До приезда князя оставалось минут двадцать, и в усадьбе царила та особая суета, которая бывает только перед визитом очень важного гостя. Мать, приодевшаяся по случаю почти официального приёма в тёмно-синее строгое платье, и даже перехватившая волосы чёрной ленточкой, уже третий раз проверяла, всё ли в порядке в гостевой комнате. Лера металась между кухней и гостиной, пытаясь помочь то Марфе, то Альфреду. И лишь Артём, получивший строгий наказ вести себя прилично, старался лишний раз не отсвечивать, пока и его не припахали.

— Да расслабьтесь вы! — попытался я их образумить. — Уверен, князь не из тех, кто ждёт, что перед ним будут приседать на задних лапках!

— Откуда такая уверенность? — прищурилась Лера.

— Потому что чванливый сноб не рванёт на охоту за две тысячи километров! — я повернулся к Кате. — На чём он, кстати, приедет?

— Заказала ему такси из аэропорта, — ответила та с улыбкой.

— Вот видишь! — я подмигнул сестре. — На такси! Выдохни и веди себя… естественно!

— Ты так говоришь, будто каждый день с князьями общаешься! — вздохнула Лера.

Мы с Катей переглянулись, едва сдержавшись, чтобы не заржать.

— Ну, не каждый день… — ухмыльнулся я.

— Ой, всё! — отмахнулась сестра. — Что с тобой говорить, ты вообще не от мира сего!

Ох, как ты в точку, сестрёнка. И то, старое мировоззрение и воспитание человека, родившегося в стране, победившей аристократию, иногда прорывается через нынешний титул. Ну не умею я приседать и говорить «ку»!

На самом деле меня беспокоило совсем другое. Катя ведь не просто организовала этот визит — она поставила на кон свою репутацию. А охота ещё не настолько отработана, это же всего второй клиент! Не слишком ли это — сходу на такой уровень замахиваться? Что если что-то пойдёт не так?

Я прошёлся по гостиной, машинально выглянул в окно. И замер. Во двор въехала машина, настолько неуместная в нашем заповеднике демонов, особенно на фоне не до конца приведённой в порядок усадьбы, насколько это было вообще возможно. Красный кабриолет с открытым верхом, за рулём которого, конечно же, сидела Эмма.

Хотя на голове у неё была широкополая шляпа, а глаза прятались за большими, в поллица, солнцезащитными очками, не узнать её было бы сложно. Только Эмма так умеет — вроде ничего особенного, а кровь от головы сразу отливает.

Она вышла из машины, небрежным жестом сняла шляпу и закинула её на заднее сиденье. Тяжёлая копна тёмных волос разметалась по плечам, и Эмма поправила причёску, продемонстрировав и изящную шею, и открытые плечи, и великолепную фигуру. Сегодня она надела белый топ свободного кроя, и когда она подняла руки к волосам, в лучах яркого солнца отсутствие под топом белья прямо-таки бросалось в глаза. Довершали образ широкие светлые брюки и ярко-красная губная помада.

Словно королева курортного городка почтила нас своим визитом! И то, что до ближайшего курорта три тысячи километров — её совершенно не заботило! Мол, курорт будет там, где она скажет!

— Рот закрой, слюни капают, — почти беззлобно прошипела Катя, толкнув меня локтем в бок.

Я встряхнул головой. Эта зараза — которая Эмма — меня когда-нибудь доконает.

Пришлось идти встречать её. И конечно, по традиции, она тут же повисла у меня на шее с объятиями.

— Приветик, Илья! — промурлыкала она. — Готов произвести впечатление на гостя?

— Я гляжу, ты на всякий случай подготовилась за двоих? — хмыкнул я, традиционно мягко отстраняясь, и откровенно её разглядывая.

Впрочем, ни моя ухмылка, ни раздевающий взгляд её совершенно не смутили. Как пить дать, именно этого она и добивалась.

Мы прошли в дом. И конечно, Эмму встретили как родную, будто сто лет не вида́лись. Умеет же она к себе расположить. На удивление даже Катя с ней любезностями обменялась, чем, кажется, графиню изрядно озадачила.

Вдруг у меня на поясе зашипела рация.

— Ваше Сиятельство, — заговорила она голосом Тихона, — проехала машина, о которой предупреждала Екатерина Владимировна.

— Понял, спасибо, — ответил я и посмотрел на девушек. — Идём встречать.

ㅤ

Вскоре послышался шум мощного двигателя, и из-за поворота дороги к усадьбе вывернул чёрный, наглухо тонированный внедорожник. Основательный, даже на вид тяжёлый — похоже, бронированный. Молодец, Катя, правильный выбор!

— Напомни, кстати, как князя звать? — попросил я её.

— Георгий Евгеньевич, Вышнеградский.

Машина остановилась у крыльца, и мы с девушками спустились по ступеням. Неприлично заставлять князя смотреть снизу вверх.

Водитель вышел, чтобы открыть дверь перед пассажиром, но тот вышел сам. Я невольно улыбнулся — маленький штрих, подтверждающий мою теорию.

Князь оказался высоким, подтянутым мужчиной лет пятидесяти, в безупречном тёмно-синем костюме. Выделялись глаза пронзительного синего цвета. Держался он уверенно, от него прямо-таки веяло привычкой повелевать. Один короткий взгляд на водителя — и тот без лишних слов поспешил к багажнику.

— Добрый день, Ваше Сиятельство, — шагнула вперёд Катя, ослепительно улыбаясь. — Я Екатерина, вы говорили по телефону со мной. Рада, что вы благополучно добрались!

— Очень приятно, Катя, — благосклонно кивнул князь. — Благодарю за сервис!

— Позвольте представить вам хозяина усадьбы, графа Каменского, — продолжила Катя, повернувшись вполоборота в мою сторону. — Илья Михайлович — организатор сегодняшней охоты.

— Премного наслышан о вашем героизме, граф, — князь протянул мне руку. — Для меня честь познакомиться с вами лично!

— Благодарю, князь, взаимно, — ответил я, отвечая на удивительно крепкое для кабинетного чиновника рукопожатие. — Но если вы намекаете на историю с пожаром, то без Кати и брата я бы не справился.

— Так вы та самая… — князь повернулся к Кате, и его глаза широко раскрылись от удивления.

— Екатерина Владимировна Батурина, мой бизнес-консультант, — поспешил представить я.

— Хочу сказать, я восхищён вашим подвигом, юная леди! — князь неожиданно поклонился Кате и протянул руку ладонью вверх.

Катя протянула ему свою руку, которую князь с почтением поцеловал.

И тут мне захотелось хлопнуть себя ладонью по лбу. Катя с её легендой прекрасно держится, строя из себя простушку. Ровно до тех пор, пока дело не доходит до автоматических, вбитых в подкорку действий. Вот как сейчас. Да любая простолюдинка от такого галантного поклона князя в обморок бы грохнулась, или как минимум стушевалась бы, не зная как себя вести. А что сделала Катя? Она протянула руку для поцелуя таким привычным, естественным движением, будто мы на светском приёме, она императрица или как минимум цесаревна, и это она князю милость этим жестом оказывает.

— Я всего лишь делала то, что должна была… — зардевшись, присела в лёгком полупоклоне Катя.

Ну капец!

Я с усмешкой посмотрел на эту звезду и до неё, кажется, начало доходить. Это мои могут списать такие детали на университетское образование. Князя-то так просто не проведёшь. Вот и сейчас глаза у него чуть прищурились, явно заметил несоответствие.

Вспомнив, что формально Эмма выше по титулу, я повернулся к досадливо поджавшей губы девушке.

— Князь, позвольте представить графиню Эмму Евгеньевну Громову, вашего егеря на сегодня.

— Так вот кто нас так лихо обогнал на повороте! — хохотнул князь, галантно целуя протянутую ему ручку, после того как Эмма скорее обозначила книксен, чем исполнила его. — Очарован вашей красотой, графиня, и вашим мастерством вождения!

— Благодарю, князь! — зараза расплылась в довольной улыбке.

Водитель тем временем вынес из багажника два чемодана чёрной кожи, и, поставив их подле крыльца, очень неодобрительно посмотрел на графиню, даже головой покачал. Похоже, она не просто обогнала на повороте тяжёлый внедорожник, а как стоячего его уделала. Понятно теперь, почему она приехала за пару минут до его приезда — поди специально караулила на своротке с трассы.

Что ж, если ей хотелось обратить на себя внимание князя, то ей это явно удалось!

— Завтра к девяти утра, как договаривались, Ваше Сиятельство? — уточнил водитель.

— Да, — спокойно кивнул тот.

Альфред, до того молча стоявший у двери, спустился, подхватил его багаж и понёс в подготовленную для гостя комнату. Любопытно: при первом, быстром взгляде на эти чемоданы не угадаешь ни их ценность, ни уж тем более, насколько богат их хозяин. Они в равной мере могли бы принадлежать и князю, и простому клерку среднего звена. Интересный, однако, выбор.

Мы прошли в дом, где нас уже поджидала семья. Мать сидела в кресле с перевёрнутой вверх тормашками книгой и делала вид, что читает. Лера разбирала за столом стопку накладных. И только Артём ничего не изображал — играл в телефоне, сидя в самом дальнем углу.

При нашем появлении первой нервно подскочила Лера, мать, подняв взгляд от книги, очаровательно улыбнулась и поднялась навстречу гостю, и только Артём ничего не замечал, пока сестра не ткнула его под рёбра.

— Позвольте представить, моя мать, Настасья Викторовна, — начал я. — Сестра Валерия, брат Артём.

— Графиня, — князь поклонился матери с какой-то особенной почтительностью, поцеловав протянутую руку, — соболезную вашей утрате и восхищён стойкостью вашей семьи.

Однако! А князь-то домашнюю работу на пять с плюсом сделал!

— Благодарю, князь, — мать склонила голову.

Вышнеградский повернулся к Артёму.

— Моё почтение и уважение, юноша, — он очень серьёзно пожал растерявшемуся брательнику руку. — Защита своей земли и людей — благородное деяние в любом возрасте. Но в столь юном — особенно.

Я почувствовал лёгкое колебание магического фона.

— Инициированный маг воды? — князь приподнял бровь. — Это многое объясняет!

— Спонтанная инициация при защите усадьбы от нашествия демонов, — пояснил я.

— Ни стихия, ни демоны возраст не спрашивают, — кивнул Вышнеградский и похлопал Артёма по плечу. — Мать может вами гордиться, молодой человек!

— Спасибо, — едва слышно пролепетал вконец засмущавшийся Артём.

— Вы, наверное, проголодались с дороги? — мама тут же включилась в роль хозяйки.

— Благодарю, но перед охотой предпочитаю лёгкий перекус, — вежливо отказался князь. — Кроме того, для начала хотелось бы привести себя в порядок.

— Конечно, — кивнул я и повёл рукой в сторону лестницы. — Прошу.

ㅤ

Проводив гостя, я спустился вниз, где меня ждали вопросительные взгляды.

— Ну как? — первой не выдержала Лера. — Мы не слишком бледно смотрелись?

— Да всё хорошо, сестрёнка! — рассмеялся я.

— Правда, Лерочка, ты слишком волнуешься! — неожиданно поддержала меня Эмма.

А Катя подмигнула мне и незаметно показала жестом, мол, всё в порядке. Я и сам немного выдохнул — судя по осведомлённости князя, он хорошо понимал, куда едет.

— Илья, — мать обеспокоенно взглянула на меня, — у нас ведь стол в столовой уже накрыт… А князь вот отказывается! Как же теперь быть?

— Да всё просто, — улыбнулся я. — Организуй столик на веранде, нам всё равно навыки проверять — там и подзакусим. А вы уж тут без нас как-нибудь справитесь со всем тем пиршеством, которое я тебе сразу говорил, что лишнее.

Мать обречённо вздохнула, закатила для порядка глаза и поспешила на кухню распоряжаться. А мы с Эммой отправились переодеваться.

ㅤ

Четверть часа спустя я ждал в гостиной уже в походной одежде.

Первым спустился князь, и я не смог сдержать улыбки. Безупречный костюм он сменил на тёмные походные брюки и клетчатую рубашку, у которой закатал рукава. На ногах были высокие армейские ботинки, а левой руке он держал фетровую шляпу.

Заметив, что я улыбаюсь, князь рассмеялся, отсалютовав шляпой.

— Давно хотел, да случая не было! Во дворце в таком виде на службу не заявишься, — объяснил он, и его рука машинально потянулась к воротнику, поправить отсутствующий галстук. — Не поймут.

Тут я заметил меч на его бедре. Такой же, как у меня — работы Демидовых, в ножнах их зеленоватой кожи, без лишних украшательств, чистая функциональность.

Князь тоже заметил мой меч. Его брови слегка приподнялись, в глазах мелькнуло лёгкое удивление, но затем взгляд переместился на Катю, стоявшую неподалёку. Князь снова едва заметно прищурился.

Интересно. Катя ведь говорила, что Вышнеградский — отец жениха её подруги. Но при встрече он её явно не узнал. Догадывается, что она Демидова? С её отцом он ведь наверняка отлично знаком, может и Катю когда-то давно видел, и теперь пытается понять, она или не она?

Мои размышления прервала своим появлением Эмма, в своём обтягивающем кожаном комбинезоне, с двумя клинками за спиной.

Князь обернулся к ней и едва заметно сглотнул. Поняв, что на неё смотрят, эта зараза даже замерла на секунду наверху лестницы, как на подиуме. На мгновение мне даже показалось, что она на сцене, а столб ограждения лестницы — пилон. Пришлось пару раз моргнуть, прогоняя наваждение.

Сучка.

— Георгий Евгеньевич, давайте пройдём на веранду, — поспешил я переключить внимание князя. — Там всё готово.

Тот кивнул, с заметным усилием оторвав взгляд от провокаторши.

Мы вышли на веранду заднего двора. На столе стояло несколько тарелок с закусками и порезанным небольшими кусочками ржаным хлебом, вазочка с фруктами, чайник и графин с соком.

— У нас тут свой сыр деревенские делают, — показал я на тарелки. — Хлеб тоже домашний, с орехами и сухофруктами, на солодовой закваске. А ещё у нас зарождается некая традиция. Так сказать, эстафетная палочка. Вот эти бастурма и паштет из печени — из демонического вепря, добытого в прошлые выходные предыдущим охотником. Прошу, отведайте.

Князь с одобрением посмотрел на угощение, а затем на меня.

— Прекрасная традиция, граф, — заметил он. — В этом определённо что-то есть!

Я незаметно подмигнул Кате — это была её идея закладывать традиции. Мол, удивить чем-то аристократов сложно, а традиции создают чувство сопричастности, ощущение закрытого клуба. Вроде и мелочь, а за деньги не купишь.

Перекусив и выпив стакан сока, князь выжидающе посмотрел на меня.

— Что дальше?

— Нам необходимо оценить ваш уровень подготовки, — сообщил я, поднимаясь из-за стола, — чтобы мы с Эммой понимали, какую поддержку вам следует оказать, и надо ли. Оружие и щиты.

— Разумно, — кивнул князь, и в его глазах мелькнул интерес.

Я прихватил из вазочки опять же традиционное уж яблоко, и мы спустились во двор.

— Вы планируете использовать меч, или что-то ещё? — спросил я у князя.

В отличие от Чемезова, Вышнеградский никакого оружия с собой не привёз, по крайней мере, я не наблюдал.

— Что-то ещё, — улыбнулся князь, отходя в сторону.

В его правой руке появился кнут. Буквально соткался из воздуха, но я сразу понял, что это магия не воздуха, а воды — слишком плотным выглядел конструкт. Не просто струя, а настоящий кнут со сложной плетёной структурой, словно выточенный из голубого стекла.

Короткое, почти незаметное движение всей рукой, от плеча…

И резкий щелчок, как от винтовочного выстрела, прямо у моего уха. Яблоко в моей руке дёрнулось и исчезло.

Боковым зрением я успел увидеть, что оно превратилось в кашу из мелких кусочков, разлетевшихся фонтаном.

— Кхм… — я посмотрел на руку, пересчитал на всякий случай пальцы. — Это было впечатляюще!

Тут я заметил движение в окне второго этажа. Артём стоял с раскрытым ртом, едва не прилипнув к стеклу. О да, братец, смотри внимательно! Вот тебе отличный пример для подражания!

— Регулярно практикуюсь, — улыбнулся князь, снова потянувшись поправить галстук, которого не было. — Очень помогает успокоить нервы под конец дня.

— Остаётся только посочувствовать вашим подчинённым, — хохотнул я, на что князь согласно кивнул. — Теперь защита. Я попытаюсь продавить ваш щит своим.

— Мне нравится ваш подход! — князь встал поудобнее и выставил перед собой щит воды.

С такой силой я столкнулся впервые. Живая, упругая мощь, которая не сопротивлялась грубо, а перетекала, поглощая давление. Я усилил нажим — щит лишь уплотнился. Как будто я пытался сдвинуть дом!

Маг высочайшего класса. Похоже, намного сильнее меня.

— Превосходно, — констатировал я, прекращая проверку. — Не уверен, что смог бы вас продавить.

— Да, собственно, почти, — усмехнулся князь. — Ещё немного, и я вынужден был бы сдаться. Только я так и не понял, граф, какая у вас стихия?

— Телекинез, — подсказал я, аккуратно вытаскивая из поленницы возле мангала одно полено и поднимая его в воздух. — И молнии.

Разряд сорвался с моих пальцев, и полено разлетелось фейерверком горящих щепок.

— Это было… впечатляюще! — вернул мне комплимент князь и повернулся к Эмме. — А что насчёт вас, графиня?

— А вы попробуйте дотронуться до меня кнутом, — с вызовом предложила она.

— Ну раз вы настаиваете…

Плавное движение руки, свист кнута… но на этот раз щелчка не последовало. А Эмма замерла с мечом в правой руке. Кончик кнута, упав к её ногам, растёкся по траве.

— О! — не нашёлся, что сказать на это князь.

Но форму кнута восстановил.

У меня тоже, честно говоря, слов подходящих не нашлось. Кончик кнута во время удара преодолевает звуковой барьер, поэтому и щёлкает. Перехватить удар кнутом — это просто запредельная скорость и реакция!

— И последнее! — я махнул рукой Кате, и она принесла кейс с очками. — Во-первых, вот эти очки, князь, прошу, примерьте.

— Видеокамера? — он сразу понял их назначение.

— И видеокамера, — кивнул я, — и защита глаз тоже. Мы будем снимать с нескольких ракурсов, и потом смонтируем для вас видео, которое вы сможете показать дома своим родным и близким. Это тоже, своего рода, трофей.

— Ха, я знаю, кому показать! — оскалился князь.

— Отлично. А кроме этого, необходимо также соблюсти формальности.

Я включил запись на камере своих очков. На самой границе поля зрения загорелся красный светодиод.

— Георгий Евгеньевич, — обратился я к князю, — под запись, напоминаю, что вы отправляетесь на охоту по доброй воле. Лес дикий, твари тоже. Мы с Эммой будем вас страховать, но не гарантируем отсутствие риска, и даже ранений. Мы вмешаемся только в случае прямой и неотвратимой угрозы вашей жизни. Прошу вас подтвердить, что вы понимаете и принимаете эти условия.

— Абсолютно, граф, — с серьёзной улыбкой кивнул князь. — Меньшего я и не ждал!

Я передал очки ему и Эмме. Князь, покрутив их в руках, нашёл кнопку, включил. Надел и жестом показал мне, что всё в порядке.

— А это куда? — спросил он, указывая на камеру-цилиндр.

— Вообще под ствол ружья, если кто использует огнестрел, — я задумался, куда бы приспособить дополнительную камеру. — Давайте вам на правую руку как-нибудь закрепим, на запястье. Чтобы снять самые эффектные моменты работы с кнутом от первого лица. Только вот с креплением…

Не стяжками же крепить…

— Позволь, — шагнула вперёд Катя, снимая с шеи лёгкий шёлковый платок.

Она аккуратно обернула платок вокруг запястья князя, затем пропустила концы платка через специальные пазы, ещё пару раз обмотнула и завязала на внутренней стороне предплечья небольшой узелок. Это выглядело на удивление элегантно: чёрную камеру почти не было видно, зато изумрудный шёлк платка смотрелся как так и было задумано.

— Идеально, и со шляпой сочетается, — кивнул князь, покрутив кистью, после чего надел свою шляпу на голову. — Благодарю вас, Катенька. Будем считать этот платок талисманом!

— Да ну что вы, Ваше Сиятельство! — очень натурально смутилась Катенька.

— Что, ж, раз мы все готовы, — улыбнулась довольная произведённым эффектом Эмма, — может, уже пойдём?

— Пешком? — уточнил князь.

— Машины не везде пройдут, да и зверьё распугают, — объяснил я. — Лошади ненадёжны, боятся демонов, да и сами они приманка лишняя. Так что своими ногами. Тем более, далеко идти не придётся. Демоны здесь повсюду.