Дверь квартиры была уже открыта, видимо, охранник сообщил хозяину о посетителе.

Однако на пороге вместо антиквара стояла поджарая рыжеватая собака с черной мордой, которая встретила Ольгу строгим взглядом и негромким рычанием.

Из квартиры донесся глубокий бархатистый голос:

– Кто там, Берри?

Пес недовольно рыкнул.

– Ой, извини, дорогой, все время забываю… ты ведь не Берри, ты Гастон!

И рядом с собакой появился высокий представительный старик с длинным лицом, обрамленным седыми бакенбардами.

Он взглянул на Ольгу и проговорил:

– Ах, это вы… значит, дело сдвинулось с мертвой точки… проходите, пожалуйста.

Собака отступила.

Ольга вошла в квартиру и пошла вслед за хозяином по коридору, стены которого были увешаны старинными гравюрами.

Пес все еще ворчал.

Хозяин посмотрел на него и сказал:

– Ну, извини, извини! Я все никак не могу привыкнуть! Так долго мы были вместе с Берри…

Он повернулся к Ольге и пояснил:

– Раньше у меня была другая собака, этой же породы. Бельгийская овчарка, малинуа… Берри… Берри умер, я завел другую собаку такой же породы, но никак не привыкну, все время называю его чужим именем, а он обижается.

Ольга же, пообщавшись некоторое время с Инезильей, кое-что поняла в собачьем поведении. И в данный момент она видела, что Гастон нервничает, а вовсе не обижается на хозяина. А нервничает он потому, что с Ольгой что-то не так, чует он подвох, оттого и рычит.

Ольга незаметно оглянулась и посмотрела на собаку строго – молчи, мол, я знаю, что делаю. Тот рычать перестал, но смотрел настороженно.

Они вошли в кабинет.

Пес остался на пороге, хозяин сел за стол карельской березы, показал Ольге на кожаное кресло:

– Садитесь, пожалуйста.

Ольга села.

Собака демонстративно уселась рядом с Ольгой, не сводя с нее взгляда.

– Что-то он сегодня не в духе, – проговорил хозяин. – Обычно он так себя не ведет…

Ольга промолчала, а антиквар откашлялся и проговорил сочувственным тоном:

– Во-первых, Александра Алексеевна, позвольте мне выразить вам свои самые искренние соболезнования по поводу кончины вашего батюшки…

Ольге на мгновение показалось, что комната покачнулась, как палуба корабля.

Отец умер…

Это сообщение поразило ее своей неожиданностью. Отец умер, а она узнает об этом от совершенно постороннего человека! Ей никто не удосужился сообщить об этом!

Они никогда не были по-настоящему близки с отцом, но все же отец есть отец. Родная кровь…

Перед ее внутренним взором пробежали немногочисленные сцены раннего детства, связанные с отцом.

Вот он катит ее на санках по хрусткому снегу…

Вот он приносит в дом новогоднюю елку, и вся квартира наполняется свежим и веселым хвойным запахом…

Но все эти воспоминания заняли какие-то доли секунды и никак не отразились на Ольгином лице. Все это было так давно, в очень далеком ее детстве…

Как опытный кадровик, она умела сохранять внешнюю невозмутимость, то, что называется «покер фейс». Придав своему лицу положенную сдержанную печаль, она проговорила:

– Спасибо.

Антиквар выдержал приличествующую случаю паузу и произнес другим, сугубо деловым тоном:

– Как я понимаю, вы теперь – единственная его наследница, и вы пришли ко мне, чтобы обсудить мое давнее предложение.

Ольга на мгновение растерялась.

Она понятия не имела, о каком предложении идет речь, но не могла показать это своему собеседнику. Снова сделав непроницаемое лицо, она проговорила:

– Я хотела бы снова услышать это предложение, чтобы здраво обдумать его.

Если антиквар удивился, он этого никак не показал. Напротив, он кивнул и снова заговорил:

– Я вас понимаю. Все предложения такого типа нужно отчетливо проговаривать, чтобы между сторонами не оставалось недопонимания. Тем более что тогда я сделал предложение вашему батюшке, и вы могли его не расслышать или не понять.

– Именно так, – подхватила Ольга и добавила: – Если вам нетрудно, начните с самого начала.

– С самого начала? – переспросил антиквар. – Что ж… с начала так с начала. Хотя началась эта история давно, очень давно… в Древнем Риме был распространен культ фракийской богини Гекаты – богини Луны, богини мрака, магии и колдовства.

Гекате приносились жертвы, в ее честь возводились храмы. Но кроме, так сказать, официального поклонения были еще тайные общества Гекаты. В это общество входили, помимо прочего, те, кто называл себя детьми ночи – воры, грабители и убийцы, совершавшие во имя Гекаты кровавые преступления. Иногда к этим тайным обществам присоединялись также гладиаторы.

При слове «гладиаторы» Ольга вздрогнула, вспомнив про кинжал. Возможно, сейчас она узнает кое-что важное, а не просто прослушает лекцию по истории Древнего мира.

Гастон внизу снова еле слышно рыкнул, но антиквар не услышал и продолжал:

– Дети ночи жертвовали своей богине драгоценные дары, которые хранились в тайных подземных святилищах.

Когда варварские народы захватили и разграбили Рим, общество детей Гекаты перестало существовать, но некоторые тайные святилища уцелели, поскольку варвары не смогли их найти.

Прошли многие сотни лет, и в Италии начался Ренессанс, Возрождение… вы, конечно, знаете, что послужило одним из основных толчков к этому процессу?

– Ну… как вам сказать…

Ольгу не очень интересовали все эти исторические подробности, она с нетерпением ждала, когда антиквар перейдет к современным событиям и тому, что касается ее самой. Однако как кадровик она знала, что в некоторых случаях лучше не перебивать человека, а дать ему выговориться и самому перейти к интересующему вопросу.

– Население Рима резко выросло, стали много строить и при этом, конечно, рыли котлованы под фундаменты. И находили подземные тайники или случайно засыпанные землей подвалы, где сохранились древнеримские статуи, предметы обихода и другие древние артефакты. Поскольку эти артефакты находили в подземных гротах, их называли гротесками… Эти находки произвели на людей сильное впечатление и изменили общее отношение к красоте, к совершенству. Отсюда и пошло Возрождение… но я отклонился от темы, извините…

«Вот именно, – подумала Ольга, – переходи уже к делу».

«Не зарывайся! – рыкнули снизу. – Веди себя прилично, я-то не хозяин, насквозь тебя вижу, прохиндейку и обманщицу!»

Ольге захотелось пнуть нахального пса ногой, но она, естественно, сдержалась. Еще не хватало покусанной отсюда уйти!

– Так вот, на участке земли, принадлежавшем римскому дворянину Луиджи Покколини, тоже начали строить новый дом и при начале работ обнаружили тайник с большим количеством очень необычных древних артефактов. Покколини показал эти артефакты известному историку, специалисту по античности. Тот осмотрел находку и сказал, что в тайнике хранились сокровища, посвященные богине Гекате.

Покколини проникся важностью этой находки и сохранил все артефакты в подвале своего палаццо.

На протяжении долгих лет об этой находке ничего не было известно. По-видимому, она тайно хранилась в семействе Покколини.

Однако в восемнадцатом веке один из представителей этой семьи переехал в Россию и поступил на службу к императрице Екатерине.

В России итальянскую фамилию переделали, и Покколини превратился в Подхалимова…

– Вот как! – оживилась Ольга. – Вот откуда произошла фамилия моего отца! А мы-то думали…

– Да, по-русски эта фамилия звучит неблагозвучно, но каких только фамилий не бывает…

«Уж это точно, что неблагозвучно», – мысленно вздохнула Ольга, вспомнив свои мучения в начальной школе.

– Короче… – продолжал Благово, – я вижу, что утомил вас своим рассказом, но я уже приближаюсь к концу.

«Наконец-то!»

– На русской службе Подхалимовы значительно продвинулись, дослужились до важных постов. А в те времена многие высокопоставленные особы вступали в масонские ложи. Вступил туда и ваш предок, Николай Подхалимов.

Он и в ложе сделал карьеру, и его должны были избрать магистром одного из отделений.

Однако для успешного избрания кандидат должен был предъявить какую-то особую заслугу.

И вот вместо такой заслуги Подхалимов показал масонам свою коллекцию римских артефактов, привезенную из Италии.

Масоны были впечатлены, поскольку считали Гекату покровительницей своего движения.

Тогда и выяснилось, что коллекция, получившая название «Дары Гекаты», находится в России.

Об этой коллекции много говорили, особенно об одном кинжале…

– Кинжале?! – переспросила Ольга, не сумев скрыть волнение.

– Да, этот кинжал называется мизерикордия, то есть милосердие, потому что он предназначен для последнего удара, чтобы добить поверженного противника. Так вот, этот кинжал, по слухам, обладал какими-то необыкновенными свойствами…

– Какими же?

– Чего не знаю, того не знаю! Но продолжим нашу, вернее, вашу историю…

Вскоре после избрания магистром Николай Подхалимов скончался, а его коллекция перешла к наследникам. Они не были масонами и никому не показывали «Дары Гекаты».

Прошли многие годы.

«Дары Гекаты» с тех пор больше никто не видел, и специалисты считали, что они безвозвратно утеряны, а может быть, вообще никогда не существовали, масоны придумали их, чтобы придать дополнительный вес своей ложе.

Тем более после того, как отгремела революция и все кровопролитные войны двадцатого века, никому, конечно, и в голову не могло прийти, что та древняя коллекция каким-то чудом могла сохраниться…

И вот совсем недавно ваш покойный батюшка через одного знакомого связался со мной, чтобы показать коллекцию старинных артефактов, доставшуюся ему по наследству от двоюродного деда.

Поскольку его дед принадлежал к старинному дворянскому роду, я согласился осмотреть коллекцию.

И каково же было мое удивление, когда я увидел очень большую коллекцию артефактов, несомненно относящихся к древнеримской культуре! Здесь были и украшения, и оружие, и предметы утвари, и изображения богини Гекаты…

Именно эти изображения навели меня на мысль, что передо мной – те самые знаменитые «Дары Гекаты», которые давно уже считались утерянными…

Я изучил все имеющиеся документы, и мои сомнения развеялись.

Во-первых, ваш батюшка носил ту же фамилию, что и тот масон, давний владелец знаменитой коллекции.

Во-вторых, сохранившийся список артефактов, оставленный одним из масонов, примерно соответствовал тому, что я увидел.

И в-третьих, среди этих артефактов был и тот самый кинжал мизерикордия.

В общем, я честно сообщил вашему батюшке, что его коллекция поистине бесценна и что я мечтал бы приобрести ее, но не располагаю достаточными средствами. Однако я все же хочу сохранить коллекцию и готов продать все свое имущество, готов влезть в долги, чтобы приобрести ее, тщательно изучить и описать. В этом случае моя жизнь не прошла бы даром, мое имя навеки вошло бы в историю культуры, как вошло в нее имя Генриха Шлимана, обнаружившего Трою и Микены, Говарда Картера, открывшего гробницу Тутанхамона, или Жана-Франсуа Шампольона, расшифровавшего египетские иероглифы.

Ольга поспешно опустила глаза, чтобы антиквар не заметил в них насмешливых огоньков. Надо же, этот старик, оказывается, хочет всемирной славы!

– Так что я попросил вашего батюшку об одном – чтобы он дал мне время собрать необходимые средства и ни в коем случае не распродавал коллекцию по частям!

К моему сожалению, ваш батюшка сказал мне, что вообще не собирается продавать коллекцию, что он хочет сохранить ее в семье как память своих предков, а меня пригласил только для того, чтобы удостовериться в подлинности коллекции и ее значительной исторической ценности.

И он даже предложил оплатить мой визит, оплатить, как он выразился, потраченное мной время. Поскольку он понимает, что мое время стоит очень дорого.

От этого я отказался, поскольку увидел знаменитую коллекцию, «Дары Гекаты», уверился, что эта коллекция действительно существует и представляет собой собрание редчайших, бесценных артефактов. Уверен, на моем месте любой настоящий антиквар многое бы отдал, чтобы увидеть это собрание!

Впрочем, я напрасно вам все это рассказываю, потому что я заметил – во время нашего разговора вы находились в соседней комнате и наверняка почти все слышали…

Антиквар вопросительно взглянул на Ольгу:

– Ведь я прав?

– Да, в какой-то степени вы правы, – уклончиво ответила Ольга. – Но все же мне хотелось все это услышать от вас.

– Да, я вас понимаю… но самое главное – ведь чуть позже у нас с вами был небольшой, но очень важный разговор…

– Разговор? – машинально переспросила Ольга.

Она не представляла, о чем идет речь, и боялась показать это. Боялась, что антиквар раскусит ее, поймет, что она ничего не знает об их прежней встрече…

Хотя, конечно, никому в здравом уме не может прийти в голову, что она таинственным образом изменила свою внешность…

– Ну как же, – антиквар едва заметно нахмурился. – Когда я распрощался с вашим батюшкой и вышел, вы уже на улице нагнали меня…

Порфирий Петрович вспомнил, как дочка Подхалимова окликнула его:

– Эй, вы, постойте!

Порфирий Петрович недовольно оглянулся. В первый момент он не понял, кто его зовет, и в любом случае он совсем не привык к такому вульгарному обращению, так что хотел строго отчитать невоспитанную девицу.

Однако, узнав в ней дочь Подхалимова, сдержался и спросил сухо, но вежливо:

– Что вам угодно?

Девица склонила голову к плечу и проговорила с наивной хитростью в голосе:

– Вы ведь очень хотите заполучить эти цацки?

Вульгарная интонация снова резанула его слух, но он взял себя в руки и ответил довольно холодно:

– Допустим.

– Не допустим, а ужасно хотите, я ведь по глазам вижу!

– И что же вам угодно? – повторил антиквар, постепенно теряя терпение.

– Мне угодно сказать, что мой папаша упрямый, как осел. Если вбил что себе в голову, ни за что не отступится. Но я его непременно уговорю. Не мытьем, так катаньем. Непременно уломаю. Я к нему знаю подходы, и я тоже упрямая. Наверное, в него. Так что вы не сомневайтесь и готовьте денежки.