Я не утверждаю, что воспоминания хороши сами по себе. Я утверждаю, что японский образ мышления активируется обращением к важным воспоминаниям своей истории. На страницах этой книги я не раз упоминал о понятии «японских фильтров». «Фильтр омокагэ» в этом смысле можно рассматривать как матрицу всех «японских фильтров».

В романе «Перед рассветом» Симадзаки Тосон сокрушается об утрате «фундаментальных основ» Японии, но тот факт, что его главный герой, Аояма Хандзо, скорбел о них, свидетельствует о том, что он был способен видеть сформировавшее эти «основы» Японии «пространство воспоминаний» (омокагэ-но басё).

Иными словами, можно сказать, что проводя обряд «разделения миров» с помощью установления столпов, Япония обеспечивала передачу важных образов прошлого; не забывая устраивать праздники рисовых полей, стремилась сохранить бинарную идентичность инори и минори; и бережно передавая из поколения в поколение секреты музыкального размера мабёси, поддерживала возможность в любой момент снова учиться на своих воспоминаниях омокагэ.

Это и есть то, что я называю «Японией, которая отредактировала образы своего прошлого». При этом «японские фильтры» основываются не на принципах рациональности, они базируются на методах избирательного редактирования.

Всё вышесказанное может заставить подумать, что постижение истинной природы японской культуры – задача весьма деликатная, и хотя в ней, безусловно, есть свои тонкости, то, что она при этом заставляет почувствовать, очень ясно.

Japans (англ., множ ч.) – буквально «Японии». Имеется в виду, что Япония так многослойна и разнообразна, что смотреть на неё следует с разных точек зрения.

Например, в японском языке много ономатопоэтических и миметических слов, таких как кира-кира и гира-гира, кан-кан и ган-ган, тон-тон и дон-дон. Как заметил однажды Огюстен Берк, французский географ, свободно владеющий японским языком, Япония, похоже, единственная страна в мире с таким количеством ономатопоэтических слов. Единственное различие между кира-кира и гира-гира сводится к разнице между глухим и звонким согласным, однако японцы прекрасно ощущают её значение.

Между сара-сара и дзара-дзара, кон-кон и гон-гон, кура-кура и гура-гура существует едва уловимая разница, и она имеет значимость в определённых обстоятельствах, обстановке и атмосфере. Сказать «ты ослепительно выглядишь» (кими-ва кира-кира ситэиру нэ) – это совсем не то, что сказать «ты вся сверкаешь» (кими-ва гира-гира ситэиру нэ).

Конечно, смысл этих выражений можно передать, прибегнув к западным способам выражения. Можно найти множество советов и рекомендаций по таким аналогам. Но кира-кира и гира-гира всё равно понятнее. Подобно тому, как аварэ и аппарэ представляют собой две вариации одного и того же слова, нюансы их различия были сформированы методом редактирования с помощью фильтра омокагэ. Таким образом японская культура проявляет себя в очень тонких, но хорошо различимых деталях, неизменно вызывающих ощущение «вчерашнего неба».

Когда-то давно Идзуми-сикибу[324] ввела в обиход понятие хаканаси. Слово хака до сих пор используется для описания характера плодотворно развивающегося процесса, как в выражениях вроде хакадору («процветать») или хака-га ику («достигать прогресса»). Следовательно, хаканаси означает нечто противоположное процветанию, но Идзуми-сикибу понимала это как «мимолётную красоту». Она не воспевала увядание вместо расцвета. Она обращала внимание, что порой результат даже упорных усилий бывает очень кратковременным, но и в этой тщетности живёт своя «эфемерная красота».

Очевидно, что истинная природа японской культуры чрезвычайно тонка и сложна. Остаётся лишь надеяться, что распространение глобализма и повсеместное усиление различных регалментов и стандартов, не приведёт к исчезновению цельной и многообразной, тонкой и самобытной культуры Японии.

Чтобы предотвратить это, необходимо более глубокое редактирование омокагэ, необходимы более осознанные усилия по возрождению традиционных ценностей.

Нам нужно постоянно заботиться о воспроизведении своей уникальной эстетики – не только в духе кавайи («милый») и ябай («крутой»), но и в духе ики, цу и о-кян. Важно, чтобы японцы смелее воспринимали сложность и многообразие своей культуры.