Слово «психопат» мы, конечно, употребляем исключительно с нежностью. Ибо кто еще, как не персонажи с легким (или не очень) налетом эксцентричности, может одновременно двигать прогресс, дирижировать судьбами наук и… варить отличное малиновое варенье? Или галстуки завязывать с философским подтекстом?

Гении – как дети: когда не исследуют мир, они в него играют. Только игры у них соответствующие – вместо кубиков им подавай чемоданы, виолончели и спирт!

Что, скажите, могло вдохновлять крупнейшего хирурга России Николая Склифосовского? Думаете, его можно представить только в операционной – скальпель, анатомия, ученые тексты? Но нет. Склифосовский был страстным садоводом. Где-нибудь между удалением селезенки и медицинским консилиумом он заботливо окучивал грядки, лелеял розы и, как свидетельствуют современники, играл на виолончели на уровне добротного оркестранта. Вот уж действительно, взмахни скальпелем днем, а смычком – по вечерам.

Тачать[17] сапоги любил во время отдыха от литературных трудов Лев Толстой. Близко знавшие его люди утверждали, что автор «Войны и мира» владел еще дюжиной специальностей. Сначала граф начал собственноручно пахать землю, собирая этим зрелищем толпы крестьян, которые чесали затылки и спорили промеж собою: спятил барин или просто чудит с перепою? Затем отец русской интеллигенции оделся как босяк и пошел в село к своим крепостным – погутарить об их нуждах и печалях. Оробевшие мужики попрятались в сене от греха подальше, а великий писатель махнул рукой на попытки понять крестьянскую душу и занялся изготовлением сапог, которые раздаривал родственникам и знакомым. Его зять М. Сухонин держал подарок тестя на книжной полке, рядом с «Войной и миром».

А что делал Дмитрий Иванович Менделеев? Человек-таблица. То есть, конечно, периодическая система. И тут выясняется, что кроме отличных формул он выдавал не менее отличные чемоданы. Настолько солидные и надежные, что за ними выстраивались очереди из путешествующих промышленников, профессоров и особенно – ценителей ручной клади. Под чуткой рукой химика чемодан становился не просто емкостью для вещей, а хранилищем научных истин и чисто русской надежности. А уж когда он разработал стандарт крепости для русской водки – градус доверия значительно повысился.

Француз Оноре де Бальзак, признанный виртуоз многословия и диагност человеческих страстей, вдруг резко сдвинул фокус с душ – на галстуки. Серьезно: однажды он издал книгу «Искусство завязывания галстука в шестнадцати уроках». Там он (без иронии!) утверждал, что по форме и узлу галстука можно безошибочно определить характер человека, сферу его деятельности и, вероятно, счет в банке. А еще – всегда снимал шляпу, когда говорил о себе. Так сказать, жест вежливости и преклонение перед собственной гениальностью.

Александр Дюма, между тем, питал слабость… к кулинарии. Пишет, пишет роман – кровь, шпаги, беготня по Парижу – и вдруг пауза: тушится бульон. В какой-то момент не выдержал, отложил «Графа Монте-Кристо» и принялся записывать кулинарные размышления, которые позже составили увесистую и весьма изысканную кулинарную энциклопедию. Судя по рецензиям, читать было вкусно.

Что объединяет всех этих разносторонне талантливых, слегка зацикленных и глубоко одержимых личностей? Хобби. Иногда полезное, иногда абсолютно бесполезное, но всегда – глубоко личное. Что-то, что не нужно оправдывать, доказывать, монетизировать. Что-то, что можно делать просто потому, что… хочется.

Психологи давно заметили: у хобби есть своя терапевтическая сила. Накопление монет, выращивание роз, страсть к чемоданам или сочинению рецептов – это способ дать мозгу отдохнуть от основного труда, но при этом не выключаться совсем. Это как переключение передач – с пятой на нейтральную. Без хобби великому уму грозит перегрев. А с ним – он может и романы писать, и галстуки завязывать, и водку измерять, и опыты ставить.

Знаменитому философу Фридриху Ницше приписывается следующее высказывание по теме:

«Хобби – это внутреннее спасение от внешнего мира».

Итак, если вы вдруг заметили за собой непреодолимую тягу к коллекционированию чайных этикеток, резьбе по дереву или составлению каталогов облаков – не беспокойтесь. Вероятно, это просто ваш внутренний гений тихонько вышел на прогулку.