Однажды мне довелось быть председателем Международного конгресса городских парков (World Urban Parks Congress). Садовники, ландшафтные дизайнеры, менеджеры проектов, руководители местных органов власти и многие работники садовой сферы со всего мира собрались, чтобы обменяться идеями и опытом. В качестве приглашённых спикеров выступали американский социолог и футуролог Элвин Тоффлер и японский специалист по городскому планированию Симокобэ Ацуси.

Мы услышали несколько весьма интересных докладов. Представитель Германии отметил, что главные элементы парка – это лес и ветер, эксперт из Канады заявил, что парки должны создаваться так, как их видят дети, а ландшафтный дизайнер с исламскими корнями подчеркнул, что не следует полностью закрывать внутренний двор, где обычно разбивают небольшие садики. Мы услышали, что в Корее внутренний двор-сад мадан – это место для сбора семьи, а в Америке парк – место, куда человек приходит ради глотка свежего воздуха. Японский эксперт показал примеры различных садов прогулочного типа, подобных саду императорской виллы Кацура, и пояснил, что «для японских садов характерно то, что они не позволяют увидеть всю пейзажную картину с одного ракурса».

Я считаю, что особенности садово-парковой культуры каждой страны раскрывают её национальное и природное своеобразие, обнаруживая различные взгляды на общество и общественное пространство. Японское представление об устройстве сада тоже проливает свет на важные принципы организации японского общества. Поэтому ключевое слово этой лекции – сад нива.

Но я не буду рассказывать здесь о типах садов, парков или садоводстве. Я хотел бы поговорить о японском понимании экономики и рынка через понятие «сад».