И куда делась эта Александра? Позвонила в ресторан, что увольняется…

«Так вот же она, это теперь я!» – Ольга вздрогнула.

Как раз Мегера закончила разговор по телефону и раздраженно буркнула:

– Эй, Подхалимова! Ты что сидишь, как засватанная!

Она вытянула ведомость из рук Ольги.

– Так… отработала, значит, меньше трех недель и еще денег требуешь? Аванс получила, и еще тебе надо?

– Не было никакого аванса! – от неожиданности Ольга рявкнула своим собственным голосом и посмотрела своим фирменным взглядом опытного кадровика.

– Как не было? Да… пожалуй… – Мегера сбавила тон, почувствовав, видно, что так просто Ольгу не взять. – Ну ладно… сейчас все равно денег нет, так что зайди на следующей неделе… или позвони… я посмотрю, что можно сделать.

Ольга не удивилась, все же говорили, что денег от Мегеры просто так не получишь. Правильно девчонки говорят, что легче камень выдоить, чем от этой заразы заработанное получить.

Пора было уходить, что она и сделала, не простившись с Мегерой.

Ольга в растрепанных чувствах вышла из ресторана и вернулась в сквер, где ее дожидались Анна и Инезилья.

Правда, она немного задержалась, проходя через кухню, и кое-что там прихватила – вместо недополученного расчета.

Анна при виде ее оживилась:

– Слава богу, ты вернулась, а то я уже не знала, что делать. Твоя четвероногая подруга мне просто пошевелиться не давала! Стоило мне хоть немного поменять позу, хоть немного вытянуть ноги, она на меня так рычала, что просто страшно!

– Инезилья, как не стыдно, что ты себе позволяешь! – строго проговорила Ольга. – А я-то тебе кое-что принесла, хотела тебя наградить за хорошее поведение!

Инезилья принюхалась к пакету, который Ольга держала в руке, облизнулась и умильно посмотрела на свою новую хозяйку.

– Как тебе не стыдно! – повторила Ольга. – Ведь Анна – наш друг! Зачем ты на нее рычала?

Собака посмотрела на Анну, потом перевела взгляд на Ольгу и постаралась передать этим взглядом три важные мысли: во-первых, никто на Анну не рычал; во-вторых, это была не она, не Инезилья; и в-третьих – она больше не будет.

И вообще, уходя, Ольга скомандовала: «Сидеть», и эта команда наверняка относилась не только к собаке, но и к Анне. Так что та тоже должна была сидеть и не двигаться.

Инезилья шумно вздохнула.

– Ну ладно, надеюсь, это больше не повторится! – проговорила Ольга и развернула свой пакет.

Там лежали четыре аппетитные сырые котлеты, которые она позаимствовала в ресторанной кухне. Попадет, конечно, поваренку, но уж тут каждый за себя, нечего было с официантками болтать в рабочее время…

Инезилья устремилась к пакету, и буквально через секунду котлеты исчезли без следа.

– Ну, Инезилья, ты даешь! – восхитилась Ольга. – Тебе бы в цирке выступать с номером «исчезающие предметы». Ты прямо как фокусник Копперфильд.

– А это что такое? – проговорила Анна, наклонившись.

– Где?

– А вон, ты уронила какую-то карточку.

Она подняла с земли картонный прямоугольник.

– А, это визитка… я нашла ее в шкафчике той самой официантки. Ну той, на которую я была похожа. Кстати, Аня, знаешь, что я выяснила в ресторане?

Но Анна ее не слушала. Она рассматривала визитную карточку. Лицо ее затуманилось.

– Надо же… это карточка Порфирия Петровича…

– Ну да, там ведь так и написано – Порфирий Петрович Благово, антиквар…

– Антиквар… – машинально повторила Анна. – Очень необычный человек…

– Ты что, знаешь его?

– Один раз встречала, – ответила Анна задумчиво.

Она действительно только один раз встретилась с антикваром Благово, но эта встреча произвела на нее сильное впечатление и в значительной мере изменила ее жизнь.

Ее муж после каждого романа на стороне непременно каялся жене и в приступе раскаяния делал ей ценные подарки.

И вот, в период очередного раскаяния, он задумался, что бы ей такое подарить.

Один из его деловых партнеров, Алексей Завадский, человек из старой дворянской семьи, посоветовал Андрею купить жене какую-нибудь старинную драгоценность. Он сказал ему, что новые ювелирные изделия – дурной тон, китч, дешевка, со временем они обесцениваются, только старинные украшения стоит покупать, они с каждым годом становятся только дороже. И дал ему наводку на старого антиквара, который иногда продает такие драгоценности.

Этот антиквар не имеет дела со случайными людьми, принимает клиентов только по рекомендации, и как раз рекомендация Завадского может открыть двери его дома.

Кроме того, Завадский вручил Андрею визитную карточку антиквара, которая служила пропуском в его дом.

На Андрея эти рассуждения произвели впечатление.

Он подумал, что не только загладит вину перед женой, но и сделает выгодную инвестицию.

Кроме того, как всякий богатый человек без корней, он мечтал приобщиться к кругу родовой аристократии.

Короче, он пришел к антиквару с женой, пообещав ей необыкновенный подарок.

Анна спорить не стала, и в условленный день они позвонили в квартиру на набережной Фонтанки.

Им открыл высокий импозантный старик с длинным породистым лицом, обрамленным ухоженными седыми бакенбардами. Рядом с ним стояла бельгийская овчарка, которая смотрела на гостей с профессиональным интересом.

Андрей замялся.

Собака чуть заметно напряглась.

Старик вопросительно поднял брови:

– Чем обязан?

Андрей опомнился, протянул хозяину визитную карточку и сослался на Алексея Завадского.

Старик с некоторым удивлением оглядел Андрея, но поскольку того рекомендовал Завадский, пригласил его в квартиру.

Хотя Анна жила в просторной и дорого обставленной квартире, ей никогда не приходилось попадать в такие дома, как этот.

Изысканная мебель красного дерева, картины старых мастеров на стенах произвели на нее сильное впечатление.

Порфирий Петрович провел гостей в свой кабинет, сел за стол карельской березы и внимательно посмотрел на Анну.

– У вашей супруги очень красивые глаза, – проговорил он, – ей подойдут сапфиры.

С этими словами он достал из своего стола деревянную коробку, в которой на черном бархате лежали украшения.

Кольца и браслеты, серьги и ожерелья с синими камнями удивительной красоты.

От этой красоты у Анны перехватило дух.

И тут же она заметила, что антиквар заметил ее восторг и вполне его оценил.

Андрей тоже оценил драгоценности, но совсем иначе.

Сглотнув, он спросил хозяина:

– И почем же эта красота?

Анна заметила, что антиквара покоробила вульгарность Андрея.

Однако он никак это не показал, только чуть скривил губы и стал называть цены.

Цены были фантастические, просто запредельные. Каждое украшение стоило не меньше квартиры в центре города или загородного дома в престижном районе.

При каждой новой цене брови Андрея поднимались все выше, а глаза округлялись.

Наконец он проговорил:

– Знаете, мне нужно подумать, посоветоваться. Мы зайдем к вам на следующей неделе.

– Ну-ну, – на этот раз он не стал скрывать презрительную усмешку и поднялся из-за стола, чтобы проводить гостей.

Уже в прихожей Анна немного отстала от мужа.

Антиквар чуть придержал ее за локоть и едва слышно проговорил:

– Этот человек недостоин вас. Он испортит вашу жизнь. Он вульгарный, жестокий и ограниченный. Вам непременно нужно вырваться от него, пока не поздно. Освободитесь от него! Вам еще не поздно начать все сначала!

Анна не успела ничего ответить, а возможно, она и не собиралась отвечать. Но слова антиквара запали ей в душу, и возможно, именно благодаря им она начала свою вторую, тайную жизнь…

Муж тогда сильно разозлился на Анну, он, как всегда, посчитал, что это она поставила его в неловкое положение. И с тех пор вообще перестал делать ей подарки. Оно и к лучшему, после того, что видела она у Благово, ей противно смотреть было на дешевые цацки.

– Один раз я его встречала… – повторила Анна, разглядывая визитку антиквара. – Так где, ты говоришь, нашла ее?

– В шкафчике той официантки, на которую я похожа.

– Интересно, откуда у нее эта визитка… ее не так просто получить, и она – что-то вроде пропуска в дом этого антиквара.

Анна провела рукой по лицу, словно стирая воспоминания, и спросила деловитым тоном:

– Что тебе еще удалось там узнать?

– Да, я как раз начала говорить тебе, что я выяснила в этом ресторане.

Ольга посерьезнела.

– Эта официантка… она моя сестра.

– Что?! – недоверчиво переспросила Анна. – Как это может быть? Ты не узнала собственную сестру?

– Ну, она не родная моя сестра, а сводная… нет, кажется, это называется единокровная… мой отец… впрочем, это долгая, запутанная история…

– Но ты все же объясни!

И Ольга с явной неохотой рассказала ей про своего отца и его бесшабашную дочь.

Дослушав ее, Анна проговорила:

– Такое совпадение не может быть случайным. Эта связь может быть очень важной.

– Да, но ты пойми, что сведения о ней у меня от не очень надежного источника, – твердо сказала Ольга, – так что выводы делать рано.

– Узнаю речь начальника отдела кадров, – усмехнулась Анна. – Не знаю, как с другими сотрудниками, а с тобой моему… хозяину фирмы точно повезло.

Анна едва не сказала слово «муж», но удержалась. Потому что нет у нее теперь никакого мужа. Как бы ни повернулось дело дальше, с мужем они точно расстанутся навсегда.

Ольга же при упоминании хозяина фирмы вспомнила, с чего все начиналось, то есть зачем она хотела поговорить с Анной на корпоративе и что из этого вышло в итоге. Ладно, кто такой Аннин муж, а также Арсений Сурков, она обязательно разберется. Но позже.

Внезапно ее пронзило воспоминание. Она оперлась о стену после толчка Анны, затем посмотрела в зеркало, и тут…

– Что такое, снова ты бледная! – забеспокоилась Анна.

– Знаешь, я вдруг вспомнила, – слабым голосом заговорила Ольга, – когда ты убежала, я посмотрела в зеркало и на мгновение увидела в нем себя. То есть не Ольгу Хромову, а вот себя такую же, как сейчас… А потом – темнота.

Инезилья подошла и положила голову Ольге на колени. Дамы помолчали немного, после чего Ольга приободрилась и снова заговорила:

– И как мне… нам понять, в чем тут дело?

Анна еще немного помолчала, размышляя, и наконец проговорила:

– Что меня во всем этом удивляет, это откуда у твоей сестры…

– У сводной… тьфу, у единокровной сестры! – поправила ее Ольга.

– Пусть единокровной… – отмахнулась от нее Анна. – Откуда у нее визитная карточка антиквара Благово? Насколько я поняла из твоего рассказа, твоя сестрица – та еще шалава. Как говорится, пробы ставить негде. А Порфирий Петрович имеет дело исключительно с элитой, с людьми не просто обеспеченными, а избранными…

– Ну ты сама говорила, что вас с мужем рекомендовал какой-то знакомый. Может, и Александру кто-то рекомендовал.

– Вряд ли у нее есть такие знакомые… хотя, конечно, ничего нельзя гарантировать. Короче, надо бы встретиться с антикваром и узнать все от него.

– Встретиться? Ты сама себе противоречишь! То говоришь, что он имеет дело исключительно с элитой, со сливками общества, то хочешь с ним встретиться…

– Не забывай, что у нас есть его визитная карточка. А это, можно сказать, пропуск в его дом. Кроме того, есть еще один момент… – Анна выразительно взглянула на собеседницу. – Ты ведь теперь удивительно похожа на свою сестру…

– Ой, давай ты не будешь называть ее моей сестрой! – взмолилась Ольга. – В жизни ее не видела, никаких дел с ней не имела, а теперь еще подозреваю, что это она руку приложила ко всему этому кошмару! Нет уж, спаси господи от таких родственничков!

– Ну извини, ты похожа на Александру. И если у нее были какие-то дела с Порфирием Петровичем, он тебя примет. Главное, ты не должна ему показать, что ты – не она…

– Ну и положение! – Ольга покачала головой.

Дом, где жил антиквар Благово, находился в одном из самых красивых и престижных мест Петербурга, на набережной Фонтанки, неподалеку от Инженерного замка.

Это был бело-голубой особняк девятнадцатого века, с колоннами по фасаду, с лепными балконами, которые поддерживали мускулистые атланты и разбитные кариатиды.

Женщины подошли к особняку.

Инезилья послушно бежала рядом с Ольгой.

– Ну, здесь нам нужно разделиться, – сказала Анна, остановившись неподалеку от особняка.

– А может, вместе пойдем? – засомневалась Ольга. – Ты же у него, как-никак, была…

– Боюсь, вместе у нас ничего не получится. Ведь ты должна выяснить, каким образом Александра связана с Порфирием Петровичем. При посторонних он вряд ли станет об этом говорить. Кроме того, не забывай про нее, – Анна покосилась на собаку. – Идти к антиквару с собакой – не вариант, он нас и на порог не пустит. Я уже не говорю, что у него свой пес, охранник. Неизвестно, как он отреагирует на Инезилью, как она отреагирует на него… так что нет, придется тебе идти одной.

– Ладно, я поняла, ты права…

Ольга строго посмотрела на Инезилью и проговорила:

– Жди меня вместе с Аней!

Собака недовольно фыркнула и прижалась к хозяйке.

– Прекрати это детское поведение! – прикрикнула на нее Ольга. – Я сказала – ждать!

На этот раз Инезилья подчинилась. Может быть, сейчас у Ольги лучше получилась командная интонация, только собака отошла к Анне и грустно потупилась.

– И не ссориться! – добавила Ольга и подошла к крыльцу бело-голубого особняка.

Едва она подошла к двери, из незаметного динамика раздался строгий голос:

– Торговым агентам и представителям риелторских компаний вход строго запрещен!

– Я ничем не торгую! – раздраженно ответила невидимке Ольга. – Я пришла к Порфирию Петровичу Благово.

– Вам назначено?

– Вот! – Ольга подняла перед собой визитную карточку антиквара.

Невидимка ничего не ответил, но замок щелкнул, и дверь открылась.

Ольга поднялась по мраморной лестнице на второй этаж.