Порто-Либеро, 16.10.23 г. ООК, ближе к вечеру

Инес не слукавила ни на йоту – сюрприз оказался реально интересный. Впрочем, как и весь выезд на пострелушки в целом. Разве что анонсированный сюрприз случился раньше основного веселья, а именно, как только мы выехали из Порто-Либеро по северо-западному направлению и принялись отчаянно пылить по грунтовке вдоль владений аграриев. В этой стороне я ещё не бывал, что и не удивительно – в городе без году неделя, а потому не самый высокий скальный массив, остающийся по левую руку, то бишь вдоль моря, вызвал у меня законное удивление:

– Ин, что это?

– Заметил? – лукаво улыбнулась девушка. – Это тот самый сюрприз.

– Хм…

– А ты на что-то ещё надеялся?

– Ну-у-у…

– Для «ну-у-у-у» тут слишком людно! – обломала меня зазноба. – Потом как-нибудь выберемся.

– Только меня предупредить не забудьте, голубки! – не в тему влез Вова, который всё прекрасно слышал через гарнитуру – мы не дураки выезжать за город без связи. А приблуды прекрасно себя зарекомендовали ещё в день бегства из Мэйнпорта.

– А тебя-то зачем?! – возмутилась Инес. – Ты этот, как его?.. Который подглядывает?

– Ещё скажи, режиссер порнухи! – захохотал мой напарник. – Нет! Просто чтобы я был в курсе, где вас искать. Ну и что хата свободна!

– Ладно, уговорил! – прервал я Вовины разглагольствования и вернулся к зазнобе: – Так что это? Скалы?

– Так-то да, – кивнула Инес. – Но некоторые – не будем показывать пальцем! – говорят, что руины!

– Руины? – непроизвольно взлетела у меня от удивления бровь. – Чьи?! Тут что, до нас была колония?

– Насколько мне известно – нет, милый.

– Ну и с фига ли тогда руины? – окончательно запутался я. – Здесь же нет разумной жизни?!

– Сейчас нет, – загадочно блеснула глазами девушка. – А раньше… кто знает?..

– Корпы? – предположил я.

– Тогда уж скорее военные с баз, – выдал альтернативную версию Вова. – Но они бы тогда не допустили на планету корпорацию. Так что концы с концами не сходятся!

– Вот и у «лос муниципалес» тоже! – весело подтвердила Инес. – Они у нас люди сугубо практичные, особенно сеньор Морено, который мэр!

– Практичные – это хорошо! – заключил Вова. – Практичные, значит, договороспособные. Хватит с нас уже беспредельщиков и фанатиков, нам надо делом заниматься.

– Да погоди! – перебил я напарника. – Ин, это что же получается, есть те, кто?.. Ну?..

– Ага! Конспирологи доморощенные! – снова кивнула девушка. – Но ты не переживай, милый, тебе с ними общаться не придётся! Разве что только иногда.

– Хм… это кто же у нас может быть таким… доверчивым? – задумался я вслух. – «Механики»? Вряд ли… «Рыбаки»? Так у них интересы вообще в другой плоскости… «аграрии»?

– Они, деревенщина неотёсанная! – подтвердила мой вывод Инес. – Да и что с них взять? Мышление мифологизированное, кругозора никакого…

– Фигасе ты заговорила, подруга! – восхитился Вова. – Прямо чувствуется за спиной «вышка» технической направленности!

– Увы, я всего лишь самоучка, – вздохнула зазноба. – Но талантливая, если верить дяде Себастьяну!

– Так что ты там про «аграриев» говорила? – вернул я беседу в конструктивное русло.

– Слишком они суеверные, вот что! Голоса всякие слышат, видения им мерещатся! Мрак, в общем! – фыркнула Инка.

– А чего так пренебрежительно, радость моя? Они ведь, по сути, из вас всех ближе к природе… вот и чувствуют всякое!

– Скажи ещё, шаманов слушаются!

– А что, и такие есть?! – изумился я. – Вы ж вроде все, в отличие от нас, агностиков, добрые католики?!

– Да всяких хватает, – отмахнулась девушка, – особенно этих, из Санта Муэрте! Там, по факту, каждый второй с прибабахом!

– Неужели специально отбирают? – поразился я.

– Не, сами как-то кучкуются, милый.

– Подобное к подобному, – хмыкнул у себя в пулемётном гнезде Вова. – Было бы странно, если бы было как-то иначе… а чего они на выселках?

– Во-первых, так удобнее, – принялась перечислять Инес, – к полям ближе. А поля, соответственно, от нас подальше. Ну и пастбища тоже, которые ничуть не лучше. Будем мимо проезжать, сами поймёте, почему это важно. Ну а во-вторых… остальные фракции не очень-то их и жалуют. Говорю же, дверью пришибленных много. Из них, кстати, в основном к «диким» народ и уходит.

– То есть налицо явная аномалия, – заключил я, с новым интересом присмотревшись к скальному массиву – ну, насколько обстановка позволяла. Рулить-то всё равно мне. – То есть вот эти вот персонажи с прибабахом заявляют, что это именно руины? Причём остались они не от старой заброшенной колонии, а от неких разумных обитателей Роксаны, сгинувших в давние времена?

– Не факт, – помотала головой Инес.

– Уточняй, будь любезна, радость моя!

– Я говорю, не факт, что сгинувших! И уж точно не в давние времена! В смысле «аграрии» так говорят! Не все, но многие!

– Фига себе! – удивлённо присвистнул я. – А с чего это они вообще взяли?

– Так известно с чего! – усмехнулась девушка. – Им духи сообщили!

– Через шаманов, небось? – хмыкнул Вова.

– Ну а через кого же ещё?! – отплатила ему той же монетой Инес. – Только они себя шаманами не называют, предпочитают название «эскучар эспиритус», «слышащие духов». Ну а народ, как водится, сократил до «эскучо». И это, парни! Не вздумайте с ними связываться! До добра не доведут!

– Типа, ещё хлеще, чем твои «рыбаки» или «лос койотас»? – моментально ухватил суть Вова.

– Именно!

– А почему, если не секрет?! – продолжил допытываться мой напарник.

– Они не только с «аграриями», они ещё и с «дикими» якшаются! – пояснила девушка.

– И им позволяют?! – прифигел Вова.

– Ну а как иначе?! – удивилась Инес. – С «дикими» же как-то надо связь поддерживать! Там и родственники у многих, да и торговля какая-никакая!..

Вот так вот. Век живи, век учись, дураком помрёшь. Осталось только выяснить, что корпы с ними тоже связь поддерживают, и тогда у меня произойдёт окончательный и бесповоротный разрыв шаблонов. Впрочем, уже. Как-то я совсем иначе представлял реалии Порто-Либеро, почему-то думал, что это просто развесёлый город, над которым не довлеют корпоративные догмы. А тут всё ещё хлеще, если разобраться. Один плюс – старые долги на мне больше не висят. И теперь главное не наделать новых. А вот с этим очевидные проблемы, как показали эти несчастные три дня. Как говорится, то ли ещё будет!..

И ведь как в воду глядел! Понятно, что пророчество Инес насчёт полей и «аграриев» в целом сбылось очень скоро – уже километров через пять от промки даже моё не самое чуткое обоняние уловило характерное амбре от животноводческих комплексов, хотя таковых поблизости и не оказалось. Но это несоответствие мгновенно разрешилось, стоило лишь мне озвучить вопрос. Со слов Инки выходило, что стада стадами, свиньи свиньями, но удобрения никто не отменял. А поскольку с минеральными беда, то и льют в поля жидкий навоз, каковым и воняет на всю округу. Хорошо хоть, не круглый год, а лишь периодически. Помимо этого выяснилось, что городская канализация тоже завязана на перерабатывающие мощности «аграриев» – не пропадать же, кх-м, добру? Да и очистным параллельно, чьё именно сырье. Я немного сталкивался с проблематикой в бытность свою учёным-исследователем, так что в курсе, какие там громадины бывают. Сомневаюсь, что здесь такие же, но по-любому есть и биогазовые, и пиролизные установки, и компостные ямы, и обязательно пруды-отстойники. Понятно теперь, почему настолько далеко от основной городской застройки владения «лос гранхерос» вынесены. И да, тут своя, особая атмосфера, ха-ха три раза. И ничего удивительного в том, что многие местные обитатели слегка не от мира сего. Даже с учётом особенностей Роксаны. Попробуй, понюхай всякого в режиме двадцать шесть на семь, и так круглый год, который аж триста тридцать шесть дней! Удивительно, что тут ещё ангелов господних не узрели.

И это мы всего лишь вдоль полей прокатились! Хорошо, что потом взяли ближе к скальному массиву – там и морской свежестью пахнуло, и какая-никакая, а тень. Хотя от пылищи такое соседство не избавило от слова совсем. Впрочем, в любом случае стало легче. Уж лучше дышать пылью и родным спиртягой, чем… ну, вы поняли. А ещё я всю дорогу упорно пытался понять, с какого-такого перепугу кому-то возомнилось, что это именно руины? Скалы как скалы, довольно крутые, заметно изъеденные ветровой эрозией, я бы даже сказал, сглаженные. Кое-где коронные разряды, поутру видимые из рук вон плохо, тлеют. В породах я разбираюсь слабо, тут Вове флаг в руки, но, если верить маркшейдеру Иванову, то тоже ничего необычного – стандартный осадочный песчаник. Странно, что не ракушечник, но именно странно и не более того. Следов обработки тоже нет. Да даже несчастных пещер или хотя бы неглубоких каверн – и тех днём с огнём не сыскать. Ну и с хрена ли это руины?! Я даже не удержался, выразил недоумение вслух, на что и получил от Инки невозмутимое: «Вот поэтому „лос муниципалес“ и не берут в голову загоны отдельных фракций». Как бы этим отдельным фракциям ни хотелось бы. Ну а как иначе, если единственный их аргумент заключается в том, что «руины», видите ли, «говорят» с посвящёнными? Какими посвящёнными, вот этими пришибленными «эскучо»? Да-да, именно с ними. Эвон как! Очень смешно.

Ну а потом мы добрались до стрельбища, и мысли о сомнительных «руинах» моментально выветрились из головы. Кстати, забыл, до того мы ещё в городе кое-куда заскочили, а именно в ближайший оружейный магазин, где и затарились патронами корпоративного стандарта. Оплатить их мы любезно позволили нашим друзьям-охотникам, равно как и боекомплект Вовиного пулемёта, соответствовавший стандарту русско-китайской военщины. Менее распространённому и заметно более дорогому. И потому, что изначально о расходниках уговора не было, и потому, что разворачивать производство боеприпасов на продажу я не планировал. Поэтому интересно, как «шестнадцатые» местную кустарщину переварят, тем более что та, скажем прямо, запредельными ценниками не поражала? Учёный-исследователь я, в конце концов, или погулять вышел? Серёга с корешами, кстати, не возражали, даже для проформы. Ну и дополнительными магазинами пацаны озаботились, я-то от щедрот своих аж по цельному «бубну» на девяносто пять патронов пулеметы снабдил, но и только. Если честно, тупо не подумал. Так что пришлось охотничкам довольствоваться стандартными «рожками» на тридцать, потому что даже на сорок пять тут никто не додумался делать. А импортировать с внешних миров тем более. Кстати, уже потом, на стрельбище, выяснилось, что это даже плюс – чем меня донимать, куда проще обратиться к проверенным поставщикам. Или вообще воспользоваться уже имеющимися в наличии магазинами. Хотя идея для стартапа неплохая – можно смело выводить на местный оружейный рынок магазины повышенной вместимости, если не для ручников, то для всяких «калашоидов». Думаю, и «рожки» на сорок пять, и «бубны» на семьдесят пять найдут своих покупателей. А если ещё сильнее пофантазировать, то и четырёхрядные на шестьдесят можно в обиход ввести. Это помимо тех, на девяносто пять, матрицы к которым у меня уже есть. Главное, вал не гнать, и цену задирать не слишком сильно, чтобы сразу не отпугивала. Концепция, думаю, будет следующая: увидел где-то, понравилось, поискал, подивился цене сильно выше средней по больнице на «рожки», подумал, да и купил парочку! Тот самый случай, когда и хочется, и колется, а мамка ну никак на решение повлиять не может. Ну и насчёт местных патронов переживал я совершенно зря – все четыре испытуемых экземпляра потребляли их с превеликим удовольствием и в огромных количествах, чему, помимо всего прочего, ещё и сменные стволы способствовали. Разве что разброс великоват по сравнению с моими высококачественными, но для пулемёта это даже хорошо.

Справедливости ради нужно отметить, что оружейный маньяк Вова со своей уже привычной игрушкой управлялся куда ловчее коллег-охотников, но кичиться этим фактом не стал, хоть и не упустил возможности подколоть каждого из собратьев по оружию. Но зато и опытом щедро поделился. В результате к концу третьего часа и второго цинка патронов Серёга с корешами с ручниками вполне себе освоились. И это несмотря на то, что обычная их стрелковая специализация совершенно иная. Они, если воспользоваться терминологией вероятного противника, так называемые «марксмены», то есть снайперы в составе отделений. Ну или звеньев охотников, если вам так будет угодно.

Палили почём зря и по мишеням, обнаружившимся на стрельбище в товарном количестве, и по всякому хламу, которым охотники предусмотрительно набили багажники траков – от банок и бутылок (исключительно пластиковых, но хрупких) до тыкв и арбузов. Да-да, и их тут тоже выращивают, как оказалось. Плюс те самые кирпичи из прессованного чего-то (песок, не песок – хрен разберёшь), из которых сложена наша мастерская. И вот они меня больше всего впечатлили. Пулемёты разносили их не просто в пыль, а в труху. И не только пулемёты. Инкин монструозный револьвер не отставал, да и мой собственный ствол тоже – на сей раз я решил похвастаться перед парнями «калашом», копирующим знаменитый АК-12, только переделанный под натовский патрон. Впрочем, не столько перед охотниками, сколько перед Инес. Что-то как-то стрёмно мне её в саванну с одним лишь револьверчиком отпускать. Он, конечно, моща, но плотность огня у него никакая. А тут всё-таки полноценная штурмовая винтовка, пусть и предельно облегчённая. И ведь привлёк девичье внимание! Хотя тут скорее низкий навык сказался, потому что в конце концов Инке надоело смотреть, как её парень позорится перед остальными мужиками, и она у меня автомат отобрала самым решительным образом. А отобрав, продемонстрировала весьма впечатляющее мастерство владения оным. Ладно, ладно! Как минимум не опростоволосилась. Не то что я. Однако в гоночный комплект «двенадцатый» включать отказалась наотрез – дескать, слишком длинный и неудобный. Но, как говорится, у меня с собой было, и уже через пару минут (ровно столько мне понадобилось, чтобы метнуться до трака) я торжественно вручил ей реплику АК-101.

– Что это, милый? – как мне показалось, с долей брезгливости покосилась девушка на «коротыш». – Куцый он какой-то!

– Да ты попробуй сначала, а потом критиковать станешь! – хохотнул оказавшийся поблизости Вова. – Мне-то Проф такой зажал, сказал, обойдёшься!

– А, ну тогда точно надо брать! – показала Инес язык моему напарнику. – Хоть что-то у меня будет такого, чему Влад завидует!

– Да я много чему завидую, – подмигнул тот. – Вернее, кому. Да, Проф?

– Нет, Вов! – вернул я любезность. – Зависть вообще плохое чувство.

– Да я белой!

– Да пофиг! – отбрил я напарника. – Ин, не тяни кота за всякое, стреляй уже! Вон, эти маньяки место освободили!

И впрямь, одна из ячеек в данный конкретный момент пустовала – Серёга, занимавший её ранее, о чём-то увлеченно спорил с корешами. Ну и Вова из своей высунулся, а потому рисковал потерять место. Что называется, афедрон поднял…

К чему такие сложности? Так стрельбище-то не самое огромное, как выяснилось. Вернее, оно довольно обширное, но разделено на три зоны – для короткоствола, штурмового оружия и дальнобойных винтовок. И в каждой зоне ровно четыре оборудованные всем необходимым ячейки, отгороженные друг от друга пластиковыми переборками. Плюс по верху козырёк от дождя и частично от пыли – всё из того же пластика. Равно как и столы с упорами для оружия и штативами для оптики. Я в первый момент даже поразился такой роскоши, и особенно тому факту, что никто её не охраняет. Однако Серёга пояснил, что место не для всех и каждого, а конкретно для охотничьего братства и людей, к нему приближённых. Нет, понятно, что если стрельбище свободно, то не возбраняется и другим пользоваться, но у охотников всё же приоритет. Они же присматривают за порядком и поддерживают комплекс в работоспособном состоянии. Как приглядывают? Да очень просто: вон, вон и вон – камеры. Если кто-то напакостил, по записям мгновенно выясняют, кто именно, и проводят профилактическую работу, в основном по почкам и прочему ливеру, чтобы в следующий раз неповадно было, и заставляют за собой убраться. Ну а что касается зверья… всяким там бегунам-чита здесь делать тупо нечего, а каменные слизняки по какой-то причине настолько близких окрестностей Порто-Либеро избегают.

– Ну а что насчёт «диких»? – не сдержал я любопытства.

– Каких «диких»?! – изумился Серёга. – Что им здесь делать? Они к Порто-Либеро и близко не суются, у них к нашему городу отвращение. Не такое, конечно, как к поселениям корпов, но тоже ничего себе. Иначе с чего бы они на вольные хлеба сваливали?

– Так они из-за этого корпов щемят? – догадался я.

– В том числе, – кивнул охотник. – Ну и пограбить заодно. Милое дело. Приятное, так сказать, с полезным.

– То есть на людей из Порто-Либеро «дикие» не нападают? – влез и здесь вездесущий Вова. – Ну, в окрестностях?

– Практически, – подтвердил Серхио. – Очень редко, и в основном если они с корпами в одном конвое. Ну или если границы нарушить. Вот тогда да. А к нам не суются. Говорю же, отвращение у них!

– Хм…

– Вот тебе и «хм», Профессор! – ухмыльнулся Серёга. – Вот вам, пацаны, ещё один стимул поскорее определиться с фракцией. Ведь тогда вы сможете намалевать на траке отличительный знак, и даже «дикие» с вами связываться не станут, если случайно пересечётесь. Будете опасаться только «таможенников» и отдельных отмороженных личностей.

– То есть как вы?

– То есть как мы, Проф.

– Хорошо, мы подумаем, – буркнул я, сделав вид, что заинтересовался магазином собственного автомата.

Ну а чего? Достали уже. Определимся мы. Обязательно определимся. Но потом. Например, когда окончательно разберёмся в местных раскладах и поймём, какая из группировок представляет для нас наименьшее из зол. В принципе, охотничье братство прямо-таки напрашивается, но… слишком уж у них специфическая сфера деятельности, мне она вообще не подходит. Соответственно, и я им не подойду, даже если они из чувства благодарности и в счёт погашения долга крови таки возьмут нас под перепончатое крыло. Не выйдет у нас жить душа в душу. Рано или поздно подомнут меня, превратив в эксклюзивного поставщика оружия и брони. Обрежут связи со всем внешним миром, монополизируют мои услуги, посадят на фиксированную зарплату, а сами будут бабло грести чемоданами. Впрочем, данный сценарий весьма вероятен и в случае любой другой фракции. Так что надо думать, очень много думать.

Но что это я всё о грустном, да о грустном? Мы ведь не просто так за город выбрались, а с известными целями, одна из которых – получить удовольствие. И да, повеселились мы от души. А потом было возвращение в город – снова мимо «руин» и владений «аграриев», только уже в одиночку: Вова возжелал осмотреть скальный массив поближе, охотникам же время терять было не с руки. Ну и поскольку ничего угрожающего поблизости не просматривалось, плюс у нас куча автоматического оружия (спасибо, Профессор!), пусть и с уже ограниченным боекомплектом (спасибо, мужики!), то Серёга с компанией с лёгким сердцем свалили по своим делам, оставив нас (вернее, Вову) заниматься геологическими изысканиями.

И тот, к моему великому удивлению, занялся, да ещё как! Битый час у скал проторчали, причём нам с Инес оставалось только скучать, наблюдая за брожениями моего неугомонного напарника. А тот и так к каменюке подойдёт, и этак. И чуть ли ни принюхается. А иной раз – вы не поверите! – на зубок обломок попробует. А ещё смартом туда-сюда водит, что твой лозоходец. Видимо, у него во встроенном сканере какая-то специфическая программа есть. Хотя чему я удивляюсь? У самого какого только софтового хлама в гаджете не найдётся! Вплоть до газоанализатора. А тут, скорее всего, просто распознавание минерала по базе. Для этого и банальной фотки за глаза. А Вова ещё и макросъемкой не побрезговал, насколько я смог разобрать.

В конце концов нам с Инес это надоело, и мы нашли более приятное занятие – обнимашки в кабине трака. До чего-то более серьёзного дело не дошло – не при свидетеле же! – но досуг скрасить получилось. И весьма неплохо, доложу я вам! Ну а там и мой беспокойный напарник угомонился.

– Ну и что скажешь, Влад? – встретила его усмешкой Инка.

– Постеснялись бы хоть! – фыркнул тот. – Но чисто технически весьма неплохо, да.

– Дурак! – зарделась девушка. – Я про скалу!

– У Профа в штанах?! – заржал Вова, но быстро заткнулся – видимо, мой кулак, продемонстрированный в окно, впечатлил. – Ладно, ладно! Не буду больше. Ну а скала…

– А что скала? – прервал я подзатянувшуюся паузу.

– Нет, ничего, – мотнул головой Вова. – Просто песчаник. Даже не известняковые отложения, так что надежды на карстовый провал или иные полости никаких.

– То есть монолит? – уточнил я.

– Он самый, – подтвердил напарник и полез в пулемётное гнездо, от растрепанных чувств позабыв активировать гарнитуру. – Поехали, короче!

– Поехали, – не стал я возражать.

Ну а чего? Дел полно. Если кто запамятовал, мне ещё Инкин квад до ума доводить. Оба. И если с одним проблем практически никаких – тут подкрутил да там подтянул – то второй придётся перестраивать кардинально. Да что там перестраивать, фактически строить заново на старой раме! Не на один день работы. И даже не на два. За неделю бы управиться. А если учесть то обстоятельство, что меня то и дело отвлекают по всякой ерунде, то и за две не факт, что успею.

– Энрике, а чего это с Владом? – шепнула Инес, когда мы уже порядочно удалились от мнимых «руин».

– Говори громче, радость моя, он гарнитуру не включил.

– А… почему?..

– Вольдемар изволят-с пребывать в расстроенных чувствах, – пояснил я. – Ты разве до сих пор не поняла, что Вова тот ещё авантюрист, и для него облом в очередной авантюре как нож острый?

– Ну и как это связано с мистикой и прочей конспирологией? – удивилась зазноба.

– В случае с Вовой напрямую, радость моя. Он не просто авантюрист, он авантюрист с прибабахом, совсем как ваши «эскучо». А тут такая шикарная идея накрылась.

– Чёрт! – поразилась Инес. – И как ты с ним только умудряешься работать?!

– А мы с ним друг друга дополняем, а в нужных местах уравновешиваем, – усмехнулся я. – Так сказать, система сдержек и противовесов. Ключевая концепция нашего существования, если ты понимаешь, о чём я.

– Кажется, да, – кивнула девушка и погрузилась в собственные мысли.

В которых, надо сказать, и пребывала почти до самого конца пути, очнувшись уже в прямой видимости нашей мастерской. Да-да, почти как в классическом «ушёл в себя, вернусь нескоро». А вид, кстати, открылся прелюбопытнейший. Причём до такой степени, что даже Вова переборол меланхолическое состояние и врубил гарнитуру:

– Профессор, ты это тоже видишь?!

– Угу, – буркнул я, притормозив за пару построек от родной берлоги. – Как думаешь, что это?

– Ты будешь смеяться, Проф, но… кажется, нас пытаются ограбить!..

* * *

Там же, тогда же

Хм… любопытная концепция. А я бы вот так даже сразу и не сказал. Подумаешь, трак! Подумаешь, кормой к нашим воротам, и запаркован метрах в четырёх-пяти. И что из этого? Просто кто-то ждёт, только и всего. Но, присмотревшись повнимательнее, тоже начал склоняться к Вовиной версии. Иначе на фига трос, на одном конце которого фаркоп чужого трака, а на другом… явно бесчувственная тушка? Плюс ещё одна такая же у самых ворот, до сих пор украшенных граффити и псевдонеоновой вывеской сомнительного качества. Буквально в шаге, как будто где стоял незваный гость, там и рухнул?

– Эй, так это ж они на мой ёмкостный контур нарвались! – дошло, наконец, до меня.

– Молодец, Профессор.

– Вов, ты серьёзно?! А если их насмерть долбануло?!

– Молодец, Энрике!

– Инка! И ты туда же!

– Просто я в тебя верю, милый! – пропела девушка. – Ты не мог ошибиться, так что всё с этими дебилами в порядке. И мой непутёвый братец тому примером.

– Так-то да… – сдался я и двинул трак к мастерской на самой минимальной скорости. – Вов, а чего теперь делать?

– Инес, лапочка? – технично отмазался напарник.

– А что сразу Инес?! – возмутилась та.

– Ну так ты же местная? – пожал я плечами, сопроводив жест умильно-умоляющим взглядом.

– Ну-ка, дай сюда! – цапнула зазноба мой смарт и врубила увеличение в фотокамере. Мало того, ещё и несколько фоток сделала, если судить по характерным щелчкам виртуального «затвора». – Та-а-а-ак… и чего же им здесь понадобилось?

– Да кто там, блин?! – не выдержал я.

– «Лос гранхерос»… милый.

Фига себе! Вот кого угодно ожидал, только не «аграриев». Да и Инка, судя по паузе перед «милым», тоже.

– Ну и как же ты это узнала? – хмыкнул менее впечатлительный Вова.

Он, кстати, если судить по картинке в боковом зеркале, последовал примеру моей подружки, то есть тоже вооружился смартом. Разве что на фото размениваться не стал, врубил сразу видеозапись.

– По эмблеме, как ещё?! – удивилась Инес. – Вон, на дверце! Только у них круг с чем-то, отдалённо напоминающим кукурузу.

– Ха! А я думал, что это конопля!

– Всё бы тебе, Вов, о приятном! Думай лучше, что делать! На Инку, гляжу, надежды никакой…

– Чего это вдруг, милый?

– А у тебя есть конкретное предложение, радость моя? – ухватился я за подвернувшуюся возможность.

– Погрузите этих придурков в трак, как оклемаются, сами свалят.

– И всё?! – хором рыкнули мы с Вовой.

– Ну, можете ещё по ребрам пнуть разок-другой.

– Что-то как-то…

– Ты хочешь сказать сомнительно, Проф?

– Именно, Вов. Помнишь, как говорил классик? Если парень начал безобразничать, и его сразу не пристрелить, то он так ничего и не поймёт!

– Ну это уж слишком, Профессор.

– Даже для нас?

– Особенно для нас, Проф.

– А чего тогда?..

– Эх, вы! – вздохнула Инес. – Всему-то вас учить надо… вызывайте «лос регулярес», они разберутся.

– Чего?! – возмутился Вова. – Ментов?! Э-э-э… в смысле копов?!

– А что такое? – сделала невинное лицо девица. – У тебя какое-то предубеждение против представителей власти, Влад? Неприятные воспоминания, да? Бе-е-е-едненький!

– Ладно, уговорила! – сдался Вова. – Проф, у тебя номер есть?

– Да была где-то памятка… вон, в бардачке вроде… надо же! Пошёл вызов!..

Местные копы, к нашему безмерному удивлению, появились довольно быстро, правда, не в силах тяжких, как я ожидал – всё-таки грабеж это вам не карманная кража! – а всего лишь на одном траке и в количестве двух рыл. Стандартный такой полицейский патруль, даже трак соответствующей – бело-чёрной – расцветки. А вот «люстра» на крыше подкачала, пара жалких проблесковых маячков, которые копы даже включить поленились. Хм… копы. Один, огромный, пузатый и вальяжный, живо напомнил мне незабвенного бригадира Хесуса, а второй, заметно моложе, худой и жилистый, моего бывшего подчинённого Люпе. Здоровяк оказался старшим по званию, а потому к самообезвредившимся грабителям не пошёл, свалил эту обязанность на напарника. Вместо этого жестом приказал нам приблизиться и встать окно в окно, что я незамедлительно и проделал, подивившись про себя лени стража порядка.

– Здравствуй, дядя Хосе! – тут же с видом пай-девочки пропела Инка.

– Привет, племяшка, – буркнул коп и с подозрением уставился на нас с Вовой – не спрашивайте, как это у него получилось со столь близкого расстояния: – Это они тебя в неприятности втянули?

– Нет, что ты, дядюшка! – всплеснула руками Инес. – Кстати, знакомься – это Энрике, мой… э-э-э, молодой человек. А вон там, сзади, его партнёр по бизнесу Влад. Это они Серхио с ребятами помогли на дороге, помнишь?

– Помню, – хмыкнул очередной Инкин дядька, но рожу скроил крайне характерную, типа, знаем мы таких… молодых людей. Только повернись спиной, и сразу что-нибудь учудят. – Так в чём проблема… э-э-э?..

– Энрике, – подсказала Инес.

– А у него самого языка нет, что ли?! – возмутился страж порядка. – Что ты за него впрягаешься, племяшка? Понимаю, друг сердечный… но не до такой же степени!

– Думаю, как лучше сформулировать, сеньор… э-э-э?..

– Вега, – нехотя буркнул коп.

– Так вот, сеньор Вега, нам с напарником… да и Инес тоже, кажется, что вон те два молодых человека намеревались вырвать ворота нашей мастерской.

– Это, интересно, как же? – прокряхтел Вега.

– Известно как – траком, – пояснил я. – Вон, даже трос имеется.

– И с какой же, интересно, целью? – озадачился Инкин дядька.

– Ну, наверное, хотели имущество вынести… сеньор! – подал голос Вова. – Или даже вывезти. У нас там прицеп и куча всякого оборудования.

– Хм… вот как?.. А чем докажете?

Чего?! Мы ещё и доказывать должны? Хотя копа, если разобраться, тоже можно понять – пока что налицо лишь подозрительные личности числом двое, да и те в полной отключке. Ну и трак рядом. И ворота, что характерно, целёхонькие. Ну а трос… это просто трос.

– Ну-у-у… э-э-э…

– То есть у вас, сеньоры, лишь голословные утверждения? – пришёл к логичному выводу страж порядка. – Я правильно понимаю? Ни свидетелей, ни состава преступления, так?

– Получается, так, – вынужденно признал я.

– И чего же тогда вы хотите от «лос регулярес»?! – грозно уставился на меня сеньор Вега. – Чтобы мы им оказали первую помощь? Так уже! Вон, Игнасио озаботился!

Хм… и верно. Проследив за взглядом копа, я убедился, что его напарник уже успел не только привести в чувство чувака с тросом, но и усадить его на землю, прислонив спиной к колесу трака, и теперь направлялся ко второму… чёрт!

– Сеньор! Как там вас?! – позвал я стража порядка, но безуспешно.

– Игнасио! – рявкнул Вега.

– Чего? – на ходу обернулся тот.

– Чего? – переадресовал мне вопрос старший патруля.

– Э-э-э… аккуратней с воротами! Там у меня ёмкостный контур… ну, электрошок! Убить не убьёт, но вырубит надёжно, как показала практика.

– Фигасе! – восхитился Игнасио. – А это зачем, омбре? Вернее, от кого?!

– От комаров! – не выдержал Вова и сразу же поправился: – В смысле от москитов!

– Да не верьте вы ему, сеньоры федералес! – донёсся до нас новый – и подозрительно знакомый – голос. – Это они граффитчика ловили, который им ворота испоганил.

– Анхель? – без особого удивления хмыкнул сеньор Вега, развернувшись на голос всем телом. – А ты-то тут чего? Тоже… этих двух господ ограбить решил?

– Не, у меня к ним просто разговор, – пояснил предводитель давешней четвёрки, ну, где Алехандро главным забойщиком. – Без угроз и рукоприкладства. Вы на меня не отвлекайтесь, я подожду.

И встал чуть поодаль от коповского трака, скрестив руки на груди и украсив физиономию гнусной ухмылкой, не забыв мне подмигнуть.

Н-да… и откуда он на нашу голову? А, всё понятно – вон его тачка, через два дома, а в ней остальные трое, включая дважды побитого Алехандро. Что ж, раз он с корешами по району рассекает, значит, легко отделался. А я уж было опасался, что челюсть ему сломал.

– Ладно, стой, где стоишь, – смилостивился коп. И снова переключил внимание на напарника: – Что там, Игнасио?

– Двое, из «лос гранхерос», – отозвался тот. – В базе есть, но разбойных эпизодов не отмечено. Так, мелкое хулиганство и драки. Всё как у всех.

– И чего бы им тогда в грабителей переквалифицироваться? – озадачился Вега.

– Сейчас спрошу, хефе.

Спрашивал Игнасио недолго, обошёлся буквально парой фраз. Ну, разве что ещё одного из бедолаг по щеке потрепал, чтобы тот сосредоточился на вопросе. А выслушав, характерным жестом велел… убираться!

– Эй, эй, хефе! – возмущенно завопил Вова, но за пулемёт хвататься не стал, что было весьма благоразумно с его стороны. – Как так-то?! Куда это они?!

– Они-то?.. – прищурился от удовольствия Вега. – Куда-то. Полагаю, по своим сугубо аграрным делам. Ведь так, Игнасио?

– Именно, хефе, – кивнул тот на ходу.

И направляясь, что характерно, к полицейскому экипажу, явно вознамерившись занять своё законное место.

– Спросил, чего они тут забыли?

– Мимо проезжали, – пожал плечами коп. – Увидели красивую вывеску. Остановились посмотреть поближе, может, даже сфотографироваться на фоне, ну и… вырубило их.

– А трос зачем?! – не пожелал угомониться Вова.

– Так первый вырубился, а второй его побоялся просто так хватать, – с едкой ухмылкой пояснил Игнасио. – Вот он его и… тросом выдернуть решил. Но не рассчитал и тоже вырубился.

Ну-ну… версия не просто шитая белыми нитками, а абсолютно нежизнеспособная: где на конце троса хотя бы примитивный крюк, я уж не говорю о нормальной «кошке»? Как он его цеплять собрался? Петлей захлестнуть, что твой ковбой с лассо? Очень смешно. Особенно если за шею.

– Это они тебе так сказали, амиго?! – не повёлся и Вова.

– Нет, омбре, это моё личное предположение.

– Так какого хрена?!

– Вов, Вов, уймись уже! – рыкнул я, убедившись, что с грабителями никто разбираться и не собирается. Мало того, те уже благополучно упылили вдоль по улице, обогнув трак с корешами Анхеля. – Сеньор Вега, можно вопрос?

– Только один.

– Почему?

– Почему что?

– Почему вот так? – кивком указал я на поднятую траком неудавшихся грабителей пыль. – За что им такие преференции?

– Ну, давай начнём хотя бы с того, сынок, что ты пока ещё не резидент города, – усмехнулся Инкин дядька.

– Как это?! – снова взвился Вова. – Да у нас даже недвижимость в долгосрочной аренде!

– Вот именно! – поднял указательный палец вверх старший коп. – Поэтому и статус у вас такой, неопределённый. Будь вы гостями города, мы были бы обязаны вас защищать. Но для этого вы должны остановиться в гостинице. А у вас собственная недвижимость, при этом вы не принадлежите ни к одной из фракций и налоги в казну города не платите. Так с чего же мы должны вам… как это? А, вспомнил! Служить и защищать?

– Охренеть! – поражённо выдохнул я. – Сеньор Вега, вы это… специально? Вас тоже кто-то… подослал?!

– Нет, сынок, я по собственной инициативе. Так сказать, на общественных началах. Чтобы ты побыстрее определился и избавил нас от лишних проблем.

– Инка! Скажи хоть ты ему!

– А что тут скажешь, милый? – пожала плечами зазноба. – Дядя Хосе так-то прав. А ещё он вас пожалел.

– В смысле?! – снова возмутился мой напарник.

– В том смысле, сынок, что патруль «лос регулярес» по прибытии на вызов обнаружил двоих пострадавших от несанкционированной защитной системы неизвестной конструкции, и ни малейших следов состава преступления. А пострадавшие, прошу заметить, резиденты Порто-Либеро! Так что скажите спасибо, ребята, что мы вас в околоток не отволокли, до выяснения.

– Спасибо, сеньор Вега! – вымучил я улыбку, получив от Инки чувствительный тычок локтём в рёбра. – Поверьте, мы оценили.

– Вот и хорошо! – заключил старший коп. – Игнасио, пометь в рапорте: пострадавшие… э-э-э, лица, оформившие вызов, претензий не имеют.

– Да, хефе.

– Ведь не имеете? – уточнил на всякий случай Вега, на что мы с Вовой дружно помотали головами. – Тогда поехали. И ещё… удачи вам, парни. И не затягивайте с решением, потому что в следующий раз состав преступления может обнаружиться, и тогда спустить дело на тормозах мы уже не сможем.

– Бывайте, амигос! – поддакнул начальнику Игнасио, а тот в благодарность обдал нас пылью в крутом развороте на месте.

– Н-да… – только и выдохнул я, проводив взглядом коповский трак. – Чудом ушли! Чудом! Как там у классика? Бывайте!..

– Угу, – поддержал меня напарник. – Как сговорились все, право слово! Инес, ты-то хоть что-нибудь бодрящее скажи!

– Кофе?..

– Да тьфу на тебя!

– Вов, уймись. Считай, что мы легко отделались. Сдаётся мне, окажись грабители не из «аграриев», а из какой-нибудь другой шайки-лейки, нас бы точно в околоток уволокли.

– Да за что, Проф?!

– За превышение пределов самообороны, омбре, – с ухмылкой пояснил Анхель, нарисовавшийся возле нашего трака. – Штраф бы содрали, и это как минимум.

– А ещё бы извиняться заставили, – поддержала земляка Инес. – А тут я дяде Хосе улыбнулась…

– А он тебе, радость моя, какой дальности родственник? Родной дядя? Двоюродный?

– Троюродный, милый. Но и этого хватило, чтобы он к вам отнёсся снисходительно. Ну что, я молодец?

– Молодец, – кивнул я. – Дай-ка я тебя поцелую!

– На! – подставила щёку Инка. – И это, пойду я, пожалуй. Вижу, у вас очередные гости с очередным серьёзным разговором…

– Может, «Эль Торо» возьмёшь? – внёс я рацпредложение. – Не думаю, что удастся сегодня нормально поработать.

– Тогда уж лучше «Эль Бизонте», – решила девушка. – С «Эль Торо» ты хотя бы начнёшь, милый.

– Ладно, как скажешь! – и не подумал я спорить.

В принципе, мне вообще параллельно, какой именно квад заберёт Инка. Смысл всей этой затеи в том, чтобы потянуть время и занять более стратегически выгодную позицию – в родной мастерской, где даже стены помогают. Ну и Инес спровадить очень даже неплохо в свете предстоящей разборки. А что разборка будет, это к гадалке не ходи. Чего-то эти парни от нас хотят, и отнюдь не нашего с Вовой присоединения к фракции «лос атлетас». А вот чего именно, мы скоро и выясним. В приватной, так сказать, обстановке.

И ведь снова угадал! Впору уподобиться представителю одной коренной северной народности и поражённо воскликнуть: «Шаман, однако!» Но я таки сдержался, хоть и пыхтел недовольно, пока отключал ёмкостный контур, выгонял Инкин квад и загонял трак собственный. Потом осталось только вернуть ворота на место (с деактивированной защитой, от греха), убедиться, что Инес благополучно свалила в туман… или, что вернее в нашем случае, в пыльное искрящееся облако, и коротким движением головы позвать всех заинтересованных лиц в главный бокс. Ну а чего? На стороне гостей всего лишь двойной численный перевес, да и то условный – сомневаюсь, что Алехандро сейчас полноценная боевая единица. После утреннего нокаута оклематься не так-то просто. Честно говоря, он меня весьма удивил тем, что сохранил хотя бы частичную дееспособность. Опять же, все на виду, не нужно гадать, что они там, на улице, творят. А ну как учудят какую-нибудь крайне неприятную хрень? Оно нам надо? Правильно, оно нам не надо. Ну а нам с Вовой, как я уже и говорил, дома и стены помогают. Эх, смонтировать турели, что ли?! Вон, прямо под потолком. Конфигурация помещения такова, что даже парочки за глаза. И чтобы комбинированные, полноценный огнестрел параллельно с травматом. Да какой, к бесам, огнестрел?! Пневма! Вот наш выбор. Два контура – в одном давление повыше, в другом пониже. И в один металлических шариков натолкать, а в другой – пластиковых. И переключать с кнопки! Заработала мысля-то, заработала! Вот только где времени взять на это всё?! На мне, напоминаю, ещё квады Инкины висят. И это только в ближайшей перспективе. Понятно, что некая финансовая «подушка» у нас присутствует, но, как показала практика, в Порто-Либеро жизнь непредсказуема, боюсь, хватит её максимум на пару месяцев, а то и меньше. Так что надо запускать коммерческую деятельность. Или плюнуть на бабло и сначала капитально себя обезопасить? Да не, бред! Сидя на осадном положении, в бизнес не встроишься. А к тому моменту, как встроимся, столь крутые меры уже будут без надобности. Но кого же всё-таки выбрать?..

– Ну что, амигос, перетрём без свидетелей? – напомнил о себе Анхель, вынудив меня вынырнуть из полуабстрактных размышлений.

– Отчего ж не перетереть? – хмыкнул Вова, занявший стратегическую позицию посреди площадки, ограниченной траком, прицепом и стенами. – Перетрём, обязательно перетрём. И прямо сейчас. Да, Профессор?

– Угу, – буркнул я, устроившись на порожке трака.

Тоже, признаюсь, с неочевидными намерениями – во-первых, расслабить оппонентов безобидной позой, а во-вторых, мне так очень удобно тянуться до «глока» в набедренной кобуре. Буквально одно плавное движение, как Вова учил. У него, кстати, тоже «глок» наготове, и тоже на бедре. Пулемёт, ясное дело, он в траке оставил. А вот у наших, кхм, гостей оружия нет. По крайней мере, на виду. Так-то наверняка у каждого по стволу, а может, и не по одному, но им за самопалами всяко дольше лезть. Плюс встали они не самым удачным образом – кучкой перед входом, он же выход. Заводила Анхель чуть впереди, по факту, глаза в глаза с Вовой, побитый Алехандро умостился задом на краешке верстака (или чего-то типа), доставшегося мне по наследству от предыдущих арендаторов, а остальные двое перекрыли путь отступления, то бишь дверцу в воротах. И всё это на относительно небольшом пятачке, на котором впору мордобой устраивать, а не огневой контакт, ибо для последнего слишком тесно.

– Так чего ты от нас хочешь, э-э-э?.. – вопросительно покосился Вова на предводителя.

– Анхель, – правильно понял тот заминку моего напарника. – Алехандро вы уже знаете. А это, – дёрнул он головой в сторону двоих последних корешей, – Пабло и Панчо.

– Тёзки, что ли? – не удержался от подначки Вова. – Так кто из вас кто?

– Я Пабло, – поднял руку тот, что стоял правее Анхеля.

– А я Панчо, – буркнул «левый». – И мы не тезки, мы двойняшки.

Так вот оно в чём дело! А я-то всё думаю, что в них не так? А оказывается, они братья. И сходство, если присмотреться, очевидно. Что телосложение, что отдельные черты лица… разве что характеры разные: Пабло порывистый и эмоциональный, а Панчо… не сказать, что тормоз, но как минимум меланхолик. Во всём же остальном типичные молодые латиносы из мелкой шпаны. Со всей соответствующей атрибутикой. Разве что рубашки разного цвета. Анхель, кстати, чуток их постарше, и очевидно поумнее, за счёт чего и выбился в лидеры. Или просто понаглее, это тоже не исключено. А вот Алехандро в этой четвёрке явно лишний. Такое ощущение, что приданный старшими товарищами на усиление низовой бандитствующей ячейке, да так и оставшийся с ней по неизвестной – пока неизвестной – причине.

– Я Влад, – выказал ответную любезность Вова. – А это мой напарник, Генри. Так что вы от нас хотите, амигос? Я так понимаю, позавчерашний ваш визит пошёл немного не по сценарию? Вам поручили нас припугнуть, а вместо этого случился облом, который заставил вас поменять планы?

– В общих чертах, – кивнул Анхель. – Ты, омбре, угадал. Слишком умный…

– …убивать пора? – без улыбки завершил фразу Вова. – А силёнок-то хватит?

– Не, убивать вас и в мыслях не было, – тут же ушёл в отказ Анхель. – Припугнуть – да. Побить слегка – это вон его, Алехандро, задача. Но чтобы убивать?! Вы за кого нас вообще принимаете, амигос?

– За мелкую шпану, – буркнул я, окончательно определившись с линией поведения.

Надо этого шустряка Анхеля спровоцировать на необдуманные поступки. А на нервах, глядишь, и проговорится. А такая вот моя манера общения – короткие рубленые фразы, да ещё и нарочито пренебрежительные – выведут из себя даже гранитную статую. Проверено на практике.

– Полностью поддерживаю, Проф! – ухмыльнулся Вова прямо в лицо Анхелю. – Шпана и есть шпана.

– Мы, вообще-то, не с тобой перетереть хотим, рыжий! – с трудом удержавшись от чего-то более резкого, рыкнул Анхель. – Ты нас не интересуешь по определению. Хитрозадых не уважаем.

– А придётся, – ещё гнуснее ухмыльнулся мой напарник. – Потому что в нашей команде переговорщик я. И я же главный менеджер. Проф, он такой, по доброте душевной никогда реальную цену не назначит. Завсегда пойдёт на уступки. Вот и приходится за ним присматривать.

– Генри, – проигнорировал Анхель Вову, – ты готов нас выслушать?

– Внимательно.

– Короче, – воодушевлённо начал говорливый гость, – нам надо…

– Нам тоже, – перебил я. – Вова, фас!

– Вот видишь, омбре, – развёл руками тот, – никак не получается! Полномочия переговорщика делегированы вашему покорному слуге. И я готов вас внимательно выслушать, амигос! Только давайте коротко и по существу.

– Да пошёл ты! – рыкнул Анхель, вознамерившись толкнуть Вову в грудь, но в последний момент сдержался. – Генри?..

– Влад слушает. Коротко и по существу.

– Ладно! – сдался предводитель визитёров. Кстати, надо отдать тем должное, они даже не пытались встрять в дискуссию – морщились, хмурились, но молчали. А Алехандро, такое впечатление, вообще на всё пофиг. Похоже, мутит его, что и неудивительно при сотрясении мозга, даже лёгком. – Короче, амигос, тема такая! Ты, Генри, должен принять участие в турнире по боям без правил. Турнире «тёмных лошадок», если точнее. И, самое главное, лечь в финале.

О-фи-геть! Дежавю, говорите? Ну да, ну да… и как только я сдержался, просто не представляю! А ведь первый порыв был встать с подножки да отму… – отставить! – отделать незваных гостей по первое число. Так, чтобы минимальную подвижность сохранили и унесли ноги из мастерской, но урок бы надолго запомнили. Однако невероятным усилием воли я загасил вспышку ярости в зародыше, медленно выдохнул, прогоняя воспоминания о Беатрис и боксе, и процедил:

– Нет. С таким предложением – сразу на хрен!..

– Но ведь ты же даже не выслушал наши условия, амиго?! – изумился Анхель. Судя по его расстроенной роже, уж чего-чего, а вот такой вот моей реакции он ну никак не ожидал. – Десять процентов от выигрыша по ставке твои! А это, уж поверь, очень хорошие деньги! Там люди на тотализаторе сотни штук поднимают! Алехандро, ну хоть ты ему скажи!

– Тема верная, омбре, – поддакнул тот вожаку с верстака, но как-то неуверенно.

Видимо, не самое лучшее самочувствие сказалось.

– На хрен, – снова мотнул я головой, и всем своим видом продемонстрировал, что в продолжении разговора не заинтересован.

– Влад?! – ухватился Анхель за последнюю соломинку. – Если ты менеджер, то должен осознавать – дело верняк! При таких навыках Генри легко сумеет турнир выиграть, но если ляжет в финале, когда на него уже очень много поставят, то можно конкретно погреть руки!

– Анхель, друг мой, – с бесконечным терпением в голосе начал Вова, – поверь, у нас уже есть опыт в подобных делах. И он исключительно негативный. Нельзя нае… – отставить! – наколоть систему. Даже если получится провернуть вот этакую аферу, где гарантия, что деньги вам отдадут? Вы кто, собственно, такие? Шпана! Ну и к чему серьёзным людям вам что-то выплачивать? Да вас проще грохнуть и бросить в саванне, чтобы трупы зверьё растащило. Я понятно объясняю?!

– Да ты не понял, амиго, это не тот случай! – начал откровенно горячиться Анхель. – В любом другом турнире с тотализатором именно так бы всё и было, но не в «тёмных лошадках»! В нём основной смысл как раз в непредсказуемости! И за этим строго следят! В смысле, чтобы никто не подтасовал результат!

– Боюсь тебя разочаровать, амиго, но ты сейчас противоречишь сам себе, – хмыкнул Вова. – Раз за правилами следят, то наверняка выпасут, что вы нас подговорили. И на этом моменте нам всем светит накрыться медным тазом. Лично я пас. Хотя как раз в этом случае от меня ничего не зависит, Проф не поведётся, даже если вы ему лям пообещаете. Верно, Проф?

– Угу, – угрюмо кивнул я. – На хрен!

– Нет, ну ты всё-таки подумай!..

– Я говорю, вы все четверо – на хрен. И на выход, пока есть такая возможность.

– Значит, не хотите по-хорошему, – вздохнул Анхель. – Что ж, значит, придётся по-плохому.

– Ну и что ты мне сделаешь? – с циничной ухмылкой уставился я на предводителя гостей. – Застрелишь? Флаг в руки. Кто тогда в турнире будет участвовать? А, знаю! Ты сейчас начнёшь угрожать здоровьем моих близких.

– Заметь, ты сам это сказал, амиго! – ухмыльнулся Анхель.

– Да это самый очевидный ход, – отмахнулся я. – Вот только вы не учли одного обстоятельства.

– И какого же, амиго?

– А у меня здесь нет таких близких, кому бы вы могли угрожать. Инес вы тронуть не посмеете, вас потом свои же «лос атлетас» на ноль помножат. А все остальные, по сути, шапочные знакомые. Или вы настолько отмороженные, что на Серхио наедете? – сделал я вид, что впечатлился. – Так я вас разочарую – это охотники нам должны, а не мы им. И нас с Вовой их здоровье интересует постольку поскольку.

– Ты прав, Генри, девчонку мы тронуть не можем, – сузив глаза, заявил Анхель. – А вот его – вполне!

С этими словами лидер гостей почти театральным жестом извлёк из-под рубашки револьвер – тот наверняка торчал на спине за поясом, больше просто негде – весьма легкомысленно приставил ствол Вове к груди и развил собственную мысль:

– Ну как, Генри, стоит жизнь твоего дружка маленькой услуги?

* * *

Там же, тогда же

– Его – да, – кивнул я и уставился поверх голов незваных визитёров на фасадную стену мастерской. – А вот за ваши жизни я теперь и ломаного гроша не дам. Господь, жги!

– Чего?! – опешил Анхель.

Мало того, он ещё и машинально попытался проследить за моим взглядом, что стало с его стороны фатальной ошибкой: Вова в тот же миг шагнул влево, заодно скрутив корпус в противоположную сторону и подбив локтём вооружённую вражескую конечность. Таким нехитрым и, я бы даже сказал, примитивным способом мой напарник ушёл с линии огня, а на обратном скручивании провёл широко известный приём из самбо «рычаг кисти наружу», только слегка модифицированный, взяв захват не за кисть, а за револьвер. Впрочем, получилось ничуть не хуже – охреневший от такого развития событий Анхель кубарем покатился по полу в моём направлении, а завладевший его самопалом Вова скользящим шагом переместился к двойняшкам и с ходу приголубил Пабло рукоятью в лоб. Не в полную силу, конечно, а так, слегка, чтобы тот «поплыл», потому что тушка в состоянии грогги очень даже неплохая защита от пуль, особенно если обогнуть её ловким пируэтом, поддержать за шиворот, чтобы оземь не грохнулась, и для верности ткнуть стволом в печень. Так сказать, окончательно расслабить.

На словах, конечно, звучит довольно громоздко, а на деле уже через пару секунд в мастерской сложилась презабавнейшая ситуация, причём отнюдь не в пользу визитёров. Ну а как иначе, если из троих дееспособных один растележился практически у меня под ногами, второй повис на Вовиной левой руке, удерживаемый за шкирку, а третий застыл с граблей на полпути к стволу, который по доброй бандитской традиции заткнут за пояс сзади? И всё это под прицелом моего «глока», который я довольно неспешно извлёк на свет божий, пока Анхель изображал кеглю, и трофейного револьвера моего напарника. Правда, неугомонный Анхель попытался было потянуться к лодыжке – интересно, что там у него? – но я это безобразие мгновенно пресёк, переместив целик на его переносицу:

– Не-а. Даже и не думай! Вов, ты как?

– В норме, – усмехнулся тот. – Так, Пончо… медленно… я сказал медленно! – доставай ствол, клади на пол и пуляй его под трак! Во-от, молодец! Теперь второй!

– Нету…

– Ладно, замнём для ясности… Анхель, будь добр!

Хм, а и правда на лодыжке кобура с чем-то совсем уж миниатюрным. Какой-нибудь «дерринджер»? Пофиг, потом гляну. Вряд ли прижимистый Вова позволит незваным гостям забрать оружие. Чисто из принципа и для пущего воспитательного эффекта зажилит.

– Алехандро? А ты чего ждёшь, омбре?

– Нет у меня, – тяжко выдохнул отбойщик.

В этот момент его натурально мотнуло, и он поспешил опереться на верстак ещё и руками, а не только пятой точкой.

– Ладно, верю! – хмыкнул Вова и отправил по известному маршруту ствол Пабло, который сам же и извлёк у того из-за пояса. – Ну что, пацаны? Теперь поговорим серьёзно?

– Кажется, мой напарник задал вопрос, – хмыкнул я, глядя в глаза Анхелю.

Тот зыркнул было злобно, но напоролся на мой ответный зырк плюс бездонный колодец ствола «глока» и нехотя кивнул.

– Вот и замечательно! – буквально просиял Вова. – А теперь, будьте так любезны, давайте-ка вот тут выстраивайтесь, перед воротами! Без резких движений, медленно и печально. Вот, молодцы! Теперь ты, здоровый, держи своего брательника! – решительно оттолкнул он Пабло в ждущие братские руки. – Молоток! Алехандро, амиго, а ты чего?

– А он не может, товарищ судья, – хохотнул я, но отсылку почему-то понял только Вова.

– Ну, раз не может… в общем, пацаны, начнём с того, как я вижу сложившуюся ситуацию. Надеюсь, ни у кого нет возражений?

Возражений, как нетрудно догадаться, не последовало. Потому что какие могут быть возражения сразу под двумя стволами? Правильно, никаких. Сопели, хмурились, но молчали.

– Итак, момент первый, он же главный! – торжественно объявил Вова. – Вы все простая шпана, которая решила заняться самодеятельностью. То есть вот этот ваш фортель с наездом на Профессора исключительно ваших же рук дело, без санкции сверху.

– Не нужна нам санкция, мы сами по себе! – вякнул Анхель, но Пончо легонько ткнул его кулаком в бок, мол, заткнись.

– Не перебивай, – поморщился Вова. – Короче, вы действуете на свой страх и риск, поэтому, если мы вас сейчас отметелим до состояния нестояния и вышвырнем на улицу, ничего нам за это не будет.

– Если только они копам не накапают, – усмехнулся я. И пояснил, заметив недоумение на лицах: – Ну, «лос регулярес» по-вашему!

– Это залёт, – помотал головой Пончо. – Амигос не поймут.

– Тем более! – поднял указательный палец вверх Вова. Что характерно, левый, поскольку правая рука была занята револьвером. – Или вообще грохнем на хрен, типа, вы на нас совершили вооружённое нападение. И с доказательствами на сей раз проблем не будет – вон они, орудия преступления! – указал он стволом под днище нашего трака. – Надеюсь, до всех дошло, что ваше физическое состояние здесь и сейчас зависит исключительно от нашей с Профессором доброй воли? Причём преимущественно Профессора? Кивните, если поняли.

Ого, как дружно! Даже болезный Алехандро от подельников не отстал.

– Спросите, как я догадался? – продолжил речь Вова. – Элементарно, амигос! Если бы вы утром не притащили на смотрины пацанов из «лос атлетас», то, пожалуй, смогли бы нам и дальше мозги пудрить. Но после такого… извините, но нет. «Атлеты» не слепые и прекрасно видели, с кем мы тусуемся. И тут сыграло целых два фактора. Инес Альварес в качестве гонщицы с нашей технической поддержкой это выгода вдолгую, да ещё и стабильная, вы же предлагаете разовый куш, что нерационально. Это первое. И второе – наши зародившиеся в боевых условиях связи с охотничьим братством. А посему идите-ка вы, пацаны, лесом с вашими авантюрами. Ну? Угадал я? Так и сказали?

– Примерно, – угрюмо кивнул Пончо. – Только матом, и обещали за неуместную инициативу лишить заказов. Предварительно отмудохав, конечно.

– Ладно, с этим выяснили, – удовлетворённо прищурился Вова. – Ну а теперь давайте колитесь, с чего вы вообще это всё затеяли. В этом вопросе я дуб дубом. Но предупреждаю сразу: Профессор враньё за милю чует и реагирует неадекватно. Может взять и у… в смысле врезать. Так, ты! – ткнул он стволом в Анхеля. – Начинай! Ты тут вроде за главного, вот и отдувайся!

– Да пошёл ты! – с ненависть выплюнул предводитель гостей.

Кстати, ничего удивительного – на его эго только что с нескрываемым удовольствием оттоптались грязными ботинками, а до того ещё и физически унизили. И кто?! Какой-то рыжий, в котором грамотного рукопашника и не заподозришь!

– Пабло? – переключил внимание на следующего кандидата Вова.

– Я Пончо, – поправил тот.

– Это несущественные детали! – барственно махнул револьвером мой напарник. – Так с чего вы это всё затеяли? Что за турнир «тёмных лошадок»? И давай без этих ваших «да откуда вы свалились»! Мы с Профом не местные. Пока что.

– Хорошо, омбре… сейчас, только с мыслями соберусь…

– Что, тяжко? – притворно посочувствовал Вова. – Главаря своего вини, что самоустранился. У него-то, как я понимаю, язык подвешен неплохо?

– Давай, Анхель! – уже посильнее ткнул своего соседа кулачищем Пончо. – Сам знаешь, не моё это!

– Вот вы уроды! – снова не сдержался тот. – Чуть прессанули, и вы уже в штаны наделали! Не видите, что ли, они хотят нас из схемы убрать, а сами бабла срубят!

– Тем более рассказывай, – ожил вдруг Алехандро. – У нас теперь интерес… взаимный. Ни им без нас не обойтись, ни нам без них.

– Совсем сбрендил?! Говорю же – обойдутся!

– Это они так думают, Анхель.

– Я сказал – на хрен!.. – встрял было я в разборку, но Вова на меня шикнул и сделал зверское лицо, на миг отвернувшись от униженной четвёрки.

Пришлось заткнуться, потому что в таких делах я напарнику доверяю. А он, по всему судя, почуял одну из своих многочисленных схем, способных принести немалый барыш. Опять же, отказаться я всегда успею. Да и не убудет с меня, если хотя бы выслушаю.

– В общем, в Порто-Либеро раз в год проводится турнир новичков, он же турнир «тёмных лошадок», – нехотя заговорил Анхель. – Так-то турнир как турнир, но у него, амигос, – всё сильнее креп его голос, – есть две особенности, которые отличают «лошадок» от остальных регулярных мероприятий. Первая – к участию допускаются исключительно новички, нигде до того не светившиеся. В смысле в турнирах Порто-Либеро под эгидой Лиги, ну и в Мэйнпорте до кучи. По сути, это люди с улицы, которые решили попытать счастья. Соответственно, и выступить в «тёмных лошадках» можно единственный раз за карьеру, потому что после этого турнира ты уже к данной категории не относишься. Поэтому, как вы можете догадаться, амигос, уровень участников… как бы это поточнее?..

– Рандомный? – подсказал я.

– Э-э-э?.. – напрягся докладчик.

– Профессор хочет сказать «случайный», – любезно пояснил Вова. – От околонулевого до суперпрофи, то бишь как нарвёшься. Оттого и «тёмные лошадки»? – вопросительно уставился он на Анхеля.

– Угу, – кивнул тот. – В общем, суть вы уловили. Алехандро – победитель прошлогоднего турнира.

– Этот-то?! – недоверчиво кивнул я на болезного отбойщика. – Что-то не похоже… или в прошлом году у всех был околонулевой уровень?

– Алехандро крутой боец! – вступился за подельника Пончо. – Троих-четверых, таких как мы с Пабло, раскидает на раз! Ему ещё два боя выиграть, и он в первую категорию бойцовской лиги перейдёт! А знаешь, сколько в «единичке» всего бойцов?! Тридцать! На весь Порто-Либеро!

Ого! А почему я его так легко отделал, причём дважды? Видимо, эффект неожиданности сказался, всё-таки у меня не самое распространённое амплуа боксёра – контрпанчер. С другой стороны, можно сделать кое-какие выводы о подготовке основной массы участников… это если не нарвёшься на кого-нибудь уровня Игараси-сама! «Тёмные лошадки» такие «тёмные»! Опять же, можно вспомнить известную присказку про «каковы шансы встретить в тёмной подворотне зимней ночью мастера кунг-фу, отдавшего своему искусству тридцать лет жизни?» В общем, и хочется, и колется, но, обжёгшись на молоке, на воду дую.

– И вы, значит, впечатлённые молниеносной расправой Профа над вашим чудо-бойцом…

– Дважды.

– Что, Проф? А, точно! Короче, под впечатлением вы немедленно смекнули, как его можно использовать с пущей выгодой? – вперил Вова тяжёлый взгляд в Анхеля. – Могли хотя бы поинтересоваться, а нам оно на кой? У нас, вообще-то, несколько иные планы на жизнь, если вы до сих пор не поняли.

– Так мы и интересуемся! – опешил предводитель побитой четвёрки. – И достаточно вежливо! А вы сразу быковать начали!

– Так надо было толком объяснять, а не ставить перед фактом! – парировал Вова. – Профессор такого не любит. Сказали бы, мол, пацаны, есть тема – можно поднять много бабла. Восемьдесят процентов выигрыша со ставки плюс призовой фонд вам.

– И чё, вы бы согласились? – пропустил мимо ушей чудовищно завышенную процентную ставку Анхель.

– Ну, как минимум сразу бы вас слать не стали, – хмыкнул я. – И вам бы не пришлось огребать.

– А ещё, я так понимаю, – встрял Вова, – против восьмидесяти процентов и призового фонда принципиальных возражений нет?

– Чего?! – наконец, осознал весь масштаб Вовиной «щедрости» Анхель. – Вы охрене… в смысле серьёзно?!

– Вполне, – одарил мой напарник оппонента лучезарной улыбкой. – А что, какие-то проблемы?

– Конечно! Может, восемь процентов, амиго?

– Восемьдесят один, – отрезал Вова. – Ваши целых девятнадцать процентов! На большее вы, если честно, не наработаете. И Профессор не станет ложиться в финале. Это его принципиальная позиция. Ведь так, Проф?

– Так, – подтвердил я. – Специально не лягу. Однако не кажется ли вам, коллега Вольдемар, что мы, э-э-э, бежим впереди паровоза?

– В смысле?

– Коллега Анхель ещё не успел поведать нам о второй особенности турнира, – напомнил я. – А мы жаждем подробностей!

– А, точно! – опомнился предводитель визитёров. – Вторая особенность выходит из первой. Поскольку состав участников подбирается так, что никто не может предугадать исход поединков, а ещё ни у кого нет возможности оказывать на бойцов давление, результат всегда, кх-м…

– Рандомен?

– Да, Генри. И в этом главный интерес тотализатора. Все остальные турниры подконтрольны группировкам «лос атлетас», поэтому на них люди реально делают деньги. Тот шепнул этому, этот шепнул тому… и понеслась. А в «тёмных лошадках» на первом месте азарт и адреналин. И возможность пощекотать нервы. За это его многие серьёзные люди и ценят, – закончил рассказ Анхель.

– А чтобы азарт был сильнее, полагаю, ставки изначально завышены? – задумчиво хмыкнул Вова. – Если не секрет, то сколько? Я имею в виду, входной порог?

– Минимальная ставка – тридцать.

– Тридцать чего, амиго? Корпоративных марок? Рублей? Юаней?

– Тридцать тысяч либеро, – предельно конкретизировал цену Анхель.

– Э-э-э… курс у нас один к семи, – прикинул Вова, – стало быть, четыре с четвертью… ну, плюс-минус, тысячи корпоративных… нехило!

– И это для обычного тотализатора, – внёс ещё больше сумятицы Анхель. – Когда ставят на исход конкретного боя. И для первого круга. А дальше каждый раз ставка удваивается.

– То есть растёт в геометрической прогрессии со знаменателем два? – педантично уточнил я.

– Генри, ты давай, по-человечески выражайся! – взмолился Анхель.

– Я в смысле, что в первом раунде тридцать кусков, во втором шестьдесят, в третьем сто двадцать и так далее.

– А… ну да. Только в финале утраивается, чтобы мелкую сошку отсечь.

– Фигасе! – удивился Вова. – А в полуфинале сто двадцать косарей, получается, для многих доступная сумма?

– Ну, десятка три желающих, как правило, находится, – пожал плечами Анхель. – Я в прошлом году работал помощником букмекера на «тёмных лошадках», тогда примерно так и было.

– А в финале? – невольно заинтересовался я.

– Ну, человек десять… триста шестьдесят кусков это триста шестьдесят кусков, на дороге не валяются. Но зато их при удаче можно удвоить! – мечтательно прищурился предводитель визитёров.

Так вот оно в чём дело! А что, схема верная – если точно знать, что я лягу, то гарантированно не пролетишь со ставкой, а там минимум вернёшь свои и захапаешь сколько-то сверху. Вот только есть один скользкий момент…

– Анхель, а с чего ты решил, что ставки разделятся примерно пополам? А если будет явный фаворит, и все поставят на него?

– Нет, Генри, на моей памяти такого ещё не случалось. Это же «тёмные лошадки»! И в финале обычно сходятся самые умелые. А это примерно пятьдесят на пятьдесят, плюс-минус десять процентов. Есть такое умное слово – статистика…

– Я в курсе.

– …так вот она говорит, что всегда найдётся хотя бы один особо хитрозадый, который поплывёт против течения в надежде сорвать куш. Но, как правило, таким особо хитрозадым считает себя примерно каждый второй.

– Хм… ладно. Допустим, предположим, – задумчиво побарабанил я по бедру пальцами левой – свободной – руки. – Дальше!

– А ещё есть главный тотализатор, с джек-потом, – с готовностью продолжил наш незваный гость. – Там входной порог пятьдесят штук. Это когда ставка делается в первом туре на единственного бойца и потом переходит с ним из раунда в раунд, каждый раз удваиваясь. И не просто докидывается бабло, а в каждом раунде добавляется новая ставка, складываясь с предыдущими.

– А если боец вылетел? – поневоле заинтересовался я.

– Всё, ставка сгорает, – развёл руками Анхель. – Вернее, не совсем сгорает. Она, как бы попроще… уходит в общую копилку. И угадавший «тёмную лошадку» в конце возвращает все свои ставки и суммарный банк. Тот самый джек-пот.

– Охренеть! – присвистнул Вова, осознав перспективы.

– Но это ещё не всё. Любого хрена с горы в главный тотализатор не пускают, за место надо заплатить, и мест ограниченное количество.

– Тоже, поди, недешёвое удовольствие?

– Понятия не имею, амиго! – помотал головой Анхель. – Конкретной суммы нет.

– Как так?!

– Один боец – одна ставка, – включился в разговор Алехандро. – За возможность выбрать в числе первых приходится платить. Там тоже что-то типа аукциона, только замудрённого. Каждый из участников платит вслепую, начиная от двухсот кусков с шагом в десять. А организаторы потом смотрят, и у кого наименьший взнос, тот выбирает первым. А у кого максимальный – вторым. Так и чередуются. Если ставки совпали, бросают монетку. Там у людей целые стратегии, как платить, чтобы не пролететь с выбором. И в этом тоже отдельный интерес. Для участников, разумеется.

– Хороший понт дороже денег! – со знанием дела заключил мой напарник. И задался очередным вопросом: – А в чём тогда интерес устроителей?

– Интерес устроителей в проценте за организацию, – пояснил Анхель. – Там что-то около пяти процентов от каждой ставки. Из этой суммы покрываются затраты на оборудование помещения, обслуживание зрителей и охрану.

– Что, даже за вход денег не просят?!

– Не-а. Они же не только с главного тотализатора процент берут, но и со ставок на каждый бой в отдельности. А их делается несравненно больше – считай, почти все зрители в деле. Как минимум в первом круге. Потом, правда, чем дальше, тем меньше, но зато и деньги другие. Плюс сбор уже десять процентов, а не пять, как в джек-поте. Вот и набегает. Но главное не в этом.

– Только не говори, что в авторитете, – поморщился Вова.

– Ты сам это сказал, – пожал плечами Анхель. – Хочешь, верь, хочешь, не верь, но так оно и есть. Турниру больше десяти лет, и держит его очень серьёзный человек. Очень серьёзный. Вот только никто не знает, кто он.

– Но за порядком, говоришь, следят? – задумался вслух мой напарник.

– Ещё как! Никто даже и не пытается наколоть систему! – не выдержал Пончо. – Года три назад один сильно ушлый попробовал, так потом его по всему городу находили… частями. Где ухо, где руку, а где и задницу. А бестолковка сразу же нашлась, на улице перед складом, в котором турнир проводили.

– И каким же это образом, интересно? – удивлённо заломил бровь Вова. – Я про наколоть систему.

– Ставил на одного и того же бойца на всех этапах вплоть до полуфинала! – пояснил здоровяк.

– А что, так нельзя, что ли?! – ещё сильнее изумился мой напарник.

– Не-а, – мотнул головой Анхель. – А я не сказал разве? Раньше это было негласное правило, чисто для повышения интереса, а после того случая вполне официальное.

– А за что тогда чувака порешили?

– А чувака, Влад, порешили за то, что он наплевал на негласный запрет.

– То бишь, по сути, плюнул в рожу всем и каждому, – понятливо покивал Вова и с нескрываемой надеждой покосился на меня: – Ну, что скажешь, Проф?

– Что-то как-то всё слишком гладко, – буркнул я. – Честный тотализатор, хе-хе. Кому скажешь – не поверят! А для бойцов какие условия? Они что с этого имеют?

– Ну, во-первых, победитель получает призовой фонд…

– А он из чего складывается? – перебил я Анхеля. – Тоже процент от ставок?

– Нет, это взносы за участие, – нехотя признался тот.

– То есть бойцы ещё и платить должны за этакую вот лотерею?! – прифигел я. – И сколько, если не секрет?

– По десять кусков с участника. Тоже в либеро. Но бойцы туда в основном идут не за баблом, а за шансом подняться в «лос атлетас».

– Чуть больше штуки марок… терпимо, особенно если вы платите. А сколько участников? – продолжил я допытываться.

– Когда как, – напряг память Анхель. – Но не меньше четырёх раундов обычно бывает.

– То есть шестнадцать рыл… а если, скажем, двадцать? Тогда что?

– Пропускают в турнир первых шестнадцать, а кто не успел – тот опоздал. Взнос, правда, возвращают.

– А если… ну, двадцать восемь? Или двадцать шесть?

– Вот ты душнила, Генри! – возмутился уже совсем оправившийся от унижения Анхель. – Если двадцать восемь, устраивается предварительный раунд по жеребьёвке. Закрытый, без ставок. И на вылет. А кому противника не хватило, тот проходит в основную часть без боя. И давай не спрашивай про тридцать три! – взмолился он. – Ясно же, что лишних отсеивают, а турнир начинается не с одной восьмой, а с одной шестнадцатой!

– Ещё один организационный вопрос, последний! Клянусь!

– Валяй.

– А в этом году сколько народу, не в курсе?

– А пока никто не знает, Генри. Участников набирают в течение суток накануне мероприятия. Так что лучше оказаться в числе первых шестнадцати…

– Если мы вообще впишемся, – педантично уточнил Вова.

– Да-да, я помню! – огрызнулся Анхель.

– В общем, в итоге призовой фонд почти двадцать тысяч корпоративных марок, – вернулся я к конкретике. – Ну, в эквиваленте.

– Около того, – подтвердил наш незваный гость. – Но это реальная мелочь. Если вы впишетесь, и Генри ляжет в финале, то мы поднимем гору бабок. И из них ваши целых десять процентов! Ну как, подписываетесь?

– Ещё один момент, коллега! – поднял я руку.

– Да, Генри?

– Я правильно понимаю, что в джек-пот вы соваться не намерены?

– Да кто бы нас туда пустил! – с явным сожалением вздохнул мой собеседник.

– Что ж, Анхель… в таком случае, – медленно выдохнул я сквозь зубы, – тебе кто-нибудь говорил, что ты идиот? Нет? Ладно, тогда я буду первым.

– Да с чего бы?! – возмутился тот.

– Да с того, что элементарный подсчёт по твоей же методике показывает, что десять процентов от удвоения твоей финальной ставки дадут нам с Владом чуть больше десяти штук корпоративных марок! Или даже меньше, там как карта ляжет со ставками. И это если брать процент от всей суммы, а не только от выигрыша! И какой же мне смысл ложиться в финале, если за победу я могу получить двадцать с небольшим хвостом?

– Можешь получить, а можешь и не получить, – философски пожал плечами Анхель. – Останешься на нулях, если на крутого бойца нарвёшься. А у нас с гарантией! К тому же торг уместен.

– Сразу на хрен! – рыкнул я, но наткнулся на умоляюще-предостерегающий Вовин взгляд и махнул рукой: – А, да пошли вы все!

– Продолжаем разговор, – ухмыльнулся мой напарник, только что по факту получивший карт-бланш на развод кучки лошья. – Профессор горяч, но отходчив. Однако его нужно заинтересовать. И не жалкими десятью процентами, предупреждаю сразу!

– Мы слушаем, – ответил за всех сразу Анхель. – Предлагай, рыжий.

– Секундочку! – попридержал Вова ничего не подозревающего клиента. – Есть ещё один щекотливый момент. Не кажется ли вам, коллеги, что в этой схеме помимо Профессора нужен второй боец, который – вы точно знаете! – способен дойти до финала? Форс-мажор сразу отбрасываем, на то он и форс-мажор. Потому что угадывать одного из полутора десятков… такое себе. Вот ты, Анхель, уверен, что сможешь угадать? Или у тебя и на этот счёт есть инсайд?

– Ин… что? – отвёл взгляд тот.

– Инсайд, блин! – взорвался я. – Информация из близкого окружения! В глаза мне смотреть! Есть такое?!

– Я знаю ещё одного бойца, который будет участвовать, – ожил Алехандро. – И он, как и ты, способен меня размазать.

– А меня?! – без ложной скромности хмыкнул я.

Чёрт! Ведь зарёкся… но с такими разве можно удержаться от соблазна?

– Пожалуй, теперь я уже ни в чём не уверен… – всерьёз задумался отбойщик, машинально коснувшись нижней челюсти.

– Вот видишь, Анхель, твоя схема потеряла актуальность! – снова перехватил инициативу Вова. – Если уж ваш главный эксперт не даёт гарантий… не проще ли изначально поставить на Профа? Рисковать, так уж по делу! И Проф будет знать, что нам к рукам хотя бы призовой фонд прилипнет.

– С хрена ли?! – возмутился Анхель. – Ты ж сам сказал, что взнос мы платим! Значит, и фонд наш!

– Так! – соскользнул я с подножки и угрожающе двинулся на не в меру борзого гостюшку. – Ну-ка, на хрен!

– Стой, Проф! – перехватил меня на полпути Вова. – Не кипишуй. Сейчас всё уладим. Ведь уладим же, пацаны?

– Да мы теперь уже тоже ни в чём не уверены, амигос! – подал голос Пончо, опередив Анхеля.

– Вот и ладушки! – истолковал ситуацию в свою пользу Вова. – Короче, пацаны, слушайте наши условия. Мы подписываемся, если вы оплачиваете взнос за участие Профессора в замесе – это раз. Потом, если уж нельзя во всех раундах, вы делаете ставку на Профа в финале и молитесь всем богам, ангелам и демонам разом, чтобы он его выиграл. После этого нам отходит призовой фонд и восемьдесят процентов выигрыша по ставке. Я сказал выигрыша! Исходная ставка и так ваша. А двадцать процентов от остального вполне достаточно за услуги посредника. Вам ведь всего-то и нужно, что сделать ставку, забрать выигрыш, да передать нам нашу долю. Вы, можно сказать, на халяву кучу бабла получите. Ведь я же правильно понимаю, что боец не может ставить сам на себя?

– Боец – нет, – помотал головой Анхель. – И вообще ни на кого. У бойца право только на призовой фонд.

– Э-э-э… а я? – задумался Вова, нехорошо покосившись на гостя.

– Ты тоже не можешь, – торопливо заверил тот. – Ты же с ним в деловых отношениях состоишь, и по-любому знаешь, на что он способен. Ни боец, ни его ближайшее окружение, то есть родственники и друзья. Запрет хоть и негласный, но… пример вам уже привели.

– А вы, получается, совсем другое дело? – с немалой долей сарказма ухмыльнулся мой напарник.

– Именно! – просиял Анхель. То ли не понял сарказма, то ли проигнорировал. – Но главное даже не в том, что ты деловой партнёр Генри. А в том, что ты не являешься резидентом Порто-Либеро, а, следовательно, не можешь заплатить налог с выигрыша. Тебя, как новичка, пробьют по базе и пошлют куда подальше. То есть без нас вы даже обычные ставки не сделаете, как бы вам ни хотелось. Поэтому восемьдесят процентов вам – э-э-э… как там это слово, Алехандро?

– Нонсенс?

– Во! Оно самое!

– Ладно, – поморщился Вова, но я его перебил:

– Э-э-э… стесняюсь спросить… а как же я? Я ведь тоже не резидент? Получается, меня тоже не допустят до участия, ведь я не смогу заплатить налог с выигрыша?

– Не переживай, амиго, к бойцам это не относится, – отмахнулся Анхель. – Налог с призового фонда выплатит организатор. Из призовых же денег, естественно. И тебе отдадут то, что осталось.

– Поня-а-атно! – вздохнули мы с Вовой хором, и напарник продолжил прерванную мысль:

– Какое тогда ваше последнее предложение, пацаны?

* * *

Порто-Либеро, 17.10.23 г. ООК, утро

– А парень-то неплох, а, Проф?! Ну скажи же! Скажи! – чуть ли ни захлебнулся от восторга Вова, поставив видео на паузу. – Вон он как его!

Признаться, для столь эмоционального высказывания у моего напарника был достойный повод – мы уже больше часа таращились в его смарт, просмотрев сначала записи с прошлогоднего турнира «тёмных лошадок», а потом переключившись на номерные мероприятия Лиги с рейтинговыми боями. И если в первой категории мы крутили всё подряд, то во второй сосредоточились исключительно на достижениях нашего знакомца Алехандро. И, должен признаться, ни то, ни другое меня абсолютно не впечатлило.

– Любительщина, – поморщился я в ответ. – Вов, твой разлюбезный Алехандро делает ровно то, что ему позволяют соперники.

– То есть ты хочешь сказать, – подпустил сарказма в голос мой напарник, – что вторая категория бойцовской лиги Порто-Либеро – тьфу, и растереть?! Так, что ли?

– А разве нет? – вернул я любезность собеседнику. – Да у нас на Беатрис университетские турниры куда выше по уровню! А про спарринги с Игараси вообще молчу!

– А как по мне, очень даже круто! – продолжил горячиться Вова. – Да ты только глянь, как ловко!

– Вов, – с бесконечным терпением в голосе начал я, – вот ты же вроде не чужд высокому искусству мордобоя…

– Кто, я?! – перебил меня напарник. – Скажешь тоже, Олежа! Мой уровень – драки в барах, не более.

– Да ладно прибедняться-то! Вон ты как вчера Анхеля шваркнул! Да и с Пабло очень ловко разделался!

– Проф, ты путаешь горячее с мягким, – помотал головой Вова. – Поверь, в ринге или октагоне я против любого из этих парней не продержусь и раунда. Не боец я. Ну, в том смысле, который ты в это понятие вкладываешь.

– Гонишь!

– Олег, блин! Ещё раз, медленно и большими буквами: я не умею ДРАТЬСЯ, я умею УБИВАТЬ и КАЛЕЧИТЬ. Вот этому в десанте научили, да. Но не поединкам по правилам в несколько раундов. Да мне, если уж на то пошло, элементарно дыхалки не хватит! Издохну к концу первой трёхминутки! А пять вообще не потяну!

– Аргумент, – вынужденно признал я. – Хотя, если уж на то пошло… тебе-то я могу признаться: я и сам сейчас далеко не в лучшей форме. Пятираундовый бой ещё как-нибудь, а вот больше… сильно сомневаюсь.

– Это ты к чему сейчас, Проф? – насторожился Вова. – Решил дать от ворот поворот? Ведь договорились же сначала Серёгу дождаться и с ним посоветоваться! А ты уже сейчас в кусты?!

– Да с хрена ли?! – возмутился я. – Просто времени в обрез, а дел вагон и маленькая тележка! Если мы согласимся, когда я готовиться буду?! Ты же видел этих монстров с прошлогоднего турнира! У каждого второго здоровья на троих хватит!

Что правда, то правда – в «тёмных лошадках» деления на весовые категории не предусматривалось, так что схватка здоровяка «сто плюс» и шустрилы-легковеса никого не удивляла. Более того, разница в массе и габаритах отнюдь не гарантировала победы.

– И как, сильно им помогла монструозность? – ухмыльнулся напарник. – Против того же Алехандро, а? А ты тут, я так понимаю, бахвалишься, что он тебе не ровня?

– Вов, да ну тебя!

– Ладно, ладно, извиняйте, дорогой товарищ Олег! – сдал тот назад. – Понимаю, что тебе все эти дела как серпом по одному месту… но не ты ли сам вчера мне шаблоны порвал?

Ну, что тут скажешь? Подловил. Как есть подловил. Потому что прав Вова на все сто – вчерашняя наша беседа с побитой четвёркой закончилась на этапе, который с полным на то основанием можно назвать «промежуточным финалом». Подробностей? Извольте.

Как сейчас помню, после заключительной Вовиной фразы насчёт «вашего предложения, пацаны», Анхель, млея от собственной крутости, выпалил:

– Двадцать процентов ваши, остальное нам!

– С х… – отставить! – а на каком основании, позвольте полюбопытствовать? – в очередной раз уподобился я шефу Мюррею.

Видимо, что-то на подсознательном уровне. Да и Вова, гляжу, аналогичной манеры временами не чурается. Шеф Мюррей такой Мюррей, хе-хе!

– Ставку же тоже нам делать, то есть это мы баблом рискуем, а не вы! – привёл вполне резонный довод Анхель. – А в финале, на минуточку, это уже триста шестьдесят штук, прикинь! А в джек-поте вообще четыреста!

Тут уже и я поневоле задумался, хотя, казалось бы, где мы, а где джек-пот? Если даже взять расклад, когда на одного бойца ставит ровно один участник, да с четырьмя кругами… это что же получается? После первого раунда у нас в банке восемьсот тысяч от изначальных ставок – шестнадцать человек по полтиннику. Во втором круге к ним добавляется ещё восемьсот – восемь по сотке. Итого лям шестьсот. В третьем – ещё восемьсот, четыре по двести. Ну и в четвёртом… тоже восемьсот! Итого тот счастливчик, которому повезло с бойцом, уносит… три миллиона двести тысяч либеро! Делим на семь по текущему курсу, и… тадам! Четыреста пятьдесят тысяч с хвостиком полновесных корпоративных марок! Понятно, что минус процент организаторам и минус налог, но всё равно это дохреналлион бабла! А для нас даже полтинник огромные деньги! Так, Олежек, ну-ка, успокоился! Не хватало только в очередную авантюру ввязаться! Да и не всё столь радужно с джек-потом. Если даже мы найдём человека, который сможет без особых подозрений влиться в компашку толстосумов, способных купить право участия в сей забаве, нет никаких гарантий, что ему повезёт в торгах, и он сможет сделать ставку именно на меня. Так что вообще не вариант. При таких раскладах мы уже на этом этапе можем провалить дело, причём с оглушительным треском. Так что нафиг, нафиг. Да и в случае удачи, если так звёзды сойдутся, то для окончательной ставки нужно… ну-ка… семьсот пятьдесят тысяч в сумме! Либеро, естественно. В марках это чуть больше сотни штук. Итого, даже после всех выплат… потенциальная доходность свыше двухсот процентов. Прямо завидки берут! Жаль. Максимум, что мы можем себе позволить – обычная ставка на финал. До которого ещё нужно добраться. С другой стороны, а что мы теряем? В случае моего вылета на ранних этапах – косарь корпоративных марок? Хм… даже не смешно. Уж точно можем себе позволить. Выдыхай, бобёр… выдыхай!

– Нет, ребята, пулемёта я вам не дам, – ухмыльнулся Вова, сбив меня с мысли. – Семьдесят на тридцать. Семьдесят нам, разумеется. Плюс призовой фонд на сдачу. И никаких к нам претензий, если Профессор вдруг сольётся. Никаких «вы торчите нам триста шестьдесят кусков». Это ваш риск. Мы вас не звали, вы сами к нам пришли, стало быть, в Профа поверили. Ну и флаг вам в руки.

– Нет, мы слишком много теряем, – не повёлся Анхель. – Нужны гарантии. Хоть какая-то компенсация.

– Что, хотите мастерскую в залог? – ухмыльнулся Вова. – Так она не наша! Она арендованная!

– Трак тоже сойдёт, – едва заметно сглотнул Анхель, чем и выдал себя с головой. – Полный комплект. Как раз примерно то на то и выйдет, если Генри в финале сольёт. Триста шестьдесят штук не шутки.

– Так, ребятки, ну-ка, кру-у-угом! И на хрен! – указал я для верности стволом, дабы направление не перепутали. – Трак им мой! И оборудование! Ага, сейчас! И заказчику передайте – кстати, кто он? – что хрен ему по всей наглой морде!

– Да нет у нас заказчика! – не выдержал Алехандро. – Это уже наш не в меру хитрозадый Анхель на ходу подмётки режет! У него же вон, мысли на лбу написаны! Просадим бабки, так хотя бы хлам продадим кому-нибудь из «механиков»! Страхуется он, неужели не понятно?!

– То есть план изначально рассчитан на турнир, а не на наше с Владом имущество? – пристально уставился я на отбойщика. – И придумал его именно ты?

– Да!

– А эти тебе зачем? – кивнул я на бравую троицу.

– Без них не получится провернуть дело со ставкой.

– То есть тебе тоже… нельзя? – задумался я. И вдруг поймал ускользающую мысль за хвост: – Или… у тебя тупо нет бабла?!

– Есть, но не всё.

– Хм… а у этих вот… точно хватит? – перехватил инициативу Вова. – Что-то не производят они впечатления кредитоспособных господ! Или додумались в долги залезть? А, пацаны? Что, реально?!

Н-да… судя по понурым рожам, Вовин выпад угодил точно в цель. Спеклись ребятишки, и особенно Анхель. Двойняшкам-то по хрен, как я погляжу. А вот у Анхеля на авантюру очень большие надежды…

– Ладно, амигос! – хлопнул я себя по бёдрам, запамятовав, что до сих пор сжимаю в правой ладони «глок». – Вот моё итоговое предложение. Шестьдесят на сорок. Шестьдесят, естественно, нам. От выигрыша, не от суммы. Сама ставка делится согласно исходным долям. И мы с Владом вносим в неё недостающую сумму, чтобы вам не пришлось влезать в долги к кому-то ещё. Ну и, так уж и быть, взнос за себя я заплачу сам. По-моему, очень даже справедливо. Финансовые риски распределены равномерно по всем участникам преступного сговора, и даже если… что маловероятно… я сольюсь в финале, это будет не так уж страшно для каждого по отдельности. И никаких взаимных финансовых претензий. Ведь проблема, насколько я понимаю, именно в финальном взносе? Триста шестьдесят штук вы не потянете, так? Сколько у вас в сумме, если не лезть в долги к третьим лицам? Анхель?

– Сто пятьдесят, – скривился тот, как будто прожевал что-то горькое.

– Алехандро?

– Чуть больше сотни, амиго. Сто семь…

– Что ж, Алехандро… – сделал я многозначительную паузу, переглянувшись с Вовой, – думаю, это мы потянем. Сто три тысячи плюс десять кусков взнос за бойца. Итого, риски примерно равные.

– Эй! У нас сто пятьдесят! – возмутился Пончо.

– Зато вас самих трое! – урезонил его Вова. И вдруг перешёл на великий и могучий: – Олег, а ты уверен?

– Не на все сто, – с улыбкой, чтобы гости не уловили контекста, ответил я. – Но это как раз тот случай, когда игра стоит свеч. Я просто прикинул… если всё пройдёт нормально, мы поднимем около пятидесяти тысяч корпоративных марок. А этого хватит, чтобы выкупить мастерскую и ещё на какое-то время безбедного существования.

– Ладно.

– Ладно? – удивился я. – И всё?!

– А что ещё? Я должен скакать от радости? Или, может, расцеловать тебя? А, Проф?

– Это лишнее.

– Ф-фух, а я уже грешным делом подумал, что ты мне сейчас окончательно доломаешь шаблоны! – смахнул Вова воображаемый пот со лба.

– Так чего вы решили, амигос? – напомнил о себе Алехандро.

– Если делёжка вас устраивает, то мы берём сутки на размышление! – торжественно объявил Вова. Естественно, на интере. – Завтра вечером приходите, скажем окончательное решение.

– А это ещё на фига?! – заподозрил неладное Анхель.

– Ну, должны же мы понять, во что ввязываемся, – резонно пояснил Вова. – Посмотреть видео с предыдущих турниров, изучить сопутствующую информацию, поспрашивать знающих людей, что там и как. В общем, прикинуть половой орган к носу. Потому что вы, ребятки, уж извините, на достоверный источник ну никак не тянете! И, тем более, заслуживающий доверия.

– А вот это щас обидно было! – буркнул Пончо.

– Переживём, – пресёк нарождающийся бунт Алехандро. – Обидно, но справедливо. Думайте, парни. Мы подождём. До завтра, не больше.

– Кстати, а турнир когда? – опомнился я.

– Через три дня, – с лёгкой ехидцей сообщил глава визитёров. – А запись накануне. Так что быстрее думайте, амигос. Завтра последний день, больше мы ждать не станем.

– Тогда у нас есть ещё одно условие, – вернул Вова любезность собеседнику. – Для пущей гарантии ставку будет делать наш человек. И выигрыш забирать тоже.

– Чтобы вы нас киданули?! – снова взвился Анхель.

– Смысл как раз в том, что этот человек не киданёт, – терпеливо объяснил Вова, – ни вас, ни тем более нас. А с вами у нас вроде как соглашение. Если будет. А мы слово держим.

– И кто же это? – недоверчиво хмыкнул Алехандро.

– Да так, знакомый один! – отмахнулся Вова. – Вы его утром видели. Серхио, из охотничьего братства. Он нам, на минуточку, жизнью обязан. И не только. Ну так что, мы договорились?

– Договорились, – опередил Анхеля Алехандро. – Погнали, амигос.

– Эй, а стволы?! – возмутился отодвинутый на вторые роли предводитель.

– Хрен вам! – отрезал Вова. – Нечего было выделываться.

– Завтра вернём, – подсластил я пилюлю. – Если, конечно, договоримся. А если нет – то не обессудьте. Считайте, что это возмещение морального ущерба. Нам, естественно.

– Пошли уже, «решала» долбаный, – легонько подтолкнул кореша Пончо.

Собственно, на этом вчерашний «базар» и завершился: проводив незваных гостей, я заблокировал дверь, активировал ёмкостный контур и взялся-таки за Инкин квад, предоставив Вове возможность заняться организационной деятельностью. Ну а чего? Он привычный, для него по телефону с нужными людьми перетереть одно удовольствие. Да и любит он это дело. В смысле с информацией работать. Я даже порой подозреваю, что в армии он был не просто рядовым десантником, а кем-то вроде полевого аналитика. Или вообще в какой-нибудь секретной разведке служил, а посторонним без права доступа к служебным данным вешал лапшу на уши про десантуру. Ну и по барам да гостиницам в эту ночь мой напарник шляться не пошёл, благоразумно составив мне компанию.

Ну а сегодня утром, кстати, мы ничего глобально менять не стали: жрачка и минимальные удобства, включая мыльно-рыльные, в наличии, так чего по городу шататься, искать приключений на пятую точку? Проще на месте того же Серхио дождаться, с которым Вова о визите ещё с вечера договорился. Чем мы, собственно, и занимались, коротая время за просмотром боёв. Я, правда, ещё совмещал приятное с полезным, продолжив обиходить «Эль Торо». За этим занятием вы нас и застали, а ещё за спором, который привёл к закономерному флешбэку. Ну и к необходимости отвечать на выпад.

– Да я всё понимаю, Вов, – скорчил я виноватую рожу. Ну так, слегка. – Но и ты пойми! Травма у меня, психологическая!

– До сих пор?! – неприятно поразился мой приятель.

– Ну так психологические они самые болезненные! И длительные!

– Ладно, считай, что отмазался.

– Хорошо.

– Хорошо, но?.. – не повёлся Вова.

– Хреново без тренировок. Прямо ломка натуральная.

– Тебе работы мало, что ли?! – На сей раз Вова предпочёл иронию, дабы не ранить моё самолюбие ещё сильнее. – Так ты давай в две смены пыряй!

– Да это всё не то!.. – отмахнулся я. – Сам же знаешь, лучший отдых это смена деятельности.

– Точно-точно, – с готовностью кивнул мой приятель, – после того, как хорошо поработал, самое время хорошо попить пивка.

– Ай, да что бы ты понимал в колбасных обрезках!

– Стой-ка, Проф! – явно что-то заподозрил Вова. – Ты что, по Игараси… скучаешь?!

– Ну, вряд ли по нему самому, – не стал я спорить с очевидным. – Но тренировок не хватает…

– Вот ты мазохист! – восхитился напарник. – Тебе мало за рабочий день замудохаться, надо, чтобы ещё вечерком по татами поваляли?!

– Ну, считай, что я ЗОЖ-извращенец! – огрызнулся я.

– Так уже! – хохотнул Вова. И спохватился: – Стоп! А я тут каким боком?!

– Ну… ты мог бы… поделиться…

– …пивасом? Легко!

– Нет, Вов, знаниями.

– Информация стоит денег, Олежа. Не заставляй меня вгонять тебя в долги.

– Вов, хорош уже.

– Чего «хорош»?!

– Хорош паясничать, говорю! И всё ты прекрасно понимаешь, только напрягаться лишний раз не хочешь! – окончательно пригвоздил я напарника непробиваемой логикой.

– Ну… да, – и не подумал отрицать тот. – Проф, я тебя умоляю! Где я, и где тренировки? Тем более в роли тренера?!

– Ты давай, не ломайся! Знаешь же, что я от тебя не отстану!

– Иди в секцию бокса запишись! – ощетинился Вова. – Наверняка тут есть! Или это не твой уровень?!

– Вот давай только без ехидства!

– А ты без глупостей! Сказал же, драться не умею!

– Так я и не об этом прошу! – решительно отмёл я последний Вовин аргумент. – Давай, не жмись, покажи пару приёмчиков!

– Что, прямо здесь?! – опешил приятель. – Здесь же никаких условий!

– Вот место свободное, – обвёл я площадку перед воротами широким жестом. – Чего ещё надо?

– Ну даже не знаю, Проф…

– Что, все техники исключительно смертельные и костоломные? – подзадорил я, убедившись, что Вова практически сдался. – Как легендарная крав-мага? Или суперсекретные? Все под подпиской о неразглашении?

– Так-то да, но… а, плевать! Ладно, Проф, сам напросился! Только уговор: это не спарринг, не надо на мне бокс отрабатывать. Я показываю, ты учишься! Устраивает такой расклад?

– Вполне, – поднялся я на ноги, аккуратно положив под квад пояс с инструментом. – Это же у тебя армейский рукопашный бой?

– Скорее боевое самбо с примесью спортивного.

– Ну-ка, ну-ка… интересно! – хмыкнул я, встав напротив напарника. – Сильно от джиу-джитсу отличается? А от дзюдо?

Роста мы были примерно одинакового, а вот по массе изрядно отличались, причём не в пользу Вовы. И как же он со мной бороться собрался? Хотя о чём я, Игараси-сама до сих пор перед глазами маячит немым укором.

– Н-да… с чего бы начать? – задумался мой приятель.

– Решай сам, Вов! – положил я ему ладонь на плечо… и уже через пару мгновений оказался на полу с рукой в жёстком болевом приёме.

Да твою же мать! Вот как это он?! Вроде бы сам меня за локоть… вернее, за рукав в районе локтя перехватил, а потом… запрыгнул он на меня, что ли? Да ещё как затейливо! Одна нога поперёк живота, а другая поверх руки и коленным сгибом аккурат на шею. Тут хочешь, не хочешь, а завалишься. Элементарно потому, что даже Вовину тушку на весу на руке не удержишь. Ну а дальше и вовсе дело техники.

– Всё, отпускай! – постучал я напарника свободной рукой по ноге. Что характерно, левой, потому что правая попала в рычаг. – Ф-фух!.. Ну и что это было?

– Понравилось? – довольно осклабился Вова.

– Ничего так, – сдержанно кивнул я. – Игараси мне ничего подобного не показывал. Нет, понятно, что это болевой на локоть, в дзю-дзюцу такой тоже есть, но сам переход…

– Это называется «рычаг локтя с переходом из стойки», – пояснил напарник. – В просторечии «висячка». Ещё разок?

– Не, потом! – отклонил я «заманчивое» предложение. – Этим делом надо вдумчиво заниматься. Лучше ещё что-нибудь покажи в этом же духе.

– Слушай, да это всего лишь спортивное самбо! А ты вроде чего-то смертельного хотел?

– Вов, не увиливай!

– Ладно, как скажешь…

Надо отдать Вове должное, бросковой техникой он владел весьма неплохо. Ну, с учётом того, что я не сопротивлялся и не пытался пресечь выходы на захваты ударкой. А потому за следующие примерно полчаса я узнал довольно много нового: «мельницу», бросок через голову, подножки во всём их разнообразии и вишенкой на торте – переходы на болевые приёмы. Ну а на броске через бедро, аккурат когда Вова объяснял тонкости, заявился Серёга-Серхио. И не просто заявился, а удивлённо поинтересовался:

– Э-э-э… пацаны? А вы чего это тут делаете?!

Именно в этот момент я всем весом навалился на Вову, который застыл на полусогнутых ногах и с изумлённым выражением на роже по типу «вот ты, Профессор, кабан!» Правда, он попытался меня взвалить на спину, как мешок с цементом, но это как бы пофиг, знал, на что шёл. Вот и получилась картина маслом. Впрочем, напарник мужественно довёл приём до конца, довольно бережно уложив меня на пол, демонстративно отряхнул колени и осведомился в пространство:

– Проф, а ты дверь не запер, что ли?

– Запер, – подтвердил я, в свою очередь поднявшись с пола. – Вчера. А сегодня утром отпер. И контур вырубил. Привет, Серёг.

– Здорово! – протянул тот руку. – Салют, Вов! Это же самбо, да? А я уж грешным делом подумал, а не, кх-м, эти ли вы самые?

– Не дождёшься! – ответил на рукопожатие напарник. – Профу, видишь ли, приспичило скилл прокачать. Ну и кто ему поможет в столь деликатном вопросе, как не напарник?

– Профессиональный тренер, может быть? – иронично заломил бровь Серхио.

– Увы, но мы пока таких не знаем! – развёл я руками. – Но это хорошо, что ты так быстро пришёл. Вопросец у нас есть. И деловое предложение.

– Ну колитесь уже! – присел гость на порожек трака. – А то я извёлся весь! Не телефонный разговор, надо же! Вы, парни, решили в контрабандисты податься, что ли?

– Хуже! – заверил Вова. – Проф хочет поучаствовать в «тёмных лошадках».

– Ого! – присвистнул охотник. – Неожиданно! Стесняюсь спросить, а как вы вообще до этого додумались? Или подсказал кто?

– Или, – кивнул Вова. – Тут вообще история очень интересная, но довольно длинная. Вот мы и решили к тебе обратиться, как к человеку знающему. Ну как, будешь слушать?

– Валяй! – махнул рукой Серхио. – До пятницы я совершенно свободен.

– Может, пивка? – продолжил ходить вокруг да около Вова.

– Да что у вас там за проблема-то?! – изумился гость. – Чтобы Вова, и пива не пожалел?!

– Так оно не его, – усмехнулся я. – Запасы мне пополнять, вот он и щедрый.

– А что, нельзя, что ли?! – уже от холодильника отозвался мой напарник. – Я, между прочим, за общее дело радею!

– Радей-радей, радетель! И мне сразу две прихвати, – поддержал Вову охотник. – Вот, спасибочки! Проф, а ты чего?

– Мне ещё работать, – отказался я.

– Ну а я поддержку компанию, – свернул своей бутылке пробку Вова. – В общем, Серый, тема такая…

Серхио-Серёга оказался на редкость благодарным слушателем, то есть сидел молча, отхлёбывал пиво и не перебивал. Поэтому Вова уложился в рекордные четверть часа, причём умудрился дать полный расклад по всем плюсам и минусам. Ну, как мы их сами видели. Заодно сообщил охотнику о его планируемой роли в афере, на что тот даже ухом не повёл, не говоря уж о том, чтобы поперхнуться пивасом. А завершил Вова спич вполне резонным вопросом:

– Ну, что скажешь? Стоит вписываться?

Серхио задумчиво добил первую бутылку, неторопливо вскрыл вторую, смачно глотнул и вынес-таки вердикт:

– Звучит неплохо, так-то.

– Всего лишь неплохо? – удивлённо заломил бровь мой напарник. – Не гениально? И даже не прекрасно?

– Вов, задрал паясничать! – урезонил я приятеля. – Хорошо уже то, что Серёга не усмотрел ничего криминального. Ведь не усмотрел?

– Да норм всё, сказал же! – барственно отмахнулся тот бутылкой.

– То есть можно смело соглашаться? – педантично уточнил я.

– Если ты в своих силах уверен, Проф, то не вижу причин не вписаться.

– Ф-фух! – облегчённо смахнул воображаемый пот со лба Вова и хорошенько приложился к собственной бутылке, аж кадык заходил. – Как гора с плеч! А то мы, грешным делом, опасались, что замут слишком уж мутный и можно неприятностей огрести на афедрон.

– В плане? – удивился Серёга.

– Ну, как ни крути, а в наличии сговор с целью получения прибыли, – пожал плечами Вова. – А нам тут вчера очень впечатляющий пример привели, что бывает с теми, кто нарушает негласные запреты.

– Так у вас… то есть у нас, всё путем?.. – ещё сильнее изумился гость. – Вы ж через третьих лиц… и вскладчину. Опять же, Олег не собирается ложиться в финале… я имею в виду специально. То есть преступного умысла нет. Да даже если бы и был, то… я вам так скажу, парни. Это правило – не оказывать давления на бойцов – оно в основном для «клуба шестнадцати». Вот там следят строго, насколько я знаю. А если вот так, как вы… да там каждый второй боец с претензиями и какой-нибудь схемой. В результате на такое смотрят сквозь пальцы, потому что это дополнительный фактор случайности для шишек из джек-пота.

– То есть ты не против поучаствовать? – потребовал конкретики Вова.

– Да без проблем, пацаны!

– И что, даже долю не попросишь?

– Вов, ты офигел?! С вас?!

– Ладно, Серый, считай, что я погорячился.

– Проехали! – махнул рукой охотник. – В общем, я не большой любитель таких вот мероприятий, но ради вас, парни… ну и ещё небольшой скидки на грядущие заказы, – подмигнул мне Серёга, – я расстараюсь. И прослежу, чтобы всё было тип-топ. Как в тотализаторе, так и потом, когда навар делить станете.

– А что, думаешь, с теми придурками неприятности будут? – усомнился Вова. – Вроде бы должно уже дойти, что с нами шутки плохи. Дважды отлуп получали.

– Большие деньги часто застят глаза, – философски вздохнул Серхио. – Так что я ничего не исключаю. Разве что…

– Да, Серёг?

– Олег, а ты точно уверен? Ну, что потянешь? Может, и правда в финале лечь? Оно как-то понадёжнее будет.

– Категорически исключено! – нахмурился я. – А ты с чего вообще об этом начал, а, Серёг? Знаешь ещё кого-то?

– Да откуда?! – незамедлительно отпёрся охотник. – Набор ещё только послезавтра! Я в общем. Раз на раз не приходится, в «лошадках» иногда крайне занятные экземпляры встречаются. Я, если честно, не совсем в теме, просто Марио – помните его? – каждый год после турнира мозг выносит. Были бы у него лишние деньги, точно бы всё на «лошадках» просадил!

– Хм… а что про Алехандро скажешь? – поневоле заинтересовался я.

– Про кого?!

– Да тот тип, которого Проф вчера утром у вас на глазах вырубил, – пояснил Вова. – Говорят, он прошлогодний победитель.

– Серьёзно?! – таки поперхнулся пивом Серёга. – Чёрт! Так, парни, давайте-ка я Марио звякну, он все расклады выдаст.

– Давай, фиг ли!

– Щас, секунду! – выудил охотник смарт из кармана. – Тэ-э-эк-с… Марио! Алло! Узнал?.. Жаль, богатым не буду… слушай, вопрос к тебе. А этот Алехандро, ну, который в прошлом году «лошадок» взял, он как боец? Норм? Или так себе?.. О, даже так!.. Хрена… зачем спрашиваю? Да наш общий знакомый, ну, который оружейник, решил вписаться в этом году… да откуда я знаю, какой у него уровень?! Но этого Алехандро он вчера утром при нас с одного удара вырубил, помнишь?.. А я гребу, почему ты его не узнал?! Далеко, наверное, было!.. Всё, спасибо.

– Ну?! – хором выдали мы, когда Серёга сбросил звонок и неторопливо спрятал смарт на законное место.

– Чего «ну»?

– Серый, не беси меня! – процедил я сквозь зубы.

– Ой, боюсь-боюсь! – прикрылся тот пивной бутылкой. – Короче, выдыхайте, бобры! Марио сказал, если Олег настолько легко вынес Алехандро, то грех не поучаствовать. Иначе потом всю жизнь будете локти кусать от упущенной возможности.

– И всё? – уточнил я на всякий случай.

– Нет, не всё. Марио просил узнать, можно ли и ему в долю?

– Да как бы… – замялся я, но Вова поспешил исправить ситуацию:

– Серый, сам-то как думаешь?

– Лучше сказать, что не получится, – вздохнул охотник. – Я его знаю, потом весь мозг вынесет всякими схемами. Он у нас такой… эмоциональный.

– Ну, значит, так и скажем! – с облегчением выдохнул я. – Ладно, Серёг, если ты согласен, то мы тоже вписываемся. Сегодня вечером Анхель заявится, мы с ним насчёт бабла договоримся, чтобы завтра всё провернуть и в последний день не суетиться.

– Как скажешь, Олег, – не стал спорить Серхио. – Кстати, а у тебя ничего больше нет… ну, из раздаточного материала? Помнится, ты Инке очень занятный автоматик подогнал…

– Да как тебе сказать… – начал было я, но в этот момент меня весьма удачно прервали:

– Э-э-э-эй, Энрике! Ты где?!

– А ты не видишь, что ли?! – рыкнул я.

– Не-а, я из двери не разгляжу!

– Так заходи уже, блин!

– Проф, а это кто ещё? Может, я не ко времени? – засобирался Серый.

– Да сиди! – отмахнулся я. – Это мой потенциальный наёмный работник.

– Который вчера утром в краске по промке рассекал? – догадался охотник.

– Он самый, – кивнул я. – Да проходи уже, Ксавье! Чего как не родной?!