Маленькому Пьеру два года, он играет в своем манеже. Малыш сидит среди своих кубиков и аккуратно складывает их друг на друга, сосредоточенно выполняя задачу. Вокруг него кипит жизнь, но он не обращает на это никакого внимания. Он спокойный мальчик, который редко плачет и почти не проявляет своих эмоций. Для его возраста он кажется необычно уравновешенным. Уже сейчас у него выработалась способность оставаться невозмутимым перед внешними раздражителями. Испытывает ли он эмоции? Никто не знает. Пьер только начинает говорить, он не слишком словоохотлив. Ребенок живет в своем мире и мало взаимодействует с окружающими. Иногда его матери хотелось бы, чтобы он был более ласковым, близким с ней. Но, сама не склонная к открытой коммуникации, она не знает, как вывести его из этого замкнутого состояния.
Эмоции – это физиологические реакции на происходящее во внешнем мире или внутри нашей психики. Они побуждают нас к действию, мгновенно формируя схемы реакций на реальность. Услышав внезапный громкий звук, мы вздрагиваем, затем, возможно, испытываем телесное ощущение страха и, исходя из этого страха, действуем, чтобы справиться с ситуацией. Чем лучше мы понимаем свои эмоции, тем эффективнее они помогают нам управлять своей жизнью.
Но чтобы осознавать свои эмоции, их нужно уметь распознавать и придавать им смысл. Как уже было сказано, младенец переживает только телесные ощущения, которые он воспринимает как приятные или неприятные – комфорт или дискомфорт. Именно мать или другие заботящиеся о нем взрослые помогают ему осмыслить переживаемое:
• «Ты плачешь, потому что ты недоволен».
• «Ты улыбаешься, потому что ты счастлив».
• «Ты капризничаешь, потому что не выспался».
Эти слова формируют эмоциональную картину мира ребенка, позволяя ему понимать свои ощущения. Однако интерпретация эмоций не всегда бывает точной. Некоторые матери затрудняются распознать то, что именно происходит с их ребенком, поскольку их самих в детстве недостаточно понимали и поддерживали. Они не умеют сопровождать чувства младенца, не могут правильно определить его истинные эмоции. Когда малыш плачет, они могут сказать: «Ты голоден», хотя на самом деле ему просто нужны новые впечатления. Они находятся «в стороне» от своего ребенка, и он растет, не имея возможности осознать, что чувствует.
Неспособность матери синхронизироваться с эмоциональным состоянием ребенка может быть связана с ее собственным дискомфортом в проявлении эмоций. В таком случае она либо игнорирует ребенка, либо осуждает за его чувства и переживания. Так произошло с Пьером. Его мать, находясь в депрессии и испытывая внутренний дискомфорт, часто оставляла его без внимания, когда ребенок плакал или выражал недовольство. Постепенно мальчик научился молчать и отстраняться от своих ощущений, ведь это было менее болезненно, чем оставаться наедине со своими эмоциями.
Осознанное внимание к телесным ощущениям и возникающим из них эмоциям – отправная точка для понимания своих переживаний и управления ими.
Ребенок постепенно адаптируется к эмоциональным ожиданиям, принятым в его окружении. Чтобы испытывать и выражать весь спектр эмоций, он должен получить соответствующие разрешения и видеть примеры для подражания. У каждой семьи есть свой привычный стиль эмоционального выражения. В одних семьях принято открыто проявлять эмоции, в других – сдерживать их. В одних допустимы одни чувства, в других – совсем другие. Есть семьи, где царит вспыльчивость, семьи, склонные к тревоге, семьи, полные радости, и семьи, в которых преобладает уныние. У каждой – свой эмоциональный оттенок, своя особая манера ощущать и выражать чувства. Дети усваивают, какие эмоции можно показывать, а какие лучше подавлять, чтобы соответствовать нормам своей семьи.
Пьер быстро понял, что его родители не одобряют бурные эмоциональные проявления. Он чувствовал их неловкость, ощущал, что его переживания не принимаются. Поэтому он выработал в себе сдержанность и некоторую отстраненность.
Можно задаться вопросом, является ли темперамент врожденным или приобретенным. Вероятно, и то и другое. Скорее всего, у нас есть определенная предрасположенность к выражению эмоций, но воспитание либо поощряет, либо подавляет ее. Так в конечном итоге каждый человек выстраивает собственную сложную систему эмоциональных реакций. Какие-то эмоции разрешены, какие-то воспринимаются терпимо, а какие-то запрещены. Ребенок учится реагировать на ситуации так, чтобы его эмоции были приняты, но при этом они не всегда соответствуют реальному переживанию. Этот навык закрепляется на протяжении всего его развития. Он позволяет получать необходимые знаки признания, но не всегда помогает адекватно справляться с происходящим. Такое замещение подлинного чувства (которое было бы естественной реакцией на ситуацию) называют ложным чувством или эмоциональным рэкетом.
Когда родился Себастьян, Шарлотта испытала сильную ревность. Ей казалось, что ее бросили, что она больше не занимает важного места в семье. И всякий раз, когда она пыталась выразить свою ревность, задирая младшего брата или пытаясь вытеснить его с маминых коленей, ее отталкивали и ругали. Постепенно она перестала проявлять свою собственническую привязанность. Однако научилась топать ногами и кричать – до тех пор, пока мать не обращала на нее внимание и не давала ей желаемое. Эта стратегия закрепилась. И сегодня, когда Шарлотте не хватает внимания, она не просто спокойно говорит об этом, а впадает в ярость и злится, даже если хочет совсем другого. Но Пьер с трудом переносит ее крики и еще больше закрывается в своей «башне из слоновой кости». То, что когда-то срабатывало в отношениях с ее матерью, сейчас не действует. Но для Шарлотты это остается единственным допустимым способом получить внимание.
Пьер, напротив, усвоил, что эмоции – это нечто опасное. Он научился держать себя в руках, сжимать зубы и двигаться вперед, несмотря ни на что. Когда стресс становится слишком сильным или ситуация требует открытого выражения гнева или печали, он предпочитает отступить, прячась за компьютером, чтобы утихомирить бушующие внутри эмоции, которые он не умеет выражать.
Примеры Пьера и Шарлотты показывают, как каждый из них реагирует в рамках своей системы. Они оба нашли наилучший из возможных для себя способов выражения эмоций, принимая во внимание то, что они представляли собой в детстве, и их сегодняшнее окружение.
Для Шарлотты запрещенной и подавляемой эмоцией стала грусть, связанная с ощущением потери, а допустимой – злость. Когда ей не хватает внимания или она испытывает утрату, она скорее выразит это агрессией. У Пьера все сложнее. Для него все эмоции в целом представляются опасными. Он привык замыкаться в себе всякий раз, когда испытывает сильное чувство. Внешне он кажется бесчувственным, но на самом деле глубоко чувствителен.
Рисунок 1. Как формируется паразитное чувство[46]
Наблюдая за жизнью своих родителей, мы запоминаем, какие чувства разрешены, а какие запрещены. Маленькая девочка замечает, что о ее маме заботятся, когда та грустит или устала, но когда мама активна, сама заботится о других и выглядит веселой, никто, кажется, не выражает ей благодарности. Точно так же маленький мальчик может усвоить от отца, что гнев – это эмоция, благодаря которой его воспринимают всерьез.
Если ребенок получает внимание, когда грустит, и никому особо не интересен, когда весел и активен, – вероятно, он разовьет у себя паразитное чувство печали и депрессии.
Если эмоцию ребенка описывают неверно, он заменяет подлинное чувство тем, которое ему озвучивают. Например, если родитель говорит: «Да нет, ты не злишься, ты просто устал».
Взросление – это не только принятие эмоций такими, какие они есть, но и умение управлять ими оптимальным образом. Адекватное использование всего спектра эмоций – важная часть нашего развития.
Чтобы помочь нам лучше осознавать эмоции, Фанита Инглиш выделяет три аспекта восприятия и управления эмоциями:
1. Осознание переживания: я понимаю, что мне хорошо или плохо, что я злюсь, боюсь, радуюсь или расстроен.
2. Выражение эмоции через поведение, поступки или слова: я показываю, что испуган, печален, зол или счастлив. Я плачу, смеюсь, говорю о своем страхе или гневе.
3. Действие или переход к поступку: я тебя обнимаю, ударяю, убегаю и прячусь.
Эти три аспекта позволяют нам по-разному переживать эмоции. Чаще всего мы не умеем правильно распознавать свои чувства, и наша внутренняя осознанность имеет пробелы. Если мы не знаем, что чувствуем, нам сложно выразить свои эмоции. Иногда мы даже пропускаем первые два этапа и сразу переходим к действию. Так поступают многие дети: разозлившись на товарища, они сразу ударяют его, пытаясь выразить свое недовольство. Родители и воспитатели сталкиваются с такими проявлениями и запрещают их. В итоге ребенок делает вывод, что ему нельзя злиться. Важно объяснить ему, что испытывать гнев – это нормально, но выражать его следует иначе.
Эти аспекты эмоций необходимы для осознавания и осмысливания своих переживаний. Важно не только чувствовать и давать своим эмоциям названия, но и понимать, почему мы испытываем ту или иную эмоцию.
Клод Стайнер[47] предлагает шкалу распознавания эмоций, которая позволит нам определить уровень их осознания. Он назвал эту концепцию эмоциональной грамотностью, исходя из того, что это знание можно освоить подобно тому, как мы учим алфавит. Оно прослеживает психоэмоциональное развитие человека – от хаотичного эмоционального состояния младенца до раскрытия личности, обладающей полным знанием о себе и о других. Распознавание эмоций, понимание и обмен ими помогают нам справляться с разными жизненными ситуациями.
Эмоциональная грамотность представлена в виде непрерывной гипотетической линии развития эмоционального восприятия от 0 % до 100 %. Эта шкала также описывает, как развивается ребенок в отношении своих эмоций и их осознания.
Рисунок 2. Таблица эмоциональной грамотности
Эмоциональная нечувствительность – это состояние, при котором мы полностью отрезаны от своих эмоций. Оно может быть постоянным либо временным. Альбер Камю в своем романе «Посторонний» описывает, как его герой оказывается совершенно онемевшим от боли после смерти матери, при этом совсем ничего не испытывая.
Физические ощущения связаны с тем, что мы чувствуем в своем теле – комфорт или дискомфорт. Такое переживание характерно для младенцев, которые испытывают телесные ощущения, но не понимают их.
Хаотичный опыт также свойственен маленькому ребенку, но может проявляться и у взрослых, когда нас захлестывает поток неопределяемых ощущений, которые могут быть крайне мучительными и при этом не иметь для нас никакого смысла.
Разграничение или дифференциация позволяет нам понимать и называть различные эмоции. Например, мы осознаем, что страх ощущается иначе, чем гнев или печаль.
Причинно-следственная связь помогает осознать, почему мы испытываем ту или иную эмоцию. Мы понимаем, что грустим из-за потери кого-то или чего-то, что именно вызвало наш гнев или что конкретно нас напугало.
Эмпатия – это способность понимать эмоции другого человека. Хотя каждый испытывает чувства по-своему, эмпатия помогает нам эмоционально сблизиться с другим человеком и представить, что переживает он.
Взаимодействие – способность быть в близких отношениях, делиться своими эмоциями с другим человеком без осуждения и без принуждения.
Линия речи обозначает границу между ощущениями, которые мы не можем назвать, и моментом, когда речь позволяет нам придать смысл происходящему внутри нас. Ниже этой линии все происходит на уровне тела и остается невысказанным. Выше – язык уже дает нам возможность выразить эмоции словами.
Мы по-разному воспринимаем и осознаем каждую из наших эмоций. Например, нам может быть легко поделиться своей печалью, но гнев может оказаться для нас запрещенным или подавленным чувством. В таком случае он может проявляться в беспричинной агрессии, неприятных физических ощущениях, тревожности или других переживаниях, которым мы не можем дать объяснение.
После того как Шарлотта устроила сцену своему мужу, она почувствовала сильное чувство вины. Она не понимает, что с ней произошло и почему она так резко набросилась на Пьера. Разбираясь в своих переживаниях, она могла бы осознать, что ее гнев – это реакция на нехватку внимания (причинно-следственная связь) и что эта эмоция в данном случае не является адекватной. Она могла бы научиться различать эмоции, которые испытывает, когда муж, как ей кажется, ее игнорирует: ревность, зависть, гнев, грусть (дифференциация). Осваивая эмоциональную грамотность, она смогла бы спокойнее обсуждать свои чувства и прямо просить внимания, не устраивая сцен.
Важно понимать, что мы сами несем ответственность за свои эмоции. Они не возникают у нас случайно, а имеют причину, которую мы можем осознать. Управлять своими эмоциями – значит использовать их как информацию о том, что с нами происходит. Это может помочь нам быть более спокойными, осознанными и открытыми для других.