Порто-Либеро, 19.10.23 г. ООК, раннее утро

– Так, вроде вон там, Проф! – показал Вова направление пальцем. – Туда рули!

– Точно?! – вполне справедливо усомнился я, поскольку никаких признаков чего-то хоть сколько-нибудь обитаемого в прямой видимости не наблюдалось. – Тут же сплошные пустыри да заброшки!

– Не, не заброшки, – присмотрелся напарник к смарту. – Навигатор показывает, что это часть промки, вроде как автопарк какой-то должен быть.

– Не тянет это на автопарк.

– Может, замороженный? В смысле финансирования не хватает, вот и приостановили работы?

– Вов?

– Да?

– А тебе не пофиг ли?!

– Вот не поверишь, Профессор! Абсолютно! И это… направо рули!

– Что, прямо здесь?!

– Да вон, вроде накатано…

– Да, точно…

Вот чёрт меня дёрнул повестись на Вовины доводы и рвануть на регистрацию с утра не срам… э-э-э… ни свет ни заря. Да ещё и по некоему короткому пути, который ему подкинул Серхио-Серёга под предлогом того, что на нём мы уж точно на конкурентов не нарвёмся. Какие, к демонам, конкуренты в этакую рань?! Да ещё и в местной тьмутаракани?! Вот и блуждаем уже добрых полчаса, хотя, если тому же навигатору верить, за пределы городской черты мы так и не выбрались. Ладно хоть трак в полном порядке – я над ним успел немного поработать, выкроив за прошедшие два дня толику времени в перерывах между подготовкой к турниру, обслуживанию Инкиных квадов, да навязанным общением с очередными эмиссарами чуть ли ни всех местных фракций. Одни только спортсмены ко мне интереса не проявили, а все прочие визитами отметились. Правда, обошлось без мордобоя, исключительно на словах собачились. Опять же, львиную долю переговорного процесса взял на себя напарник, который посчитал своим долгом в эти дни ошиваться рядом со мной, то бишь на территории мастерской. Разве что за пивасом да жрачкой выходил. И это я ещё о прочих делах-заботах скромно умалчиваю, типа базаров с побитой четвёркой – те сначала заявились узнать результат наших раздумий, а на следующий день пришлось пересечься на нейтральной территории, чтобы собрать бабло и передать его Серёге. Но это всё мелочи. Основное же заключалось в том, что я неожиданно для себя самого с головой погрузился в хлопоты по подготовке к мероприятию. Совсем как в старые-добрые деньки на Беатрис. Оказывается, отвык я от этой суеты, но скучать не перестал. И, казалось бы, рутинные действия для меня стали глотком чистого воздуха.

Что за рутина? Да так, реально мелочи. Например, на второй день после обделывания финансовых делишек я неожиданно задумался, а в чём я, интересно, выступать буду? В комбезе, как на тренировках с Игараси? Да ну, позорище! Всё-таки турнир, да к тому же довольно редкий – раз в год всего. А для участников вообще раз за всю карьеру. Чем не повод пофорсить, ну хотя бы слегка? Вот тут и выяснилось, что ничего спортивного – в смысле одежды и обуви – у меня тупо нет. А по магазинам ради такого шастать… такое себе. Даже Инке, когда она явилась обменять «Эль Торо» на «Эль Бизонте», переубедить меня удалось с огромным трудом. Я про поход в магазин в принципе, если что. Понятно, что для девчонки шоппинг одно из главных удовольствий, но я-то не девчонка! Подумаешь, нет спортивных шмоток. Ну и не надо. Обойдусь. И вообще, это просто к слову пришлось, не обращай внимания, дорогая! Но поздняк – даже толком меня не выслушав (а также не докопавшись до первопричины моей хандры, то есть оставшись в счастливом неведении касательно моего участия в «тёмных лошадках»), Инес сделала стойку на слово «прибарахлиться». И всё, пропал бедный Профессор. Пришлось оперативно – всего за каких-то два часа – смотаться до местного спортмаркета. Да-да, и такой здесь оказался в наличии. Хотя чему я удивляюсь, если одна из влиятельных здешних фракций – «лос атлетас», сиречь «спортсмены»? Естественно, за годы существования и Порто-Либеро, и Лиги кто-то занял пустующую нишу. И знаете, что я вам скажу? Понятно, что до здоровенных моллов, как на той же Беатрис, местным «Спорттоварам» очень и очень далеко, но по меркам столь скромной колонии, как Роксана, очень даже очень! Говорю же, почти два часа убили! А на езду взад-назад ушло хорошо, если минут пятнадцать – дорогу Инка знала, как свои пять пальцев. Хотя да, вы правы, дольше девица надо мной извращалась, чем я реально снарягу подбирал. Как мне сообщили непререкаемым тоном, экипировка должна быть такой, чтобы не стыдно было на люди выйти, то бишь в боксёрский (либо тренажёрный) зал. В угоду Инес даже пришлось примерить не меньше десятка вариантов, тупо чтобы убедиться, что самый первый и есть идеальный. Но зато ещё пяток комплектов «шорты плюс майка» прикупил для повседневной носки. Не дело, так-то, в двух сменных комбезах рассекать. Мне-то пофиг, а вот Инке уже все глаза намозолил. Это если её словам верить. А мне что? Представилась возможность сделать зазнобе приятное, так почему бы и не да? Кроссовками, опять же, разжился, и спортивными штанами «а-ля бандитос». Все удобней рабочих шмоток, а то я как-то уже совсем отвык о собственном комфорте думать.

Но это я снова отвлёкся. На самом деле изначально я собирался безжалостно порезать один из комбезов, превратив его в шорты, а также самую заношенную футболку, которую наименее жалко – рукава долой, равно как и ворот. Ну и готово. А то, что концы махрятся… да кого это колышет? Уж точно не меня. Зажигалкой по махрам прошёлся, и норм. Зато полностью соответствует требованиям правил. Каким? Никакой обуви и никаких твёрдых компонентов типа ременных пряжек, больших пуговиц или застёжек-«молний». А в остальном хоть с головой укутайся, что твоя мумия. Или какой-нибудь ниндзя доморощенный. Из средств защиты – капа в пасть, раковина на пах, если есть. Раковина в смысле, а не пах. Плюс бинты на руки и бинты либо бандаж на колени и голеностоп. Всё. Ни перчаток, ни шлемов, ни жилетов, ни защиты голеней. Экипировка столь же незамысловатая, сколь и правила поединков: глаза не выдавливать, в горло и по яйцам не бить. Победитель определяется нокаутом, сабмишном либо по очкам, подсчёт которых ведут рефери и два боковых судьи. Три раунда по пять минут максимум, перерывы по две минуты. В остальном полная свобода. Даже боевая площадка просто круг, огороженный верёвками на столбиках, сразу за которыми толпятся зрители. Собственно, поэтому я и не хотел заморачиваться, всё равно ведь никто не оценит красоту шмоток. Но из-за Инес пришлось, хоть я и настоял на своём, выбрав самые простые шорты камуфляжной расцветки и чёрную майку-боксёрку, в тон которой подобрал бинты и бандажи на голеностоп. Я по основной специализации ударник, в борьбу лезть мне не с руки, но и давать преимущество каким-нибудь дзюдоистам, для которых захваты за рукав и за ворот милое дело, я не собирался. Само собой, капа и раковина. Наследство, я надеюсь, в будущем пригодится, что же касается зубов… не хватало ещё на дантиста тратиться. По той же Беатрис помню, что данные специалисты по стоимости услуг далеко впереди остальных коллег, за исключением, разве что, психоаналитиков.

Что ещё интересного за эти дни произошло? Ну, про рутину я уже рассказал, на ней даже останавливаться нечего. С теми же компаньонами по спортивной афере всё прошло без сучка, без задоринки, хотя позавчера вечером они припёрлись в довольно растрёпанных чувствах. Видимо, решили, что мы им от ворот поворот дадим. Ну а когда Вова торжественно объявил, что мы вписываемся, и даже принудил гостей распить с нами по такому случаю по бутылочке пивка, на глазах растаяли и повеселели. Даже Анхель, у которого, по всему судя, власть уплывала из рук – лидерство в компашке уверенно перехватывал Алехандро, оправившийся-таки от нокаута.

Да, ещё же Ксавье, он же Хавьер, нарисовался. Но вы в курсе, так-то. Как говорится, сдался на милость победителя. И вот с ним мы побеседовали по душам, он даже свидетеля – Серхио-Серёгу – не постеснялся. Как выяснилось, принять моё предложение его склонила – кто бы вы думали? – правильно, Инес! Сестричка единокровная. Ну и мамасита очень сильно обрадовалась, когда Инка якобы нечаянно в её присутствии проговорилась, что сыночке светит нормальная работа, пусть на первых порах и сдельная. В общем, влип паренёк. С одной стороны, его и самого моё предложение весьма заинтересовало, с другой – у меня в заложниках его, кх-м, инструмент – тот самый наручный краскопульт. С третьей, я посулился сделать приблуду ещё удобней, хотя, казалось бы, куда уж более? Ну и с четвёртой, мнение ближайших родственников всё же не совсем пустой звук. Вышел Ксавье из того возраста, когда эксперты кто угодно, только не родители и прочая родня.

Так и получилось, что мы как-то незаметно от переговоров по поводу найма перешли к обсуждению технического задания на будущие рекламные материалы. А потом к нам ещё и Инес присоединилась, внёсшая лёгкий элемент непредсказуемости (кто сказал бардака?!) исключительно в силу особенностей женского восприятия прекрасного. Но потраченного времени было ничуть не жаль, тем более что я под шумок как раз «Эль Торо» довёл до кондиции и презентовал зазнобе.

Вот, собственно, и всё, что было интересного. Довольно занудные перепалки с эмиссарами (если к шпане в принципе применимо это слово) городских фракций я в расчёт не беру, на то они и занудные. У меня вообще сложилось такое впечатление, что пацанов к нам шлют чисто для порядка, дабы подчеркнуть наше – пока ещё – шаткое положение и не дать забыть о какой-то из группировок. Как метко выразился мой напарник, чисто чтобы нас в форме держать.

– Ого! Проф, смотри-ка! – оживился вдруг Вова. – Похоже, не соврал Серёга! Что-то мне подсказывает, что это наше место!

– Ну… ничего так, – солидно покивал я, мазнув взглядом по довольно большому – и насквозь типовому, прямо до боли – полукруглому ангару из стандартных пластиковых арок. – А вон там, по всему судя, парковка… оп-па!

– Что там, Проф?! – насторожился напарник.

– Я, конечно, могу ошибаться… но во-о-о-он тот квад – это, случаем, не «Эль Торо»?!

– Похож, – присмотрелся Вова. – Да чего гадать! Рули прямо к нему, там и разберёмся! Он тут всё равно один.

– Окей!

Как очень скоро выяснилось, зрение меня не подвело – это был именно «Эль Торо», аккуратно припаркованный рядом с гостеприимно приоткрытой калиткой. Ну точь-в-точь как на моём предыдущем месте работы! Только ворчания Игараси-сама не хватает, да усатого-полосатого Зигги. Тот, кстати, уже пару дней где-то ошивался, наведываясь в родную мастерскую с единственной целью – похарчеваться. Поэтому и основное веселье пропустил. Но это, как вы понимаете, проблемы котэ, а не наши с Вовой. А у нас с Вовой, судя по пустой в целом парковочной площадке – за исключением Инкиного квада и нашего трака, понятно – проблем пока ещё нет. Или есть? Вдруг мы настолько рано припёрлись, что даже организаторы отсутствуют? Впрочем, не посмотришь, не узнаешь. Так что я филигранно притёр трак сбоку от «Эль Торо» и решительно выскользнул из салона. Вова, чуть помедлив (смарт прятал), последовал моему примеру.

– Знаешь, Проф, что-то мне неуютно, – поёжился он, покрутив головой.

И машинально потянулся к набедренной кобуре с «глоком».

– В плане? – насторожился я, на автомате повторив его жест.

– Глянь, следов почти нет, – кивнул Вова на грунтовку. – Я имею в виду, свежих. Вон Инкины, вон наши. И всё. А где тачка организаторов? А где другие желающие принять участие? А группы поддержки? А технический персонал?

– Вов, глотни-ка лучше пивка для успокоения, – посоветовал я, усилием воли заставив себя убрать граблю от кобуры.

– А у тебя есть? – оживился тот.

– Под сиденьем глянь.

– Спасибо, Профессор, ты настоящий друг! – незамедлительно нырнул в салон мой напарник. И выбрался на свет божий уже с запотевшей бутылкой в ладони. – Пойдём, что ли?

– Пошли, фиг ли тут торчать, – пожал я плечами и решительно шагнул под свод ангара, с трудом протиснувшись в тесноватый для моих габаритов дверной проём.

Внутри оказалось темно, пусто и гулко. Ну, по крайней мере, именно так показалось в первый момент. Потом зрение немного адаптировалось к полутьме, и я сумел-таки разглядеть… тотальное ничего. Ангар был пуст. Ни тебе трибун со скамейками, хотя бы самыми примитивными, ни тебе ринга, ни тебе столов для боковых судей. Видимо, и впрямь ещё очень рано. А возможно, всё это богатство возведут аккурат к началу мероприятия, то есть к завтрашнему утру. Или я просто не туда смотрю.

– Фигасе! – впечатлился сунувшийся следом за мной Вова.

– Гасе… гасе… гасе… – отозвалось эхо под сводами.

– У-у-у!!! – незамедлительно развил успех напарник, встав так, чтобы гул получился погромче, то бишь мордой лица к пустому пространству, да задрав для верности голову.

– У… у… у…

– О-о-о!

– О… о… о…

– Влад, а ты чего это?! – раздался знакомый – и недоумевающий – голосок у нас за спиной.

– О! Инка! – развернулся на шум Вова.

– Инка… нка… нка… нка…

– Привет, радость моя! – раскрыл я объятья навстречу зазнобе. – Мы, знаешь ли, по делу. А ты тут чего?

– Вет… вет… вет… – поддержало меня эхо.

– Нет, это я тут по делу! – подбоченилась Инес, остановившись шагах в трёх от нас. – У меня рекламная интеграция, завтра на «тёмных лошадках» буду новую гоночную серию представлять! Надо с менеджером кое-какие моменты уточнить. А вы чего припёрлись?

– Новую? – заинтересовался я. – И в чём же новизна? Другая дистанция? Или вообще регламент поменяли?

– Категорию новую ввели – квады с альтернативными силовыми установками, – пояснила девушка. И снова напустила на себя строгий вид: – Энрике, не уходи от ответа! Вы чего припёрлись в такую рань?

– А ты? – лениво отхлебнул пива Вова.

– Я – чтобы с теми полудурками не встречаться, что будут завтра весь день друг другу морды бить! – отчеканила Инес. – Только и впрямь рановато, от организаторов никого. Ещё вопросы? Нет? Тогда ваша очередь!

– Говорю же, по делу! – начал я терять терпение. – Ин, давай потом, нам надо успеть на турнир записаться.

– Чего?! – сделала та большие глаза. – Какой, к демонам, турнир?!

– Тот самый, завтрашний, – смерил я благоверную недоумённым взглядом. – Для которого мы с тобой вчера форму покупали, помнишь? Правда, ты поводом поинтересоваться так и не соизволила…

– На профовские стати засмотрелась? – предположил Вова.

Правда, реакции добился совсем иной, нежели рассчитывал.

– Это вы чего удумали?! – проигнорировала моего напарника Инес. И ткнула мне указательным пальцем в грудь: – Вернее, ты! Или он?!

Взгляд, которым моя зазноба одарила Вову, менее привычного человека заставил бы провалиться сквозь землю от стыда, однако девица не на того нарвалась:

– Инес, лапочка! Профессор, если ты до сих пор не заметила, большой мальчик, и может сам решать, что ему делать. И как зарабатывать на бутерброд с хамоном.

– То есть вы это всерьёз?! – окончательно смешалась та. – Да вы понимаете, во что ввязываетесь?! Это же… это!..

– Обычный турнир, – пожал я плечами.

– Да ни фига не обычный!

– А, ну да, – кивнул я, – этот, в отличие от остальных, хотя бы честный. Потому и вписались, что здесь всё будет зависеть исключительно от меня самого, а не от желания левой пятки какого-нибудь спортивного бонзы.

– Бон… кого?!

– Не обращай внимания, радость моя! – отмахнулся я. – Дай-ка я тебя лучше обниму да поцелую!

– На! – сдалась на милость победителя Инес. – Что с вас взять, полудурков… только и знаете, что друг дружку метелить. Ну хоть так, чем под пули лезть.

– А что, здесь и такое бывает?! – хором поразились мы с Вовой.

– Я вам ничего не говорила, забудьте! – отбрила нас девица. – Но вы не ответили, зачем так рано?

– Ясно же, – осклабился Вова, – чтобы успеть записаться. А что?

– Да так-то менеджера ещё нет, – усмехнулась Инка. – Впрочем, я это уже говорила. Но зато вы первые, так что бегите, занимайте очередь!

– А куда? – и не подумал я обижаться на подначку. – Тут же шаром покати! Пусто!

– Вон там, – ткнула себе за спину девушка, – офис. У стенки, поэтому его и не видно. А ещё он подвесной.

– Проводишь?

– Сами найдёте, не маленькие!

– А ставки где делать? – продолжил допрос Вова.

– Ставки принимают букмекеры и их помощники, они среди зрителей ходят, – пояснила Инес. – Это если у вас наличные. А по безналу можно в специальном приложении делать, чтобы уж точно не пролететь. Делаете ставку на смарте, потом к вам подходит специально обученный человек за подтверждением – биометрия, скан сетчатки, всё такое…

– Серьёзно?! – прифигел от подобной перспективы Вова.

– Нет, конечно! – фыркнула Инес. – Такой порядок только для ставок в полуфинале и финале. А всё что раньше, чисто цифровое, в приложении. Хотя для вас и это не вариант, вы же не резиденты…

– Да мы так, чисто для расширения кругозора интересуемся, – отмазался мой напарник. – Нам уже все расклады дали, так что не претендуем. Достаточно с нас призового фонда.

– Ого! – удивлённо воззрилась на меня Инес. – Вот это заявочки! А я и не знала, что ты настолько хорош, милый!

– Да я вообще полон сюрпризов, радость моя!

– Буду надеяться, что приятных, – притворно вздохнула зазноба. – Ладно, удачно покуролесить!

– Тебе тоже, Ин.

– А вот тут ты, Влад, и не угадал! – опечалилась та. – Мне, в отличие от вас, завтра работать. Светить, так сказать, телесами. Ну и квадом немножко. Так, чтобы наклейки было видно.

– Так что там с новым форматом гонок? – предпринял я повторную попытку разжиться информацией. – Что за альтернативные силовые установки?

– А ты ещё спрашиваешь? – усмехнулась Инес. – Сам же эту кашу заварил! А наши умельцы, на «Эль Торо» насмотревшись, сказали: а мы что, хуже, что ли? Сделаем такое же, только лучше и другое! Ну и принялись, кто во что горазд, клепать всякое.

– И за что же им такая честь – аж целый отдельный формат? – озадачился я. – Помнится, из-за тебя одной заморачиваться не стали.

– Правильно, из-за одной! – подняла вверх указательный палец Инка. – А теперь таких, как я, много.

– Нет, Инес, ты категорически не права! – разлился соловьём Вова. – Ты, лапочка, в единственном экземпляре. Все остальные жалкие подделки. Ну или подобия.

– Окей, Влад, прогиб засчитан, – рассмеялась моя зазноба. – Всё, я больше на тебя не злюсь. Выдыхай.

– Ф-фух, прямо гора с плеч! – утёр тот воображаемый пот.

– Вов, уймись! – шикнул я на напарника. – Инес, дай догадаюсь… им из соображений безопасности отдельную гонку выделили? Слишком много поломок и аварийных ситуаций? Я так понимаю, толком никто технологию скопировать не смог, вот и?..

– Именно так, милый.

– Надеюсь, ты в этом шабаше не участвуешь, радость моя?!

– Ещё как участвую! – с удовольствием пригвоздила меня зазноба. – Но ты не переживай, я сразу уйду далеко в отрыв, так что мне ничего не грозит.

– Ладно, успокоила, – расслабленно выдохнул я. – Но почему ты мне раньше не рассказала?!

– А почему ты мне про «тёмных лошадок» не сказал?!

– Я пытался, но ты даже слушать не стала! – возмутился я. – Когда мы с тобой в магаз катались, мне за шмотом! Помнишь?

– Я думала, это для обычных тренировок и так таскать, вне работы! А про турнир ты ни словом не обмолвился! – снова обличающе ткнула в меня пальцем Инес.

– Действительно? – хмыкнул я. – Ну да, волшебное слово «шоппинг». Девчонки с него дуреют! И обо всём забывают!

– Короче, квиты! – влез Вова. – Ладно, Ин, мы пойдём, пожалуй. Не будем тебя отвлекать. У тебя наверняка же важные дела?

– Ещё какие! – задрала нос девушка. – Только завтра. Работать ходячей рекламой на привязи к кваду! Не знаю, получится ли вообще на бои вырваться… хотя на твои, милый, постараюсь всё же заглянуть. И даже на тебя поставлю, для пущей мотивации.

– Так ты ещё и на тотализаторе играешь?! – притворно возмутился я. – Того и гляди, выяснится, что и куришь?!

– Не-а, не курю, – помотала головой Инес. – Но с мальчиками да, того. Сам знаешь.

– Да знаю, знаю! – отмахнулся я. Чмокнул зазнобу в щёку и окликнул напарника: – Всё, Вов, пойдём! А то опередит кто-нибудь!

– Да говорю же, менеджер ещё не пришёл, – снова завелась Инка, но тут же поменяла показания: – А, нет, вру! Вон он! Поздороваться не забудьте с сеньором Ортегой, балбесы!

– Да, мамочка!

– Но только после меня, мальчики! – пропела на прощание девушка и упорхнула к анонсированному должностному лицу, перехватив того прямо на входе.

Пришлось ждать, потому что куда деваться? Впрочем, справедливости ради надо отметить, что много времени переговоры Инес с сеньором Ортегой не заняли: Инка что-то спросила, Ортега потыкал пальцем в пустоту ангара, потом обвёл его же широким жестом и поколдовал со смартом. На том, собственно, и всё – девица нырнула в дверь, а менеджер направился по ранее указанному той же Инес направлению. И, естественно, мимо нас не прошёл. Вернее, вознамерился было, но мы с Вовой хором его поприветствовали:

– Доброе утро, сеньор!

– Доброе, доброе, – добродушно покивал тот, и уставился на нас изучающим взглядом.

Полутьма ангара, такое впечатление, помехой этому не стала. Видать, и впрямь привычный. Но мы возражать и не подумали, по той простой причине, что и у нас появилась возможность рассмотреть менеджера как следует.

Ну, что сказать? Сеньор Ортега оказался… именно что сеньором: солидный, с брюшком, пышными седеющими усами и щегольским «конским хвостом» под элегантной шляпой. Что характерно, белой, в тон полотняному костюму-тройке и летним туфлям в дырочку. И возрастом хорошо так за полтинник, что только добавляло солидности.

– И по какому же вы вопросу, амигос? – первым нарушил молчание менеджер.

– Имеем желание поучаствовать в турнире «тёмных лошадок», – на миг опередил меня Вова. И ткнул в меня пальцем: – Вот боец. А я его… скажем так, полномочный представитель.

– Стряпчий? – заломил бровь наш собеседник.

– Скорее, агент, – поправил мой напарник. – А вы, извините?..

– Менеджер турнира, можете звать меня сеньор Ортега.

– Очень приятно, сеньор Ортега, – прижав воображаемую шляпу к груди, чуть поклонился Вова. – Влад Иванофф, честь имею. А это Энрике Форрестер.

– Экие вы затейники! – добродушно ухмыльнулся Ортега. – А вы точно решили?

– Точнее не бывает, – заверил я в ответ на пристальный взгляд. – А что, есть какие-то препятствия? Ну, там, квалификацию подтвердить?

– Достаточно заключения врача, – отмахнулся Ортега, – что серьёзных противопоказаний нет. Но это всё потом. Если мы будем заранее знать вашу квалификацию, то о каких «тёмных лошадках» может идти речь?

– А на что же тогда расчёт? – удивился я.

– На сознательность потенциальных участников, – пояснил менеджер. – Мы всех заранее предупреждаем, что все риски ложатся исключительно на них самих. К организаторам не может быть никаких претензий. И это условие закрепляется документально, перед первым кругом соревнований. Ну так что, не передумали? Страховка регламентом не предусмотрена.

– Нет, не передумали, – помотал я головой. – Где подписываться?

– Экий вы нетерпеливый, сеньор Форрестер! – попенял мне Ортега. – Впрочем, «тёмным лошадкам» простительно, это у большинства дебют. Пройдёмте в мой офис, амигос. Побеседуем в более подобающих условиях. Процесс это не самый быстрый. Да и, признаться, мне бы кофейку выпить, так сказать, настроиться на длинный… я бы даже сказал, очень длинный! – рабочий день. Не возражаете?

– Ничуть, – решительно отодвинул меня Вова. – Пойдёмте, сеньор Ортега, у меня как в некотором роде вашего коллеги есть много вопросов!

– Надеюсь, не конфиденциального свойства?

– Абсолютно! Я чисто с профессиональной точки зрения интерес имею!..

* * *

Порто-Либеро, 20.10.23 г. ООК, утро

– Ну чё, Проф, за что боролись, на то и напоролись? – подмигнул мне Вова. – И это, давай не говори, что это я тебя подбил на всякое! Сам мне шаблоны порвал, между прочим!

– Вов, ты специально? – страдальчески сморщился я.

– Честно?

– Предельно!

– Ага! Когда ещё такой случай представится! Обычно авантюры это моя работа, но бывают, как видишь, и исключения!

– Да иди ты! – махнул я в сердцах рукой.

– Уже! – заржал напарник. – Ладно, бывай, Проф!

И свалил в туман, вернее, канул в жидковатой толпе, набившейся в ещё вчера девственно пустой ангар. И ладно бы просто канул, так ещё и картонку с пивасом не забыл. Между прочим, за пенным мы специально заехали по пути, потому что на месте за цену в три коня на фиг надо. Это Вова так сказал, и я не нашёлся, что возразить. Единственное, удивился, чего так мало? Всего шесть бутылок! Не растянет же на весь день! Так что всё равно докупать придётся. Но на это Вова лишь отмахнулся, дескать, не удовольствия ради, а утоления жажды для. И то верно – сидеть ему до-о-о-олго, вернее, стоять на своих двоих, поскольку, как мы убедились по прибытии, никаких трибун так никто и не соорудил. Даже лавок не притащили. Разве что, когда врубили нормальное освещение, выяснилось, что для ВИП-персон всё же есть отдельная… даже не знаю, как назвать. Ну, пусть будет ложа. Кто сказал «лажа»?! В общем, что-то типа подвесного офиса, где мы вчера с сеньором Ортегой бумаги оформляли, только с другой стороны ангара. А прямо под ней длиннющая барная стойка с соответствующим ассортиментом, и несколько столиков. Вот и вся инфраструктура. В смысле для зрителей. А вот для участников организаторы расстарались – выделили каждому индивидуальный закуток со складной табуреткой, пластмассовым ведёрком, комплектом полотенец и несколькими бутылками с водой. В принципе, всё, что необходимо, дабы восстановиться в перерывах между раундами. И вход в этот групповой загончик был заказан всем, кроме бойцов и обслуживающей бои бригады. А это, на минуточку, пять человек принеси-подай и медик. Помимо них присутствовали рефери – один на всех – да двое боковых судей, тоже на весь турнир бессменные. Ну а чего? Так оно справедливей будет. Если уж грести всех, так под одну гребенку. А, ещё забыл – для нас, бойцов то бишь, даже биотуалет в закрытой кабинке заготовили. А вот зрителям такой лафы никто не предоставил. Приспичило – дуй в ближайшие кустики. Ну или в сортир на задах ангара. Представляю, какая там будет очередь из любителей пива! Хотя этим пофиг, могут и сам ангар полить… чёрт, не о том думаю!

Спрашиваете, о чём надо? Да хотя бы вот о медике – ещё через два человека моя очередь. Сеньор Ортега вчера ничуть не слукавил, когда проверку описывал: по сути, чистая формальность. Переломов, одышки, повышенного давления нет – годен! Ну и сканером медицинским (естественно, переносным, а потому довольно примитивным) просветить наскоро. А вот что не формальность, так это проверка на допинг. Вернее, не на спецпрепараты, повышающие физические кондиции, а на разного рода дурь, которой на Роксане, как и на любой другой населённой планете, даже больше, чем бухла. Я имею в виду ассортимент, а не абсолютное количество в крышесносном эквиваленте.

– Энрике Форрестер! – чуть повысил голос медик, и я торопливо шагнул вперёд, отогнав посторонние мысли.

Что характерно, медосмотр шёл в строгом соответствии с сеткой первого круга – кому первыми драться, те и в начале очереди. Пары, как оказалось, распределили ещё вчера вечером, когда закончили регистрацию. Примитивнейшей жеребьёвкой, каковую организаторы не поленились заснять на видео и выложить в сеть, дабы любой желающий мог убедиться, что решение принимала исключительно богиня Фортуна посредством своего безжалостного пророка Рандома. Мне выпала примерно середина, так что успею и в личном закутке обустроиться, и на три боя поглазеть, и даже на свой выход настроиться. Если, конечно, этот дядечка под сорок с усталым взглядом и сурово поджатыми губами меня пропустит.

– Так, смотрим сюда! – посветил он мне в глаз тусклым фонариком. – Теперь сюда, сюда и сюда! Жалобы есть? – перехватил он моё запястье.

Смотри-ка, пульс считает! Силён! Не часто в наше время встретишь специалиста, который органолептическому методу больше доверяет, нежели приборам.

– Никак нет!

– Хорошо, – кивнул медик. – Теперь давление… норма. Так, в глаза мне смотрим! Теперь дотронься указательным пальцем до кончика носа! Окей, проходи!

Ф-фух! Пронесло! Нет, понятно, что ни о каком допинге в моём случае и речи не шло, а вот поди ж ты, прямо на измене весь! Наверное, от волнения. Всё-таки первый мой турнир… ну, или что-то на него похожее, с тех самых пор, как… ну, вы поняли. Наверняка что-то психологическое. Нервная реакция, как выразилась бы мисс Кей, она же док Санчес. Интересно, как она там, в Мэйнпорте? Подогнали ей кого-то вместо меня, или собственными силами обходится в поисках половых партнеров? Хотя кому я вру? Ни фига не интересно. У меня теперь Инка есть. До докторш ли? Так, стоп! Опять нервишки, Олежек? Ну-ка, давай, топай в закуток номер семь, он теперь твой как минимум до первого боя. И завязывай с самокопанием, теперь, после медосмотра и допуска, дальнейшее исключительно от тебя самого зависит. Плохо, конечно, что закутки, по сути, отгородки из пластиковых плит высотой по пояс. Даже если на табуретку присесть, всё равно импровизированный ринг неплохо видно. Зачем так сделали? Да кто бы знал! Может, исключительно в целях экономии. А может, специально, чтобы все участники друг дружку смогли оценить. Ну, те, кому посчастливится преодолеть первый круг. Как по мне, уж лучше бы глухую раздевалку выделили, нервы целее были. Но на нет и суда нет, так что будем приспосабливаться. Естественно, любопытство победить не получится, на бои первого раунда однозначно посмотрю, а вот потом придётся вспоминать уроки Игараси-сама касательно медитации.

Тэ-э-эк-с, что тут у нас? А ничего так, даже уютно! Вчера в ангаре был просто хорошо утрамбованный земляной пол, а сегодня организаторы заботливо застелили его резиновыми ковриками. Такими, знаете, составными, как кусочки паззла. В ринге, кстати, покрытие аналогичное, так что норм будет босиком. Я, в отличие от многих других бойцов, явился уже при полном параде, разве что в кроссовках поверх бандажей на голеностопах. Даже бинты на руки мотать не надо, по крайней мере, к первому бою. Так что, как объявят, из кроссовок выпрыгну да пойду в ринг, судьбу испытывать. Ну а пока и впрямь можно расслабиться и дать волю беспокойным мыслям.

С чего это беспокойным? Да есть причина. И появилась она ещё вчера, прямо с утра. Не сразу, конечно, сначала мы с Вовой проследовали за сеньором Ортегой в его офис, где и проторчали с полчаса примерно, из которых на оформление контракта ушло хорошо, если десять. А ещё двадцать мы точили лясы, сиречь вели неспешный разговор под кофе, которым нас с Вовой угостил менеджер. И даже не сказать, что через силу. Видать, и впрямь мы его заинтриговали. Да и выглядели довольно нетипично для здешних мест. Нет, я не про нашу принадлежность к племени гринго, а в общем. Респектабельные гости города при деньгах и профессиях, даже ещё пока не резиденты, и вдруг в турнире участвуют! Поневоле тут заинтересуешься.

Надо отдать сеньору Ортеге должное, расспрашивал он весьма аккуратно, не в лоб. Казалось бы, ничего не значащие милые подробности, но для человека знающего воистину кладезь информации. Конечно, мы его уже после третьего такого захода раскусили, но сопротивляться не стали – кофе очень уж расслабляюще подействовал. Да и чего скрывать? Бизнеса как такового пока ещё нет, проболтаться о финансовых операциях сложно, а всё остальное вроде как и не секрет вовсе. К тому же Вова такую манеру менеджера оценил, я это по его довольной роже понял. Встретил, что называется, родственную душу – мягко стелет, да жёстко спать. Совсем как мой неугомонный напарник. Опять же, наверняка в чью-то пользу Ортега инфу собирает, скорее всего, того самого загадочного организатора. К фракции присоединиться не предлагает, уже хорошо. Приятно иметь дело с умным собеседником. Тем более что интересующими нас сведениями – касательно регламента завтрашнего события – менеджер делился весьма охотно. И даже на дружеские советы не поскупился. Так что уже довольно скоро я узнал много мелких деталей, которых в сети не найдёшь, и окончательно уверился, что наша афера может таки прокатить. Или просто заставил себя поверить, потому что денежки уже так и так ушли – взнос я заплатил здесь же, через банковское приложение на смарте. И уже дождавшись подтверждения транзакции, вспомнил:

– Э-э-э… сеньор Ортега?

– Да, Энрике? – благожелательно глянул на меня тот поверх кофейной чашки.

– А можно ещё один вопрос? Довольно, э-э-э, щекотливый?

– Ну, попробуй! – добродушно улыбнулся менеджер.

– А как здесь дела с допингом?

– С допингом, амиго Энрике, здесь полный порядок, – как мне показалось, с лёгким сожалением вздохнул сеньор Ортега. – Лига на это дело смотрит сквозь пальцы.

– Что, твори что хочешь, и ничего тебе за это не будет?! – поразился Вова.

– Ну, не то чтобы прямо вот так, – задумался Ортега, – просто… скажем так: единого свода правил не существует. Каждый промоушен придерживается каких-то своих принципов, а на самые громкие бои отдельно оговариваются условия. Поэтому проблем с фармой у нас здесь и нет. Ассортимент широчайший, только плати. Любую новинку контрабандисты притащат.

– Н-да… – озабоченно нахмурился я.

– А что-то не так, юноша? – испытующе покосился на меня Ортега. – Проблемы?

– У меня – никаких, – помотал я головой, – ибо не применяю. Да и связей пока что нет, разжиться всяким. Просто… воспоминания не самые приятные.

– Нарывался? – догадался менеджер.

– Было дело, – не стал я вдаваться в подробности. – Так что не хотелось бы завтра наступить на те же грабли.

– Как ты сказал? Грабли? Любопытно…

– Это русская поговорка, сеньор.

– А! Но ты не переживай, амиго Энрике, здесь тебе такое не грозит, – заверил Ортега. – Во-первых, чтобы позволить себе высококлассные препараты, нужно обладать серьёзной финансовой поддержкой, то бишь принадлежать к одному из промоушенов. Во-вторых, надо быть перспективным бойцом, чтобы на тебя захотели потратиться. А этим никто из «тёмных лошадок» похвастать не может. Многие как раз для этого сюда и идут – заявить о себе, чтобы иметь шанс попасть в Лигу. В будущем. Ну и в-третьих, перед турниром проводится медицинское освидетельствование, чтобы никто под совсем уж откровенной дурью в ринг не попал. Надеюсь, не нужно объяснять, что многие плоды «народного творчества» действуют не хуже заряженных энергетиков?

– А если всё же кто-то умудрится под фармой пролезть? – уточнил Вова.

– Значит, ему повезло! – развёл руками менеджер. – Дополнительный случайный фактор. Ещё вопросы, парни?

– Пожалуй, что и нет, – мотнул я головой. – Мы можем идти, сеньор Ортега?

– Да, все формальности соблюдены, – кивнул тот. – Разве что ещё кофе?

– Нет, сеньор, спасибо, – опередил меня Вова.

Я, впрочем, тоже намеревался отказаться – всё хорошо в меру, даже гостеприимство.

– Ну пойдёмте тогда, – поднялся со стула Ортега.

– Да мы дорогу запомнили, – начал было Вова, но менеджер его решительно перебил:

– Да мне просто размяться надо, парни. Ну и посмотрю заодно, сколько народа собралось.

– Думаете, уже очередь? – усомнился я.

– Вряд ли, – хмыкнул Ортега, – слишком рано. Но вы, например, выбиваетесь из общей тенденции.

– У русских говорят: кто первый встал, того и тапки, – ухмыльнулся мой напарник.

– Надо же! – восхитился хозяин офиса. – Хорошая поговорка, нужно запомнить. Идёмте, амигос!

Вот так и получилось, что ни туда, ни обратно блуждать не пришлось – менеджер проводил. Единственное, когда из ангара выбрались, я довольно долго щурился, привыкая к яркому (насколько это понятие вообще применимо к Роксане с её постоянной плотной облачностью) свету. Правды ради, попутчики мои в полной мере оказались подвержены той же проблеме, а потому разглядеть хоть что-то мы смогли более-менее одновременно.

– Ну вот, сеньор Ортега, а вы переживали! – расплылся в довольной улыбке Вова, окинув первым осмысленным взглядом парковку. – Всего-то пара траков добавилась! И, по всему судя, это одна компашка!

– Похоже на то, Влад, – прищурился и менеджер. – Что-то мне подсказывает, что сегодня бойцов наберём раньше срока…

– А почему не больше нормы? – поинтересовался Вова.

– А, это из разряда редких исключений! – отмахнулся Ортега. – На моей памяти всего дважды приходилось проводить одну шестнадцатую. И в этом году вряд ли придётся. Да оно и к лучшему, практика показывает, что четыре боя оптимально. Финалисты успевают проявить себя, да и с финансовой точки зрения… Энрике? А ты куда это?!

– Проф! Стой, Проф!!!

Ага, щаз! Я, конечно, далеко не спринтер, но ярость штука такая, сил придаёт. Да и прыти. Спрашиваете, по какому поводу? Ну, во-первых, Инкин квад, да и саму Инку, окружило человек шесть местных латиносов самого гнусного – то бишь типично бандитского – вида. Но это не главное, я даже отсюда видел, что Инес в своей стихии: от кого-то отшучивается, кого-то отшивает жёстче, но всем улыбается и не забывает поворачиваться так, чтобы было видно кобуру со «слонобоем». Говорю же, обстановка привычная. Для неё. А вот для меня в новинку. Однако с места я сорвался совсем по иной причине, а именно: возле одного из траков я разглядел… Пепе!!! Того самого телохранителя безымянного предводителя «диких», которому я сломал руку в теперь уже такой далёкой корпоративной бытности! Не предводителю в смысле, а Пепе. Там ещё второй был, Хорхе вроде, но тому я рёбра раскрошил да челюсть свернул. Видимо, ещё не оправился толком. Или тоже где-то здесь шатается? Но тогда, по логике, и главаря надо ожидать? Да ну на фиг! Не может такого быть, чтобы «дикие» вот прямо так свободно по Порто-Либеро разгуливали, да ещё в такой представительной компании! Так что бежать беги, Олежек, но дыши ровно и думай холодной головой… не-а, всё-таки Пепе один! Я имею в виду из старой компашки. Все остальные явно местные, и сплошь молодняк. Так что шанс поквитаться есть, и не самый слабый. Вот я его сейчас на ноль помножу! Сшибу на землю и в неё же втопчу, как они меня когда-то! Или, ещё лучше, конечности отстрелю, как они же Серхио, моему бывшему подчинённому! И за Серхио, и за Джонни, и за себя самого! Хотя из «глока» так не получится… а, пофиг! Просто прострелю, чтобы по земле катался и выл от боли. А потом, сполна насладившись картиной, так уж и быть, в лоб пальну… ну-ка, где у меня ствол?.. Вот я тебя сейчас!

Увы, но воплотить кровожадные замыслы в жизнь мне не удалось – когда до Пепе, невозмутимо на меня пялившегося от трака, оставалось шагов десять, меня таки настиг Вова. С чего это я сорвался, он наверняка не понял, но вот то, что сейчас случится непоправимое, до него точно дошло. Слишком уж хорошо он меня знает, чтобы усомниться в моей решительности. Ну а поскольку он меня серьёзно легче, то и в беге имел преимущество, несмотря на фору. Соответственно, в тот момент, когда я на ходу потянулся к кобуре, он на меня и прыгнул – со спины, облапив в районе поясницы – и вполне ожидаемо повалил на землю.

Упал я крайне неудачно – носом вперёд – а потому потерял всякую возможность добраться до вожделенного «глока». А тут ещё и напарник всей тушкой придавил, дополнительно осложнив мне жизнь. И не просто придавил, а, воспользовавшись моей заминкой, оплёл руками-ногами, что твой удав, в очередной раз на практике доказав, что самбо владеет на весьма приличном уровне.

– М-мать! – только и оставалось рыкнуть мне. – Пусти! С-сука!!!

– Проф! Проф, твою дивизию!!! – рявкнул Вова мне в ухо. – Угомонись! Ты чего вообще?! Из-за Инки?! Да там ничего такого, просто с пацанами общается!

– П-пусти, говорю!!! – продолжил я упорствовать, однако Вова не дал мне даже рыпнуться:

– Олег!!! Успокойся! Выдыхай, бобёр!!! Кому сказал!

– Ф-фух… всё. Отпускай.

– Не-а, – не повёлся напарник. – Сеньор Ортега, вы там посмотрите, пожалуйста, что с Инес.

– С сеньоритой Альварес всё в порядке, – недоумённо произнёс менеджер. – Это часть её работы… ей завтра весь день чем-то подобным заниматься. Энрике, а что это с тобой, парень? Может, медика вызвать? Что за припадок?

– Да не припадок это!!! – прохрипел я. – Обычная вспышка гнева!

– На пареньков-то?! – изумился Ортега. – Ничего себе, обычная!

– Нет, сеньор! – умудрился я немного успокоиться. – Вы вон того типа, у трака, случайно, не знаете?

– Откуда?! – пожал плечами тот. – Новичок, как и вы! Тоже, видимо, решил в турнире поучаствовать. А что?

– А то, что он из «диких»!

– В самом деле? – заломил бровь Ортега. – И, собственно, что? Раз он здесь, значит, правила проживания в Порто-Либеро уважает. Мало того, в преступлениях по отношению к городу или его резидентам не уличён. К тому же он один, не так ли?

– Из «диких»? – уточнил я на всякий случай.

– Из «диких», – кивнул менеджер.

– Да, из «диких» только он… остальных я не знаю.

– Зато я знаю, – успокоил меня Ортега. – Половину лично, остальных как минимум в лицо. Наши ребята, из «аграриев».

– Поня-а-а-атно… – разочарованно протянул я. – Всё, Вов, отпускай.

– Точно больше не взбрыкнёшь? – пропыхтел напарник.

– Точно! Отпускай, говорю!

– Ладно… но помни – я за тобой слежу!

– Следи, следильщик! – отгавкнулся я, поднявшись-таки на ноги. – Только должен вас предупредить, сеньор Ортега, – вот этот вот молодчик со своей бандой несколько месяцев назад атаковал корпоративный конвой, в котором я ехал с карьера в Мэйнпорт, и убил двоих моих коллег, причём крайне жестоко. А меня эти уроды намеревались принести в жертву некоему Великому духу! А когда их каменные слизняки спугнули, тупо бросили меня в саванне зверью на съедение! И это я ещё молчу про разграбленный грузовик!

– Но вы ведь выбрались из передряги, не так ли? – примирительно улыбнулся Ортега. – Иначе я бы не имел чести с вами общаться?

– Так-то да… – вынужденно признал я.

– Ну и в чём тогда проблема, парень?

– Ну… в вооруженном разбое и убийствах? – предположил я. – Как по мне, весьма достойный повод для беспокойства.

– В разбое по отношению к кому, Энрике? – снова поставил меня в тупик Ортега. – Пойми, здесь не Мэйнпорт, здесь Порто-Либеро. И дела «диких» с корпами нас… как бы это помягче… не беспокоят. Вот.

– Да поймите, они меня убить хотели! – сорвался я. – Конкретно вот этот! Вождя «диких» уговаривал, чтобы тот меня пристрелил, а не просто в саванне бросил!

– Ну так не убили же? – снова вздохнул менеджер. – Так неужели вами движет банальная жажда мести?

– Э-э-э… ну да.

– Теперь уже я вынужден вас предупредить, сеньор Форрестер, – перешёл на официальный тон Ортега. – Что у вас там было, никто не знает. Свидетелей нет, записей тоже. Тут ваше слово против его. И помимо всего прочего, преступления, в коих вы обвиняете этого молодого человека, вне юрисдикции Порто-Либеро. И если вы сейчас совершите убийство, то именно так оно и будет расценено властями города – как хладнокровное убийство из мести. Со всеми вытекающими.

– Ладно, я вас понял, сеньор Ортега!

– Точно? – заломил бровь тот.

– Точно!

– А куда идёте?

– В глаза этому моральному уроду посмотреть хочу! – огрызнулся я, но на всякий случай, взглядом спросив разрешения, вытянул «глок» из кобуры и отдал Вове. – Так устроит?

– Только не вздумай потасовку затеять! – снова предупредил Ортега. – С ним ещё ничего не известно, а у тебя, парень, уже обязательства перед организаторами турнира! Так что думай головой!

– Хорошо, сеньор, – отмахнулся я, и процедил сквозь зубы, встав перед «диким» и перехватив его невозмутимый взгляд: – Привет, Пепе! Помнишь меня?

– Тебя забудешь! – машинально дёрнул тот правой рукой – той самой, что я сломал в двух местах.

Хотя рожа так и осталась невозмутимой, надо отдать ему должное. Да и взгляд в данный момент нисколько не напоминал те пустые буркала, что так поразили меня когда-то. Не под «дурью» сейчас? Или у «диких» какие-то другие заморочки? Не зря же они про Великого духа какую-то чушь несли?..

– Я тебя тоже запомнил, – медленно кивнул я. – Как и обещал. Ну что, не смешно тебе теперь?

– Не-а, не смешно, – подтвердил Пепе. – Я удивлён. Похоже, хефе был прав – Великий дух тебе благоволит.

– И с чего это ты так решил?

– Ну, ты же прошёл испытание! – пожал плечами «дикий». – И теперь, судя по всему, моя очередь.

– В смысле?! – изумился я.

– Думаю, мы встретились не случайно, гринго. Тогда, на дороге, было твоё испытание. А сейчас, на турнире, будет моё. Такова воля Великого духа. И не нам, смертным, ему перечить.

– Да тьфу на тебя! – в сердцах сплюнул я и побрёл к собственному траку.

Не знаю, как Пепе это удалось, но он умудрился разрядить обстановку. Или просто я сам внутренне перегорел. Но факт оставался фактом – убить его мне больше не хотелось. И даже покалечить. Разве что побить… слегка. Но такая возможность, если мне повезёт… или не повезёт, тут с какой стороны посмотреть, завтра представится. И хорошо, что непоправимого не случилось. Спасибо Вове, уберёг от греха. Или… это Великий дух направил моего напарника? Да не, бред!..

Собственно, на том инцидент и был исчерпан: сеньор Ортега занялся новым претендентом (не ошибся я насчёт завтрашней возможности), а мы с Вовой составили компанию Инес – чисто на всякий случай, чтобы молодые да горячие видели, что девчонка не одна. И неожиданно для себя проторчали в промке практически до полудня, когда стало ясно, что турнир состоится, ибо набралось аккурат шестнадцать претендентов.

Но это всё было вчера, так что в моём распоряжении оказалась вся вторая половина дня и ночь, чтобы вернуть душевное равновесие. Однако же, как показала практика, до конца я так и не успокоился – как на иголках ходил до вечера, когда стали известны результаты жеребьёвки первого круга. И да, мне повезло – Пепе выпал другой противник. Не то чтобы я его опасался, просто… хотелось обломать его пожёстче. То бишь как можно ближе к финалу. А в идеале и в нём самом. Крах надежд куда хуже физических страданий. Да-да, вот такой я злой, и память у меня хорошая. Да и грех не воспользоваться оказией и изучить манеру боя потенциального противника.

* * *

Там же, тогда же

К моему немалому разочарованию, первый круг турнира «тёмных лошадок» оказался… откровенной тягомотиной. С чего бы вдруг? Да просто паузы между боями значительно превышали сам движ. По крайней мере, лично мне было очень скучно. Не скажу за зрителей, но участникам пришлось тяжко, потому что нет ничего хуже, чем ждать и догонять. Тем не менее, и организаторов понять можно. Потому что, а как иначе? Ставки сделать надо? Надо. Подтвердить их надо? Надо. И это ещё до первой схватки. Которая, кстати, даже полный раунд не продлилась: ловкий паренёк-капоэйрист в одну калитку вынес своего противника, усреднённого представителя смешанных единоборств. Последний и пяти минут не продержался, хоть поначалу мускулистый мулат с длинными вьющимися волосами больше по воздуху бил, нежели по противнику. Имён бойцов, что характерно, я не запомнил, хоть рефери их и объявил. Ну а поскольку каких-то регалий ни у одного, ни у другого – я имею в виду, значимых для местной Лиги – не имелось, то и вступительная часть не затянулась. Участников представили, напомнили правила (да-да, те самые, предельно немудрёные), развели по «углам», то бишь к верёвкам, символизировавшим границы ринга, но в диаметрально противоположных направлениях, да скомандовали начинать. Ну и, собственно, началось. Капоэйрист то ли лениво, то ли не очень умело гонял адепта ММА по площадке, беспокоя того ловкими пинками по разным уровням – только белые штаны мелькали, да довольно уверенно уклонялся от его не самых профессиональных попыток прохода в ноги или сближения для тейкдауна. А под конец первой пятиминутки таки дотянулся до челюсти сначала ударом, который Игараси-сама назвал бы жалким подобием микадзуки-гери, а потом добил аналогом ура-маваси с разворотом и опорой на руки. Наверняка в капоэйре эти техники как-то красиво называются по-португальски, но я, извиняйте, тупо не в курсе. Не приходилось раньше с этим стилем сталкиваться хоть сколько-то близко. О чём это я? А, точно! В общем, первый бой завершился победой нокаутом досрочно, ну а поскольку турнир имел чётко прописанную сетку, то следующий никто сдвигать не стал. Итого образовалась пауза ещё на четырнадцать минут – два несостоявшихся раунда с перерывами между ними по две минуты – плюс десять минут по регламенту до следующей схватки. Элементарные подсчёты показывали, что с таким расписанием первый круг продлится аккурат четыре часа. Потом полчаса на отдых бойцам, и два часа четвертьфиналы. Ещё час (с перекусом для оставшихся в сетке бойцов и жеребьёвкой), и час полуфиналы. Ну и большой перерыв, на три четверти часа, непосредственно перед кульминацией всего действа. Итого девять с хвостиком часов, по сути, полный рабочий день. Впрочем, с арифметикой можно было не заморачиваться, в приложении для ставок этот самый регламент представлен на главной странице. Я сначала не понял, на фига вот так, но потом дошло – кто-то может и позже подъехать, к полуфиналу, например. А поскольку там деньги на ставках куда серьёзнее, то и подводить потенциальных участников как-то не с руки. Ну и для бара неплохо – народу скучно, чем-то время надо убивать, вот и тянутся за пивасом. Опять же, насколько я знал, наша Инес не единственная, кого привлекли ради «рекламных» акций. Была ещё какая-то движуха с музыкой, песнями и даже танцами, ну и лотерея, куда ж без неё. Правда, не после первого боя, а чуть позже. Ну и народ разогрелся далеко не сразу, так что перерыв устроителям пошёл только на пользу. Даже, насколько я понял, успели выплаты счастливчикам сделать, а неудачникам подсластить пилюлю кому халявной кружкой пива, а кому бургером. Билетики лотерейные, опять же, всем подряд впаривали.

Мой бой, как я уже упоминал, состоялся четвёртым. А до того я имел крайне сомнительное удовольствие понаблюдать за вознёй двух примерно одного уровня подготовки борцов-средневесов, технический арсенал которых не отличался практически ничем, да пары «боксёр – каратэка». И если борцуны (то ли «вольники», то ли адепты незабвенного бразильского джиу-джитсу, если судить по облегающим шортам с глазами на задницах) честно пропыхтели на настиле ринга все три отведённых им пятиминутки и довели дело до судейского решения, то боксёр разобрался с последователем восточных единоборств секунд этак за тридцать. А всё потому, что каратэка абсолютно никак не защищался от ударов руками в голову, благодаря чему я таки идентифицировал его стиль – кёкусинкай. Нет, будь паренёк повыше классом, как боец, он бы составил оппоненту реальную конкуренцию хотя бы за счёт лоу-киков, визитной карточки стиля. Но он оказался либо новичком, либо давно отошёл от активной практики, а форму восстановить не успел. Вот и словил глубочайший нокаут от левого хука, причём от противника, который был примерно на четверть его легче.

Ну а потом, на исходе второго часа мероприятия, подошла и моя очередь. Я к этому моменту уже подготовился, то есть скинул кроссовки и сунул в рот капу, предварительно смочив её водой из предоставленного организаторами запаса, поэтому на сигнал одного из «принеси-подай» среагировал моментально, чуть ли ни выпрыгнув из загончика. Соскучился по соревнованиям, что ли? Не, крайне сомнительно. Тут скорее нервы. Так что пришлось усилием воли замедлить шаг, а то уже почти вприпрыжку нёсся. Оказавшись же в ринге, встал лицом к лицу с рыхлым пареньком выше меня на полголовы, шире в плечах в полтора раза, а в пузе – во все три. Но больше всего меня поразили в нём две вещи: сонный взгляд и толстенные руки. Да у меня ляжка тоньше, чем у него грабля! Аж страшно стало. Только бы не сумотори! Они только на вид такие рохли, а на деле трындец какие шустрые, гибкие и, чего греха таить, сильные…

– Энрике Форрестер! – объявил рефери, указав на меня вытянутой рукой. И тут же переключил внимание зрителей на моего визави: – Ансельмо Бенитас! Правила вы знаете, парни! По углам!

Хм… что-то как-то быстро всё… но делать нечего, надо перебирать ногами… так, вроде нормалёк.

– Готов?! – снова наставил на меня длань судья.

Я молча кивнул, застыв в нарочито расслабленной позе. Не дело раньше времени перед противником раскрываться. А опытный боец даже по стойке много чего определить может.

– Готов?! – развернулся рефери к Ансельмо.

– Готов! – неожиданно тонким голосом отозвался тот, породив взрыв смеха в зрительских трибунах.

– Начали! – рубанул ладонью воздух судья, и шустро убрался с линии атаки.

Надо сказать, рванули мы навстречу друг другу практически одновременно. Но, однако же, не совсем – рыхлый Ансельмо реально оказался тем ещё шустряком! Взгляд всё такой же сонный, но скорость развил нешуточную, вознамерившись, такое ощущение, встретить меня грудь в грудь – в сумо такая техника называется «татиай» – и сшибить к демонам. Хорошо, что у меня был запас дистанции, и я успел вовремя притормозить, а потом и уйти в сторону сайд-степом. Жаль только, что до головы дотянуться не удалось – правый кросс пришёлся Ансельмо по загривку, да и то вскользь. Не вырубил, в общем. Зато благодаря этому манёвру я успел подготовиться к следующему накату: на сей раз мой противник не придумал ничего лучше, как сблизиться со мной подскоком, пугнуть джебом и выбросить мидл-кик, он же маваси-гери чудан (или тёдан специально для японских граммар-наци), с правой. Стандартная атака, защищаться от которой я научился ещё в бытность свою (не очень долгую) бойцом муай-тай. Всё, что мне оставалось сделать после уклона, это поймать ногу в локтевой сгиб левой руки, чуть сместившись всем телом по направлению атаки, чтобы не принять голень жёстко на ребра, а погасить энергию удара, да ответить хай-киком, воспользовавшись потерей равновесия моим противником. Чисто на автомате, потому что я-боксёр, например, контратаковал бы правым прямым, аккурат в нижнюю челюсть. Но деваться некуда, сработал стереотип. И, к моему безмерному удивлению, техника достигла цели. Да-да, неуклюже, но дотянулся. На том, собственно, поединок и завершился. Как нетрудно догадаться, победой нокаутом в мою пользу. Сколько там времени ушло? Секунд двадцать? Наверное, из-за этого зрительный зал гудит так неодобрительно? А, пофиг! Главное, что для меня первый круг уже позади. Теперь бы от скуки не преставиться, да потом от нервов, когда начнётся жеребьёвка на четвертьфиналы.

Следующие два боя абсолютно ничем не поразили. В одном сошлись кикбоксёр и представитель тхэквондо, причём кикер вынес оппонента в одну калитку. Просто потому, что тот не придумал ничего лучше, как продемонстрировать атакующий стиль с массой высоких ударов ногами, от которых явно более опытный и привыкший к экономной манере работы кикбоксёр легко защитился где уклонами, а где и нырками, а редкие, но меткие ответочки – те самые лоу-кики, которые я ожидал от адепта кёкусина – привели к досрочному завершению поединка в середине второго раунда. Кикер просто напрочь отсушил тхэквондисту оба бедра и добил роскошным апперкотом. Ну а во втором снова была возня на канвасе, и тоже все три пятиминутки с судейским решением за неимением явного победителя.

А вот дальше в ринге появился мой недобрый знакомый Пепе. Казалось бы, появился и появился, что тут такого? Но вы бы видели того амбала, который достался ему в соперники! Если мой Ансельмо был просто габаритным пареньком, то этот не уступал ему массой, но брал не за счёт жира и «широкой кости», а реально грудой мышц, которую совершенно не скрывали куцые шорты – единственный предмет туалета, который позволил себе бугай. Справедливости ради, Пепе на его фоне если и проигрывал, то не особо сильно – рост примерно одинаковый, только «дикий» раскачан ровно настолько, сколько нужно, чтобы сохранить хорошую подвижность, не теряя в силе. Ну и да, он тоже был в шортах, только до колен и свободных, типа боксёрских. А вот его оппонент, такое впечатление, жрал стероиды в соотношении пятьдесят на пятьдесят к обычному хавчику. Ну и железо тягал безостановочно. А может, и просто очень тяжело работал изо дня в день – если присмотреться, выделяется некая диспропорция в мускулатуре, культуристы такого обычно не допускают, стараются развивать всё тело гармонично. А этот… кузнец, что ли? Или кто-то типа того? А, не суть! Главное, что Пепе с ним разобрался без проблем.

Ну, как без проблем? В репу словил, не без этого. И по корпусу пару раз. И даже в борьбу зачем-то полез, правда, дело до возни на полу доводить не стал, швырнул «кузнеца» прогибом назад. А потом лишь уворачивался от чудовищных по силе, но крайне медленных ударов-толчков, не забывая довольно ловко отвечать то руками, то ногами. По технике, если честно, очень средне, да и по скорости тоже, но по сравнению с громилой-оппонентом «дикий» казался тем ещё живчиком. В общем, под занавес первого раунда у «кузнеца» напрочь отказала дыхалка, и спас его только гонг. А во второй пятиминутке всё повторилось с точностью чуть ли ни до секунды: громила напирал, Пепе уклонялся и словно нехотя огрызался, потом «кузнец» снова выдохся… и, разумеется, под самый гонг. Зато зрителям понравилось – гул стоял на весь ангар, причём гул явно одобрительный. Я же заскучал, обругав самого себя перестраховщиком – не так уж и страшен «дикий». И пребывал я в этом блаженном заблуждении до середины заключительной пятиминутки, когда у Пепе, такое ощущение, сработал переключатель боевых режимов. Нарочно нарвавшись на одну из плюх громилы, он на миг застыл, словно его врасплох застали, потом встрепенулся, пустив еле заметную со стороны волну сокращений по мышцам (я так не умею), и превратился… я бы сравнил это преображение с боевым андроидом. Куда только грация и лёгкость движений подевались! Как будто в него какой-то демон вселился, превративший тело в металл. И пошла забава: уклоняться или хоть как-то блокировать удары Пепе попросту перестал, вместо этого принимал их все до единого на собственную тушку. Разве что головой чуть дёргал, чтобы пускать плюхи вскользь. Ну и сам отвечал соответственно, резко усилив пробивную мощь. Понятия не имею, чего ради весь этот концерт, но смотрелось… жутковато, да. Последние тридцать секунд вообще прошли в обмене, как на чемпионате по пощёчинам. Разве что здесь бойцы охаживали друг друга обыкновенными зуботычинами в стиле «размахнись рука, раззудись плечо», но с существенной разницей: удары Пепе в силе не теряли, равно как и в точности, а вот его оппонент уже просто повис на «диком», а потом и вовсе рухнул на канвас. Несомненная победа Пепе за явным преимуществом. Да и физическое состояние «кузнеца» оставляло желать лучшего – именно он в размене то и дело сплевывал кровь из разбитого рта, а один раз (и это минимум!) вместе с выбитым зубом. Пепе же, такое ощущение, особых повреждений и не получил – так, лёгкая ссадина на губе. И это обстоятельство заставило меня пересмотреть своё отношение к потенциальному сопернику. Со стороны глядя, от ударов «дикий» не бежал, но следов на теле почему-то кот наплакал. О чём это говорит? Правильно! О высочайшем мастерстве защиты, когда цель убирается из-под удара ровно на столько, чтобы тот прошёл либо вскользь, либо завершился легчайшим касанием. В то время как со стороны… ну, об этом я уже говорил. Опять же, трижды за бой довести оппонента до полного изнеможения… моё почтение!

Ну а про четвёртый бой и рассказывать практически нечего – два боксёра-легковеса (чёрный и латинос) выясняли отношения три полных раунда, в результате по очкам впереди оказался латинос. Наблюдал я за этим действом вполглаза, всё ещё пребывая под впечатлением от поединка Пепе, но и этого хватило, чтобы оценить обоих участников как крепких середняков-любителей. До профессионалов им ещё расти и расти. По чести, ни один мне не соперник. И было бы неплохо в следующем бою сойтись с этим шустряком-латиносом, потому что больше раунда на разборку с ним мне вряд ли потребуется. Опять же, неплохо бы здоровье поберечь до финала. Знаю, я оптимист. Но какой смысл вписываться в движуху, если заранее самого себя настраивать на облом? Правильно, никакого.

И знаете что? Мне повезло. Мало того, что в соперники достался тот самый боксёр-латинос, порядочно измотанный первым боем, так ещё и наш четвертьфинал оказался первым. То бишь фортуна ко мне в кои-то веки повернулась лицом, а не задом. И в благодарность за это я не стал выделываться, а просто в своё удовольствие побоксировал с достойным спарринг-партнёром, под конец раунда взвинтив темп и отправив его отдыхать на настил ринга длинной комбинацией из пары джебов, правого прямого и крюка по печени. Да, нечестно. Но о какой честности вообще можно вести речь с учётом разницы в массе и габаритах? Впрочем, мой оппонент знал, на что идёт – правила «тёмных лошадок» общедоступны в сети, и весовая категория там предусмотрена ровно одна, то бишь абсолютная. А это в свою очередь подразумевает возможность встречи живчика в весе «пера» со здоровяком-тяжеловесом. Что у нас на практике и получилось.

В следующем поединке Пепе абсолютно без напряга размотал одного из борцов (того самого, в шортах с зенками на афедроне), причём снова растянул удовольствие на все три раунда. Однако же бой прошёл разнообразно и довольно напряжённо – до самого конца не было понятно, кто же возьмёт верх. Я имею в виду, зрителям. Я-то сразу просёк, что «дикий» попросту играет с соперником, позволяя тому проявить себя, но в довольно жёстких рамках, так, чтобы не навредить самому Пепе. А под конец и вовсе сознательно дал себя опрокинуть, после чего ловко ушёл от попытки болевого и сам провёл удушающий приём. Надо сказать, даже на мой взгляд корявый, но дури в «диком» оказалось столько, что он попросту удавил соперника даже не за шею, а из позиции «анаконда», когда одна рука давит на стык шеи и плеча, а вторая пропущена подмышкой с другой стороны. Ну, что тут сказать? Овации заслуженные. А я к старому врагу проникся ещё большим уважением. Повезло мне, получается. Ну, тогда, в саванне. Не ожидал он от меня такой прыти, да и атаковал мачете, явно рассчитывая на всесокрушающую мощь клинка. За что, кстати, и поплатился. Н-да… к финалу надо что-то придумать, навыков контрпанчера может и не хватить – вон он как удар держит! Или столь же мастерски уклоняется.

Дальше сошлись капоэйрист и кикбоксёр, не сговариваясь решившие «сделать красиво». Понятно, что поединок не затянулся – более привычный к такой манере работы адепт капоэйры оказался ловчее и точнее и подловил-таки соперника на выпендрёжный «торнадо». Или как он там у них называется? Не суть. Главное, что зрелище получилось ярким, разве что музыки соответствующей не хватило, а то бы прям ни дать ни взять «рода», то бишь традиционная схватка-игра двух мейстре, больше похожая на театрализованное представление. И да, после второго боя я пришёл к выводу, что в этом что-то есть… нет, не рациональное, а скорее что-то тёплое, как говорится, для души. Очень неплохая физкультурка, позаниматься в своё удовольствие. А если ещё и в компании, да под музычку… пожалуй, это можно сравнить с рыбалкой или спортивной стрельбой. Тоже для разгрузки нервов после тяжёлого рабочего дня. Я даже не поскупился на сдержанную похвалу, когда победитель схватки вернулся в свой загончик, по счастливому совпадению располагавшийся всего через один от моего, да ещё и освободившийся к этому моменту.

– Слушай, а неплохо!

– Понравилось? – расплылся в довольной усмешке капоэйрист.

– Ну-у-у-у… – изобразил я неопределённой жест рукой. – Скажем так, что-то в этом есть… завораживающее!

– Это ты ещё нормальную роду не видел, в кругу и под беримбау! – мечтательно прищурился сосед, глотнув водички. И протянул мне руку через пустой загончик: – Дьогу!

– Энрике! – ответил я на рукопожатие. – А ты местный, или проездом?

Вопрос, кстати, непраздный – очень уж у паренька акцент забавный, с упором на шипящие. Видимо, отголоски португальского, хоть и говорит на интере.

– Можно уже считать, что местный, – немного пригорюнился Дьогу, и эта его реакция оказалась красноречивее тысячи слов. – А что?

– Да вот решил узнать, где у нас в Порто-Либеро можно к капоэйре приобщиться, – немного польстил я собеседнику.

– Пока нигде, – обломал меня тот. – Но если удастся подзаработать…

– Ну, удачи! – хмыкнул я.

– Тебе тоже, – отплатил той же монетой Дьогу.

– Кстати, а как этот удар называется? – поспешил я сменить тему. – Ну, тот, круговой?

– Ты про меа луа ди френчи? Или меа луа ди компассу?

– Нет, который типа «торнадо».

– А-а-а! Парафьюзо!

– Красиво, – оценил я. – А как переводится?

– Винт. Знаешь, что это такое?

– Типа того, – кивнул я, закруглив беседу.

Забавный малый. Надо бы разузнать о нём в подробностях. Зачем? Да хрен знает, просто предчувствие у меня.

Последний четвертьфинал подарил зрителям очередной разрыв шаблонов: представитель бразильского джиу-джитсу, словив вскользь по физиономии, всё же прошёл в ноги боксёру, повалил того на канвас и из захвата уже не выпустил, к концу раунда домучив-таки до состояния нестояния, в коем и сумел провести болевой на ахиллесово сухожилие. Победа сабмишном. Естественно, досрочная.

В общем же и целом по результатам двух кругов в полуфиналах собрался неплохой паноптикум – двое не пойми кто (я и Пепе), капоэйрист и адепт БДД. Мне даже интересно стало, кто на кого нарвётся. И не просто интересно – самому-то себе можно признаться, что очень уж мне не улыбалось встречаться с «диким» здесь и сейчас. По той простой причине, что вероятность пролететь мимо финала совсем не иллюзорная. А этого бы совсем не хотелось. Во-первых, потому что люлей словлю за здорово живёшь, то бишь даром, а во-вторых, взнос за участие профукаю. Итого, как ни крути, уйду в минус по финансам. Особенно если учесть медицинские услуги, за которые здесь, в Порто-Либеро, с меня сдерут в три конца. Да-да, потому что я не резидент города. Но это всё лирика. Даже если я и выйду победителем из схватки с Пепе, сильно сомневаюсь, что подойду к финалу в удовлетворительном состоянии. И тогда меня запросто что капоэйрист, что борец добьют. И это будет чрезвычайно досадно. А с другой стороны, неплохой жизненный урок. Очередной, мать его.

Как назло, жеребьёвки пришлось ждать почти сорок минут – предполагалось, что бойцы используют этот перерыв для перекуса, благо недостатка в снеди не наблюдалось, организаторы озаботились свежими фруктами и соками, плюс какие-то типа галеты с орехами или чем-то похожим. Но если зрители немного за это время успокоились, то я наоборот извёлся весь. И чуть было не заорал в голос, когда рефери с первого же раза достал из специальной приблуды с крутящимся барабанчиком бумажку с моим именем. Даже привстал с табуретки от возбуждения, пролив сок на пол – всеми остальными «деликатесами» я пренебрёг. Про адреналин и колотящееся сердце и вовсе промолчу – как моторчик из груди не выпрыгнул за те секунды, что ушли на определение моего соперника, сам не понимаю. Да и потом ведущий церемонии, как мне показалось, нарочито медленно её разворачивал, вчитывался в накарябанные от руки строки и добрых полминуты выдерживал приличествующую случаю паузу. Однако уже и народ на трибунах начал возмущённо гудеть, так что пришлось рефери таки озвучить выпавшего бойца:

– Дьо-о-о-о-огу Ма-а-а-а-аседа!

Ф-фух! Прямо гора с плеч! Повезло, получается? Впрочем, не я один так считал. Судя по просветлевшему взгляду Дьогу, он обрадовался ничуть не меньше. Да оно и верно – что бы я там ни плёл соседу, капоэйра как прикладное единоборство на меня пока что особого впечатления не произвела. Как я там Вове про Алехандро говорил? Он делает ровно то, что позволяет противник. Очень сомневаюсь, что против Пепе подобные наскоки прокатят. Хотя зрелищности у стиля не отнять. Я бы, пожалуй, приобщился, найдись у меня свободное время и толковый инструктор. Так что в этом аспекте я не лукавил. Крайне любопытная методика. А пластика?! Почти как танцы. Но это всё, конечно же, потом. И исключительно для расширения бойцовского кругозора. А на текущий момент задача ровно одна – выйти в финал. Выйду, а там посмотрим…

Ну и да, реакция участников второго полуфинала оказалась прямо противоположной: боец бразильского джиу-джитсу по имени Гектор Оливейра разочарованно хлопнул себя по ляжке и побледнел, а Пепе… еле заметно скривил рот в усмешке, ничем более не выдав своей кровожадной радости. Тоже, видимо, не особо горел желанием пересекаться со мной раньше финала. А, ещё правой рукой дёрнул непроизвольно, ровно так же, как и вчера утром после нашей несостоявшейся драки.

Ну а поскольку жеребьёвка завершилась минут за пятнадцать до начала первого полуфинала, то и прохлаждаться долго не пришлось – я едва успел унять сердцебиение и немного продышаться, как меня вызвали в ринг. Странно, кстати, что так мало времени дали заинтересованным лицам, чтобы сделать ставки, но организаторам, опять же, виднее. И потом, большинство с предпочтениями наверняка за первые два круга определились, там длительных пауз было столько, что можно раз десять передумать.

К моему удивлению, представлять бойцов рефери не стал, а сразу же перешёл к делу:

– Готов?!

Я кивнул и отшагнул назад, к верёвке.

– Готов?!

Противник отзеркалил мои действия.

– Начали!

* * *

Там же, тогда же

Дьогу Маседа, как выяснилось в первые же секунды поединка, из моих предыдущих боёв необходимые выводы сделал, а потому даже не пытался одолеть меня с молодецкого наскока. Впрочем, как и я – вместо этого мы неторопливо сместились ближе к центру ринга и принялись осторожно кружить на этом относительно небольшом пятачке, не особо стремясь обострить ситуацию. Единственное, если я двигался экономным приставным шагом, готовый в любой момент сорваться в челнок – хоть вперёд, хоть назад, – то Дьогу реально танцевал! Под впечатлением от увиденного я даже вспомнил, как это дело называется – жинга. Самое базовое движение в капоэйре. Плюс всякие развороты, скольжения и перескоки, но не абы какие, а вполне себе функциональные с точки зрения ухода от ударов по верхнему уровню. А в один прекрасный момент он таки выбросил в мою сторону ногу – повторил тот самый ура-маваси с вращением и опорой на руки. Правда, я от него с лёгкостью ушел тем самым челноком назад, равно как и от ура-микадзуки, а вернувшись на исходную позицию, и сам выбросил маэ-гери в скольжении, да ещё и в варианте кекоми, то есть пронзающий. И неожиданно для себя самого попал, правда, немного не так, как рассчитывал: вместо того, чтобы ударить пяткой в грудь, угодил подушечками пальцев в низ живота, аккурат в лобковую кость. Ещё чуть ниже, и вышел бы запрещённый удар в пах. Но и так ничего хорошего, судя по скривившейся физиономии оппонента. Да и на ногах он не удержался, рухнул на пятую точку и немного на ней проехался, прежде чем сумел подняться. Разогнулся, правда, далеко не сразу, из чего я сделал вывод, что всю разрушительную мощь гери-вадза, то бишь техники ударов ногами из традиционных японских будо, Дьогу на себе прочувствовал в полной мере. Да оно и немудрено – я же ведь не просто «щёлкнул» ногой, я ещё и таз вперед подал, вложив не только массу, но и кинетическую энергию. Если бы не ударная поверхность, то скорее тайский «тип» получился, а не маэ-гери. Но это если подходить с каратешными мерками. А если учесть, что Игараси учил меня дзю-зюцу, то там такой вариант имеет место быть наряду со всеми остальными, более традиционными. В любом случае, получилось неплохо – противник, вынужденный перебарывать боль, уже не противник, а лишь половина от него. Сейчас начнёт ещё больше осторожничать и дёргаться, так что поймать его на финт труда не составит.

Собственно, именно так и вышло: удостоверившись, что в атаку Дьогу больше не лезет, хоть и продолжает отплясывать жингу, я принялся «раздёргивать» его стандартным даже не боксёрским, а сётокановским челноком, и в конце концов спровоцировал на необдуманный ответ аналогом моего же маэ-гери кекоми, или, если хотите, фронт-кика. Как раз чего-то такого я и ожидал – обжёгшись на размашистых круговых ударах, мой оппонент решил попробовать более прямолинейные атаки. Ну а поскольку с ударной техникой рук дела у него обстояли далеко не лучшим образом, то вариантов не особо и много. Мне даже неважно было, какой ногой он ударит – всё едино, что правой, что левой. Просто потому, что в челноке я работал из правосторонней стойки, и, соответственно, ушёл влево – Игараси-сама называл такой манёвр «тая-сабаки» – ответив правым йоко-гери точно в рёбра, благо довольно низкая капоэйристская стойка это позволяла. Как там сенсей говорил? Не бей высоко, Генри-кун, бей в средний уровень – такие удары быстры, точны и рациональны. Ну и самые дальнобойные они, так-то. Про силу вообще молчу. А тут ещё попал крайне удачно – повезло пареньку, если трещинами отделался. Впрочем, судя по тому, как Дьогу плюхнулся на бок и скрючился, прижав локоть к телу, как минимум одно ребро я ему сломал. Собственно, на этом можно было считать бой завершённым – я даже не стал развивать атаку, хоть и имел на это полное право, поскольку правила запрет на добивание лежачего не предусматривали. Просто отступил на пару шагов назад и жестом показал рефери, что, мол, хреново оппоненту, глянь, будь добр, что там. И всё это снова под неодобрительный гул зрителей – типа, почему опять так быстро?!

Надо сказать, опасения мои целиком и полностью подтвердились: склонившийся над Дьогу судья аккуратно потыкал тому в бок пальцем, покосился на скривившуюся от боли физиономию бойца и решительно помахал руками над головой, сигнализируя о прекращении схватки. Потом уже традиционно задрал вверх мою граблю, узаконив результат, и велел убираться с ринга, чтобы не мешать медицинской бригаде – собственно медику и парочке «принеси-подай» с носилками. Справедливости ради, Дьогу от их помощи категорически отказался, попытавшись подняться на ноги самостоятельно. Правда, получилось не очень – он снова схватился за бок и приземлился на пятую точку. Пришлось, шуганув обслугу, самому вернуться и подать ему руку:

– Отличный бой, амиго! Хватайся!

– Думаешь? – поморщился Дьогу.

– Точно-точно! – заверил я. – Покажешь пару приёмчиков? Ну, потом?

– Почему нет? – дёрнул мой оппонент левым плечом, и таки схватился за протянутую ладонь. – Вот это у тебя удар! Я аж хруст расслышал!

– Ты давай-ка не болтай, так болит меньше, – посоветовал я, ненавязчиво увлекая Дьогу в сторону загончиков. – И это, медиков не гоняй, пусть посмотрят.

– Да толку от них! – отмахнулся парень. – Меня в общине гораздо лучше починят, и не так дорого.

– Ну, как знаешь…

Следующие четверть часа мы с соседом провели в ничего не значащей болтовне – тот всё же отдался в руки, как он выразился, местных коновалов, и таким вот незамысловатым способом пытался отвлечься от боли. Естественно, пейнкиллер ему вкололи первым делом, да и льда принесли, но, судя по всему, помогало не очень. Но и уходить с турнира Дьогу не пожелал – любопытно же, что дальше будет! Опять же, где ещё такое козырное место найдёшь, как у нас в загончиках? Отсюда видно сильно лучше, чем просто из толпы. А ему, как пострадавшему и пока не подлежащему транспортировке, организаторы сделали исключение и из бойцовской зоны гнать не стали, в отличие от всех остальных проигравших. Слабенькое, но утешение. Бонус, так сказать. Ну и мне не так скучно, потому что упускать столь удобный случай я не стал и принялся в подробностях расспрашивать про капоэйру. А о чём ещё здесь беседовать? Не думаю, что Дьогу стал бы откровенничать по личным вопросам, биография, там, туда-сюда… да и вообще как до жизни такой докатился? Я бы точно не стал. А вот про любимое увлечение почему бы и нет? Особенно если собеседник такой живой интерес проявляет? В общем, время убили.

А потом начался второй полуфинал – Гектор Оливейра против Пепе. И завершился он, надо сказать, ещё быстрее, чем наш с Дьогу бой: сразу после судейской отмашки Гектор попытался нырком пройти в ноги «дикому», но нарвался на жесточайший удар коленом в голову, и мгновенно «уснул». Дух из него вышибло ещё в движении, так что на канвас незадачливый борец рухнул уже в бессознательном состоянии. Как Пепе ему шею не свернул, ума не приложу! Но вот челюсть однозначно в починку – если не сломал, то как минимум вывихнул.

– Охренеть! – поражённо выдохнул Дьогу, и, скривившись от боли, схватился за бок. – Ф-фух!.. Слушай, Энрике, это мне ещё повезло с тобой, получается? Я-то всего лишь рёбрами отделался…

Договаривать он не стал, но я и без того прекрасно понял подтекст: и вот с этим монстром теперь тебе, приятель, разбираться! Кто победит, ещё вилами по воде писано, но то, что малой кровью не обойдётся, это к гадалке не ходи. Вряд ли, конечно, он именно такими словами подумал, но суть я передал верно.

– Не переживай за меня, амиго! – напустил я на себя молодецкий вид, хотя уверенности не чувствовал от слова совсем. – И не таких ронял!

– А где, если не секрет? – оживился Дьогу.

– Не секрет, – усмехнулся я. – На Беатрис. Участвовал в турнирах студенческой боксёрской лиги. Даже чемпионом был одно время.

– Студенческой? – заломил бровь мой сосед. – Она настолько крутая?

– Ну, для любительской организации более чем, – задумчиво протянул я. – В универсиадах РКА наша сборная постоянно участвовала. Да и мне пару раз довелось, когда ещё студентом был. Потом, правда, перешёл в рейтинговую категорию, а это уже ближе к профессионалам.

– Ну, если ты так говоришь… – хмыкнул Маседа, но развивать тему не стал, сделав вид, что ему резко поплохело.

На том беседа в очередной раз заглохла: соседа я не очень-то и убедил, а продолжать распинаться желания не было. Тут бы на нервы не изойти всему – вон какой зверюга меня ждёт не дождётся! Как он там сказал? Ты, в смысле я, Олег, моё испытание? Ну-ну. Ещё большой вопрос, кто и для кого. Однако же, приложив недюжинные усилия, я таки заставил себя успокоиться и даже умудрился погрузиться в псевдомедитативное состояние, среагировав только на касание одного из «принеси-подай». Оказывается, перерыв уже закончился, а я и не заметил, настолько в себя погрузился.

– Удачи, амиго! – помахал мне на прощанье рукой Дьогу.

– К чёрту, – буркнул я на ходу, а больше на слова размениваться не стал – оно мне надо, настрой сбивать? Правильно, не надо.

Так и протопал в ринг, встав точно напротив Пепе, буквально в паре шагов. Рефери, естественно, пристроился между нами сбоку и начал церемонию:

– Финальный бой турнира! Встречаются Генри Форрестер и Хо-о-о-осе Химе-э-э-энес!

Что?! Как?! С фига ли вдруг Пепе стал Хосе? Хотя чему я удивляюсь, это же финал. До того можно было и прозвищами обойтись, а здесь уже всё строго официально. Меня, вон, тоже Генри поименовали вместо более привычного испанскому уху Энрике.

– Регламент четыре раунда по пять минут, либо досрочная победа нокаутом или самбмишеном! Бойцы, правила ясны? Генри?

– Предельно.

– Хосе?

– Си, сеньор.

– Начали!!! – рубанул рукой воздух судья, и резво отскочил подальше, чтобы случайно самому не прилетело.

А опасался он, надо сказать, не напрасно – не знаю, что там Пепе планировал, но я решил в финале использовать фактор внезапности на полную катушку и нанёс первый удар сразу же, как рефери подал сигнал к началу боя. И был это не хук, апперкот или панч, которые вполне естественно от меня ожидать, а высокий ура-микадзуки-гери – почти такой же, как у Дьогу. Разве что чуть помедленнее. И, в отличие от моего нового приятеля, я попал как надо – внешним ребром стопы в голову, да ещё и с хорошей амплитудой. Вот только результат оказался вовсе не такой, как я рассчитывал. Нет, на месте соперник, конечно же, не устоял, но и не рухнул на канвас, как планировалось. Вместо этого он после нескольких неуверенных шагов назад поймал-таки равновесие, встряхнулся, как большой и страшный пес, и сам рванул в атаку.

Теперь уже мне пришлось ретироваться – мало радости попасть под такой каток. Казалось бы, вот он, мой шанс: лови на контрах! Но… если ему в челюсть с ноги на один чих, то что я сделаю практически голыми кулаками?! Будь я в перчатках, и разговор был бы совсем другой. Там кисти защищены, и можно ни в чём себе не отказывать. А так себе же и дороже – если бить сильнее, запросто без костяшек останешься. Или в запястье руку сломаешь. Да даже вывих на выигрыше крест поставит, если по чести. А на точность надеяться, как только что показала практика, в данном конкретном бою вообще не вариант. Ну и что делать? Изматывать серийными, но не концентрированными ударами и бегать по рингу в ожидании гонга? Ну, такое себе… впрочем, а что ещё остаётся? Пожалуй, придётся первый раунд на разведку боем потратить. И тут главное самому на хорошую плюху не нарваться, или, тем паче, на тейкдаун и перевод схватки на канвас.

Собственно, именно этим я последующие пять минут и занимался, стараясь не ввязываться в прямой обмен, а действовать согласно заветам легендарного Мохаммеда Али – порхать, как бабочка, и жалить, как пчела. Разве что и ноги в полной мере подключил, задействовав их не только для перемещений (хоть это и главное их назначение), но и для беспокоящих ударов. Ну, как беспокоящих? Если раз за разом всаживать лоу-кик в одно и то же место, рано или поздно количество должно перейти в качество. По крайней мере, в теории. А я ещё и в пузо старался добавить после каждой серийной атаки – голова это хорошо, особенно когда она гудит, да глаза заплыли, но и дыхалку сбить тоже дорогого стоит. Вот только, похоже, просчитался я с тактикой – для Пепе, такое ощущение, все мои плюхи как об стену горох. Нет, он и морщился, и ушибленные места потирал, и даже в конце концов стал заранее отдёргивать левую ногу, по бедру которой пришлась львиная доля лоу-киков, но… глобального-то результата нет! Особенно если учесть, что полностью обменов избежать не удалось, так что и мне прилетело – гораздо меньше, чем сопернику, но как бы даже не чувствительней! Хорошо хоть, возни на канвасе удалось избежать, как Пепе ни старался. Я даже заподозрил, что в базе он всё-таки больше борец, чем ударник. Ну, просто потому, что ударка у него очень уж корявая, хоть и мощная. Так обычно и бывает у универсалов – «коронка» что-то одно, а остальное изучается и нарабатывается чтобы было, не более. А так противник и бокс демонстрировал, и элементы муай-тай – колени и локти, и даже пытался выбрасывать высокие удары ногами, в основном фронт-кики. Естественно, много реже, чем я. Если судить по общей результативности, на примерно десяток моих ударов, попавших в защиту или же достигших цели, у него приходился один. Да, я старался обороняться манёвром, а не блоками, и обратился к такой манере после первого же пропущенного крюка в корпус – тот пришёлся на подставленный локоть и напрягшиеся мышцы, но всё равно, такое ощущение, что насквозь прострелило. Вот так и получилось, что к гонгу мы с Пепе подошли в примерно одинаковом состоянии: тот весь помятый, но отнюдь не сломленный, а я ровно наоборот – ссадин и ушибов гораздо меньше, но вот психологический настрой… если честно, я лишь убедился, что чудом выжил. И положенную минуту перерыва провёл, сидя на заботливо подставленной одним из «принеси-подай» табуретке и хватая воздух ртом, что твоя рыба.

Мысли метались почти хаотично, но постепенно среди них проступила основная: с Пепе что-то не так. Ну невозможно нормальному человеку так удар держать! На «фарме» я бы ещё поверил, но чтобы без ничего, на одних только морально-волевых?! Я, конечно, практически не вкладывался, но, чтобы вы знали, «не вкладывался» это когда тот же хук отправляет в состояние «грогги», а не в полноценный нокаут. Просто потому, что скорость и масса вкупе такой эффект дают. А этому хоть бы хны! Такое ощущение, что ударные импульсы… гасились внутри его тела! Как если бы под кожей присутствовал некий демпферный слой, какой-нибудь пенополимер, как в тех же боксёрских перчатках! Вот только как этого достичь на практике, ума не приложу. Опять же, повреждения все исключительно поверхностные – небольшие гематомы и ссадины, даже без рассечений обошлось, хотя как минимум пару раз я приложился крайне удачно. Бровь место слабое, сбивается в момент, особенно голым кулаком. Условно, конечно, бинты никто не отменял. Да что далеко ходить? У самого губа рассажена, а уж сколько на боках синяков, и не сосчитать! Хорошо, под глазами пока нет, но это, если продолжать в том же духе, исключительно вопрос времени. Однозначно надо что-то делать, но что?! Лезть в борьбу?! Да ни за что! Он же меня удавит! Броски, по заветам Игараси-сама? Так Пепе тоже осторожничает, памятуя о первой нашей встрече. Хрен поймаешь на захват и болевой залом. Ну и что остаётся? Плотный контакт и работа коленями? Помнится, именно так я разделался с его приятелем, Хорхе. Правда, предварительно нос ему сломал, боднув лбом. Интересно, а здесь к такой технике как отнесутся? Вроде формального запрета на удары головой нет?.. Впрочем, не попробуешь, не узнаешь, так что хорош рефлексировать, Олежек, и готовься к новой – крайне жёсткой – зарубе.

Впрочем, сразу же после гонга воплотить это намерение в жизнь не удалось – Пепе, словно о чём-то догадавшись, отзеркалил мой стиль из прошлого раунда. Просчитался, конечно. Ведь кто лучше меня самого может играть на моей же делянке? Правильно, никто. В результате первые две минуты мы «перестреливались» с дистанции, причём я вчистую переиграл оппонента и по скорости, и по точности. Я даже вознамерился было и дальше продолжить в том же духе (ну а чего, если противник сам подставляется?), но Пепе снова поразил бойцовской гибкостью – не физической, а ментальной – и пошел на обострение, в один прекрасный момент сократив дистанцию до минимальной. Правда, он-то наверняка хотел взять захват в стойке и дальше вывести меня на бросок, но я и этот план сорвал встречным тычком коленом прямо в солнечное сплетение. Попал крайне удачно, Пепе вынужденно скрючился, прикрывшись локтями, и я свой шанс не упустил – прихватил его за шею сзади двумя руками, пригнул ещё больше, и принялся всаживать коленки в живот и рёбра – левой, правой… левой… и снова правой. Ну и финальный штрих – опять правой, но снизу в челюсть, заставив-таки Пепе сесть на задницу. Вид у него при этом был донельзя изумлённый, но отнюдь не сломленный. Да что же это за нахрен?! Тот же Хорхе после такой порции полностью в осадок выпал, а этот же… ну, рухнул на пятую точку. Ну, встряхнулся. И фигли?! Опёрся на руки, чтобы не лечь, и вперил в меня полубезумный взгляд…

Ну-ка, стоп! Вот оно! Помнится, почти так же на меня предводитель «диких» зыркал, и после этого мне пришлось крайне несладко! Неужели сейчас такой же эффект будет?! Вот это я попал так попал!

А Пепе тем временем подхватился с пола и застыл, как скала. Словно снова в киборга превратился, как в одном из предыдущих боев. Ну и что же делать?! Ясно, что пускать в ход тяжёлую артиллерию, но вот как именно? Так и не придумав ничего лучше, я атаковал первым: джеб, кросс в корпус, крюк по печени, колено туда же, нырок под бэк-фист, фронт-кик в пузо… и следующим ударом кёкусиновский «хвост дракона», то бишь «вертушка» в падении, в моём не самом техничном исполнении. Однако же попал, и попал точно, потому что рухнули мы одновременно. Только я сразу же ушёл в кувырок и вскочил на ноги, а Пепе таки растележился во весь рост, да ещё и лицом вниз. Неужели… всё?..

Ага, щаз! Не успел я толком порадоваться, как он уже отжался от пола, а затем и пружинисто вскочил, недовольно двигая нижней челюстью. И судя по её сохранившейся подвижности, она даже не вывихнута! Ну вот как такое вообще возможно?! Ладно бы я промазал… но ведь нет! Попал как надо, вон, моя собственная отбитая пятка не даст соврать! И, тем не менее, факт есть факт: Пепе не просто выдержал сокрушительный удар, он его, такое ощущение, и не почувствовал толком. И даже умудрился сохранить совершенно непробиваемую физиономию – металлическая маска, а не морда лица! И пальцем этак издевательски ещё манит!

Ну всё, козёл, сам напросился. Холодная ярость, поднявшаяся из глубин подсознания, не помешала мне трезво оценить обстановку и задействовать уже хорошо себя зарекомендовавшую тактику: сблизившись и финтанув джебом, я снова взял тайский захват и насадил соперника на колено. Однако на сей раз вместо относительно податливого тела удар нарвался чуть ли ни на скалу – до такой степени жёстким стал мышечный каркас Пепе. А ещё он и не подумал уклоняться от моего финта, совершенно сознательно приняв джеб на скулу. И да, моему кулаку тоже мало не показалось. Но там-то хотя бы понятно, кость есть кость, хоть и прикрытая кожей. А с пузом-то у него что, скажите на милость?! Ясно, что вопрос риторический, да и задал я его самому себе, уже подкорректировав план и от души боднув оппонента в нос – хрен с ними, с правилами, тем более что и не запрещено напрямую. И вот тут не прогадал, шнобель Пепе на подобное варварство среагировал как положено, хрустом перегородки и обильной юшкой. Да и сам «дикий» наконец-то показал, что и ему бывает хреново – закатил глаза и машинально вцепился мне в плечо, едва не раздавив суставную сумку. Болью меня прострелило насквозь, и я сделал единственное, что ещё оставалось, то есть попытался сбить вражескую конечность локтём, убрав для этого левую руку с вражеской шеи. И тут наши взгляды пересеклись на неуловимое со стороны, а для нас растянувшееся почти до бесконечности мгновение. Ну, пересеклись и пересеклись, чего такого? Однако я успел заметить, как пелена безумия скатывается со зрачков Пепе этакой подозрительно знакомой плёнкой… да ну на фиг! Не может такого быть! «Мускус»?! Или… уже что-то иное, какая-то новая форма псевдоорганизма на его основе? Ведь «оживлял» же он титановые опилки в моём присутствии? Так почему бы не предположить и нечто подобное, но на ресурсах человеческого тела? Не, бред! Причём лютейший. Показалось. Скорее всего, слёзы – когда вот так вот в нос получаешь, их не сдержать при всём желании. Но и рисковать я больше не хочу. Так что сам виноват, амиго!

Эту мысль я додумывал уже в движении – вроде бы размахнувшись коленом для следующего удара, я вместо этого в прыжке закинул ноги Пепе на шею и поперёк пуза, а сам повис на руке, удачно вцепившейся мне в плечо. Да-да, тот самый переход из стойки на рычаг локтя, он же «висячка» по терминологии Вовы. И на канвасе мы оказались столь же быстро, как и на вытоптанном полу мастерской во время тренировки. Только в этот раз я слегка перестарался с финальным рывком, попросту переломив Пепе руку в локте. Даже сам не успел сообразить, что и как, как тот уже орал благим матом. С испугу я саданул Пепе левой ногой по лицу, а правой отпихнул в бок, не забыв выпустить покорёженную конечность, и, воспользовавшись импульсом, через кувырок оказался на ногах уже на безопасной дистанции, то бишь метрах в двух, если не больше. И застыл в боксёрской стойке, готовый в любое мгновение уйти в любую сторону – хоть челноком, хоть сайд-степом.

Вот только этого не понадобилось: Пепе корчился на канвасе, держа правую руку на отлёте и прижав её плечо левой ладонью. Но при этом, что самое страшное, уже не орал, а лишь шипел сквозь зубы, крайне недобро на меня зыркая. Впрочем, и его можно понять – вторая встреча со мной, и второй же перелом, причём одной и той же конечности. Правда, в этот раз не множественный, но зато с разрушением сустава, что как бы ни хуже. Ну а ещё взгляд его снова стал вполне человеческим, и в нём угадывалась сложная смесь боли с досадой и небольшой примесью восхищения.

Да и в моём, походу, последней эмоции не меньше – Пепе медленно и осторожно, но таки поднялся на ноги и изобразил нечто вроде боевой стойки, благоразумно повернувшись ко мне левым боком и прикрыв таким образом повреждённую конечность корпусом.

– Да ладно! – потрясённо выдохнул я и скользнул вперёд с предельно ясными намерениями: если противник и после такого не сдаётся, то просто необходимо добить его окончательно, наплевав на последствия для оного.

На моё счастье, рефери тоже это прекрасно понял, а потому решительно вклинился между нами, перехватив меня на полпути и стремительно оттеснив подальше от пострадавшего оппонента:

– Стой, парень! Угомонись! Тайм-аут!

И рявкнул, убедившись, что я послушался:

– Медика сюда! Быстро!

Впрочем, тот уже и сам сориентировался в обстановке, так что даже ждать не пришлось – выскочил, как чёртик из табакерки, и насел на Пепе, заручившись поддержкой двух дюжих «принеси-подай». Те оказались совсем не лишними, поскольку «дикий» на контакт не пошёл: руку осмотреть дал, но на слова доктора реагировал однообразно, отрицательно мотая головой. А под конец и вовсе рыкнул:

– Отвали! Я хочу продолжать!

– Чего?! – опешил медик, от возмущения перестав приглушать голос. – Какое продолжать, придурок?! Да у тебя кость торчит! Всё, сеньор Хименес, финиш! – обернулся он к рефери, не обращая больше внимания на возмущённо задергавшегося в руках «принеси-подай» Пепе. – По медицинским показаниям Хосе Хименес не может продолжить бой! Объявляйте результат!

Сказать, что в этот момент зрительный зал взорвался, это ничего не сказать. Гвалт стоял такой, что любо-дорого послушать. И всё бы ничего, но толпа разделилась: кто-то приветственно орал, радуясь за меня, а кто-то и недовольно гудел. И таковых как бы ни половина присутствующих, что и немудрено.

Правда, на судейскую бригаду все эти басовитые «бу-у-у-у!!!» впечатления не произвели: пошептавшись о чём-то для вида в тесном кружке, судьи отрядили рефери, чтобы тот озвучил окончательное решение. Что тот и осуществил с присущим ему профессионализмом, предварительно пристроившись рядом со мной и схватив меня за запястье:

– Бой завершён по медицинским показателям одного из участников! Нарушения правил не зафиксировано, дисквалификация не присуждена! Бой объявляется состоявшимся! И его победитель, – рванул он мою руку вверх, – Э-э-э-энрике Фо-о-о-о-оррестер!!!

* * *

Порто-Либеро, 21.10.23 г. ООК, ближе к вечеру

– Транзакция осуществлена, – прочёл Вова на экране смарта, украсив физиономию широченной ухмылкой. – Пополнение счёта… вот такое мне нравится! Вот такое я люблю!

– Выдыхай, бобёр! – с нескрываемой иронией ткнул его кулаком в пузо Серхио-Серёга. – Или ты во мне сомневался?

– Ну, если честно… лично за себя я бы в такой ситуации не поручился, – покачал головой мой напарник, сокрушаясь о собственном малодушии. – Без обид, бро!

– Да какие тут обиды! – отмахнулся охотник. – У вас ещё ничего так реакция, сдержанная. Видел бы ты рожу Анхеля! А вот Алехандро, кстати, воспринял как должное.

– Вот и не верь после этого поговоркам!

– Это каким же, Вов? – не удержался я.

– Ну, конкретно в этом случае подходит «каждый судит по себе», – вздохнул тот. – Ну да, вот такая я свинья.

– Не переживай, бро, мы делали на это поправку при планировании, – заверил Серёга.

– Вот вы!.. А, впрочем, сам заслужил! – смирился с неизбежным Вова и присосался к пивной бутылке – залить горе. – Ф-фух! Ладно, хорошо всё, что хорошо кончается!

– Золотые слова! – поддержал моего напарника охотник. – Олег, а ты чего молчишь?

– А чего говорить? – пожал я плечами. – Легко отделались.

И это правда. Звёзды, видимо, так сошлись, что всё нам удалось. И в финале я победил, умудрившись не словить серьёзных люлей – даже к медикам обращаться не пришлось, хватило заботливых рук Инес, наложившей компресс на челюсть да от души вымазавшей меня мазью от синяков и отёков. И организаторы нас, вернее, Серёгу, не прокатили – честно выплатили выигрыш, удержав положенные проценты. Ну и охотник не подкачал, хоть Вова и провёл ночь и первую половину дня как на иголках. Я это точно знаю, ибо видел собственными глазами. Спрашиваете, почему сразу деньги не перевёл? Да чтобы исключить любые претензии со стороны организаторов. Ставку делал Серёга? Серёга. Выигрыш упал к нему же на счёт? К нему. А что он там с ним будет на следующий день делать, это уже исключительно его проблемы, особенно через десять часов после факта перевода. Тут уже даже федерале в связке с муниципале ничего отследить не сумеют. Тайна вклада и всё такое. Может, он нам должен был. Опять же, бабло ушло двумя траншами – один мне, а второй… Пончо. Помнится, с бравой четвёркой на стадии обсуждения деталей как раз эта проблема и возникла – Анхель не хотел, чтобы Алехандро всё получил и послал в пешее эротическое подельников, а Алехандро придерживался ровно противоположной точки зрения. Та ещё банка с пауками оказалась, а не компашка! Пришлось задействовать мою мощную харизму с не менее мощными кулаками, и волевым решением продавливать кандидатуру простодушного здоровяка. А дальше пусть сами разбираются.

Кстати, нашим несостоявшимся нанимателям, но вполне успешным наводчикам доля ушла около часа назад. Мы ради такого не поленились загрузиться в мой трак и выехать чуть за город, оставшись в зоне уверенного приема сети, но в укромном местечке, которое показал Серхио. Зачем? Да сами не знаем. Захотелось вот так вот, в тесном кругу, поглазеть на волнующееся море (довольно редкое в этих местах зрелище, кстати) да попить пивка. Вернее, моим приятелям насладиться холодным бродиловом, а мне чисто поглазеть – и на волны, и на довольные физиономии этих двух типов. Я бы и рад присоединиться, да только меня Инес антибиотиками накачала, во избежание, плюс кто же в здравом уме противоотёчные средства алкоголем шлифует? Её, между прочим, слова. Но это я отвлёкся. Главное, деньги дошли до адресатов, о чём оные где-то через четверть часа после транзакции и сообщили в мессенджере. Причём все четверо. Так что смертоубийства не произошло, хотя я такого развития событий вовсе не исключал. Но нет, парни оказались относительно здравомыслящими. Пожалуй, с тем же Алехандро можно дела вести. Ну, если он вдруг ещё с какой-нибудь прибыльной аферой нарисуется. Хотя второй раз я бы в подобный блудняк не вписался, это сто процентов. На фиг такое счастье! Если уж и выходить в ринг, то неплохо бы иметь представление, кто там тебя поджидает. Не дай бог ещё на одного такого Пепе нарваться! Кстати, я выяснил, что за чудеса с именем «дикого». Оказывается, Пепе это уменьшительно-ласкательная форма от Хосе. Век живи, век учись. И да, есть мелкая, но неприятная деталь с предсказуемыми противниками – таких можно заиметь только при посредничестве Лиги, то бишь нужно сначала лечь под «лос атлетас». А на это я пойти не могу, по крайней мере, не сейчас. Плюс у них там несколько конкурирующих между собой группировок, и в их взаимоотношениях тоже неплохо бы разобраться, прежде чем совать голову в пасть льву.

Но это всё дела дня сегодняшнего, когда эмоции немного подугасли и нервы успокоились. Ну и отходняк прошёл, который я нежданно-негаданно словил утром. Давненько мне так хреново не было, пожалуй, с самого приключения в саванне, того, что свело меня и с Пепе, и с его недоброй памяти хефе. Еле отлежался. Хорошо, Инес ночевать осталась, она и провела сеанс живительного массажа. Реально массажа, зуб даю. На что-то большее я был тупо неспособен – ни ночью, ни утром. К обеду кое-как оклемался, и то славно. И только по этой причине не стал наезжать на Вову, который метался по мастерской, что твой тигр в клетке. Переживал, ясное дело. Впрочем, как позже выяснилось, зря.

Кстати, мои кровные за турнир перевели сразу же после финала. Если точнее, минут через двадцать, обставив процесс как часть церемонии награждения. И только после этого, избитый, измотанный и на нервах, со здоровенным «чеком» в руках, я сумел вырваться из бойцовской зоны. Ну, как вырваться? Пошёл к загончикам, высматривая по пути непоседливого Вову, и таки высмотрел, и не только его одного – как оказалось, он уже давно торчал в толпе неподалёку, да ещё и в компании Инес, от которой ближе к финалу даже начальство отстало. Ну какие, скажите на милость, рекламные акции, когда внимание всех присутствующих приковано совсем к другому событию? Вот и они так решили.

В общем, до загончика я не дошёл, но по уважительной причине – на меня с разбегу напрыгнула Инка. Напрыгнула, обвила руками и ногами, и принялась осыпать поцелуями, наплевав на условности. Вернее, попыталась, но я зашипел от боли в рассаженной губе, и пришлось зазнобе эмоции несколько попридержать. Зато Вова сдерживаться не стал, от души огрев меня ладонью по плечу:

– Я всегда в тебя верил, Профессор! Молоток!

– Ну, если я молоток, то Пепе и вовсе кувалда, – хмыкнул я, но развивать тему не стал, поскольку наткнулся на очень странный взгляд «дикого».

Он как раз сидел в собственном загончике, отдав поломанную конечность на растерзание местным коновалам, и с предельно отрешённым видом пялился в никуда. Ровно до того момента, как пересёкся со мной глазами. И да, мне снова почудилось, что на зрачках у него странная радужная плёнка. Не поручусь, конечно, но ощущение крайне специфическое. Правда, Пепе тут же сбросил оцепенение, на лице у него заходили желваки, вернув в нормальное состояние из режима неподвижной маски, а потом он… подмигнул! И даже скривил уголки рта в подобии ободряющей улыбки! Мало что рукой не помахал – левой, естественно. Ну и как это расценивать, скажите на милость? Я лично так ничего и не придумал. Да и пофиг уже было, если честно. Главное, побыстрее свалить из этого гудящего людского сборища. Последнее, кстати, оказалось не так-то просто: чуть ли не каждый второй из присутствующих вознамерился меня поздравить, пожать руку, похлопать по плечу или даже сделать селфи. А каждый первый счёл своим долгом одарить меня укоризненным, злобным, а то и вовсе ненавидящим взглядом – это те, кто пролетел со ставками. На моё счастье, зыркали они издалека, оттеснённые плотным кольцом тех счастливчиков, что подняли денег или просто получили удовольствие от зрелища, оставшись при своих. Не знаю, что бы я делал без Вовы и Инес – только благодаря им и удалось протиснуться сквозь толпу без особых потерь. Ну, как особых? «Чека» – вернее, его символической распечатки в формате не меньше А2 – я таки лишился. Разодрали его на сувениры мои новоявленные фанаты. Туда же – в толпу – ушли бинты, которые я на ходу содрал с рук. Капа? И её прочь, не жалко. Зато кто-то станет немного счастливей. Майка? Нет, майку фигушки. Хотя шорты бы с удовольствием скинул – оказывается, я их кровью заляпал. Естественно, не своей. Но снимать штаны как-то неприлично, особенно прилюдно, так что пришлось терпеть до трака. И только там, оторвавшись от основной массы почитателей, я избавился от остатков экипировки и влез в повседневный комбез. А там и в кабину кое-как втиснулся, оставив Вове возможность порулить. Надо сказать, тот времени даром не терял и успел устроить небольшой аукцион, что называется, не отходя от кассы. И уже по дороге похвастался, что поднял с продажи одёжки пять штук либеро, которые посулился потратить на новую спортивную форму. Нет, не для себя! Как ты только мог такое подумать, Профессор?! А для кого? Вестимо, для лепшего кореша, который умеет делать деньги из ничего! Цени, Проф!

Так и катились сначала по заброшенной промке, потом по более-менее населённой, а затем и до мастерской добрались практически в гордом одиночестве. Если, конечно, не считать Инес, которая плелась сзади на «Эль Торо». Реально плелась, подстраиваясь под нас. А ещё проявила обычно для неё несвойственную заботу, решительно запретив мне даже думать вылезти из кабины – вон, Влад здоровый кабан, пусть ворота и открывает! И закрывает потом, да-да. Следом, как нетрудно догадаться, началась суета с самолечением… нет, не травами, а мазями, антибиотиками и компрессами, изрядно приправленная ахами и вздохами по поводу моей непутёвости, а также восторгами касательно моих боевых умений, причём в такой концентрации, что Вова и слова вставить не мог. Возможность эта у него появилась сильно позже, когда Инес, утомлённая медицинскими хлопотами, упорхнула в душ, наказав не ждать её как минимум полчаса. Потому что заслужила, да-да. Это у неё теперь такая манера подчёркивать наиболее важные моменты. Подцепила у кого-то. Ума не приложу, у кого. И на Вову тут пальцем показывать не надо – это точно не он. Скорее, сам от Инки заразится в скором времени.

Надо сказать, к разговору мой напарник подготовился загодя, притащив для себя точно такой же складной стул, как и тот, на котором Инес меня пользовала. В медицинском смысле, а не то, что вы подумали. И, устроившись прямо напротив, заявил:

– Ладно, Проф, выкладывай!

– Что?! – вяло отгавкнулся я.

– Всё! – решительно рубанул Вова воздух ладонью. – Я же вижу, что тебя что-то гнетёт!

– Да не, не гнетёт, – отмахнулся я. – Скорее… непонятки.

– О, этого добра богато! – поддержал меня напарник. – Ты на Пепе намекаешь, да?

– Угу, – кивнул я с проблеском интереса. – А ты тоже заметил?

– Что он как киборг? – уточнил Вова. – Ну, это трудно было не заметить. И где только умудрился такой «фармы» надыбать?!

– Так ты думаешь, что он был на допинге? – с сомнением уставился я на напарника.

– А у тебя есть другое объяснение? – уставился тот на меня в ответ. – Проф, не смеши мои тапочки! Я видел все его бои! И он в самом первом запалился, помнишь, в третьем раунде?

– А до того что же? Спецом сдерживался? Или у этой «фармы» действие отложенное?

– А до того он тупо играл на публику, – покровительственно ухмыльнулся Вова. – И где только научился! Даже я чуть не повёлся.

– А я сразу от него какой-то херни ждал, – признался я.

– И с х… э-э-э, на каком же основании? – заинтересовался Вова.

– Просто запомнил, какой у него взгляд был тогда, на дороге, – пояснил я. – Всего троих хорошо разглядел из всей шоблы, и они точно были либо обдолбанные в хлам, либо фанатики. Но всё равно угашенные. Потому что не бывает у людей в нормальном состоянии – ну, более-менее – таких взглядов!

– Хм… странно… а я ничего такого не заметил. Ни вчера, ни сегодня, – признал напарник.

– Вот как раз это меня и насторожило, – вздохнул я. – А потом сам видел, что было. У него открытый перелом, сустав в хламину, а он в драку рвётся! Кстати, тренер…

– Да, ученичок?..

– Спасибо.

– Кушай, не обляпайся! – барственно махнул Вова рукой. – Пошла моя наука впрок, что не может не радовать. Хотя техника корявенькая, да и контроля никакого. Кто же вот так сразу руку ломает?! Надо было болевой обозначить!

– Не-а, тогда бы ничего не вышло, – помотал я головой. – Расчёт был только на внезапность и жёсткость. Как видишь, прокатило.

– Это только потому, что правила крайне демократичные, – заметил Вова. – В любом другом турнире дисквалифицировали бы за такое, и вся недолга. Так что повезло тебе, Проф.

– Да и хрен с ним! – отрезал я. – Вов, тебя в ринге не было. А в тот момент мне даже на дисквалификацию было плевать. Тут бы относительно целым уйти, и то в радость.

– Реально до такой степени? – прифигел напарник.

– Ты не поверишь, – тяжко вздохнул я. – Про деньги и выигрыш почти не думал. Нет, мелькало что-то такое в голове, но далеко не на первом плане.

– Ладно! – хлопнул себя по ляжкам Вова. – Хорошо всё, что хорошо кончается! Теперь бы только Серёгу не опрокинули со ставкой!

– Не опрокинут, – буркнул я, занятый своими мыслями.

Крайне невесёлыми, должен признать. И этот факт не укрылся от пытливого взгляда Вовы:

– Проф?..

– В общем, хочешь, верь, хочешь, не верь, Вов, но… я думаю, что «дикие» как-то подсаживают себе «мускус»! – выпалил я, мысленно махнув рукой на общую стрёмность этой заявки. – Без понятия, как именно, но… однозначно что-то у них в тушках есть. Что-то, что и превращает их в «диких». Потому что нормальные люди, даже на всю башку отмороженные, так себя не ведут, согласись.

– Н-да-а-а… – задумчиво протянул напарник, взглянув на меня… с сочувствием?

Тьфу, зараза! Вот не хотел же говорить! С другой стороны, чувствовал, что надо выговориться. Дилемма, короче.

– И всё? – уточнил я. – Больше ничего не скажешь?

– Да погоди ты, Проф! – отмахнулся Вова. – Дай с мыслями собраться!

– Собирайся, – не стал я спорить.

– У меня два вопроса, Проф. Догадываешься, какие? – ожил напарник после довольно длительной паузы.

– Как и на хрена? – предположил я.

– Именно! – уставил на меня указательный палец Вова. – Причём второй вопрос важнее. С первым-то более-менее понятно: скорее всего, кто-то когда-то в «мускус» вляпался по неосторожности, потом словил приход, начал слышать «духов гор», и понеслось.

– Вов, а тебе не кажется, что ты сейчас и на второй свой вопрос ответил?

– Чтобы сильнее глючило?! Реально?! Проф, это каким же надо быть дебилом?!

– Фанатичным? – выдвинул я встречную версию.

– Хм… ладно… допустим, предположим. Но с чего ты вообще решил, что они «мускусом» упарываются?! – предпринял Вова последнюю попытку посадить меня в лужу. – Внешних же признаков никаких!

– А ты знаешь, какие они должны быть? – парировал я. – В смысле внешние признаки заражения «мускусом»?

– Да без понятия! Но я о других признаках, той же боевой «фармы»! Где его ярость звериная? Где жестокость? Где бесстрашие и готовность переть напролом? Да он же был спокойный, как танк! Такое после «транка» можно допустить, но никак не после «озверинчика»!

– Ну и с чего ты это взял, Вов?

– Да весь мой опыт об этом говорит! – заверил тот. – И опыт, поверь, немалый! В армейке всякого насмотрелся! А у этого из всех признаков только притупление болевых рецепторов, да и то не полное! Вон он как вопил, когда ты ему руку сломал! Только недолго.

– То есть твоя версия – некая «фарма»?

– Ну а что ещё?! Не «мускус» же! И я решительно не пойму, с чего такие фантазии.

– Я… видел, – признался я.

– Видел что? – с бесконечным терпением в голосе уточнил Вова.

– Что-то. В глазах.

– Понятнее не стало, Проф.

– Не поверишь, Вов, такая же фигня.

– Ну а с хрена ли тогда?! – возмутился напарник.

– Говорю же, видел!!!

– Что?!

– Да как же тебе объяснить?! А! Вот! – хлопнул я себя по лбу. Вернее, слабенько шлёпнул, с учётом общего состояния организма. – Ты когда-нибудь видел глаза у рептилий? У некоторых есть такое дополнительное веко, прозрачное…

– Так, ну-ка, погодь! – склонился Вова над смартом. – Это?

– Ну, типа, – кивнул я, просмотрев короткое видео.

– Теперь видел, – подтвердил напарник. – И что?

– У Пепе в глазах было что-то похожее.

– Фигасе… – На этот раз Вова молчал ещё дольше, переваривая новость. Впрочем, вывод он снова сделал неправильный: – Ты хочешь сказать, что Пепе… пришелец? Но их же… не бывает!

– Нет, мы их просто пока ещё не встретили, – перебил я напарника. – По-любому кто-то или что-то есть, но может запросто так оказаться, что мы тупо не поймём, с кем… или с чем имеем дело. Кто сказал, что пришельцы обязательно должны быть гуманоидными? Или вообще хоть сколько-нибудь антропоморфными? А вдруг это разумная плесень? Или вообще океан?!

– Проф, ты слишком много старой фантастики читаешь, – укоризненно покачал головой Вова. – Ещё скажи, что это мозговые слизни! Или рептилоиды, маскирующиеся под «диких»! Отсюда у Пепе и дополнительные веки! Вот только эта версия не выдерживает критики. Потому что если бы он был рептилоидом, медик бы это заметил! Впрочем, как и прозрачное веко! А он не заметил!

– Не заметил, – признал я очевидное. И развил мысль: – Потому что это и не веко. И вообще не дополнительная часть тела. Это что-то вроде… даже не паразита, а, скорее, симбионта. И он имеет довольно ограниченные ресурсы, а потому вынужден прикрывать наиболее угрожающие участки, перемещаясь туда-сюда по тушке. То болевой порог увеличивать, то поглощать ударные нагрузки…

– Проф, а ты чего замолчал? – забеспокоился Вова. – Осенило? Опять?

– Я, кажется, понял…

– Что именно?!

– Да нет, ничего, – стряхнул я оцепенение. – Может, и показалось. Короче, надо думать. И искать доказательства. И ты, дорогой друг Вова, мне в этом поможешь. В конце концов, добыча информации это же твоя специализация?

– Ну, типа, – не стал юлить тот. – А что нужно?

– А нужно, Вов, погрузиться в мир городского фольклора, – пояснил я. – Городские легенды, детские страшилки, загадочные смерти либо исчезновения… да чего я тебя учу? Ищи всё необычное, сколь бы невероятным оно ни казалось. Особенно на тему «диких». Откуда взялись, как живут, чем дышат. Ну и про «мускус» как можно больше инфы нарыть не забудь, даже самой бредовой. Особенно самой бредовой. А дальше уж я разберусь. Учёный я, или где? Главное, правильный методический подход применить.

– Уверен, Проф? – с прищуром уставился на меня напарник.

– А что, есть проблемы? – усмехнулся я. – Не потянешь?

– Я-то потяну, – вернул мне усмешку Вова, – а вот ты, Проф, боюсь, попросту утонешь в океане бесполезной информации. Уж поверь моему богатому опыту.

– Если начну зашиваться, так тебе и скажу, Вов.

– Замётано! – подмигнул тот. И сменил тему на более безопасную, поскольку Инес соизволила выйти из душа: – Ты мне вот что лучше скажи, Проф: как тебе тот бразильский парнишка?

– Дьогу-то? Да ничего так, шустрый. И в общении приятный.

– Это вы про того симпатичного мулата, мальчики? – с ходу влилась в разговор Инка. – А я его дядю знаю!

– А вот это совсем хорошо! – оживился я. – А то я тупанул и забыл контактами обменяться…

Дальше беседа, как вы понимаете, потекла в относительно безобидном русле. А к теме аномалий и подозрительных особенностей «диких» мы ни вчера, ни сегодня не возвращались, причём даже не сговариваясь. Зато мне и впрямь стало гораздо легче – излил душу, перевалил часть ноши на чужие плечи, и рад. Впрочем, Вова на подобные заморочки с моей стороны сроду не жаловался, ибо судьба у него такая.

– Легко отделались, говоришь? – дружески хлопнул меня по плечу Серёга, заставив вынырнуть из глубин воспоминаний. – Я бы так не сказал! Со стороны всё выглядело довольно стрёмно. Я даже в какой-то момент усомнился… ну, в вашей ставке! Впрочем, кто я такой, чтобы за вас решать? Да и деньги ваши. Так что…

– Спасибо, Серый! – от души поблагодарил я, только сейчас осознав масштаб аферы. И глубину возможных последствий. Нет, не в плане финансов, а для здоровья. Аж мурашки по спине пробежали. – Но Вова прав, что было, то прошло. Проехали.

– Проехали, – и не подумал спорить Серхио. – Но вы это, если что, имейте в виду. В случае чего я тоже в доле. А этот раз считайте демонстрацией возможностей. Ну и проверкой на вшивость заодно. Надеюсь, я её прошёл?

– Надейся, – булькнул Вова пивом.

– Всего лишь надеяться? – опешил охотник. – Ну вы!.. Чё опять не так-то?!

– А фиг ли ты скрытничаешь? – конкретизировал я Вовину позицию.

– Да где?! – ещё сильнее прифигел Серёга.

– Прямо здесь и сейчас! – отрезал я. – Ну-ка, колись давай, за каким хреном в саванну нас потащил?! Неужели нельзя было у нас в мастерской перетереть? А уж пиваса бы там точно не хуже попили! Или даже лучше, с удобствами! Ну?! Мы ждём, Серый!

– Да не люблю я этого всего, – нехотя признался тот.

– В смысле? – вернулся в беседу Вова. – Серёг, понятнее не стало! Всего – это чего?

– Ну, город, пыль, уши чужие повсюду… дышать мне там трудно. В саванне привычней, да и свободней.

– Ох, темнишь! – не повёлся мой напарник. – Любитель свежего воздуха нашёлся! Тут пыли, между прочим, ничуть не меньше!

– Зато потрещать можно без опаски, – пожал плечами охотник.

– Ага! – наставил на него указательный палец Вова. – Я так и знал! Ну и в чём оно заключается?

– Кто?!

– Не «кто», а «что»! Предложение, от которого мы с Профом не сможем отказаться!

– Или сможем, – хмыкнул я. – И это даже более вероятно. Особенно если и дальше темнить станешь.

– Ладно, хрен с вами! – сдался Серхио. – Не хотел вас пугать, но…

– Но?.. – заломил бровь Вова.

– В общем, надо бы вам, парни, из города на пару-тройку деньков сдёрнуть, – с серьёзным видом, дабы мы, не дай бог, не заподозрили подначку, заявил охотник. – Есть инфа… инсайдерская, если вы понимаете, о чём я… что некие уважаемые, но иногда излишне импульсивные люди решили вас склонить к сотрудничеству. А они не привыкли, чтобы им отказывали.

– Ты про «лос атлетас», что ли? – буркнул я.

Чёрт! Так и знал, что не хрен в авантюры всякие ввязываться! Но бабки победили. В который уже раз, кстати.

– Не про всех, – мотнул головой Серёга. – На вас конкретно «лос пумас» глаз положили.

– Хм… кто такие? – уточнил Вова. – Первый раз слышу.

– А они и не на слуху, – пояснил охотник. – Наоборот, шифруются. Потому что даже в нашем славном Порто-Либеро на гладиаторские бои со смертельными исходами смотрят косо. Вот они и сидят… на тёмной стороне.

– На хрен! – незамедлительно отпёрся я от подобной перспективы. – Вот уж чего точно не надо, так это подпольных боёв! Никакие бабки жизни не стоят!

– Ну, это ты им объясни, – вздохнул Серхио.

– А не гонишь? – с подозрением уставился на него Вова. – Может, слухи?

– Может, и слухи, – не стал спорить охотник. – Но я бы в любом случае подстраховался. Если и впрямь на Олега глаз положили, то как раз следующие два дня самые стрёмные. Куй железо, пока горячо.

– А что через два дня изменится? – озадачился я вслух. – Передумают меня подписывать?

– Вряд ли, – обломал меня Серёга. – Но их активность заметят остальные «лос атлетас», и «пумам» будет гораздо труднее прижать тебя к стенке.

– Хм… ладно! – Вова одним глотком выхлебал остатки пива из бутылки, закинул опустевшую тару в мусорный мешок и потянулся за следующей. – Какое у тебя конкретное предложение, Серый?

– Конкретное? – на миг призадумался тот. – Конкретное… а поехали на охоту, пацаны? Вот прямо завтра с утра, а ещё лучше вообще затемно! А? Как вам?..