Максим, Любава и Рыжий двигались через джунгли, в сторону, противоположную деревне велоцирапторов и змеиной пирамиде. Поскольку они искали Черный столб, честь возглавить небольшой отряд досталась котодлаку. Он трусил впереди, подняв хвост трубой и с недоверием вглядываясь в темные заросли.

Из кустов доносилась то грузная возня, то хищный вопль или угрожающее шипение. Беглецы несколько раз видели небольших двуногих динозавров. Эти юркие твари были покрыты разноцветными перьями и, похоже, являлись дальними родичами ящеров, похитивших Любаву.

– Где гигантские динозавры? – сказал Макс, когда тропинку перебежал очередной юркий динозаврик, преследовавший стрекозу, размером с небольшой дрон. – Покажите мне тираннозавра или верните деньги за билет! Этот парк – сплошное разочарование!

– Тира… кого? – Любава, не видевшая «Парк Юрского периода», само собой, не поняла шутку.

– Тираннозавр, это такой древний ящер. Гигантская зубастая тварь, – пояснил Макс. Подобное случалось постоянно – он ставил росичей в тупик, на автомате упоминая неизвестное им явление или используя молодежный сленг. Таких моментов не удавалось избегать и в общении с женой, но Жаров видел в этом больше плюсов, чем минусов. Супруга, не испорченная американской поп-культурой, – чего еще можно желать?

– Знаешь, милый, сегодня я уже насмотрелась на ящеров и вполне обойдусь без этого твоего тираннозавра, – сказала Любава. И постучав по горлу, добавила: – Вот где уже сидят!

Рыжий согласно мяукнул.

– Ну не хотите – как хотите, – сказал Макс, взмахом ножа рассекая очередную лиану, преградившую путь. – Рыжий, что там, далеко Черный столб?

Рыжий проигнорировал вопрос. Напустив на себя деловой вид, он продолжал вести друзей сквозь джунгли.

Покинув деревню ящеров, Любава и Максим первым делом обсудили ситуацию. И пришли к логичному выводу, что где-то здесь должен находиться магический портал, выглядевший как столб из черного базальта. Такие «двери» соединяли Землю и погибшую в катаклизме Рось. Напрашивался вывод, что подобный портал вел и сюда, в кишащие рептилиями джунгли. Кстати, девушка согласилась с предположением мужа, что этот причудливый мир откололся от земной реальности двести миллионов лет назад, когда динозавры, достигшие пика своего развития, применили Мракобой.

Отряд продирался сквозь недружелюбные заросли уже около двух часов. Максим шутил и старался казаться бодрым, но в глубине души опасался, что экспедиция затянется. С каждой минутой, проведенной здесь, шанс напороться на какую-нибудь зубастую тварь только возрастал. А ведь опасность несли не только хищные рептилии и ядовитые насекомые. Главным врагом путешественников мог стать не пресловутый тираннозавр, а отсутствие провизии и воды. У Макса давно пересохло во рту, и он не сомневался, что у Любавы тоже.

– Тьфу на тебя, – ругнулся молодой человек, когда между деревьями мелькнула оскаленная морда какого-то динозавра. Ящер был из серого камня. Очередной забытый артефакт древней цивилизации, и ничего более.

Отряд прошел десять-пятнадцать шагов, когда из кустов выглянула другая статуя, точная копия первой. Ее голова была расколота, а бока и спину покрывали пятна лишайника. Заметив, что деревья как будто расступились, Макс остановился и поковырял землю каблуком. Под тонким слоем дерна обнаружилась каменная плита.

– Дорога, – сказал он и покосился на кота. – Эй, Рыжий. На всякий случай напоминаю, что мы ищем Ведьмину поляну и Черный столб, а не очередную дурацкую пирамиду.

– Одно не исключает другое, – пожала плечами Любава. – Ящеры могли проложить дорогу к Черному столбу. Или даже построить вокруг него свою «дурацкую пирамиду».

Макс, привыкший, что порталы прячутся в непролазных дебрях, был вынужден согласиться. К тому же он не помнил случая, чтобы котодлака подвело чутье на аномальные зоны.

Отряд прошел еще немного. Дорога стала шире; теперь справа и слева, подобно торжественному караулу, ее охраняли трехметровые статуи, установленные через равные интервалы. Они изображали не велоцирапторов, а каких-то фантастических тварей, похожих на пузатых, коротконогих драконов. Это напоминало египетскую аллею сфинксов, с той лишь разницей, что фоном здесь служила буйная зелень, а не пропеченные солнцем пески. И если допустить, что все разумные существа (и покрытые перьями, и нет) мыслили одинаково, то эта дорога вела к заброшенному храму.

Аллея драконов, ровная как древко копья, тянулась дальше. Нависавшие над ней ветви «пальм» и «магнолий» закрывали обзор, однако Макс разглядел впереди множество каменных столбов, указующих в небо.

Совершая марш-бросок через джунгли, друзья более-менее привыкли к подозрительным звукам, долетавшим из зарослей. Но низкий трескучий рев, внезапно огласивший окрестности, заставил их остановиться и замереть.

– Лучше нам уйти с дороги, – сказал Максим. Возражений ни у кого не возникло, и отряд вернулся под сень экзотических деревьев.

Котодлак продолжил вести притихших людей вперед. С каждым пройденным метром молодой человек все отчетливее слышал грубые голоса велоцирапторов и чей-то басовитый рев. Звучало это так, словно простуженный лев рычал в пустую металлическую цистерну. Чем ближе становились столбы, тем медленнее крался Рыжий. Шерсть на его загривке и спине встала дыбом, хвост стал похож на ершик для мытья бутылок.

– Что, дальше не хочешь идти? – спросил Максим, когда котодлак остановился. Его сотрясала мелкая нервная дрожь.

– Зверррь, – совсем по-человечески произнес Рыжий. – Сожрррет.

– Подавится, – мрачно пробормотал Жаров. – Оставайтесь тут, а я схожу на разведку.

Любава не стала спорить, лишь неохотно кивнула.

До каменных столбов оставалось метров тридцать. Растения и статуи служили надежным укрытием, но это не спасло бы увальня, впервые оказавшегося на вражеской территории. Служа пограничником в Хлумани, попаданец освоил техники маскировки и скрытного передвижения (которые, к слову, практически не отличались от приемов, которыми пользовались бойцы спецназа). Сейчас, по колено в траве, Макс поднимал ноги выше обычного и ставил их на землю с носка на ступню. Живобой он снял с предохранителя и держал наготове, как обычный автомат.

Вот и последняя статуя, а за ней – идеально круглая, вымощенная гранитными плитами поляна, размером с половину футбольного поля. Жаров притаился за спиной каменного дракона. По периметру поляну обступили толстые серые колонны. Навскидку их здесь насчитывалось около полусотни. Примерно треть колонн время пощадило, другие же рухнули, превратившись в груду замшелых обломков. А в центре поляны возвышался до боли знакомый Черный столб.

– Вот же черти, опередили, – процедил Максим, разглядывая пеструю компанию, собравшуюся на Ведьминой поляне.

Это, вне всякого сомнения, был отряд, ранее посланный на поиски пришельцев. Ящеры-солдаты, вооруженные луками, копьями, кистенями и дубинками, держались ближе к джунглям, на почтительном расстоянии от Черного столба. Не иначе считали его священным. Тем временем их командир совещался с тремя жрецами-шаманами, которых не составляло труда узнать по костяным побрякушкам и длинным кривым посохам. А чуть дальше, по ту сторону Черного столба, переминался с одной гигантской ноги на другую тираннозавр.

Крупная голова, полная острых клыков пасть, маленькие когтистые лапки, массивный хвост – все как в книгах и фильмах про ископаемых рептилий. Макс бы не удивился, предстань перед ним очередной зубастый попугай. Однако самый опасный хищник мелового периода оказался голым, как земные вараны. Его тело покрывали серо-зеленые чешуйки разного размера. А еще грубые рубцы. Не один-два, не десяток, а сотни ужасающих шрамов. Похоже, этот хищник побывал во многих битвах, но каждый раз каким-то чудом выживал.

Ти-рекс рыкнул, широко раззявив внушительную пасть, и нетерпеливо ударил о землю многотонным хвостом. Даже на таком расстоянии Жаров ощутил, как вздрогнула почва. «Могли бы надеть на эту тварь ошейник или намордник!» – подумал он, невольно удивляясь смелости велоцирапторов.

Тем временем один из шаманов отделился от группы, обогнул Черный столб и приблизился к ти-рексу. Вместо того чтобы сожрать мелкого ящера вместе с посохом, тираннозавр согнул ноги, вытянул хвост и распластался на плитах. Маленькие, скрытые костистыми надбровными дугами глазки смотрели не моргая. Шаман положил руки на чешуйчатую башку монстра и замер. Спустя несколько секунд зеленый камень на конце посоха вспыхнул зеленым. И точно так же полыхнули глаза ти-рекса.

«Это не чудеса дрессуры! – понял Жаров. – Шаман держит его под ментальным контролем!»

Тираннозавр, неуклюже переваливаясь с боку на бок, поднялся на ноги. При этом его глаза все так же полыхали зеленым. Шаманы и военачальник, щеголявший Живобоем, недолго посовещались, после чего весь отряд направился к тропе, видневшейся меж двух колонн. Вскоре на Ведьминой поляне остался лишь ти-рекс. Он принялся нарезать круги, неторопливо вышагивая вдоль колонн, фыркая и глухо порыкивая. При этом он заметно припадал на правую лапу. Многочисленные боевые шрамы, хромота – Максим вдруг осознал, что это очень старое существо. Решив, что увидел достаточно, он поспешил к своим.

– Это называется бойся своих желаний, – сказал Жаров, когда из кустов навстречу ему шагнула супруга. – Там здоровенный тираннозавр! И он охраняет Черный столб.

– А остальные ящеры? – спросила Любава.

– Они-то его и привели. Похоже, ти-рекс у них под контролем. Шаманы управляются с ним как с цирковым пуделем.

– Цирковой пудель – это тоже какой-то монстр из твоего мира? – девушка округлила глаза. – Он страшный?

– Нет, не страшный. А вот цирковых клоунов многие боятся, – сказал Макс, и прежде, чем жена начала выяснять, кто же такие клоуны и что в них такого страшного, произнес: – Так вот. Отряд ящеров опередил нас, что, в общем-то, неудивительно. Они тут знают все тайные тропы, а мы ломились напрямую через джунгли.

Котодлак недовольно мяукнул. Во взгляде, которым он наградил хозяина, читалось: «В другой раз сам поведешь, раз такой умный!»

– Прости, Рыжий, к тебе никаких претензий. – Жаров изобразил примирительный жест, выставив перед собой раскрытые ладони. – Проблема в том, что трехглазые знают, как работает Черный столб, и понимают, что мы попытаемся улизнуть через портал. А поймать нас – это теперь для них дело чести.

– Дело чести? Они первые напали! – возмутилась Любава.

– Посмотри на это с их точки зрения. Мы для них – пришельцы, чужаки. Угроза, которую следует устранить.

– Кто еще здесь угроза, – проворчала девушка, явно не желавшая ставить себя на место агрессивных рептилий.

– Ну мы-то с тобой живы-здоровы, – молодой человек развел руками, – а два рептилоидских воина убиты. А еще я проник в деревню и прикончил их шамана. Не говоря уже о том, что присвоил Живобой. Такое они нам точно не простят.

– Ладно, понимающий мой, и какой у нас план действий?

– Рептилоиды уверены, что ти-рекс не подпустит нас к Черному столбу. И что теперь можно спокойно прочесывать джунгли.

– Умно, – поморщилась Любава.

– Не особо. Они забыли про это, – Макс похлопал по Живобою. – Жалко допотопную зверушку, но что поделать. Ти-рексу не повезло встать между нами и домом.

– Тогда давай сделаем это! – решительным тоном произнесла Любава.

Отряд подошел к Ведьминой поляне и спрятался за каменным драконом. Тираннозавр продолжал ходить вокруг Черного столба, зыркая по сторонам зелеными глазами-фонариками.

– Страшный, – сказала Любава. – Настоящий клоун!

Макс предпочел никак не комментировать подобное сравнение. Вместо этого он вышел из-за укрытия и вскинул Живобой. Ти-рекс в этот момент находился на другой стороне поляны, но заметив человека, резко развернулся. Его хвост прочертил размашистую дугу, кончиком пересчитав ближайшие колонны.

– Прошу прощения, ничего личного, – пробормотал молодой человек, нажимая на курок.

Раздался свист, и кристалл на «дуле» Живобоя озарил поляну зеленой вспышкой. Цель была, прямо скажем, немаленькая – метров пятнадцать в длину и около пяти в высоту. А с учетом, что импульс Живобоя достигал в ширину полуметра, промахнуться было просто нереально. Максим выстрелил чудищу в грудь, между маленьких лапок. Плоть вскипела и почернела, словно на нее плеснули концентрированной кислотой, обнажились ребра. Многочисленные шрамы, покрывавшие грубую шкуру динозавра, заставили Макса почувствовать с ним некоторое родство. Они оба были воинами, оба прошли множество битв и выжили. Он надеялся, что, умирая, бедная тварь ничего не почувствует.

Дымящаяся плоть отслаивалась от скелета и падала на гранитные плиты. Казалось, ящеру уже следовало испустить дух, но вместо этого он зарычал и бросился на врага. Возможно, это был эффект берсерка, только вызванный не мухоморами, а магией пернатого жреца.

– Ах ты… – добавив пару крепких русских словечек, Максим вскинул оружие и снова нажал на курок. На этот раз импульс Живобоя превратил морду чудища в нечто инфернальное – шкура скукоживалась, мясо разлагалось прямо на черепе, но глазки почему-то продолжали пылать зеленым.

– Макс, назад! – закричала Любава.

Он попятился от края поляны. Разум отказывался осознать то, что видели глаза. Под плотью, которая превратилась в смердящий студень, блестел металлический остов. Динозавр, на поверку оказавшийся какой-то жуткой машиной, уже пересек две трети Ведьминой поляны. Максим развернулся и бросился прочь. Нырнув за статую дракона, он не обнаружил там Любавы.

– Сюда! – девушка уже стояла в тени ближайших пальм и махала ему рукой. – Уходим!

В этот момент за спиной раздался тяжелый удар, как будто грузовая машина на полной скорости врезалась в бетонную стену. Инстинкты воина не подвели. Жаров прыгнул, а вслед ему шрапнелью полетели каменные осколки. Приземлившись в траву, он перекатился через голову и тут же вскочил на ноги, ухитрившись не потерять при этом Живобой, – маневр, достойный настоящего десантника.

Ти-рекс возвышался над грудой осколков, в которую превратилось изваяние. Два импульса Живобоя частично уничтожили плоть, но не причинили вреда механизму, который скрывался под серой шкурой и слоем мускулов.

Максу как-то довелось побывать в московском палеонтологическом музее и своими глазами увидеть останки хищных двуногих динозавров. Остов робота, частично облепленный плотью, выглядел как скелет тираннозавра, напичканный электроникой. За ребрами из блестящего сплава скрывались трубки разной толщины и все те же кристаллы, мерцавшие зеленым. Киборг раззявил пасть, продемонстрировав не язык, а нечто, похожее на круглый динамик сабвуфера. От записанного рева в ушах у Макса зазвенело. Робот попытался перешагнуть через разбитое изваяние, но не смог достаточно высоко поднять правую лапу – подвел заклинивший шарнир. Когти зацепились за обломки, гигантский робот потерял равновесие и начал заваливаться вперед. Жаров, которого уже накрывала длинная тень, кинулся к супруге. Когда стволы пальм начали трещать и ломаться под тушей чудовища, он был уже за пределами опасной зоны. Возможно, в этот момент Максим Жаров, чемпион по настольному теннису, сам того не подозревая, поставил еще один личный рекорд – по бегу на короткие дистанции.

Земля вздрогнула – это робот со всего маху впечатался в землю. Челюсти лязгнули, словно капкан, из глотки исторгся очередной рев. Макс не рассчитывал, что от удара ти-рекс сломается. Эта зубастая машина наверняка приходилась ровесницей пирамидам. Сотня-другая шрамов и один расшатавшийся шарнир – совсем неплохо для такого почтенного возраста.

Максим и Любава уходили все дальше в джунгли, перепрыгивая через валуны и подныривая под низко нависающие ветви. Рыжего было не видать, но хитрый котяра наверняка первым дал деру.

– Все, стой, – сказал Максим, останавливаясь посреди каменистой прогалины. – Нас никто не преследует.

Действительно, за спинами беглецов не слышалось тяжелого топота или звука ломающихся деревьев.

– Может, этот клоун сдох? – предположила Любава, подхватившая от мужа очередное малопонятное словечко.

– Как же, – пробормотал Макс. – Такого колом не добьешь. Но проверить все же надо!

На обратном пути к небольшому отряду присоединился потерянный боец – Рыжий выскользнул из кустов и как ни в чем не бывало зашагал рядом с людьми.

Над Ведьминой поляной разносилось знакомое фырканье и порыкивание – не живой голос, а звуковые семплы, записанные сотни лет назад. Макс не сомневался, что велоцирапторы, создавшие эту машину, заставили рычать и фыркать в микрофон настоящего тираннозавра. Почему-то эта мысль вызвала у молодого человека усмешку.

– Что? – Любава вопросительно вскинула бровь.

– Не обращай внимания. Просто радуюсь, что мы ускользнули от этого киборга живыми и невредимыми.

Муж и жена притаились за одним из столбов, неподалеку от аллеи драконов. Ти-рекс продолжал патрулировать территорию, как сторожевой пес.

– А кто такой киборг? – спросила Любава. – Он опасней клоуна?

– Опасней, – отозвался Макс. – Киборг – это существо, соединившее в себе живую плоть и механические части. Погоди… я же тебе об этом уже как-то рассказывал! Помнишь, когда мы догоняли хладоносец выродков? И я сказал, что Мракобой, который они похитили, это, по сути, киборг.

– Знаешь, тогда я была сосредоточена на другом, – фыркнула Любава. – И вообще, ты используешь слишком много непонятных слов. Все не упомнишь!

– Твоя правда, – согласился Максим. – Так вот, киборг – это искусственная тварь, сплав живого и механического. Прямо как этот милый динозаврик.

«Динозаврик», впрочем, выглядел каким угодно, но только не милым. Металлический скелет, пылающие зеленым глазницы, ошметки растаявшей, почерневшей плоти… увидишь такое во сне, мало не покажется.

– И как мы его победим? – спросила Любава.

– Пока не знаю. Но Живобой его не возьмет, только очистит от шкуры и мяса. Это какие-то невероятные технологии.

– Думаешь, его создали предки тех ящеров, что за нами охотятся?

– Без сомнения, – кивнул Макс. – В плане технологий динозавры явно обогнали и Землю, и Еурод. Могу спорить, конунг был бы счастлив наложить лапу на то, что хранится в этих пирамидах!

Супруги задумчиво притихли, наблюдая за вышагивающим вокруг Черного столба стражем. Оставшаяся плоть не кровоточила, края ран уже зарубцевались. Судя по шрамам, биологическая часть этой машины обладала способностью к регенерации. Макс не исключал, что спустя какое-то время плоть обтянет металл, вернув твари прежний облик.

– Шаман его не гипнотизировал, – произнес он спустя минуту-другую.

– О чем ты? – спросила Любава.

– Он его программировал, при помощи кристалла на посохе! – воскликнул Жаров, проигнорировав вопрос жены. – Дал задание патрулировать территорию. Теперь мне все ясно! Местные жрецы – это то, что осталось от ученых прошлого. Они упаковали остатки научных знаний в религиозную обертку и пичкают этим соплеменников, понимаешь?!

– Тише, – сказала Любава. – А то твой киборг услышит.

– Нам придется раздобыть посох. А лучше захватить в плен жреца и заставить его отключить это чудо техники. Потому что я не уверен, что мы сами разберемся, как это делается.

– Похоже на план, – пожала плечами девушка. – Возвращаемся в деревню?

– Да.