Маленький Пьер лежит в своей колыбели. Он ощущает неприятное чувство – что-то вроде пустоты. Такое сильное, как будто он падает в бездонную яму. Он начинает тихонько кряхтеть. Ощущение не проходит. Будучи совсем младенцем, он, конечно, не может осознать или назвать то, что с ним происходит. Но это ощущение холодное, пустое, практически болезненное. Он чувствует его в центре своего тела как нечто, чего ему не хватает.
Пьер ноет, но ничего не меняется. Он кричит чуть громче. Его собственные звуки немного отвлекают его от неприятного переживания. Он замолкает и смотрит вокруг. Все по-прежнему. Боль возвращается. Пьер снова начинает кричать, теперь уже без остановки, прерываясь только на то, чтобы перевести дух. Он кричит все громче, все более пронзительно… Наконец кто-то его услышал.
Женщина, которую называют его матерью, приближается к колыбели. Пьер продолжает вопить. Она берет его на руки без слов и уносит в другую комнату. Там она кладет его на пеленальный столик, раздевает, проверяет подгузник и меняет его. Но в ее движениях нет ни тепла, ни ласки. Пьер не чувствует облегчения от этой процедуры – неприятное ощущение внутри него немного ослабевает, но не исчезает полностью. Женщина действует механически, будто выполняет рутинную обязанность. Для Пьера, который еще не знает, что такое страдание, это именно им и является – страданием от нехватки близости. В этих взаимоотношениях его как будто не существует, он не чувствует, что важен.
Мать берет его на руки и начинает кормить из бутылочки. Согретое молоко приятно разливается по телу, постепенно ослабляя неприятное ощущение. Пьер поднимает глаза к матери, но не видит в ее взгляде ни нежности, ни теплоты. Да, боль утихает, но удовлетворения он не чувствует. Ему не хватает близости, мягкости, заботливого присутствия. Возможно, мать его любит, но она не может ему это показать.
Именно из таких моментов нехватки и трудностей во взаимоотношениях ребенок формирует свою жизненную позицию. Чем больше его потребности удовлетворяются, тем больше он ощущает внутреннее благополучие, безопасность и счастье. Это ведет к формированию жизненной позиции «Я ОК, другие ОК» (+/+).
Но если ребенок часто испытывает нехватку внимания и заботы, если он чувствует себя покинутым, ненужным или отвергнутым, его жизненная позиция с большей вероятностью окажется «не ОК».
Эта базовая установка остается с человеком на протяжении всей жизни. Конечно, она не является абсолютно неизменной. Мы можем расти, встречать людей, которые помогают нам измениться, получать новый опыт, способный повлиять на наше мировоззрение. Но в глубине души всегда сохраняется эта ранняя первичная установка – то, насколько наши фундаментальные потребности были удовлетворены в младенчестве.
Важно понимать, что единичные случаи недостаточного внимания со стороны матери не приведут к формированию негативной жизненной позиции. Важны не отдельные моменты, а общая картина отношений. Если в целом ребенок чувствует себя любимым и значимым, он сможет пережить моменты фрустрации, не делая из них катастрофических выводов о себе и мире.
Как мы можем узнать, что происходит в теле и душе младенца? Это сложный вопрос. Психологи изучали этот процесс, анализируя структуру ранних привязанностей и их влияние на формирование личности. Одни наблюдали за реальными взаимодействиями детей и матерей, другие исследовали, как характер этих отношений влияет на последующие социальные связи ребенка.
Например, Мелани Кляйн, психоаналитик 1930–1940-х годов, описала несколько стадий, через которые проходит младенец, сталкиваясь с нехваткой внимания и фрустрацией.
На первой стадии в позиции –/+ ребенок воспринимает мать как разрушительную силу. Он чувствует себя слабым, беспомощным и преследуемым, потому что его потребности не удовлетворяются. На втором этапе он переходит в позицию +/–, испытывая ярость и желание уничтожить ту, которая не дает ему того, что он хочет. Если же разочарование продолжается, он может прийти к позиции –/–, то есть к ощущению полного отчаяния, когда и он сам чувствует себя ничтожным рядом с такой же подавленной матерью.
Все дети проходят через эти состояния. Но те, чьи ранние отношения с матерью были скорее фрустрирующими, чем удовлетворяющими, могут закрепиться в одной из этих позиций.
Рисунок 1. Конструкция жизненной позиции
Ребенок, который ощущает себя в позиции –/+, может переживать это состояние настолько болезненно и тревожно, что попытается выйти из него, перейдя в позицию +/–.
Как это происходит? Он начинает строить для себя мир, в котором чувствует себя сильным и неуязвимым. Такая позиция является защитной: она формируется как способ уберечь себя от чувства слабости и беспомощности. Говорят, что лучшая защита – нападение, и человек, который в глубине души ощущает себя в позиции –/+, в моменты слабости, нехватки внимания или унижения может инстинктивно выбирать стратегию нападения или сопротивления.
С рождения и до двух лет Шарлотта была любимицей всей семьи. Родители, бабушки и дедушки обожали ее. Все ее потребности удовлетворялись, и, хотя у нее, как и у любого ребенка, бывали моменты огорчения и злости, в целом Шарлотта чувствовала себя счастливой и в безопасности.
Но в два года все изменилось – родился младший брат. Вся материнская забота переключилась на него. Шарлотта ощутила себя покинутой. Это вызвало у нее ярость и отчаяние. Ее жизненная позиция +/+ сменилась на – /+. Однако Шарлотта не смирилась с этим. Она не могла вынести ощущения беспомощности и поэтому начала бороться. Она стала требовательной, капризной, «сложной» – как говорила ее мать. Но для Шарлотты это было не просто поведение, а способ защититься от отчаяния в моменты, когда она позволяла себе расслабиться.
Некоторые дети, столкнувшись с жестокостью или жестким обращением, могут сознательно оставаться в позиции –/+ как в защитной реакции. Они понимают, что попытки занять «высокую» позицию опасны и могут привести к еще большей агрессии со стороны взрослых. В таких случаях они начинают показывать покорность, стараются быть незаметными, приспосабливаются. Но это лишь оборонительная позиция. В глубине души такой ребенок может сдерживать огромное количество подавленной злости и агрессии, не проявляя их внешне.
Клэр, коллега Шарлотты, не кажется очень приятным человеком: она ведет себя мило, но всегда с расчетом получить желаемое. Однако, узнав ее историю, возможно, мы были бы снисходительнее.
Ее мать была слабой и беспомощной женщиной, жившей с алкоголиком-тираном. Маленькая Клэр с детства слышала крики отца и видела страх матери. Она быстро поняла, что лучше не провоцировать «монстра», и научилась быть незаметной и уступчивой. Когда мать Клэр наконец ушла от мужа, девочка столкнулась с бедностью и унижением. Она завидовала другим детям, но никогда не показывала этого. Она продолжала быть милой и доброжелательной, но внутри нее скрывались ярость и отчаяние. Именно эти подавленные эмоции иногда прорываются сейчас в ее поведении, делая ее неожиданно агрессивной под маской любезности.
Жизненные позиции, которые мы формируем в детстве – как фундаментальная, так и защитная, – являются результатом принятого (чаще всего бессознательно) решения в раннем возрасте. В целом они остаются такими же на протяжении всей жизни. Однако бывают события, которые могут их изменить.
Сильный стресс или серьезная травма могут привести человека к позиции –/+ или даже –/–. Напротив, значимая встреча, безусловная любовь или осознания, достигнутые в ходе психотерапии, способны помочь человеку приблизиться к позиции +/+, что принесет больше энергии, радости и благополучия.
Травмирующие события могут разрушить позитивные убеждения человека о себе или о других. Даже эмоционально стабильный человек с положительной самооценкой и позитивным восприятием мира может испытать потрясение и утратить чувство безопасности в случае насилия, войны, несчастного случая и других серьезных потрясений. Однако чем устойчивее была его исходная жизненная позиция, тем выше вероятность того, что он сумеет справиться с этими испытаниями, не приходя к окончательным негативным выводам.
Человеку, который уже находится в позиции «Я не ОК», сложно принять позитивное отношение к себе, даже если оно действительно искреннее и безусловное. Он склонен обесценивать любовь, которую получает, потому что она противоречит его устоявшемуся взгляду на себя. Тому, кто хочет быть рядом с таким человеком, потребуется много терпения и заботливости. Прежде чем он поверит, что его любят таким, какой он есть, и что эта любовь – настоящая, может пройти много времени.
Когда Шарлотта встретила Пьера, она сразу почувствовала к нему симпатию. Ее тронули его чувствительность и сдержанность. Однако Пьер просто не мог поверить, что такая красивая и обаятельная девушка может им заинтересоваться. Ему это казалось невозможным.
Шарлотте понадобилось много времени, чтобы завоевать доверие Пьера, чтобы пробиться сквозь его настороженность. Сейчас они крепкая пара. Но Пьер все еще не может полностью опереться на любовь Шарлотты. Он боится, что, если попросит слишком многого, она разочаруется и уйдет. Его негативное восприятие себя постепенно меняется, но этот процесс далек от завершения.
У каждого из нас есть привычная жизненная позиция, в которую мы автоматически возвращаемся при стрессе. На протяжении жизни мы способны изменить ее, но она может вновь проявляться в трудных ситуациях, при столкновении с испытаниями или травматическими событиями. Работая над собой, мы никогда не изменимся полностью, но можем все дольше и дольше оставаться в позиции «Я ОК, другие ОК».