кто такой вообще? – хрипит Стас.

– Руслан, отпусти его! – Я подбегаю к ним, задыхаясь от страха. – Пожалуйста…

Руслан оборачивается, и в свете фонаря я вижу, как гнев в его глазах сменяется замешательством.

– Ты знаешь этого урода?

Я сглатываю ком в горле. Скрывать больше не получится.

– Он… он мой брат…