В предыдущих лекциях я рассказывал о японской культуре нихон бунка или нихон-но бунка в различных контекстах и ситуациях. Теперь я хотел бы коснуться самого понятия «культура».
С точки зрения культурной антропологии «культура» (яп. бунка[227]; англ. culture) является совокупностью способов деятельности и достижений людей определённой этнической группы, эпохи или региона. Английский этнолог и культуролог Эдуард Бёрнетт Тайлор[228] (1832–1917) на заре становления культурной антропологии определил культуру как сложный целостный организм, который слагается из «знаний, верований, искусства, нравственности, законов, обычаев и некоторых других способностей и привычек, усвоенных человеком как членом общества».
Это определение звучит суховато, но по сути оно верно. Этнолог Клод Леви-Стросс дополнил его элементом «силы слова», философ и социолог Юрген Хабермас концепцией «запаса знаний» и «коммуникативных практик», а Мишель Фуко – понятием «архивации».
Независимо от принадлежности к элитной культуре или субкультуре, рассмотрением культурных феноменов, вытекающих из определённых социальных явлений или тенденций, занимается направление исследований, предложенное Стюартом Холлом и Диком Хебдиджем из Бирмингемского университета. Оно получило признание после 1970-х годов. В качестве примеров объектов изучения такого подхода можно привести культуру Coca-Cola, культуру Диснейленда, увлечение Мадонной и феномен Uniqlo.
Однако не всегда на культуру смотрят как на следствие процессов в человеческом обществе. Некоторые исследователи считают, что зарождение культуры начинается гораздо раньше формирования социальных навыков человека, ещё на уровне поведения животных.
Австрийский зоолог Конрад Лоренц, исследовавший поведение животных в природной среде, и японский эколог и антрополог Киндзи Иманиси являются представителями этой точки зрения. Их теория основывается на том, что у животных хорошо развиты навыки групповой координации, использование различных орудий и способов коммуникации, а также демонстрационные формы поведения и избирательный подход к пище. Лично я готов согласиться, что человеческую культуру можно вывести и развить из подобного поведения животных.
Вероятно, наиболее позднее определение культуры принадлежит Ричарду Докинзу. Докинз – генетик-новатор, который произвёл революцию в биологии своей книгой «Эгоистичный ген».
Он предположил, что подобно тому, как биологические гены реплицируясь и комбинируясь друг с другом, передаются из поколения в поколение, культура также может наследоваться в широком смысле этого слова. Докинз ввёл термин «мем» (яп. миму[229]), схожий по значению со словом «ген», для описания элементов, являющихся звеньями в цепи культуры. В Японии его перевели как «ген культуры»[230] но я бы предложил записывать это слово как «элемент смысла»[231].
Сьюзан Блэкмор[232] в свою очередь утверждает: «Если люди – это машины по производству мемов, то и человеческую культуру можно описать через мемы».
Любая культура живёт своей жизнью, поэтому в качестве её объектов можно рассматривать всё, что угодно – леса, животных, людей, города, мужчин, женщин, равно как и группы или организации. Неслучайно существуют понятия «экологической», «корпоративной» или «гендерной» культуры. Постичь культуру значит изучить, как живут, чем занимаются и какое влияние на окружающее оказывают эти объекты.
То же самое можно сказать о японской культуре – она живёт своей жизнью. Поэтому точно также, как другие культуры, ее можно изучать и исследовать. Однако до сих пор при обсуждении японской культуры наблюдалась тенденция сосредотачиваться исключительно на её традиционной части, такой как театр Но и Кабуки, гора Фудзи, гейши, гравюры укиё-э, или типично японские модели поведения, игнорируя многие остальные стороны. Говоря о типично японских моделях поведения, я имею в виду такие распространённые понятия, как «культура стыда» хадзи-но бунка, «культура зависимости» амаэ-но бунка, «культура вертикального общества иерархии» татэ-но сякай, или понятие «ояката-хиномару»[233]. Хотя все они являются частью общей картины, сосредоточенность только на этих её элементах в конечном итоге размывает истинный культурный смысл традиционных исполнительских искусств и ремёсел. Это не делает взгляд на японскую культуру более глубоким. Так как же быть? Было бы разумно упорядочить свой подход. Бессистемное изучение японской культуры приведёт к путанице между её различными уровнями, понятиями и концепциями.