Лэйни

Я с трудом разомкнула веки, но не стала поднимать голову от чего-то твердого и деревянного. Осмотрелась. Конечности были словно налиты свинцом. Осторожно пошевелив пальцами, я поняла, что мои запястья скованы кандалами, соединенными тяжелой железной цепью — любое резкое движение вызвало бы грохот. Поэтому я замерла.

Я вспомнила, что Эрл пришел в пекарню после ухода Паулины и изобразил удивление, когда я сказала, что платить ему не буду. Он начал угрожать выселением, заявляя, что выходки его жены не имеют отношения к аренде. Я решила, что борьба того не стоит, и сдалась — верну свои деньги позже через суд. Он пошел за мной наверх. Когда я открыла сумку, чтобы отсчитать сто долларов, он достал пистолет. Сказал, что если я хочу, чтобы мой сын жил, я буду делать то, что он велит.

Этого было достаточно, чтобы я подчинилась. Он вывел меня по внешней лестнице и провел по переулку ярдов двадцать до белого фургона. Мне хотелось съязвить, насколько это клишированно, но я промолчала. Дверь открылась, какой-то молодой парень, примерно мой ровесник, облапал меня и затащил внутрь. Через пару секунд я почувствовала укол, и всё померкло.

Меня мутило от мыслей о том, что могло произойти, пока я была в отключке. Единственным утешением было то, что, насколько я чувствовала, я всё еще была одета. Но надолго ли? Мои мысли вернулись к Конору. Я знала: я должна сделать всё, чтобы выжить ради него. Мой сын не останется сиротой при обоих родителях.

— Я знаю, что ты очнулась, — прогнусавил парень. — Пора вставать, принцесса. Нам с дядей Эрлом пора немного развлечься.