Над рекой клубился туман. Вначале темно-серая гладь воды подернулась едва заметной дымкой, но прошло каких-то полчаса, и белесая пелена загустела, став похожей на кисель.

Кирилл Плетнев еще ранним утром припарковал свой Ford Focus в нескольких десятках метров от старого особняка, окруженного высоким решетчатым забором. Рядом с водителем, на пассажирском сиденье, лежал металлический термос, фотоаппарат с длинным, рассчитанным на съемку отдаленных целей объективом и мощный бинокль. По мнению Кирилла, самой полезной вещью из этого набора был термос, в котором плескался крепкий кофе.

Если речь заходила о работе частного детектива, большинство людей представляли себе драки, головокружительные погони и перестрелки с наркобаронами. Само собой, это не имело ничего общего с реальностью. Бо́льшую часть времени сыщик просто ждал, сидя в засаде. Иногда, чтобы сделать пару обличающих фотографий, приходилось несколько часов околачиваться под окнами чьей-нибудь квартиры или офиса. Это называлось «вести наружное наблюдение», и тут уж без термоса с кофе было не обойтись. Если бы Кирилла спросили, какие качества необходимы, чтобы стать частным детективом, он бы не задумываясь ответил: терпение и железный зад.

Не успел Кирилл заскучать, как его внимание привлек черный Land Rover. Он припарковался на стоянке перед особняком, и спустя минуту из него вышел мужчина в дорогом костюме. Короткая стрижка, приплюснутый нос и массивные черты лица делали его похожим на боксера со стажем. Кирилл поднял бинокль и отрегулировал резкость. Когда мужчина закрывал дверь машины, рукав его пиджака приподнялся и на запястье блеснул золотой браслет. Кирилл мог поклясться, что это «Ролекс». Такие часы мог позволить себе либо преуспевающий бизнесмен, либо директор крупного предприятия. «Или бандит», – подумал Кирилл, не отрываясь от окуляров.

Мужчина направился к металлической калитке, оборудованной переговорным устройством, нажал кнопку и что-то произнес, наклонившись к микрофону. Вскоре калитка распахнулась. Из своего укрытия Кирилл видел, как обладатель золотого «Ролекса» пересек вымощенный плиткой двор и скрылся в особняке.

Детектив отложил бинокль. Подобная сцена повторялась уже несколько раз. Мужчины приезжали по одному, реже по двое или трое. Все они выглядели солидно и ездили на дорогих иномарках. За последний час таинственный особняк принял четырнадцать гостей и лишь пятеро покинули его стены.

На здании не было вывески или хотя бы какого-то намека на то, что могло твориться внутри. Зато были камеры наблюдения, расположенные по всему периметру, и дверь банковского типа. Окна были оборудованы двойными решетками, а на первом этаже и вовсе заварены стальными листами. Кирилл подозревал, что внутри располагался элитный бордель.

Кирилл Плетнев три года прослужил в органах и прекрасно знал, как работали подобные заведения. Как правило, «крышу» им обеспечивали «оборотни в погонах». Девяностые давно канули в Лету, но таких «фруктов» в полиции, к сожалению, еще хватало.

Продажные сотрудники органов внутренних дел и участковые следили, чтобы притоны могли спокойно работать, за что получали свой процент от прибыли. Часть денег оседала в карманах правоохранителей, другая уходила чиновникам. Несмотря на это, полиция время от времени накрывала один из многочисленных борделей, разбросанных по городу. Парни в бронежилетах выламывали дверь, клиентов и сотрудниц заведения вытаскивали из кроватей и везли в участок. Но подобное случалось лишь в одном случае – если владельцы притона забывали вовремя заплатить. После того как недоразумение улаживалось, задержанных отпускали, даже не составив протоколов.

В отличие от некоторых своих сослуживцев, Кирилл не хотел становиться оборотнем. А тот, кто отказывался брать взятки и покрывать криминальный бизнес, рано или поздно отправлялся разгребать дерьмо. В один прекрасный день Кирилл решил, что как-нибудь проживет без бомжей, наркоманов и алкоголиков. Он оставил службу и зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя. Последние полгода дела у детективного агентства «Элементарно!» шли в гору. Пока что Кирилл Плетнев оставался единственным сотрудником фирмы, но все чаще подумывал над расширением.

Кирилл откупорил термос, налил в крышку кофе и сделал глоток. Он понимал, что еще немного, и вести наружное наблюдение станет невозможно. Виной тому был сгущавшийся туман. Уже сейчас детектив с трудом разбирал название улицы на табличке, прикрепленной к решетчатому забору, окружающему особняк. А значит, настало время отложить бинокль и размять ноги.

Одним глотком допив кофе, Кирилл достал из бардачка кожаную борсетку. Расстегнув застежку-молнию, он выложил все, что могло его выдать во время обыска, то есть визитки, паспорт и удостоверение частного детектива. Оставив лишь крупную сумму наличными, Кирилл повесил борсетку на запястье и покинул автомобиль. Зеркальный фотоаппарат с длинным объективом, само собой, остался лежать на пассажирском сиденье.

Закон «О частной детективной и охранной деятельности» запрещал сыщикам фотографировать в помещениях, не имея на то письменного разрешения. При этом в общественных местах, например, в кафе или торговых центрах, можно было снимать сколько душе угодно. Кирилл хорошо знал закон и мог с уверенностью сказать, что в нем ничего не говорилось о публичных домах. Если на то пошло, название «публичный дом» уже намекало, что это место общественного пользования, открытое для всех желающих. Главный закон, которым руководствовался любой сыщик, – разрешено все, что не запрещено, поэтому у Кирилла при себе имелась вторая, миниатюрная фотокамера. С ее помощью он собирался отработать свой гонорар, поймав господина Горского на горячем.

Туман поднимался над рекой, превращая уличные фонари, установленные вдоль набережной, в тусклые болезненно-желтые пятна. Кирилл захлопнул дверцу автомобиля, оставив ключ зажигания в салоне. Брать его с собой нельзя – если дело дойдет до обыска, первое что сделает охрана борделя – проверит машину. Поэтому дубликат ключа был надежно прикреплен к днищу «Форда».

Кирилл поправил сбившийся пиджак и на всякий случай проверил содержимое карманов.

Еще одно правило, обязательное для частного сыщика, – нельзя носить огнестрельное оружие. Предполагалось, что он должен заниматься исключительно сбором информации, а стрелять в плохих парней – это уже дело полиции. Поэтому в правом кармане у Кирилла лежал электрошокер, выглядевший как пачка сигарет Marlboro. Это устройство в духе Джеймса Бонда на самом деле можно было купить в любом интернет-магазине, и стоило оно не так уж дорого.

Сыщик двинулся к особняку. Кирилл знал, что попасть внутрь закрытого клуба можно было исключительно по рекомендации кого-то из постоянных клиентов. И у него было имя, которое могло распахнуть неприступную дверь.

По сути, детективные агентства занимались теми же вопросами, что и полиция, – искали без вести пропавших, скрывшихся должников или украденное имущество. К частным сыщикам шли те, кто разочаровался в работе правоохранительных органов. Кирилл Плетнев не понаслышке знал, как полиция, и без того заваленная заявлениями, умела отмахиваться от потерпевших. В отличие от полицейских, детективы, работающие на самих себя, не откладывали дела в долгий ящик – как-никак, от этого зависела их репутация. Открыв собственное дело, Кирилл быстро понял, что его основная клиентура – ревнивые жены и мужья. Это была, так сказать, классика жанра. Дело, которое привело его к мрачному особняку на Кубанской набережной, не было исключением.

Три дня назад в офис «Элементарно!» ворвалась женщина в развевающемся пальто. Это была высокая блондинка слегка за тридцать. Опустившись в кресло для посетителей, она вцепилась в край стола ухоженными пальцами, на которых сверкали золотые перстни, и процедила:

– Вы сможете вывести этого козла на чистую воду?

– Мы не занимаемся поиском домашних животных, если вы об этом, – сказал Кирилл. Он терпеть не мог буйных клиентов.

Несколько долгих секунд блондинка сверлила детектива недоброжелательным взглядом. Кирилл сидел, сложив руки на груди, и ждал, что будет дальше. За год работы в «Элементарно!» он насмотрелся всякого – клиенты часто приходили на взводе, требовали чего-то, жаловались на жизнь или рыдали, сморкаясь в бумажные платочки. В конце концов женщина откинулась на спинку кресла и произнесла:

– Само собой! Козел, о котором я говорю, – это мой муж, Вячеслав Горский. Возможно, вы о нем слышали.

Да, Кирилл о нем действительно слышал. Горский был предпринимателем, владел крупной сетью ресторанов и антикварных магазинов. Однажды, расследуя запутанное дело, связанное с незаконной торговлей антиквариатом, Кирилл побывал в одной из лавок, принадлежавших Горскому, и убедился, что у того все схвачено. Он был из тех людей, которым лучше не перебегать дорогу.

Эвелина – так звали блондинку – рассказала, что в последнее время ее муж стал вести себя странно. Примерно раз в неделю он куда-то уезжал и возвращался поздно ночью. «Общались с пацанами, засиделись», – говорил он.

– Я собираюсь доказать, что мой муж гулящий кобель, и отсудить половину его состояния, – заявила Эвелина. – Вы хоть представляете, сколько это?

Она с горящими глазами перегнулась через стол и озвучила сумму. Кирилл лишь покачал головой – цифра была действительно впечатляющая. На собственный остров где-нибудь в Тихом океане госпоже Горской, может, и не хватило бы, но на безбедное существование на материке – вполне.

Договор был подписан, и Кирилл начал следить за мужем Эвелины. Это оказалось не так просто, потому что того везде и всюду сопровождали охранники – двое лысых громил в костюмах и темных очках. Эти ребята были настоящие профи, поэтому Кирилл действовал осторожно, не приближаясь к объекту вплотную. Два дня он наблюдал, как Вячеслав Горский встречается с деловыми партнерами, обедает в собственных ресторанах и посещает официальные мероприятия. И вот, на третий день слежки, детектив оказался возле одинокого особняка на Кубанской набережной. Похоже, Эвелина была права в своих подозрениях, и дело обещало выгореть.

Кирилл Плетнев приблизился к решетчатой калитке и нажал кнопку переговорного устройства.

– Да, – послышался искаженный динамиком голос.

– Здравствуйте! Меня зовут Кирилл Беловодов, я друг Вячеслава Горского. Он очень рекомендовал вас. Сказал, здесь можно… хорошо провести время.

Кирилл, назвавшийся чужой фамилией, рассчитывал, что Горский, скрывшийся за дверью особняка около двух часов назад, сейчас находился в объятиях жриц любви. Охрана не стала бы тревожить клиента, чтобы проверить, знаком ли ему некий господин Беловодов.

Некоторое время из динамика доносилось лишь приглушенное шипение. Кирилл понимал, что сейчас охрана изучала его через камеру, установленную прямо над входом, и стоял со скучающим видом. Одетый в строгий костюм, при галстуке, он вполне мог сойти за очередного посетителя борделя.

Кирилл Плетнев выглядел старше своих лет. Высокий и широкоплечий, он обладал приятной улыбкой, которая сразу располагала к нему людей. Густые каштановые волосы, уложенные в барбершопе, и модная щетина помогали создать образ успешного и уверенного в себе молодого человека. Девушки считали Кирилла привлекательным, хотя с тех пор, как агентство «Элементарно!» начало набирать обороты, времени на свидания у него попросту не оставалось.

Раздался щелчок, и калитка распахнулась. Детектив ступил на дорожку, ведущую к двери. Он, само собой, не собирался пользоваться услугами проституток, но оплатить работу одной из них, так или иначе, пришлось бы. Кирилл приготовил жалостливую историю: «Понимаешь, друзья меня затащили… никто из них не знает о моей ориентации… давай просто поболтаем полчаса, пока они развлекаются?» Прикидываться голубым было противно, но это должно было сработать. Кроме того, Кирилл надеялся получить от путаны какие-нибудь сведения о Вячеславе Горском.

Тяжелая дверь отворилась, и детектив переступил порог. С первого взгляда он понял, что ошибся. Это был не бордель.

Прихожая была сплошь в зеркалах, с потолка свисала хрустальная люстра. Слева располагался гардероб, где гости могли оставить плащи, шляпы или зонтики, справа, у стены, стоял кожаный диван. У входа в зал по стойке смирно застыли два швейцара в бордовых ливреях и белых перчатках.

Кирилла встретила светловолосая девушка, одетая в деловой костюм, – менеджер зала. Бейджик на груди сообщал, что ее зовут Вероника.

– Здравствуйте! – улыбнулась она. – Впервые у нас?

– Да, – детектив улыбнулся в ответ. – Друзья посоветовали.

– Я проведу для вас небольшую экскурсию, чтобы вы быстрее освоились, – Вероника взяла Кирилла под локоть и увлекла к стеклянным дверям, ведущим в первый зал. Невозмутимые швейцары распахнули перед ними массивные створки.

Картины на стенах, кожаные кресла, бронзовые канделябры и дубовый паркет – интерьер был богатым, но при этом не отдавал типичной для таких мест безвкусицей. В отделке преобладал темно-зеленый цвет, который, по всей видимости, должен был ассоциироваться с цветом игрового стола. Особняк без вывески оказался подпольным казино.

Работая в полиции, Кирилл несколько раз бывал в подобных местах. Обычно нелегальные казино располагались в неприметных цокольных помещениях, маскировались под букмекерские конторы или интернет-кафе. Иногда игровые автоматы стояли в обычных подвалах, где и ремонта никакого не было. Но размах этого заведения просто поражал. С первого взгляда было ясно, что казино специализировалась на VIP-клиентах, которые не обанкротились бы, оставив за игровым столом миллион-другой.

– Здесь у нас зал игровых автоматов, – ворковала Вероника, указывая на выстроившихся в ряд «одноруких бандитов». Те, как полагается, звенели, щелкали и перемигивались разноцветными огоньками. – Здесь рулетка.

Кирилл Плетнев смотрел на игроков, с азартом метающих кости, и на крупье в красных жилетках. Он выискивал взглядом господина Горского, но того не было ни за игровыми столами, ни за барной стойкой, ни в комнате для курильщиков, отделенной от основного зала прозрачной стеной и похожей на стеклянный, затянутый сизым дымом аквариум.

– Для наших гостей все напитки бесплатные, – сообщила Вероника.

– А что на втором этаже? – спросил Кирилл, кивая на мраморную лестницу.

– Карточный сектор. Хотите посмотреть?

– Да, было бы любопытно.

Ступая по красной ковровой дорожке, укрывавшей мраморные ступени, Кирилл проследовал наверх. Свет на втором этаже был приглушенный; абажуры низко нависали над игровыми столами, так что остальное пространство оставалось в тени. Сами столы располагались на достаточном расстоянии друг от друга, возле каждого находился дилер, который раздавал игрокам карты и пластмассовые фишки.

Вячеслав Горский сидел за одним из столов, повесив пиджак на спинку стула и ослабив галстук. В одной руке он держал карты, а в другой – стакан виски. «Эвелина будет разочарована», – подумал Кирилл. Она-то уже мысленно прикидывала, на что потратит миллионы, полученные при разводе.

– Это фломен, – сказала Вероника, указав на полного человечка за стойкой администратора. – Сейчас все места за столами заняты. Если захотите присоединиться к игре, он внесет вас в посадочный список и сообщит, когда место освободится.

– Понятно, – сказал Кирилл. – Пожалуй, я начну с чего-нибудь попроще.

Отделавшись от Вероники, он спустился вниз. Вячеслав Горский оказался заядлым игроком в покер, а значит, дело было закрыто. У Кирилла не было причин и дальше задерживаться под крышей казино, однако уйти сразу было бы подозрительно. Поэтому он взял порцию скотча и направился к игровым автоматам. Взобравшись на барный стул, Кирилл вытащил из борсетки крупную купюру и скормил ее валидатору. Все текущие расходы оплачивала Эвелина Горская, так что он мог не экономить. Пока на экране выскакивали комбинации из вишенок, арбузов и лимонов, детектив сидел, откинувшись на спинку стула, и потягивал скотч. Проиграв за двадцать минут десять тысяч, Кирилл подумал, что пора и честь знать. В этот момент возле него возникли двое крепких парней в серых костюмах. На поясе у каждого висело переговорное устройство.

– Господин Беловодов? – спросил один из них.

– Да? – отозвался Кирилл, делая вид, что крайне увлечен мельтешением лимонов и арбузов на экране.

– Возникло небольшое недоразумение. Пройдемте с нами, пожалуйста.

Детектив нехотя слез со стула.

– А что, собственно, случилось?

– Идемте, – охранник говорил вежливо, однако его тон не терпел возражений. – Скоро вам все объяснят.

Кириллу не оставалось ничего другого, кроме как проследовать за охранниками. Вероятно, в заведении такого уровня было принято проверять рекомендации, и Горский сказал, что знать не знает никакого Кирилла Беловодова. Все это грозило плохо кончиться.

Кирилл в сопровождении неразговорчивых охранников покинул игровой зал и очутился в длинном коридоре, ведущем вглубь здания. Справа и слева располагались одинаковые двери, но все они были закрыты. Кирилл понимал, что ему, вполне вероятно, придется спасаться бегством, и заранее подыскивал пути отступления.

– Куда это мы идем? – спросил он, напуская на себя раздраженный вид.

– Уже пришли, – охранник, который шел впереди, распахнул перед Кириллом какую-то дверь. – Сюда, пожалуйста.

Детектив переступил порог и огляделся. Простая офисная мебель, металлические стеллажи, компьютеры. На стене – множество мониторов, которые транслировали изображение с камер наблюдения, установленных в игровых залах и за пределами особняка. Это был пост охраны.

– Господин Беловодов, я полагаю? – навстречу Кириллу шагнул мужчина, являвшийся, судя по всему, начальником охраны казино. Шире и выше любого в этой комнате, он напоминал дубовый шкаф, на который, шутки ради, напялили костюм и галстук. Воротничок рубашки едва сходился на его бычьей шее.

– Да, это моя фамилия. А что, собственно, происходит?

– Вам знаком Вячеслав Горский?

– Знаком, это мой партнер по бизнесу. Он мне вас и посоветовал.

– А вот он вас не знает, – заявил начальник охраны.

– Наверно, забыл, – пожал плечами Кирилл. – Мы с ним не так часто пересекались…

– Я показал ему вашу фотографию, сделанную камерой наблюдения. Он сказал, что впервые вас видит. Кто вы такой, господин Беловодов?

– Это что, допрос?! – взорвался Кирилл. – Я пришел отдохнуть, и не потерплю…

– Обыскать его, – распорядился начальник охраны.

Один из парней схватил Кирилла за руки, а другой принялся шарить у него по карманам. Детектив дал себя обыскать, понимая, что не сможет уложить всех троих. Содержимое борсетки, фотоаппарат и электрошокер в виде пачки сигарет легли на стол.

– Документов нет, – доложил охранник, закончив обыск.

– Я еще раз повторю вопрос, – человек-шкаф угрожающе навис над Кириллом. – Кто вы такой и что здесь забыли?

Детектив не собирался раскрывать истинную цель своего визита, поэтому выдал заранее приготовленную ложь:

– Ладно, ладно… я журналист! Пишу для интернет-портала!

– Да? – насупленные брови шефа охраны поползли вверх. – И про что же ты пишешь?

– Сейчас – про подпольные казино. Изучаю, как все устроено. Ничего конкретного, просто статья о том, как работает этот бизнес!

– Он нас прорекламировать решил, – усмехнулся тот охранник, что минуту назад обыскивал карманы Кирилла.

– А нам вроде реклама не нужна, – сказал другой.

– Чтобы больше я тебя здесь близко не видел, – угрожающе пробасил начальник охраны. – Понятно?

Кирилл кивнул.

– Проводите господина Беловодова. И объясните, как работает наш бизнес, раз ему так интересно.

Охранники вытащили Кирилла в коридор, и, пихая в спину, повели к отдаленной двери. Он понимал, что сейчас будет драка, и прикидывался увальнем, которого можно безнаказанно припугнуть или избить. Пока охранники думали, что им попалась легкая добыча, преимущество оставалось на стороне Кирилла.

Дверь распахнулась, и в лицо детективу пахнуло свежим воздухом. О близости реки говорил запах – сырой и немного рыбный. Один из охранников толкнул замешкавшегося Кирилла между лопаток:

– Давай пошевеливайся!

Нарочно споткнувшись на пороге, детектив быстрым шагом спустился со ступенек. Дверь, через которую он покинул особняк, вела на задний двор. Справа от входа находилась длинная скамейка и металлическая урна для окурков – похоже, персонал казино использовал это место для курения. С трех сторон, словно кирпичной подковой, дворик был ограничен стенами особняка, а с четвертой – невысоким каменным парапетом, за которым клубился туман. Внизу бежала река, укрытая грязно-белым одеялом.

Кирилл повернулся спиной к парапету и лицом к двери. Оба охранника уже спустились со ступенек. Единственный источник света – тусклая лампочка над входом – находился за их спинами, поэтому детектив видел лишь черные силуэты противников.

– Мужики, может, как-нибудь обойдемся без этого? – произнес Кирилл, отступая к парапету.

– Без этого не получится, – ответил один из охранников и сделал стремительный шаг вперед.

Детектив блокировал кулак, нацеленный ему в челюсть, и нанес ответный удар. Нападавший согнулся пополам, воздух вырвался из его легких с приглушенным свистом. Второй охранник невнятно выругался и осыпал Кирилла градом тяжелых, но недостаточно быстрых ударов. Детектив принял защитную стойку, прикрывая лицо, выждал удобный момент и нанес сокрушительный джеб[1]. Под пальцами хрустнуло, костяшки пальцев погрузились во что-то влажное и теплое. Охранник сипло вскрикнул и отступил, держась за разбитый нос.

Подростком Кирилл то и дело ввязывался в драки. Он не был хулиганом, как считали некоторые учителя, наоборот, он постоянно защищал тех, кого хулиганы доставали. Какой-то невнятный, но настойчивый голос не позволял ему спокойно наблюдать, как тупые отморозки, которых хватало в его школе, издеваются над слабыми. Спустя несколько лет тот же самый голос заставил его подать документы в школу МВД.

В восьмом классе, получив хорошую взбучку от гопников и оказавшись в больнице с переломом запястья и сотрясением, Кирилл решил, что раз уж избежать стычек все равно не получается, то надо хотя бы драться как следует. Он увлекся боксом, чуть позже начал интересоваться восточными единоборствами – карате и дзюдо. Изучал и славяно-горицкую борьбу. Мало-помалу будущий детектив сформировал собственный, универсальный стиль боя, который можно было назвать уличным или грязным. Сейчас, уклоняясь от ударов и нанося удары в ответ, Кирилл как будто вновь очутился где-нибудь на заднем дворе школы.

Драка происходила в относительной тишине – слышалось лишь шарканье дорогой кожаной обуви по плитке, тяжелое дыхание троих мужчин и приглушенные удары, как будто на задворках особняка выколачивали пыльный ковер. Фигуры перемещались в тумане, понемногу приближаясь к парапету.

Кирилл умел постоять за себя, но противников было двое. А то, что увалень-журналист внезапно оказался мастером боевых искусств, только разозлило их.

Охранники продолжали теснить Кирилла к реке, пока тот не уперся поясницей в парапет. Дальше отступать было некуда, если, конечно, он не хотел покинуть казино вплавь. Пока детектив уходил от ударов одного охранника, другой вытащил из кармана нечто, напоминающее небольшую белую коробочку. Раздался сухой щелчок, и тело Кирилла пронзила болезненная судорога. Слишком поздно он узнал свой собственный электрошокер, изъятый при аресте.

– Вали эту суку, – из-за сломанного носа «вали» прозвучало как «вади».

Кирилл понял, что еще немного, и окажется на земле, а если это произойдет, шансов подняться у него уже не будет. Тогда он уперся ладонями в ограждение, резко оттолкнулся и сел на каменный бортик. Охранник, присвоивший себе чужой электрошокер, бросился вперед, но Кирилл согнул ноги и со всей силы лягнул его в корпус. Противники полетели в разные стороны – один на землю, а другой в затянутую туманом бездну…

Река была ледяной, а Кирилл еще не полностью пришел в себя после удара током. Его тут же накрыло с головой и потащило на дно. Несколько долгих секунд детектив боролся с течением, пока наконец его голова не показалась над поверхностью воды.

Свет уличных фонарей заставлял туман слегка мерцать, но все равно вокруг было темно хоть глаз выколи. Отплевываясь и шумно втягивая воздух, Кирилл отчаянно пытался понять, с какой стороны находится берег. Некоторое время он вслепую обшаривал пространство, пока его рука не коснулась шершавой поверхности, покрытой известняковым налетом и ракушками.

Сверху послышались голоса, но слов было не разобрать. Кирилл затаился, изо всех сил цепляясь за осклизлую стену. Сначала охранники о чем-то спорили, потом раздался всплеск (скорее всего, это полетел в воду электрошокер), и наступила тишина.

Туфли намокли и тянули вниз, как две гири; Кирилл избавился от них и поплыл вдоль берега, надеясь, что где-нибудь поблизости окажется пирс.

Вода стремительно высасывала из тела остатки тепла, заставляла мышцы деревенеть. Кирилл отдавал себе отчет, что может пойти ко дну, но продолжал плыть, касаясь рукой стены. Поддавшись панике, начав бестолково барахтаться или звать на помощь, он бы попросту подписал себе смертный приговор. И вот, спустя несколько минут, его пальцы нащупали ржавые скобы, привинченные к бетонной стене. Стуча зубами, детектив поднялся наверх.

Босой, в промокшем костюме, Кирилл Плетнев представлял собой жалкое зрелище. Успешный бизнесмен, которого он изображал перед Вероникой и швейцарами, остался внизу, пошел ко дну вместе с дорогими туфлями от Gucci. Детектив огляделся и поспешил покинуть освещенную фонарями набережную.

Вернувшись к машине, Кирилл первым делом нырнул под капот и достал из тайника запасной ключ. Быстро сняв одежду, с которой все еще текло, он побросал ее в багажник, и в одних трусах рухнул на водительское сиденье.

Охрана казино не закончила с господином Беловодовым, поэтому Кириллу не стоило задерживаться возле особняка. Но прежде чем куда-то ехать, ему требовалось немного согреться. Включив отопление на полную мощность, детектив открыл термос и перелил остатки кофе в крышку. Сейчас бы он не отказался и от чего-нибудь покрепче, несмотря на то, что был за рулем.

Кирилл допивал кофе, чувствуя, как ледяные когти, вцепившиеся в него, понемногу ослабляют хватку, когда в темном небе над Кубанской набережной возникла белая светящаяся точка. Через лобовое стекло молодой человек отчетливо видел, как она расширяется и как из нее начинают проглядывать – Кирилл был готов в этом поклясться! – какие-то джунгли.

«Кто-то балуется с проектором?..» – успел подумать Кирилл, как видение исчезло.

Отложив термос, он завел мотор и покинул стоянку.