КУЛЬТУРНЫЙ СЦЕНАРИЙ: ВЛИЯНИЕ ОКРУЖЕНИЯ НА СЦЕНАРИЙ
Пьер происходит из старинной протестантской семьи. Хотя его бабушка рано покинула Ним, где она родилась и где жила вся ее семья, она сохранила ценности, образ мыслей и манеру поведения, сформированные протестантской верой. Ее муж, тоже протестант, родом из Марселя, не обладал типичной для южан словоохотливостью, но унаследовал от предков протестантскую строгость, аскетизм и привычку служить общему благу.
Пьера не воспитывали в религиозных традициях, он не был крещен, а его мать хотела отойти от того, что считала устаревшими обычаями. Она страдала от холодности своих родителей и не желала оставаться частью подобного закрытого сообщества. Отец Пьера, Мишель, происходил из республиканской, скорее атеистической семьи и был убежденным антиклерикалом.
Когда Пьер и Шарлотта поженились, их родители были несколько удивлены. Хотя они принадлежали к одному социальному классу, их культурные коды сильно отличались. В семье Шарлотты признавали только католицизм и хранили воспоминания о временах, когда протестантов считали еретиками. А атеистов ее родители приравнивали к масонам, относясь к ним, мягко говоря, с недоверием.
Различия проявились уже на этапе подготовки к свадьбе. Для родителей Шарлотты брак без венчания в церкви представлялся настоящей драмой. А для родителей Пьера сама мысль о посещении католической церкви была с трудом выносима. После множества переговоров и компромиссов молодожены решили поступить по-своему и не обращать внимания на давление родственников. Но это было нелегко. Шарлотта мечтала о свадьбе как из сказки, а Пьер хотел скромное торжество в кругу семьи и самых близких друзей. В итоге снова пришлось искать компромисс: Шарлотта получила возможность надеть платье принцессы, а список гостей был тщательно составлен и включал только действительно дорогих обоим людей.
Сегодня эти культурные различия ощущаются и в их повседневной жизни. Шарлотта любит роскошь и не жалеет денег на красивые вещи. Она терпеть не может следить за расходами и считает Пьера немного жадным. Ее муж скорее аскетичен. Сам того не осознавая, он унаследовал протестантские ценности умеренности и строгости. Хотя он и не воспитывался в религиозных традициях, взгляды родителей, которые считали заботу об окружающем мире важнее личных удовольствий, несомненно, на него повлияли. Иногда это вызывает конфликты: Шарлотта не всегда понимает образ мыслей Пьера и упрекает его в неспособности наслаждаться жизнью.
Если бы Пьеру и Шарлотте сказали, что на них влияет среда, из которой они вышли, они, вероятно, удивились бы. Однако, несмотря на то, что оба получили далекое от религиозных традиций предков воспитание, их взгляды на жизнь все равно сформировались под влиянием культурных кодов их семей. Различия между ними не так уж и велики, но они все же существуют, порой являясь причиной разногласий.
Общество, в котором мы живем, порождает множество предписаний и моделей поведения. Мы их впитываем, и они становятся частью нашего сценария. Эти послания передаются не только родителями, но и окружением – школами, церквями, культурными традициями, региональными особенностями и так далее. Сегодня мир стал ближе, люди все чаще переезжают, привозя с собой свой образ жизни и традиции, которые порой противоречат культурным нормам стран, в которых они обосновываются.
Можно сказать, что культура – это совокупность значений, исторически передаваемых и воплощенных в символах, посредством которых народ общается, сохраняет и развивает свои знания и отношение к жизни.
Ребенок получает сообщения не только от своих родителей, но и из окружающей среды. Это формирует у него систему ориентиров не только от семьи, но и группы принадлежности.
Страна, в которой мы живем, с ее традициями, мифами и историческими событиями, формирует национальную принадлежность. В школе мы изучаем историю нашей страны – от предков-галлов и королей до Столетней войны и всех событий, сформировавших национальное самосознание. Эта принадлежность формирует у нас восприятие себя как французов, которое проявляется в нашем образе жизни, в том, что мы видим себя частью нации. Даже традиционная кухня отражает нашу культурную идентичность.
Вопрос этнической идентичности в последнее время становится все более актуальным. Он проявляется не только в цвете кожи, но и в особенностях, которые подчеркивают различия между народами. Эти различия могут становиться причиной жестоких конфликтов, как, например, между народами тутси и хуту в Руанде.
Религиозные взгляды часто являются источником разногласий. Католики и протестанты веками вели между собой борьбу за убеждения; мусульмане и христиане часто находятся в противостоянии. Еврейский народ заплатил высокую цену за свою религиозную идентичность. И в Азии наблюдаются глубокие противоречия между буддистами и мусульманами. Наша религиозная принадлежность формирует в нас образ мышления, способ жизнедеятельности, ценности, которые часто выходят за пределы только верований и религиозной практики.
Общество можно условно разделить на три социальных класса: высший, средний и низший. Уже сами термины «высший», «средний» и «низший» отражают представления о социальной иерархии, черты которой проявляются в нашем индивидуальном самовосприятии. Ребенок из рабочего класса будет воспринимать себя иначе, чем ребенок из верхушки общества, независимо от стиля воспитания родителей. Социальный детерминизм часто оказывается труднопреодолимым и формирует наше отношение к миру, отражаясь на наших убеждениях и уровне уверенности в социальных взаимодействиях.
Наша принадлежность может быть также связана с регионом проживания. Долгое время французов воспитывали в отрицании этой идентичности, отдельные культурные традиции считались всего лишь фольклором. Единственное исключение делалось для гастрономии, где старинные рецепты регионов передавались из поколения в поколение. Сегодня наблюдается обратный процесс – интерес к региональным корням растет. Культурные традиции вновь обретают ценность, и многие люди идентифицируют себя прежде всего как бретонцы, корсиканцы или баски, особенно в тех регионах, где идет борьба за автономию.
Мы можем одновременно принадлежать к нескольким группам, каждая из которых формирует нас, вкладывая определенные убеждения, видение истории и взгляды на жизнь.
Эрик Берн, интересовавшийся социальной психиатрией и группами, использовал свою модель эго-состояний для описания культуры группы. По его мнению, члены социальной группы разделяют такие общие ценности Родителя, способы действия Взрослого и эмоции Ребенка, как стандарты поведения (этикет), навыки и характер. Их можно представить следующим образом:
Рис. 1. Содержание различных культурных эго-состояний
В Родителе заключены ценности и убеждения, касающиеся, в частности, жизни и смерти, добра и зла, мужчин и женщин, богатства и бедности, молодости и старости. Здесь же находятся идеология, обычаи, ритуалы, суеверия и социальные предубеждения, поскольку эти элементы передаются по наследству через культурный код.
Навыки включают в себя знания, методы, способы производства и распределения. В этой части сын перенимает у отца профессию – ремесленную, фермерскую или любую другую, передающуюся от отца к сыну. Здесь и модели экономических процессов, научные и исследовательские подходы, системы планирования и организации.
Кроме того, именно Взрослый отвечает за восприятие политического устройства, демократию, централизованное управление или любые другие политические элементы, передаваемые через культурное наследие.
Помимо того, что нам передают родители, общество учит нас, как жить, как выражать любовь, ненависть, радость или боль. Оно показывает, как следует и как не следует проявлять свои чувства, заставляет нас соответствовать модели принятия или отвержения, подчинения или сопротивления. В группе, к которой мы принадлежим, детские желания и потребности признаются в разной степени. Наше социальное окружение учит нас управлять своими побуждениями, выстраивать дружеские отношения, справляться с ревностью, определенным образом воспринимать рождение и смерть. Оно формирует в нас понимание свободы, чувство идентичности, задает модели страха, надежды или самореализации. Так, в одних обществах женщины считаются реализовавшимися, если у них много детей, тогда как в других их профессиональный успех становится столь же значимым, как и личное благополучие. Эти элементы становятся частью характера, когда передаются вместе с культурным наследием.
В структуре личности эти элементы находят отражение в эго-состоянии Родителя, наряду с усвоением образов различных родительских фигур.
Рисунок 2. Культурные эго-состояния в Родителе (Р2)
Если мы хотим измениться, нам необходимо провести реорганизацию нашего внутреннего содержимого и перераспределить эмоциональные вложения в Родителя, Взрослого и Ребенка. Это происходит на индивидуальном, психологическом уровне, однако любое личностное развитие требует также осознания и изменений на уровне Культурного Родителя. Что не всегда легко, поскольку может отдалить нас от группы, к которой мы принадлежим.
На пути к изменениям человек подвергает сомнению не только послания, полученные от родителей, но и те, что исходят от страны, социальной группы, региона, в котором он родился и вырос.
УПРАЖНЕНИЕ
ПОРАЗМЫШЛЯЙТЕ О СОДЕРЖИМОМ КУЛЬТУРНОГО РОДИТЕЛЯ
В части стандартов поведения: что вам передали ваши родители, ваша группа принадлежности?
В части навыков: чему вы научились у своего окружения и что из этого сохранили?
В части характера: какие способы мышления или восприятия больше связаны с вашей группой принадлежности, чем с вашей семьей?
Человека можно представить в виде трех кругов, обозначающих эго-состояния, но также можно изобразить его целостную личность в виде концентрических кругов, отражающих последовательные оболочки его групп принадлежности: личной, семейной, этнической, религиозной, социальной, региональной и национальной[85].
Рисунок 3. Различные оболочки индивида
На всех уровнях оболочки позиция человека может быть разной. В своей семье он может чувствовать себя +/–, а в своей социальной группе – скорее –/+. Помимо установок, полученных от своей семьи по рождению, мы можем принимать решения в соответствии с установками, которые получили от группы, к которой принадлежим.
Таким образом, решение не выражать или не демонстрировать свои чувства может быть результатом семейного запрета или личного решения ребенка, которое было принято после пережитой травмы. Но это также может быть этническим или религиозным предписанием, социальным или национальным образом жизни. Чаще всего семейные предписания воспроизводятся на культурном уровне, поскольку семья вписана в среду, в которой живет. Однако иногда социальные и религиозные группы могут вступать в противоречие с региональной или национальной средой.
С самого рождения Пьер чувствовал, что раздражает свою мать. Постепенно он принял решение не проявляться слишком явно и особенно никак не выражать свои чувства. Это было личное решение, которое относится к его первой оболочке. К этому добавились посылы из его исходной среды: у протестантов не принято показывать свои чувства, и лучше вести себя сдержанно. Это составило его религиозную оболочку. В социальной оболочке Пьера также есть предписание не демонстрировать свои чувства: мир репортеров, к которому принадлежал его отец, довольно жесток, и там плохо относятся к тем, кто говорит о переживаниях. Наконец, происхождение его дедушек и бабушек по отцовской линии из Эльзаса (хотя это уже почти не отражается в жизни Пьера) оставило след в том, как следует себя проявлять. Таким образом, в своих различных оболочках Пьер сталкивается с запретом «Не выражай то, что чувствуешь». Для Шарлотты, которая не встречалась с подобными предписаниями, поведение ее мужа иногда совершенная загадка.
В этом примере видно, что послания, составляющие оболочки, имеют одно направление и усиливают друг друга. Для Пьера эти сообщения сильны, но, по крайней мере, нет конфликтов между разными оболочками.
Тем не менее могут возникать случаи, когда предписания противоречат друг другу. Человек может получить разрешение на успех в своей личной и семейной оболочке, но сообщение из социальной группы, к которой он принадлежит, может заключаться в ненужности успеха. В этом случае те, кто идет вперед, воспринимаются своей группой как предатели: следует оставаться рабочим или крестьянином, как все остальные. Тех, кто меняет социальный класс, воспринимают как зазнавшихся, не считающих свою среду достаточно хорошей для них. Люди, получившие такие послания в социальной или этнической оболочке, могут испытывать трудности, пытаясь освободиться от этих предписаний.
Жасмина, с которой Шарлотта познакомилась в университете, умная и трудолюбивая девушка. Она родом из пригорода Парижа и одна из немногих в своем окружении, кто получил образование. Ее одноклассницы теперь замужем, работают на низкооплачиваемых должностях и очень ей завидуют. С тех пор как она тоже вышла замуж, а особенно после того, как у нее появился ребенок, Жасмина начала задаваться множеством вопросов. Ей кажется, что она предала своих родных, стала представительницей буржуазии, хотя на самом деле ей не по душе это название. Она чувствует себя неуютно в этом социальном круге. И несмотря на то, что ее принимают с добротой, она не ощущает себя в своей тарелке. Жасмина не хочет посещать светские мероприятия, предпочитая оставаться дома с семьей, и злится на своего мужа, который всегда готов проводить время с друзьями.
В профессиональной сфере тоже возникают трудности. Она часто чувствует себя не на высоте, не знает, как правильно себя вести в корпоративной среде. Она понимает, что для успеха недостаточно просто иметь диплом и что перед ней открывается совершенно незнакомый ей мир. Тем не менее Жасмина достаточно умна и проницательна, чтобы понять новые правила, но боится, что адаптация к ним приведет к отказу от своих корней. Хотя ее родители очень гордятся ее успехами, она часто чувствует, что не выполняет своих дочерних обязанностей, что как бы отвергла свое бывшее окружение. Она больше не принадлежит к своему исходному социальному слою, но и не чувствует себя частью среднего класса, который с экономической точки зрения стал теперь ее миром.
В случае с Жасминой можно сказать, что она получила разрешение на успех на личностном и семейном уровне. Но в ее социальной оболочке сохраняется след запретов ее социальной группы: тот, кто достигает успеха, подвергается осуждению, хотя и вызывает зависть. Поэтому, чтобы преуспеть, нужно проявить много мужества и нарушить неформальный моральный код своей исходной группы. На этапе работы с личным сценарием важно понимать, на каком уровне находятся эти запреты, чтобы можно было эффективно их проработать.
Культурный сценарий общества можно определить как совокупность эмоционально насыщенных действий, которые в нем признаются и ожидаются. Эти сценарии зависят не от конкретных исторических событий, а от того, как они интерпретируются.
Члены доминирующего социального класса чувствуют себя комфортно в своей среде и культуре. Для некоторых людей (мигрантов, членов религиозных или этнических меньшинств), напротив, их культура вступает в конфликт с культурой страны, в которой они живут. Они переживают этот конфликт внутри себя.
Такие сценарии можно найти в трех эго-состояниях: на родительском уровне в виде правил и ценностей, исходящих из культурного кода; на уровне Взрослого – в виде правил поведения и способов действий, принятых в культуре; на уровне Ребенка – как верования и чувства, разрешенные и запрещенные этой культурой.
Рама, няня маленького Жюльена, – молодая женщина из Сенегала, перебравшаяся во Францию, чтобы жить поближе к отцу, рабочему-мигранту. Она приехала в страну в 10 лет и сразу пошла в школу, хотя почти не говорила на французском. Рама достаточно легко адаптировалась к школьной системе и сегодня работает няней, чтобы оплачивать учебу по специальности воспитателя детей младшего возраста. Она хорошо интегрирована во французскую культуру, но существует множество точек, где ее родная культура вступает в конфликт с культурой новой страны, например в отношении места детей в воспитании.
Иногда она ведет эмоциональные беседы с Шарлоттой, у которой очень современное представление о равноправной роли каждого домочадца. Например, Рама никогда не попросит Пьера помочь с уходом за Жюльеном. Для нее забота о детях не соответствует роли мужчины. Шарлотте это не нравится: ей и так трудно заставить Пьера участвовать в домашних делах, а если еще и Рама будет на его стороне, то что тогда! Шарлотта беспокоится еще и о том, как Рама реагирует на потребности маленького Жюльена. Конечно, ей нравится, что Рама очень близка с ребенком, всегда готова взять его на руки и утешить, но в то же время она начинает сомневаться, не слишком ли это, не избалует ли его Рама чрезмерно, ведя себя подобным образом. Рама объясняла, что в Африке младенцы – короли, особенно мальчики, но это никак не успокоило Шарлотту. Франция – это не Африка, и французские младенцы должны учиться немного разочаровываться уже в раннем возрасте! Но все эти сомнения исчезают, когда Шарлотта видит, как ее сын радуется жизни, весело лепечет на руках у Рамы. В эти моменты она думает, что ей очень повезло с няней, так любящей детей.
Рама, в свою очередь, тоже задается вопросами о своей жизни. Она не знает, как ей удастся в будущем совмещать семью с интересной работой. Она наблюдает за тем, как Шарлотта носится повсюду, практически жонглируя временем, и думает, что не хотела бы жить как она, отдавая своего ребенка кому-то другому. В то же время она не видит себя живущей на африканский манер, со множеством детей. Иногда она уже и не знает, чего хочет от своей жизни. Раме ясно, что она хочет продолжать жить во Франции, но она не знает, как гармонично совместить обе свои культуры.
УПРАЖНЕНИЕ
ОПРОСНИК НА ТЕМУ КУЛЬТУРНОГО СЦЕНАРИЯ
Сегодня много говорят о том, как поколения передают невербальные установки, секреты и бессознательную историю семьи. Берн проявлял интерес к идее наследия рода, от которого мы происходим. Однако, помимо самой идеи передачи от поколения к поколению, он почти не занимался теоретическим анализом того, каким именно образом семейное прошлое может передаваться по наследству.
Чтобы объяснить это наследование, он приводит историю семьи, где перед тем как пожарить мясо, его всегда обрезают с обоих концов. Когда хозяйку спросили, почему она так делает, она ответила: «Потому что так делала моя мать». На самом деле ее бабушка начала это делать, потому что у нее была слишком маленькая сковородка, чтобы в нее поместился кусок мяса! Эта история даже лучше иллюстрирует, как бессознательно передаются навыки и способы действий, чем как передаются послания или семейные секреты.
Для Фаниты Инглиш некоторые люди, получившие слишком разрушительные для собственной жизни послания, избавляются от этих предписаний, передавая их своим потомкам, как «горячую картошку». Например, человек, получивший предписание «Не существуй», избавляется от него, передавая его своему ребенку. Так он ощущает себя свободным от тяжести предписания, но разрушительное послание начинает нести его потомок. Это происходит на бессознательном уровне, и послание часто передается из поколения в поколение. Как будто каждое последующее поколение хочет освободиться от трагического сценария, передавая его следующему. Так может продолжаться до тех пор, пока один из носителей этого разрушительного предписания не исполнит его и трагически не исчезнет.
Может ли быть, что кто-то хотел бы исчезновения своих детей? Это представляется невозможным. И все же, помимо случаев с нежеланными детьми, бывает, что мать или отец испытывают столь сильный стыд или вину из-за семейной тайны, непризнанной ошибки или непрожитого горя, что будущий ребенок несет на себе весь груз этих невысказанных невыносимых переживаний. Можно выдвинуть гипотезу о защитном вытеснении и цепочке, передающейся из поколения в поколение. Это замалчивание становится невыразимой болью, закрепляется, шифруется в бессознательном и в конечном итоге приводит к трагической развязке для последнего носителя этого послания.
Эписценарий исходит от Взрослого в Ребенке (В1) – внутреннего наставника. Человек усвоил в Родителе (Р1) разрушительное послание, но его внутренний наставник принял бессознательное решение не подчиняться ему. Единственным способом избавиться от этого предписания для него становится его передача другому. Похоже, что послание не может исчезнуть само по себе: чтобы освободиться от него, необходимо, чтобы кто-то другой взял его на себя.
Рисунок 4. Эписценарий по Фаните Инглиш
Жак, двоюродный брат Пьера, которого мы уже встречали в главе о паразитных чувствах, едва не погиб в очень серьезной аварии на мотоцикле. Для страховой компании он не был виновником, так как автомобиль, который его сбил, проехал на красный свет. Но Жак всегда знал, что часть его вины была в том, что в тот день он не был достаточно осторожен. Когда ты ездишь на мотоцикле, нужно всегда быть сосредоточенным. А он гнал, не обращая внимания на то, что происходит вокруг, и приблизился к машине, не успев затормозить. Когда Жак вспоминает об аварии, ему кажется, что он не мог поступить иначе – лишь продолжать мчаться на эту машину. И все же в тот момент никаких суицидальных мыслей у него не было, он был счастлив жить на свете.
Когда Жак начал изучать психологию, он заинтересовался историей своей семьи. Тогда он осознал тревожный факт: в каждом поколении, начиная с его прадедушки, в семье случалась смерть старшего ребенка при трагических обстоятельствах. Авария, болезнь, исчезновение в горах – каждое поколение платило свою высокую цену. И вот Жак, будучи тоже старшим в семье, едва не стал очередной жертвой. Он выжил, потому что его успели спасти. Точнее, прогресс медицины позволил его спасти.
У Жака появилось ощущение, что он обманул судьбу. Позже он стал разбирать старые семейные бумаги и нашел дневник своего предка, которого тоже звали Жак. Этот дневник был втиснут между бумагами и забыт на долгие годы.
Жак почувствовал себя детективом: забытая прошлая жизнь вернулась в этих записях столетней давности. И вот сюрприз! Прадедушка Жака каялся в своих ошибках. Чтобы угодить родителям, он женился на дочери соседа, хотя не мог забыть свою возлюбленную, молодую парижанку, с которой встретился на балу. Молодая женщина родила мальчика на шестом месяце беременности. Сына назвали Жак – вполне обычная история для того времени. Но не таким уж обычным было то, что жена прадеда, Матильда, тоже родила сына, которого также назвали Жаком. Кажется, как будто один из Жаков в тот момент стал лишним.
Отец тайно обеспечивал незаконнорожденного сына. Юноша блестяще учился, но так и не узнал, кто был его настоящим отцом. А вот законнорожденный Жак погиб в возрасте 20 лет на войне. Это не было удивительным. Но с каждым поколением трагедия повторялась. Первенец, если это был мальчик, умирал до 30 лет.
Неужели существует какая-то судьба, способ искупить ошибку прародителя? Позже Жак заинтересовался транспоколенческими сценариями. Читая дневник своего предка, он понял, насколько тот чувствовал стыд и вину за всю эту историю. Похоже, он никогда не говорил об этом, и тайна оставалась нераскрытой. Но невысказанное и непризнанное незаметно разрушало семью Жака – как будто неискупленная вина передавалась старшему ребенку в каждом последующем поколении.
Эта история иллюстрирует, как трагическое предписание может передаваться из поколения в поколение. Чем можно объяснить такую цепочку? За пределами самой природы эписценария существует нечто, что передается от исходной вины. Семейный секрет, скрытый в первом поколении, продолжает заражать потомков прадедушки, все происходит так, как если бы было запрещено знать и запрещено забыть: повторяющиеся смерти являются напоминанием о вине прошлого, способом рассказать историю, сохраняя при этом секрет.
В первом поколении носитель тайны (прадед, Жак № 1) скрывает некое действие и живет с невысказанным. Он молчит как Родитель и как Взрослый. Но из состояния Ребенка он посылает несколько сообщений:
• Послание «Ты не имеешь права жить», сопровождаемое запретом: «Не узнавай секрет»[87]. Эти сообщения исходят из Родителя (Р1) родителя (Жака № 1) и записываются в Родителе (Р1) ребенка (Жака № 2).
• Взрослый (В1) родителя (Жака № 1) посылает бессознательные сигналы Взрослому (В1) ребенка (Жака № 2) сигналы о том, что существуют скрытые, запретные вещи, о которых нельзя ни знать, ни думать. Для Жака № 2 это лежит вне сознания.
• Наконец, в Ребенке (Рб1) родителя (Жака № 1) закрепляется чувство стыда и вины, которое передается следующим поколениям. Если носитель тайны знает, в чем источник его стыда, то его потомки переживают те же чувства, но не понимают их причины.
Рисунок 5. Передача секрета первому поколению
Рисунок 6. Передача секрета второму и последующим поколениям
Во втором поколении ребенок получает различные послания в своем эго-состоянии Ребенка. Но он также усваивает в своем состоянии Родителя личность своих биологических родителей. Это означает, что в его состоянии Родителя есть как секрет, так и запрет на знание, а также чувства стыда и вины – что проявляется у ребенка первого поколения в виде запрета думать и понимать то, что произошло в предыдущем поколении. То, что изначально было невыраженным, становится вытесненным.
Передача секрета от второго к третьему поколению отличается. Больше нет сознательно скрываемой тайны. Но чувства стыда и вины сохраняются. Ребенок № 1, ставший Родителем № 2, продолжает передавать эти чувства, не осознавая их происхождения. Вытесненный секрет становится недоступным для сознания.
В третьем поколении и далее в психике потомков сохраняются лишь чувства стыда и вины, причем эти чувства не имеют для них никакого смысла. Они ощущаются, но не осознаются.
Таким образом, из поколения в поколение нераскрытые секреты или невыраженные чувства, вытесненная боль, безымянный и глубоко спрятанный стыд отпечатываются на всей семье. Причем смысл этой драматической цепочки остается непонятым.
Когда эта цепь продолжается на протяжении нескольких поколений, семейная тайна может проявляться косвенно – в виде необъяснимых симптомов, катастрофических жизненных сценариев, которые на первый взгляд не связаны с теми посланиями, которые человек получил напрямую от родителей. Эти сценарии становятся бессознательным повторением того, что происходило в предыдущих поколениях и было скрыто.
Когда Жак, потомок Жака № 1, владельца семейного секрета, изучил семейную историю, он лучше понял некоторые свои поступки и чувства. Он всегда испытывал вину за то, чего не знал. Часто, чтобы убежать от этого ощущения, он погружался в праздную жизнь или бурную активность.
Также Жак понял, что не принадлежал себе в эмоциональном плане. Ему всегда казалось, что его втягивают в любовные отношения, которые ему не подходят. Перефразируя слова героя фильма «Любовь Свана», он говорил, что оказывается с женщинами не его типа. И когда он встречал девушку, которая могла бы стать кем-то более значимым для него, он держал ее на расстоянии и не развивал отношения, несмотря на свои чувства к ней.
Размышляя об этом, Жак понял, что из-за своего имени он бессознательно повторял историю прадедушки, который был женат против своей воли и оставил женщину, которую любил. Для Жака было шоком узнать, что его история не была в полном смысле его. Но это стало и облегчением: теперь он мог построить свою собственную жизнь.
Каковы же тайны, которые обычно скрывают? Чаще всего это дети, рожденные вне брака или от измены. Также скрывают все, что связано с психическими заболеваниями, самоубийствами или необъяснимыми смертями. Наконец, часто остаются в тени брошенные дети, исчезнувшие люди, семейные разрывы. Бывает, что дети после смерти родителей обнаруживают, что у них были братья или сестры, о которых никогда не упоминалось. Эти секреты порой никогда не раскрываются, но остается ощущение тайны, неясности, какое-то чувство, которое на первый взгляд не имеет смысла.
Как узнать, есть ли в семье секреты? Это трудно, потому что суть секрета в том, чтобы о нем никто не знал. Однако можно найти подсказки, начав с составления генеалогического древа семьи с датами рождения, смерти и брака предков. Иногда можно обнаружить несоответствия в этих датах – например, ребенок рожден до брака своих родителей. Сопоставив факты, можно понять, что есть скрытые детали, которые могут быть важны. Также можно найти тревожные совпадения: одинаковые имена, одинаковые дни рождения или смерти. Эти совпадения могут стать подсказками для дальнейшего исследования.
Могут быть еще живы представители предыдущего поколения. Они могут знать о секрете, но не решаются о нем говорить. Расспрашивая их, можно узнать много нового о семье. Иногда эти люди хотели бы все рассказать – им достаточно задать правильные вопросы, чтобы они раскрыли то, что знают. Запрет на знание связан с запретом на вопросы. Как только кто-то нарушает этот запрет, может появиться и повествование.
Все же не ищите повсюду семейные секреты! Если в нашей истории есть вещи, которые мы не понимаем, это не значит, что обязательно существует семейная тайна. И некоторые секреты настолько древние, что невозможно восстановить следы того, что произошло на самом деле. Лучше всего смириться с тем, что есть то, что нельзя узнать, чем продолжать безрезультатно искать следы, которые невозможно найти.
Не все наши предки писали мемуары, не все их кому-то доверяли. Некоторые глубоко прятали свою вину, и невозможно найти этому доказательств. Остаются интуиция и предположения, но ничего конкретного. Однако осознание того, что в глубине, возможно, лежит хорошо спрятанная тайна, может само по себе принести облегчение.
Транзактный анализ – не единственная теория, которая интересуется семейными секретами и их бессознательной передачей из поколения в поколение. Однако концепция сценария позволяет четко осмыслить происхождение секрета и то, как он передается от родителей детям.
Благодаря сценарию можно лучше понять историю своей семьи и то, каким образом чувства стыда и вины могут превратиться в тяжелую ношу для следующих поколений.