– О нём нельзя!

– Это ещё почему, колибри?

– Потому что анемон – растение, а у нас все доклады посвящены животным.

– Да, но морские анемоны – это животные.

– Да, в-в-в… вер-р-р…

– Ты бы заполз обратно в раковину, рак-отшельник.

– Спасибо! Я хотел сказать, что это верно. Морские анемоны – животные.

– Спасибо за поддержку, рак-отшельник, и не вылезай больше. По-моему, тебе лучше всегда сидеть в раковине.

– Да, мы тоже так думаем! Лучше тебе никогда её не покидать.

– Спасибо, животные, отныне я в домике. Если только не вырасту из него.

– Тогда я приступаю к докладу. Морские анемоны, или актинии, живут под водой. Они многообразны и встречаются в разных морях.

Многие думают, что морские анемоны – это цветы. Меня и саму тоже то и дело принимают за растение. Вернее, за часть растения. Я так похожа на лист дерева, что род, к которому я принадлежу, называется «листовидки».

А ещё на растения походят палочники – они, как вы поняли, очень напоминают палочки или веточки деревьев. Может быть, по этой логике актиний стоило бы назвать цветовидками или, скажем, цветоходками, ведь они умеют передвигаться – правда, не пешком, а скорее ползком. При этом ходят они не на шести лапках, как мы, насекомые, а на одной. И делают это нечасто: если уж морской анемон нашёл себе уютное местечко, он оттуда ни ногой, ха-ха.

Актиния принадлежат к классу коралловых полипов (к нему, как можно догадаться, относятся и кораллы). Кроме того, она родственница медузы. У медуз, как и у морских анемонов, есть щупальца, необходимые для охоты. И у обоих этих видов только одно отверстие – входное и выходное одновременно. То есть через него они и поглощают пищу, и избавляются от её остатков. Многим это кажется странным, но есть и другие животные, использующие одно и то же отверстие в разных целях.

– Фу, гадость! Кто, например?

– Как насчёт тебя самого, колибри?

– Чего?

– Птицы испражняются через то же отверстие, через которое откладывают яйца.

– Это разные вещи!

– Да, но я имею в виду, что в нас всех есть что-то такое, что другим сложно понять.

– Мудрые слова, листовидка!

– Спасибо, сипуха.

– Тогда я хотел бы узнать, чем ты удивляешь других животных. Ты ведь утверждаешь, что у каждого есть нечто странное для окружающих. Так как насчёт тебя?

– Поговорим об этом в конце, хорошо, колибри?

– Хорошо, листовидка, жду с нетерпением.

– Так, на чём мы остановились? Ах да! Когда анемон находит себе подходящее местечко, он присасывается к морскому дну. Или закапывается, если это песок. И пытается добыть пищу: рыбку, креветку – всё, что проплывает мимо. Своих жертв он парализует ядовитыми гарпунчиками, которые спрятаны в щупальцах.

Чем больше актиния ест, тем больше щупалец у неё вырастает. А чем больше щупалец, тем больше пищи. Это уникальная особенность: ни у каких других животных хорошее питание не ведёт к росту новых частей тела.

– То есть морской анемон всё-таки чем-то похож на растение.

– Тут ты прав, северный олень. Например, когда у здорового растения достаточно света и воды, у него появляются новые ветки. Кстати, как и растениям, большинству морских анемонов нужен свет. Иначе они будут плохо расти, а то и погибнут.

Мой доклад окончен. Желаете ещё что-нибудь узнать?

– Да. Сколько живут актинии?

– Хм, вот это мне неизвестно. Ты меня подловил, червь!

– Можно я отвечу?

– Конечно, рак-отшельник.

– Морской анемон может прожить шестьдесят пять лет.

– Ничего себе! Спасибо за помощь. Ещё вопросы?

– Да! Если актинии такие ядовитые, кто представляет опасность для них?

– Хороший вопрос, лис. Честно говоря, не знаю, но, может, рак-отшельник подскажет?

– Главные враги морского анемона – голожаберные моллюски. Они ядовитых щупалец не боятся. Можно я ещё кое-что добавлю?

– Конечно, рак-отшельник.

– Дело в том, что мы с актиниями, так сказать, соседи, потому я неплохо их изучил. Иногда морской анемон вместо камня присасывается к моей раковине. И я ношу его, как шапку. По сути, мы, раки-отшельники, таскаем актиний на себе по дну и чувствуем себя в безопасности. Ведь наши враги опасаются ядовитых щупалец. В качестве благодарности мы делимся с анемоном добычей – так он и кормится. Защита в обмен на еду, скажем так.

– Очень интересно, рак-отшельник. Колибри, ты хотел ещё что-то спросить?

– Да, листовидка, ты обещала рассказать, что в тебе такого непонятного.

– И правда! Что во мне сложно понять другим животным? Вот смотри: наши враги – насекомоядные. И это логично: ведь мы, листовидки, насекомые. Но опасны для нас и некоторые травоядные – животные, которые едят растения и по ошибке пытаются отъесть от нас кусок-другой. И потом выплёвывают. Не понимают, что мы никакие не листья, а нам-то больно! Поэтому нам и приходится опасаться палочников – те любят полакомиться листочками. Мы тоже любим листочки, но, встретив палочника, думаем: «Жаль, кто-то нас опередил и слопал все листья на этой веточке. Придётся поискать новую, необъеденную». Ха-ха-ха! Как видите, мы тоже иногда ошибаемся. Вы ещё не запутались?

– Нет, всё понятно. Интересный доклад.

– Спасибо за комплимент, медведка. А тебе, рак-отшельник, – за помощь.

– Не за что, листовидка. Рад, что пригодился.

– На этом всё, спасибо за внимание.