— А где ваш транспорт? — несколько удивленно спросил Владимир у командира.

Старший Ведмедько, когда друзья подошли к нему, недолго размышляя, пригласил их разместиться у себя на стоянке. И теперь составлял компанию, усевшись на подстилке рядом и рассказывая о положении дел.

— Слишком много мороки, — ответил Зефир.

Да и не было сейчас лошадей в городе, как и повозок — всё разобрали аристократы по одной единственной причине: поджимали сроки.

Дело было в том, что войска из столицы должны были прибыть к Небесному Зеркалу не позднее чем через две недели и встретиться там с Королевской армией, возвращавшейся после усмирения мятежников.

Дорога до этого огромного озера пролегала чуть ли не через всю страну, и чтобы успеть, нужно было очень постараться.

— Уверены, что сдюжите пешком? — с сомнением проговорил синеволосый крепыш и предложил, — думаю, я смогу вам выделить хотя бы одного коня.

— Спасибо, — посмотрел на него благодарно командир, — но не нужно.

Товарищи превосходили в скорости лучших нордграальских скакунов, а в выносливости — волов. И держать темп повозки для них не было проблемой.

— Как знаете, — пожал плечами собеседник.

— Владимир, а почему я не вижу тут ни одного культиста? — поинтересовался Зефир, оглядываясь по сторонам. — У них стоянка в другом месте?

Парень, конечно, не обследовал весь гигантский лагерь, но всё равно ни одного культиста вокруг не приметил.

— А нету их, — ответил Ведмедько.

Это было странно. Насколько молодой человек знал, культ обожал заварушки и участвовал в них с маниакальной настойчивостью.

— Поговаривают даже, что иерарх на днях собрал всех старших служителей, адептов и большую часть храмовников и покинул город по морю. А в храме остались только послушники и немного охраны, — продолжил мужчина.

— Как так? — удивленно посмотрел на него Леопольд, да и мохнатый, устроившийся рядом, оторвался от своей записной книжки и недоуменно тявкнул.

— Да, дела у нас швах, если этот златолюбивый уродец сбежал, — хмыкнул Владимир. — Что-то явно не в порядке с этой войной.

Командир задумался ненадолго, покосился на Ведмедько, а затем заговорил:

— Здесь, судя по всему, замешаны еретики…

Юноша кратко рассказал о своем опыте встречи с уродливыми монстрами, которых те выводили, и в конце предупредил мужчину:

— Будь осторожен.

Тот внимательно слушал, сильно впечатлившись рассказом, и серьезно кивнул.

— Вот ты где, Владимир, — раздался голос со стороны, и вскоре к их небольшой компании подошла крайне фигуристая женщина с огненно-рыжими волосами, завязанными в хвост.

Джасна Огнева, а это была именно она, опустилась на подстилку командира и подвинула его своими широкими плечами и крутыми бедрами, а следом жизнерадостно произнесла, обращаясь к друзьям:

— Привет, мальчики.

«Мальчики» поздоровались в ответ, а Зефир решил смолчать на такое наглое поведение. Как бы странно это ни звучало, но она имела на него полное право после того, что юноша делал всю ночь с ее шикарной дочкой.

— Владимир, — обратилась гостья к мужчине, — забери у меня две катапульты по-добрососедски, ну никак не помещаются.

— Джасна, ты думаешь, у меня свободные телеги есть? — ответил тот немного раздраженно.

— Ну будет тебе…

Парочка продолжила препираться, а командир попытался собрать воедино всё, что он знал и недавно услышал от старшего Ведмедько.

Побережье Небесного Зеркала, принадлежащее Моревии, было огромным. Однако мест для высадки с кораблей существовало всего два.

Первое находилось в городке под названием Озёрный Берег — туда, к слову, Владимир сослал семейство Локусов, досаждавших Бессовестному Еноту.

Второе — гораздо севернее, практически у границы Вальдмарской Республики. Там стояла какая-то рыбацкая деревушка, название которой молодой человек не запомнил.

Вся остальная линия берега представляла собой скалы и крутые обрывы. Поэтому враги могли организовать вторжение по воде только в этих двух точках.

Однако как они в итоге поступят — если вообще решат нападать со стороны озера — никто не знал, отчего Королевская армия была разделена на две части: большая под командованием гетмана Милана сейчас находилась в Озёрном Берегу, меньшая направилась на север. И именно с ней должны были соединиться войска из столицы.

Помимо этого, такое разделение сил было сделано для того, чтобы контролировать вальдмарцев. У Моревии с ними был, конечно, заключен мир. Но доверия к соседям отсутствовало напрочь.

— Ну хорошо, хорошо, — в итоге сдался Владимир и поднялся. — Пойду, найду Ирэн, она разберется с твоими дурацкими катапультами.

— Спасибо, — прозвучал удовлетворенный маленькой победой голос Джасны.

Мужчина ушел, а Зефир решил поделиться с главой Саблекота тем, что он недавно рассказывал Ведмедько.

Рыжеволосая выслушала его и, поднявшись, кивнула:

— Благодарю.

Она уже собиралась уходить, как вдруг остановилась и повернулась к парню, проговорив:

— Тебе придется позаботиться о моей дочке, если со мной что-то случится.

Тон был серьезным, но хитрый блеск в глазах выдавал ее.

— Тогда и ты позаботься о моем еноте, — в том же ключе ответил ей командир.

Брут оторвался от своей книжки и круглыми глазами посмотрел на Зефира, в то время как Джасна хмыкнула и ушла.

…

Ожидание продлилось несколько часов, прежде чем первые отряды двинулись в путь. При этом пеших, кроме троицы друзей, не было. Всех, у кого отсутствовал четвероногий транспорт, включая наемников, определили по повозкам, а счастливые обладатели лошадей оказались в седле.

Зефир вместе с Леопольдом, посадив мохнатого себе на плечо, так и остались в компании Владимира. Ведмедько ехал верхом во главе клановой колонны, пристроившись в хвост краснокожей группы из Быка, а товарищи бежали на своих двоих рядом.

Поначалу глава Медвежути с болезненным интересом посматривал, насколько хватит парней, и интересовался их самочувствием. Всё же заданный темп был довольно высок — лошадки шли рысью первые два часа.

Но чем дальше они продвигались по утоптанной, ровной дороге сквозь бесконечные поля и рощи, тем удивленнее становилось лицо мужчины. А на пятый час, не заметив у друзей никаких признаков усталости — кроме заскучавшего выражения на мордочке енота — Владимир бросил это неблагодарное дело. Видимо, наконец осознав, что Зефир не преувеличивал.

На обед войско не останавливалось, и все выкручивались как могли прямо на ходу. Однако, как бы они ни спешили, ближе к вечеру гетману Лукашу пришлось объявить привал. Не столько ради людей, сколько лошадей.

Местом для стоянки послужило поле, поросшее бурьяном, с редкими полосками деревьев вместо межи. Когда-то, по-видимому, тут что-то выращивали, но в итоге забросили. Возможно даже, где-то поблизости была деревня, тоже, скорее всего, заброшенная.

Владимир не стал менять расположение своего лагеря и остановился аккурат за Кланом Быка. Развернувшись, он кивнул следующим за ним конным, и те направились в сторону, организовывать постой для лошадей, кормить и обихаживать их.

Туда же отправились повозки и, немного не доезжая, вставали. И пока товарищи устраивались, из транспорта начали вылезать клановые и в буквальном смысле падать на траву, растирая отбитые зады. Некоторые матерились. Безадресно, но достаточно громко — видимо, с надеждой, что те, кто задавал темп войска, услышат.

Брут, закончивший со своей подстилкой первым, с интересом наблюдал за страдальцами, а затем подал голос, привлекая внимание. Командир обернулся к нему, в то время как енот встал и начал жалобно тявкать, показывая себе на мохнатый филей.

— Чего? — удивился парень и с подозрением уточнил, — почему ты об этом только сейчас решил сказать?

Леопольд, разбиравший вещи рядом, только головой покачал на новую выходку енота.

В принципе, Брута в чем-то можно было понять — наплечники у Зефира металлические, и сидеть на них, особенно когда юноша бежал, было тем еще испытанием. С другой стороны, енот пристроился на закорках только потому, что ему было лень топать своими лапами. А ведь он мог бы и сам бежать в заданном темпе, хотя бы часть пути. Но этот засранец предпочел всю дорогу просидеть на шее.

В ответ парню раздался тявк, и Брут снял сумочку с плеч, начав в ней копаться. Через несколько секунд зверь достал оттуда чью-то полупрозрачную ночнушку, протянул ее командиру и стал пояснять. И по мере того, как мохнатый говорил, глаза у юноши лезли всё выше на лоб.

Этот деятель предлагал подстелить себе, чтобы было удобнее кататься на чужих плечах! И не абы что, а чье-то сворованное нижнее белье!

— Это что у тебя такое интересное в лапах? — послышался знакомый голос. Джасна стояла сбоку и смотрела на них с интересом.

Енот и человек обернулись в ее сторону. И если реакция юноши была обыденной, то мохнатый медленно перевел взгляд на свои лапы, в которых держал улики. Затем снова покосился на Огневу. И только потом шестеренки в маленькой черепушке со скрипом провернулись.

В следующую секунду Брут панически заверещал и испарился под смех рыжеволосой.

— Я надеюсь, это не твоя была? — спросил Зефир смущенно и тут же прикусил язык, но было уже поздно.

Джасна моментально замолкла, а ее глаза расширились. Миг спустя она уже бежала на стоянку Саблекота, матерясь сквозь зубы.

— Бежим? — меланхолично поинтересовался Леопольд.

…

В итоге с енота не сняли шкуру, и даже командир выжил.

Джасна вернулась, на этот раз без спешки, и буркнула:

— Не моя.

— Ты извини меня, — поднялся с подстилки Зефир и сделал самые честные глаза, которые мог. — Дурацкая шутка вышла.

Он обернулся по сторонам, якобы проверяя, не слушает ли их кто, и продолжил проникновенным полушепотом:

— Понимаешь, у Брута болезнь — он любит одевать женские вещи. Ну знаешь, ходить на каблуках и в платье, красить губы.

Огнева посмотрела на Зефира очень странным взглядом, но молодой человек уже словил вдохновение, и его понесло дальше:

— Это неизлечимо, и если он не может утолить свой приступ, то дуреет. Поэтому мы иногда покупаем ему женскую одежду, как ту ночнушку, которую ты видела.

— Покупаете… — протянула Джасна.

— Да, покупаем. Ну не воровать же, — возмущенно сказал командир. — В общем, мы будем тебе признательны, если это останется между нами. Всё-таки тема довольно деликатная и касается члена клана.

Рыжеволосая молчала и пристально смотрела на Зефира, отчего ему стало неуютно. Затем она перевела взгляд на Леопольда. Тот тут же закивал, подтверждая слова друга.

— Ладно, забудем, — наконец молвила женщина и спросила командира: — Ты готовить собираешься? Марика мне говорила, что ты в готовке — как Всемогущая Бойня в бою.

Похоже, Джасна им не особо поверила. С другой стороны, это было не так важно. Главное — командир отбрехался и спас мохнатую задницу, да и свою заодно.

— Буду, конечно, — ответил Зефир и направился к заплечной сумке. — Но придется немного подождать.

Через час, когда ужин был готов, к ним подтянулся Владимир и даже енот, поняв, что его сегодня не будут убивать, внезапно появился на своей подстилке.

Командир специально расстарался, обработав продукты техникой, чтобы по максимуму задобрить главу Саблекота. И судя по довольному лицу женщины, у него это получилось.

На запах к ним даже заглянул один серый и крупный прямоходящий волчара с седой шерстью. И учитывая, что рядовые клановые не рисковали подходить к такой представительной компании, Зефир предположил, что это и есть отец Нады. И, как ни странно, угадал.

— А чем у вас тут так вкусно пахнет? — раздался грубоватый голос подошедшего. Он тщательно принюхивался своим кожаным носом на слегка вытянутом лице, а уши у мужчины встали торчком.

— Едой, — хохотнул Владимир и, облизав ложку, указал ей на волка: — Зефир, это Фаркас Мара — старейшина Клана Когтя и лидер их группы в походе. Но думаю, после войны его можно будет поздравить с местом главы.

— Всё-то вы знаете, — цепко посмотрел на Ведмедько гость.

— А то! — радостно улыбнулся синеволосый.

— Очень приятно наконец познакомиться, господин Зефир, — перевел взгляд на юношу Фаркас. — Раз уж выдалась возможность, я хотел лично поблагодарить вас за спасение моих детей.

— Мне тоже, — кивнул командир и указал на глубокую сковороду. — Присоединитесь?

— Конечно! — обрадовался мужчина.

— И когда это ты успел? — послышался удивленный голос Джасны.

…

На следующее утро войско выступило. Полторы недели пути прошли на удивление скучно. И это был странный опыт для товарищей. Привычка заставляла их следить за окрестностями и постоянно быть начеку. Однако Выдохом тут и не пахло: никто не выпрыгивал из кустов с целью тебя сожрать, не попалось ни одной блуждающей ловушки, да и обычная природа как-то незаметно стала для них крайне непривычной.

— Зефир, — обратился к парню Владимир, следующий на коне справа. — Ты случаем не в курсе, что за голые красавицы шныряют ночью по нашей стоянке?

Командир на ходу покосился на Леопольда, который стал изображать, что его тут нет — видимо, научившись у енота — и проговорил:

— Стрела и Лада. Члены нашей группы.

— Это же ваше оружие? — заинтересованно уточнил синеволосый, глянув на стреломет.

Скрывать что-то было бесполезно. Та странная даже для зоны история произошла на глазах младшего Ведмедько, и он, естественно, поделился с отцом.

— Ага, — просто ответил парень.

— Поразительно, — покачал головой Владимир.

В этот момент их часть колонны как раз вышла из небольшой рощи, через которую вела утоптанная дорога, и Зефиру открылся вид на синюю гладь воды. Зрелище чем-то напоминало море в столице — такое же безбрежное.

— Добрались, — послышался голос Ведмедько. И в нем не было ни капли радости.

Со своей фразой он, кстати, немного поспешил. Войску, чтобы дойти до рыбацкой деревушки, потребовалось еще три часа.

Само поселение ничего интересного из себя не представляло: примерно двадцать домов, обнесенных невысоким частоколом, причал на десять лодок и, в общем-то, всё.

А вот протянувшийся на несколько километров ровный берег был гораздо интересней. Несколько тысяч солдат, будто усердные муравьи, споро возводили на нем укрепления в десятке метров от воды — копали ров, насыпали земляной вал высотой в человеческий рост и втыкали в него заточенные колья, а также ставили вышки с платформами наверху.

К приходу войск из столицы они уже практически закончили работу, вырубив полностью ближайший лесок и сделав из побережья одну сплошную вытянутую стену.

Армия аристократов тем временем встала на стоянку рядом с лагерем Королевских войск недалеко от деревни и начала обустраиваться: разгружать телеги, возводить палатки и шатры, собирать башенные стрелометы и катапульты.

Работа кипела, а троица друзей осталась не при делах. Они стояли около Владимира и наблюдали за организованной суетой, пока тот раздавал указания и следил за своими людьми.

Опыт, к слову, довольно занимательный. Зефир никогда не руководил большим количеством людей и мотал на ус, как всё было устроено в крупном клане.

Приблизительно через час, когда подкрепление разместилось и разгрузилось, прямо посреди ближайшего поля состоялся совет или, скорее, просто собрание, на которое пригласили всех аристократов.

По сути, пан Лукаш мог не созывать всех, а донести приказы со своими подчиненными. Он был поставлен руководить этим объединенным войском, куда влилась часть Королевской армии, лично королем и имел на это полное право. Однако гетман решил уважить знать и лично сообщил неприятные новости.

— Восточный Порт на том берегу пал примерно неделю назад, — веско проговорил Сандор Лукаш, находясь перед толпой в несколько сотен человек, посреди которой стоял Зефир. — В деревню недавно добралась пара рыбаков, сбежавших из города. Они рассказали, что неприятель реквизировал все корабли, лодки и баржи, которые только смог найти. Поэтому ждать атаки стоит в любой момент.

Аристократы тут же начали перешептываться, а находящийся рядом с командиром Владимир громко спросил:

— Сведениям от рыбаков можно доверять?

— Да, на лазутчиков они не похожи, — ответил гетман. — Также оба добирались отдельно друг от друга и говорят одно и то же с незначительными расхождениями.

Он ненадолго прервался, оглядев собравшихся, и продолжил:

— В любом случае, их слова ничего не меняют — мы делаем то, что должны, просто немного ускоримся.

Вопросов больше ни у кого не было, и пан Лукаш начал рассказывать о диспозиции, которую займут войска в предстоящей битве.

Всего около рыбацкой деревушки собралось приблизительно четырнадцать с половиной тысяч человек: четыре тысячи пятьсот королевских солдат, тысяча клановых, три тысячи дружинников и пять тысяч наемников.

Высшие аристократы со своими силами должны были занять правый фланг берега. Левый — обороняли королевские войска, а центр — клановые. Помимо этого, часть дружинников посадят на лошадей и оставят в запасе для купирования прорывов.

Примерно через четверть часа собрание закончилось, и задумчивый Зефир вернулся к товарищам.

— Ну как? — спросил чернявый вместе с енотом, уставившись на парня.

— Будем в центре, — начал было командир, когда с одной из недавно построенных вышек раздался крик:

— Корабли на горизонте!

Зефир посмотрел на Леопольда. Вопросы отпали сами собой.

Прим. автора: обновленная карта для наглядности