Я долго сомневалась, какую тему выбрать. Дело в том, что мы, сипухи, тоже вдохновляем людей на придумывание имен для нас. Где-то нам дают название по сиплому крику или тихому полёту, где-то – по внешности или по местам, где мы любим гнездоваться: тёмным, закрытым, таким как башни соборов или звонницы. К примеру, во Франции и Испании нас прозвали колокольными совами, в Нидерландах – церковными. Наверное, поэтому меня всегда интересовали животные с «благочестивыми» именами: ящерица Иисуса Христа, божья коровка, паук-крестовик, богомол. И сначала я собиралась сделать доклад о ком-то из них. Но потом подумала: а что, если зайти с другой стороны? И решила рассказать вам о тасманийском дьяволе.

– Я тебя, сипуха, всегда считал святошей, но тут ты меня заинтересовала!

– Отлично, лис, тогда я начну.

– Тасманийский дьявол, он же сумчатый чёрт, живёт на острове под названием Тасмания, который принадлежит Австралии. В глубоком прошлом эти животные разгуливали и по австралийскому материку, но несколько тысяч лет назад они там вымерли.

Внешне тасманийский дьявол не имеет ничего общего с нечистой силой. Так его прозвали первые европейские путешественники. По ночам из местных лесов доносились такие душераздирающие крики, что люди решили: здесь живёт сам хозяин ада. Эти вопли едва не заставили их поскорее убраться восвояси. Никому не хочется встретиться с дьяволом, уж вы мне поверьте. Ни сейчас, ни четыреста лет назад. Людей такое пугает. Когда выяснилось, кто издаёт эти звуки, оказалось, что это никакой не чёрт, а зверёк размером с кошку, немного похожий на медвежонка. Однако тасманийский дьявол – сумчатое, как коала, о которой рассказывала жаба-повитуха.

Но если коалы питаются листьями, то сумчатый чёрт предпочитает мясо – на завтрак, обед и ужин. Челюсти у него мощнее, чем у прочих млекопитающих сходного размера. Ни рысь, ни росомаха, ни дикая кошка с ним не сравнятся: по силе укуса ему нет равных. Это потому, что голова у тасманийского дьявола довольно большая относительно тела. Он может переломать кости валлаби, будто это прутики, и без особых усилий освежевать и более крупных кенгуру.

– Продолжай, сипуха! Твой доклад – просто огонь!

– Ну не знаю, мне как коале как-то не по себе.

– Не волнуйся, коала. Тасманийские дьяволы не лазают по деревьям. Их детёныши – да, но они на вас не нападают. И вдобавок: коал на Тасмании не встретишь, а в Австралии почти не осталось тасманийских дьяволов. Но об этом позже.

Живут сумчатые черти поодиночке, но, когда находят пищу, целой толпой выскакивают из кустов и налетают на добычу. Если, к примеру, на обочине дороги валяется дохлый кенгуру, они набрасываются на него так, будто голодали несколько недель. При этом они орут как чайки, рычат как львы, фыркают как бизоны и скрипят как деревья во время бури. Пищат как крысы, шипят как кошки. А всё затем, чтобы отпугнуть друг друга и не ввязываться в драку. Хотя избежать схватки не всегда удаётся. Иногда после потасовки эти демоны выглядят хуже звериной туши, которую поедают, – все в крови и ранах.

– Перестань, пожалуйста. Меня тошнит.

– Клюв на замок, гусь, это же дико интересно! Продолжай, сипуха. Кто бы мог подумать, что такое чудо в пушистых перьях, как ты, – отличная рассказчица!

– Я тоже в восторге.

– Видишь! Акула согласна, так что не давай этому неженке сбить себя с толку.

– Повежливее, лис, но я рада, что тебе по душе мой доклад.

В общем, тасманийские дьяволы – настоящие забияки. Во время общего застолья они грызутся чуть ли не насмерть, и когда самцы ищут себе партнёршу – тоже. При этом самцы нападают не только друг на друга, но и, как ни странно, на самок. В брачный период – когда приходит время заводить детёнышей – самки нарочно толстеют, чтобы лучше противостоять укусам самцов. Чудны́е у этих зверей порядки, на мой взгляд.

– И на мой!

– Не перебивай, кролик. Продолжай, сипуха, и не торопись.

– В общем, если в итоге самка остаётся в живых, то вскоре у неё рождается штук тридцать детёнышей (кстати, отцов у них может быть несколько). Очень маленьких, по полсантиметра ростом. Размером с мышиную лапку, да что там, с муравьиные усики. Но есть одна проблема, и вот она уже немаленькая: у матери в сумке всего четыре соска. Так что выкормить она может только четверых детёнышей. А значит, из тридцати малышей двадцать шесть не выживут.

Поэтому после рождения между ними начинается гонка. Дьявольская. Не на жизнь, а на смерть. Тридцать лысых крошек пытаются как можно быстрее доползти до сосков. Одни погибают по пути, другие – у самой цели.

Только четверо сильнейших добираются до сосков, присасываются к ним, как это делают маленькие коалы, и в последующие недели медленно растут. В конце концов остаётся в живых лишь один детёныш, редко два. За свою жизнь самка беременеет три-четыре раза, потому что ей отмерено всего пять-шесть лет. Тяжела доля тасманийского дьявола! Зато он успевает набеситься вволю. Этому мы, сипухи, иногда завидуем. Мой доклад окончен. Кто хочет что-нибудь уточнить?

– Я, я хочу.

– Говори, лис.

– Какие у тасманийского дьявола враги?

– Отличный вопрос! И вот что я скажу: дела у тасманийского дьявола идут неважно. Поначалу этих чертят было очень много, а теперь осталось тысяч двадцать пять, не больше. Причина – в смертельной болезни, распространённой среди этого вида. Это заразная форма рака. Рака морды, если точнее. Передаётся болезнь через ранки, а ведь тасманийские дьяволы постоянно дерутся и кусают друг друга.

На морде образуются опухоли, которые прорастают в пасть. Начинают выпадать зубы. Животные не могут жевать и в конце концов погибают от голода. По сути, тасманийские дьяволы истребляют сами себя.

Но есть и хорошие новости. В последнее время у сумчатых чертей стали рождаться детёныши, которые выздоравливают после жуткой болезни или даже не заражаются ей. Похоже, этому виду всё же удастся побороть недуг. Я ответила на твой вопрос, лис?

– Ответила, спасибо.

– Другие вопросы есть?

– Ты обещала ещё кое-что рассказать. О тасманийских дьяволах у нас в Австралии.

– Верно, коала, спасибо, что напомнила.

Поскольку учёные хотели предотвратить вымирание вида от ужасной болезни, они переправили группу здоровых тасманийских дьяволов в Австралию.

– О не-е-ет!

– Погоди, коала. Всего-навсего двадцать шесть экземпляров. Теперь их сотня, но, как я уже говорила, по деревьям они не лазают. Исследователи выпустили их на огромной огороженной территории. Для этого они сначала выселили оттуда одичавших кошек и лис…

– О не-е-ет!

– Не перебивай, лис. Так вот, на всякий случай они выселили оттуда лис и кошек. Как они это сделали? Не знаю. Но учёные не хотели, чтобы те нападали на дьяволов. Ведь лисам и кошкам в Австралии не место. Когда-то их завезли туда люди. И кроликов, кстати, тоже. Так что учёные пытаются защитить тасманийских дьяволов и от опасной болезни, и от враждебных животных. Просто не хотят рисковать. Это сумчатое не должно исчезнуть. Оно делает наш мир богаче и разнообразнее. Мой доклад окончен. Благодарю всех собравшихся.

Чур меня!