Филипп Клаус напрочь отказывался говорить с детективом без адвоката. Он молча сидел, положив руки, скованные наручниками, на стол и смотрел на Ноа. Тот готов был растерзать похитителя, но не был уверен в том, что поймал именно того, кого нужно. Удивительно, но Алекс и сам понимал, что в любой, даже в такой напряженной ситуации нужно действовать не спеша, размеренно, чтобы не напугать подозреваемого и расположить к себе. Рано или поздно правда вскроется, но могла ли я надеяться на то, что меня совсем скоро найдут? Нет. Дело затянулось. Может быть, я была глупа и не знала всех тонкостей работы в полиции, но мне казалось, что все работали слишком медленно. Ноа был в их числе. Он сдался. Уже не торопился найти меня, и с каждым днем, я чувствовала, его вера в хороший финал становится все слабее. Да, я мертва, но для меня хорошим финалом будет наказание убийцы. Страшно и несправедливо. Что, если Клэр права и я действительно не первая жертва и, что страшнее всего, – не последняя.

Когда Нейтон вернулся в участок, Ноа сидел в своем кабинете на полу, оперевшись спиной на диванчик, на котором часто спал, когда не хотел ехать домой. Он просто сидел, глядя в одну точку, и сам не мог понять, что же произошло. Еще не знает, что я мертва, но уже скорбит. Удивительно, но скорбь чувствуется убитым совершенно по-другому. Живые, видя скорбящего человека, чувствуют порой жалость, но мертвые чувствуют тепло. От Алекса я чувствовала тепло, которое заставило меня стать еще ближе к нему. Настолько, что я решила посидеть рядом. А вдруг он тоже чувствовал меня?

Станет легче. Обязательно станет, только верь, хорошо?

– Ты не был у Катрины? – спросил Нейтон, присев на подлокотник дивана. – Допросил?

– Этот козел не хочет говорить без адвоката. Без своего чертового адвоката! Ты знаешь, кто он такой? Ты знаешь, кто его отец? Он меня оглушил этими двумя вопросами. Козел…

Ноа был раздражен, это говорило о том, что скорбь отошла на второй план, как только разговор пошел о работе.

Чертов трудоголик!

– Нам нужно дождаться экспертизы. К тому же… ну, приедет адвокат, подумаешь, допрос все равно будет, только позволь мне провести его. Я боюсь, что ты сорвешься, а ты сорвешься, – сказал Нейтон, похлопав друга по плечу. – Может быть, не все так плохо?

Ноа поднял взгляд на Уоттса и внимательно посмотрел на друга, отчего, мне кажется, тому стало не по себе. Конечно же, оба догадывались, что я мертва, но Нейтон пытался хоть как-то поддержать Алекса. Глупо было вообще что-либо говорить в данной ситуации, но бывает, что человек ждет нескольких слов поддержки. Просто чтобы знать, что он не один. Я не получила таких слов, и чем это все закончилось? Согласна. Глупое сравнение, но я пытаюсь найти во всем этом хоть что-то позитивное.

Ноа, я думаю, тебе стоит встретиться с Катриной. Она тоже должна знать…

– Нужно съездить к Катрине. Я поеду, а ты… сам знаешь, что нужно делать, верно? – выдохнул Ноа, поднимаясь на ноги, и похлопал Нейтона по плечу. – Я в порядке. Правда.

По нему было видно, что он НЕ в порядке, но разве можно было указывать человеку на его слабости? Вот и я решила промолчать. Даже если бы что-то сказала, он бы не услышал. Никто меня не слышит, но я рядом. Всегда рядом. Мне вновь захотелось дотронуться до Алекса, чтобы он почувствовал мое присутствие, но не стала пугать. Это слишком… я подожду, когда он приедет домой, тогда, может быть, у нас получится поговорить. Он же, кажется, видел меня.

Ноа уверенной походкой направлялся к машине, когда увидел Маккс. Интересно, сколько она там ждала? Судя по тому, что на лице у нее было недовольное выражение, – долго. Не знаю, что именно она хотела сказать, наверное, что-то о том, что услышала из разговора Тейта, но сразу же перешла к претензиям, как только Ноа подошел ближе.

– Я же просила! – крикнула она, расставив руки в стороны, на что детектив не обратил внимания.

Он обошел машину, открыл дверцу и сел за руль. Клэр не стала мириться с этим. Она уселась на пассажирское сиденье и сердито уставилась на детектива.

– Не хочешь говорить со мной – окей! Окей! Ладно! Говорить буду я! – Ударив ладонями по коленям, Маккс обернулась на полицейский участок. – Я слышала разговор того парня, Данагана. Когда он попросил у тебя один звонок, ты знаешь, кому он звонил? Ты знаешь, о чем он говорил?

Машина Ноа тронулась с места, но он так и не произнес ни слова, направляясь в сторону дома Катрины.

Ты болван! Слушай Клэр!

– Он как-то замешан в этом деле, я говорю правду! И знаешь, что самое главное? А самое главное то, что после его разговора по телефону, во время которого он говорил, что его будут допрашивать, и боялся, что ты узнаешь о том, что случилось, Гиббс выставил меня за двери! Ты это понимаешь?! Чертов Шерман как-то связан с преступлениями! Я не знаю как, но я уверена в том, что это именно так! Нам нужно что-то придумать, детектив. Данаган замешан в этом деле, может быть, он даже исполнитель! Стоит проследить за ним и прослушать его телефон и…

– Может быть, хватит? – Я не узнала голос Алекса, он звучал как-то тихо и устало.

– Что?!

– Хватит лезть не в свое дело.

– Что?! Да я помочь тебе пытаюсь!

– Ты в первую очередь хочешь решить какие-то свои проблемы. Тебе делать нечего? У ФБР нет других дел? – Он остановил машину и повернулся к Клэр.

– Но мы же уже начали работать вместе. Почему ты так со мной? Сегодня работаю, потому что нужна, а завтра… Ты просто обязан послушать меня, ты просто… Давай я кое-что покажу тебе. Поехали в мотель, где я остановилась, там есть доказательства того, что Шерман Гиббс – главный мерзавец.

– Я собирался съездить к Катрине.

Его многозначительный взгляд скользнул по лицу Клэр, после чего у детектива вновь появился тик, он моргнул несколько раз подряд и пожал плечами. Он был согласен поехать с Маккс, лишь бы отстала, но где-то в глубине души я знала, что ей известно намного больше, чем Ноа.

Свернув в сторону мотеля, он крепче сжал руль, отчего костяшки побелели, и внимательно всмотрелся в дорогу. Маккс все это время перебирала пальцами край ремня безопасности и молчала. Мне стало интересно, что она задумала. В какой-то момент в голову закралась мысль о том, что агент она подставной и может что-то сделать детективу, заманить в свой номер. В прошлый раз она ловко пристегнула его к трубе, но тогда он не был готов к такому, а теперь готов. Готов же?

Алекс, несмотря на скорбь, ты должен оставаться в здравом уме! Слышишь? Главное, не расслабляйся, ведь всякое может быть, а я защитить не смогу.

Он остановил машину на парковке рядом с мотелем и вышел на улицу. Маккс с важным видом пошла вперед, на ходу повторяя, чтобы Ноа поторапливался. И вновь это неприятное место с запахом непонятного происхождения. Кажется, обычная плесень, но смешанная с освежителем или еще какой-то штукой, которая отчаянно пыталась скрыть этот запах. Мы прошли по лестнице на второй этаж, по длинному коридору к двери, которая в прошлый раз была не заперта. На этот раз все было иначе. Сунув руку в карман джинсов, Клэр достала ключ, хотела вставить его в замок, но дверь сама по себе открылась. Ее взгляд, наполненный ужасом, заставил мурашки пробежать по моей спине, хотя я ничего подобного уже и не чувствовала, но все же поняла, что ощущение не из приятных. Они с детективом ворвались в комнату, где царил настоящий хаос. Такое ощущение, что в номере был обыск, самый настоящий обыск, проведенный профессионалом. Он двигался от двери. По часовой стрелке. Ящики тумбочки были открыты, внутри ничего не оказалось, ваза с цветком перевернута, дверь в ванную открыта, и там тоже кто-то порылся. Вся косметичка выпотрошена на пол, полотенце валялось на полу, и, судя по отпечаткам подошвы, по нему прошлись, и не раз. Сначала в одну сторону, потом в другую. Этот кто-то знал, что Клэр долго не будет в номере. Кто мог знать?

Так, ребята, спокойно! Мы обязательно со всем разберемся. Ты же не хранила все данные в бумажном варианте в тумбочке у кровати, да? Ты же умная девочка…

Тумбочка у кровати также перевернута, из нее выброшены блокноты, несколько даже раскрыты и порваны на части, постельные принадлежности перевернуты, еще одна тумбочка выпотрошена: нижнее белье и носки разбросаны, по ним тоже кто-то прошел. Шкаф с вещами – никакого порядка. Полка с книгами – также. Все было так, словно ураган выбрал не целый штат для своего разгула, а номер в маленьком мотеле, которого наверняка даже на картах не было видно.

Клэр метнулась к шкафу, наступая на свои же вещи, и принялась искать что-то на нижних полках, после чего рассмеялась. Не знаю, было это обусловлено нервами или шоком, но выглядело странно.

– Нас опередили, детектив.

– Нужно узнать у управляющей, может быть, она видела кого-то. – Ноа хотел уже было покинуть номер, но Клэр схватила его за руку и покачала головой:

– Не нужно. Мы сами разберемся. Забрали всего лишь ноутбук, потому что думают, что там вся информация, указывающая на кое-кого. Вернее, на его причастность к четырем похищениям девочек, в том числе и похищению Норы Принс.

– Тогда тем более нужно… – Ноа изменился в лице и собирался вновь идти к управляющей, но Маккс опять схватила его за руку: – Успокойся. Я работаю в ФБР и прекрасно знаю, что не стоит оставлять важную информацию на ноутбуке. У тебя дома есть компьютер? Поехали. Я покажу тебе все то, что я копила годами.

Они вышли из номера, Клэр закрыла за собой дверь на ключ и быстрым шагом направилась на улицу впереди Ноа.

Моросил дождь. Уже было темно. Не знаю, сколько сейчас времени, но достаточно, чтобы закончить работу, однако же Ноа и Маккс не собирались этого делать. Они нарушали все правила, направляясь домой к Алексу, и я чувствовала безумное напряжение. Не знаю, что хотела показать детективу агент ФБР, но это явно что-то такое, что ищет кто-то еще. Но кто? Тейт? Вряд ли… он слишком труслив, чтобы заниматься подобным. Кто тогда? Если Маккс говорила о Гиббсе, то… Нет, Шерман не мог. Он пока еще в своем уме и вряд ли будет похищать подростков, к тому же… меня похитил Тейт.

Это был Данаган! Маккс, услышь!

Конечно же, сколько ни кричи – все равно не услышат, более того, каждый раз, когда пытаюсь коснуться их – пугаются, словно увидели призрака.

Ха-ха, смешно, да? Не смешно уже.

Подъехав к дому, Алекс заметил тень у дальней стены, поэтому сразу же выскочил из машины и побежал туда. Маккс не отставала. Решила зайти с другой стороны, на ходу доставая пистолет, а я… я тоже хотела помочь, поэтому побежала наперерез тому, кто пытался сбежать. Кто-то был в доме Ноа и что-то искал. Может быть, этот кто-то пытался подбросить улики?

А ну стой!

Это был Клинт Рассел. Что он делал у Ноа дома? Я выскочила прямо перед парнем. Свет фонаря освещал небольшую территорию вокруг нас, и, кажется, Клинт увидел меня. Он на миг остановился, словно замер, отшатнулся назад, испуганно глядя на меня, и… его зрачки неестественно начали закатываться, после чего парень упал на землю. Неприятный глухой удар донесся до меня, отчего мне показалось, что это конец… Для Клинта, конечно же.

– Он здесь, детектив! – крикнула Клэр, подбегая к Расселу.

Присев на корточки, она похлопала его по щекам, после чего приложила пальцы к артерии на шее и почти сразу поднялась на ноги, отходя на шаг назад. Ноа подбежал как раз в момент, когда Клэр, как мне показалось, пыталась скрыть дрожь в руках. Кажется, у агента не все в порядке с принятием чьей-то смерти. Я слышала о людях, для которых смерть, сам факт смерти кого-то становился стрессом. Может быть, для нее тоже?

– Ты чего? – Ноа не понял реакции Маккс, даже не обратил внимания на дрожащие руки, которые она уже убрала в карманы джинсов, и пыталась вести диалог.

– Он мертв.

– Это же… – Он узнал Рассела, я видела это по взгляду Алекса. – Черт, это тот парень-уборщик из школы.

Ноа присел рядом с Клинтом, проверил пульс и выругался.

Он мертв? Реально? О, нет… Он как-то связан с моим похищением?

– Думаешь, он как-то связан с похищением Норы Принс? – спросила Клэр, глядя на то, как Ноа ищет в телефоне номер Уоттса, чтобы вызвать полицию и остальных.

– Он проходил по делу как… просто знакомый. Но что он делал у меня дома, останется секретом. Он же не расскажет нам сей… Уоттс! Наконец-то я дозвонился. У нас тут «сюрприз». Что? Труп, говорю! Вызывай всех. У моего дома. Адрес ты же знаешь, да? Ага… Ты в своем уме? Нет, конечно. А Клауса допросили? И что он? Ладно, давай. Ждем.

Убрав телефон в карман, Ноа снова чертыхнулся. Кажется, еще немного, и он сойдет с ума. С таким-то графиком…

– Что он делал у тебя в доме?

– Не знаю. Надо… Черт, не оставлять же его тут. Ладно, подождем.

Почему-то именно в этот момент мне стало особенно жаль Клэр. Она не имела отношения к тому, что касалось меня и нашей «семьи», но почему-то постоянно находилась рядом. Может быть, она тоже как-то причастна? Нет, не думаю, что это так. К тому же она ведет какое-то свое расследование, и я не удивлюсь, если она раскроет дело о моем похищении и убийстве раньше полиции.

Прости, Ноа, но… Ты сам понимаешь, да? Я просто хочу, чтобы ты отдохнул. Пусть Клэр поработает.

Спустя двадцать минут на место «преступления», не знаю кого считать преступником, но пусть будет так, приехали полиция и судебные эксперты. Вместе с ними прибыл и Лавджой, сказав, что устал сидеть в кресле, и ему нужно проветриться. Следом появился и сам Шерман Гиббс. Он бросил взгляд на Клэр, затем на Ноа, который рассказывал Уоттсу, что произошло, и решил тоже послушать. По выражению его лица я поняла, что он что-то задумал. Что-то нехорошее должно было случиться, но я не понимала пока, что именно.

– Мы подъезжали к дому как раз в тот момент, когда он вышел и… Я погнался за ним, агент Маккс тоже, а потом… он упал, и все… – Ноа повторил это раз пятьсот, если не больше, и каждый раз Нейтон озадаченно тер лоб, пытаясь сопоставить услышанное увиденному.

Если бы я не знала Нейтона Уоттса лично, то подумала бы, что он не верил ни единому слову. Но он верил. Более того, понимал, что дело набирало некий размах, отчего становилось страшно. И этот страх передавался каждому, кто занимался делом о моей пропаже… о моем убийстве. Да, именно! Еще никто не говорил этого вслух, но все прекрасно знали, что так оно и было. Переглядывались, не хотели озвучивать это первыми, но прекрасно понимали. Именно поэтому старый добрый Мэйсон Хокк так много дымил, глядя то на новый труп, то на Ноа.

– Прилично ты напугал его, детектив! – сказал Хокк, подойдя к Алексу.

Уоттс сразу же отмахнулся от едкого дыма, как от назойливой мухи, и поспешно спросил:

– Ну что там, док?

– Черт его знает. Скорее всего, сердце. Кстати, по рассказам детектива – он еще и припадочный был. Букет заболеваний, конечно. После вскрытия видно будет.

– Меня больше интересует, что он делал у тебя в доме? – Маккс скрестила руки на груди и взглянула на мужчин.

Хокк уже собирался высказать свою точку зрения, взмахнув рукой с тлеющей сигаретой, но к ним подошел Шерман и взглядом метнул молнию в сторону Клэр. Дело было не в том, что он не ладил с ФБР. Что-то другое. Я видела напряжение, которое буквально искрилось, когда они оставались вдвоем.

– Мисс… как вас там… вам стоит убраться отсюда. Я же говорил, без разрешения не стоит совать свой нос в наши дела, – сквозь зубы прошипел Гиббс, покосившись на Ноа.

– А кто совал нос в ваши дела, шериф? – Маккс нахмурила брови, после чего сделала шаг к Алексу и провела рукой по его плечу. – У нас были свои дела, поинтереснее вашего дела. Хотели поддаться соблазну, приехали, а тут этот…

Эу… Отвратительно! Но смешно!

Уоттс хмыкнул, делая вид, что закашлялся, но Шерман уже смерил его ядовитым взглядом, и ему пришлось вновь стать серьезным.

– Так или иначе, вам нужно покинуть территорию. Вы мешаете следствию. Кстати, Ноа, а ты не ударил его? Может быть, ты ударил его в грудь с такой силой, что у бедняги сердце остановилось?

Это обвинение прозвучало как гром среди ясного неба. Слышать подобный бред от Шермана для Ноа было в новинку. Неужели тот и правда мог подумать, что Алекс способен на убийство свидетеля? Ноа лучший детектив в городе! За его спиной столько раскрытых дел и чистейшая репутация.

Жирдяй, ты в своем уме?

Клэр нахмурилась, но ушла. Что-то мне подсказывало, что она задумала что-то такое, от чего потом все будут потрясены, но все же… я не пошла за ней. Мне казалось важным побыть с Ноа. Я была обязана его защитить. Как могла. А могла я достаточно. Хотя бы напугаю, чтоб Шерман в штаны навалил, вот весело будет.

– Да сдалась тебе эта девчонка! – усмехнулся Уоттс, пытаясь разбавить напряжение, возникшее между шерифом и Ноа. – Пусть крутится тут. К тому же она помогает.

– Закрой рот, Уоттс! Эта мелкая сучка крутится вокруг нашего дела, а потом, когда оно будет почти раскрыто, перехватит, и мы останемся с носом! Ноа! – последнее он буквально рявкнул, хватая Алекса за локоть, и потащил в сторону его дома. – Мне неприятен факт того, что ты снюхался с девкой из ФБР, но это полбеды. Теперь мне кажется, что ты тоже что-то скрываешь. Может быть, нам стоит обыскать твой дом?

– Обыскать? Скрываю? Шерман, ты в…

Ты в своем уме?! Или ты головой долбанулся? Настоящий убийца на свободе, а ты копаешь под Алекса!!! Услышь, чтоб тебя!

– Вот об этом я и говорю! Если бы не скрывал, то и не стал бы сопротивляться.

– Да не скрываю я ничего! Хочешь проверить – пожалуйста!

Это выглядело слишком странно. Шерман будто бы знал, что найдёт что-то в доме Ноа, и мне очень не нравилось это чувство. Такое ощущение, что он что-то задумал. Неужели Маккс была права? Может, Шерман Гиббс и правда не такой, каким казался на первый взгляд. Он кивнул паре полицейских, и они направились к дому. Стоило бы заметить и то, с каким рвением Гиббс желал обыскать дом Ноа. Наверное, не одна я была удивлена подобному, потому что Уоттс отправился вместе с полицейскими. Не доверял.

Хокк выкурил уже третью сигарету. Нервничал? Да. Эта привычка преследовала его, только когда он очень нервничал, в других ситуациях он вовсе забывал о том, что у него есть эта вредная привычка.

Я прошла в дом, встала в дверях, наблюдая за тем, как ловко и грязно орудуют полицейские. Открыли ящик шкафчика, перерыли содержимое, открыли следующий и сделали то же самое. Никто не думает о том, кто будет наводить порядок после обыска. Вот только мне интересно, что они хотят найти и… В голове сложился пазл, и я бросилась в комнату, которая считалась моей, когда я ночевала у Ноа. Оттуда же через окно выскочил Клинт.

Если бы я была тупицей Расселом, куда бы я спрятала что-то? Куда? Надеюсь, я смогу найти и спрятать это что-то.

Но я не успела. Только я взглянула на шкаф, как дверь в комнату распахнулась и вошли полицейские и Уоттс. Он следил за ними. Клянусь, я видела, как округлились его глаза, когда те потянули дверцы шкафа, а на них выпали мои вещи… Мои окровавленные вещи, в которых я была в тот вечер. Катрина описывала именно их, когда давала показания, когда Нейтон составлял ориентировку.

Это не Ноа! Вы же знаете, Уоттс!

– Нашли, шериф! – крикнул полицейский, и через мгновение в комнату вошел сам Шерман, а следом за ним Ноа.

– Угу… – протянул Гиббс, разглядывая окровавленные вещи, после чего резко сорвал с пояса наручники и обернулся Алексу. – Детектив Ноа, вы обвиняетесь в убийстве Норы Принс и сокрытии особо важных улик! Вы можете хра…

– Ты в своем уме? В моем доме был тот парень и…

– Вы можете хранить молчание, детектив Ноа! – рявкнул Шерман, заключая Алекса в наручники. – Хотел запутать нас, да? Сам убил, выдумал что-то, столько времени водил нас за нос! Нас!!!

– У нас немного не складывается, Гиббс, – вступился Уоттс, делая шаг к Ноа, но Шерман выставил вперед руку. – А как же Клаус, который сидит и ждет допроса? Думаешь, что Ноа просто подкинул ему рюкзак?

– Выясним на допросе. Пошел! – Гиббс толкнул детектива в плечо, чтобы тот шел быстрее, и ему пришлось идти к полицейской машине.

Мы добьемся справедливости, Ноа! Не переживай! Все будет хорошо! Все будет… хорошо…

Я совершила большую ошибку, когда отправилась вместе с Алексом. Мы вернулись в полицейский участок, но на этот раз детектив выступал в качестве подозреваемого, даже нет… Гиббс обвинил Ноа в убийстве. Я думала, что они друзья, но друзья так не поступают. Как вообще Шерман мог подумать, что Ноа мог убить меня! Меня! В голове не укладывалось. Кажется, что Шермана в одночасье подменили и это не он обвинял лучшего детектива в убийстве собственной дочери, а кто-то, кто завладел его мозгом. К сожалению, такое бывает только в книжках и фильмах.

Ноа сразу же отвели в допросную. Мы остались там вдвоем. Ноа злился и метался из угла в угол, а я сидела на столе и следила за ним. Понимаю, что он злится, но как же трезвый ум? Нужно было что-то придумать, и он придумал. Наверное, долго шел к определенному выводу, надеясь, что это очередной розыгрыш и скоро все прекратится, но это не прекращалось.

За дверью послышались шаги и голоса.

– Уоттс, я же сказал, что сам его допрошу! Отставить! – рявкнул Шерман, и дверь резко открылась.

Ноа обернулся на Гиббса, сжав руки в кулаки. Мог же и ударить, но это сделает ситуацию только хуже, и если сейчас у полиции нет никаких доказательств, кроме тех вещей, то драка поможет раздуть еще больший скандал.

У тебя есть право на звонок, Ноа! Не глупи, звони Клэр! Она с коллегами из ФБР приедет и разнесет тут все! Звони Клэр! Требуй Маккс!

Не знаю, услышал ли меня Ноа, либо у гениев и правда сходятся мысли, но первое, что сказал он, столкнувшись взглядом с шерифом, было:

– У меня есть право на телефонный звонок!

Шерман громко рассмеялся, развел руки в стороны, после чего положил папку на стол и кивнул.

– Что и требовалось доказать, Ноа. Решил позвонить своему адвокату? Ну, идем. Ты же адекватный парень, не будешь бегать от меня?

С каких пор ты стал таким, Шерман?

Он взял Алекса под локоть, они вышли из допросной и направились в сторону кабинета Гиббса. Не знаю и не представляю, что чувствовал Ноа, оказавшись в шкуре обвиняемого. Обычно он – правосудие! Он – тот, кто ищет преступников. Настоящих преступников! Но теперь он был в рядах других людей. Шерман просто ошибся, думала я, но чем дольше смотрела на него, тем сильнее казалось, что он что-то скрывает.

– У тебя пять минут, Ноа, и без глупостей, – приказал он, пододвинув телефон на край стола.

Насколько мне было известно, Алекс плохо запоминал номера, но прекрасно знал два: номер Уоттса и пиццерии. Заказывать пиццу в таком случае, кажется, было не совсем уместно, поэтому я склонялась к тому, что он позвонит Нейтону. Уоттс же не верит в то, что меня убил Ноа? Нет, не должен, они же не первый день знакомы… хотя после того, как Шерман арестовал своего лучшего детектива, я уже не верю в дружбу.

Пальцы Ноа нажимают кнопки по памяти под пристальным наблюдением Гиббса. Тот следит. Боится чего-то? Или же пытается угадать, кому Алекс позвонит. Слышу громкие гудки, доносящиеся из трубки, затем щелчок и голос Нейтона:

– Пятый отдел полиции, детектив Уоттс, слушаю вас!

– Это я, – усмехается Алекс, подняв взгляд на Шермана и крепче прижав трубку к уху.

– Ноа? Твою мать, ты… Шерман же в допросную тебя увел!

– У меня есть право на один звонок, а ОН действует по закону. Хотя бы в этом он не такой засранец. Ты же тоже не веришь во весь этот бред, да?

– Конечно же нет. У Гиббса сегодня настроение плохое, может быть, поэтому он тебя взял? Смотри, чтобы меня в соучастники не записал, – нервно хохотнул тот в трубку, но вмиг стал серьезным, понимая, что время идет. – Я думал позвонить Маккс. Не понимаю, что происходит, но помощь ФБР нам не помешает. Тебе не помешает.

– Ты чудо, черт возьми! Именно это я и хотел тебе сказать. Не затягивай с этим… давай…

– Держись, Ноа!

Алекс положил трубку, поднялся и взглянул на Шермана, который хотел задать вопрос, но не знал, как правильно сформулировать. От этого затянулась неловкая пауза, после которой шериф все же повел детектива обратно в допросную. По дороге молчал. Боялся, наверное, чего-то, но я точно знала, что это «что-то» было как-то связано и с моим похищением, и с убийством. Только как доказать? Нужно оставить Ноа и побыть немного с Уоттсом. Интересно, он уже позвонил Клэр?

А Клауса кто-нибудь допросил?

Все ходили, занимались своими делами, Шерман допрашивал Алекса, и это выглядело мегаотвратительно. Хотя бы потому, что Гиббс не умел или разучился вести допросы. Он просто задавал вопросы, словно читая их по списку, а детектив отвечал на них, чаще всего склоняясь к тому, что все это время расследовал мое похищение, а не занимался сокрытием улик. Гиббс не верил, и Ноа злился, отчего я готова была в любой момент схватить его, чтобы он не накинулся на шерифа. Вряд ли удержу, но отвлеку, а это уже не будет расцениваться как нападение.

Допрос закончился ничем. Шерман не узнал ничего, что хотел узнать. Злой и уставший, он покинул допросную, дав приказ отправить детектива Ноа за решетку на стандартные семьдесят два часа. Несправедливо, я считаю, но все же правда и закон будут на стороне Алекса.

Я уверенно направилась к Уоттсу. Конец рабочего дня, и он спешно собирался. Надеюсь, пока меня не было, он все-таки позвонил Маккс и договорился о встрече, на которую теперь торопился. Мы вместе идем по коридору, Нейтон прощается с коллегами, машет Шерману и выходит, направляясь на парковку. Он быстр и сосредоточен, будто бы держит в голове все знания мира, но взгляд слишком уставший. Расследование моего дела затянулось, и я никак не могу помочь.

Мне так жаль, но я правда не могу ничего сделать.

Сразу поняла, куда мы едем. Бар «В гостях у пирата Пэтси» – любимый бар копов. По вечерам там особенно людно, но, думаю, Клэр не просто так выбрала именно это место для встречи… или это Уоттс выбрал?

Когда же это закончится?

Он остановил машину на парковке, достал бумажник из бардачка, проверил наличие купюр и вышел, направляясь прямиком к дверям. Машину Маккс я не заметила, поэтому думала, что придется ждать агента, но стоило переступить порог «Пэттси», как я сразу же увидела Клэр. Она стояла у барной стойки, что-то спрашивала у хозяина и записывала в блокнот. Отвлеклась, только когда к ней подошел Уоттс. Я приблизилась, чтобы услышать, о чем они говорят, и обрадовалась, когда поняла, что эти двое были заодно. Оба знали, что Ноа невиновен.

– Я говорила, что засранец Гиббс что-то скрывает, и это происходит на протяжении многих лет. У меня даже есть кое-какие доказательства. Я хотела показать их детективу, но не успела. Кстати, что там с тем парнем, у которого нашли рюкзак? Его допросили? Надеюсь, что шериф не выпустил его, – говорила она, вновь направляясь на улицу, уже с Уоттсом.

А вы не могли бы не ходить так много? Мне кажется, если бы я была не призраком, то давно бы уже осталась без ног. Хожу, хожу за вами!

– Филипп Клаус… Я допросил его. Он не сознается в похищении, но сказал, что видел Нору в тот день на вечеринке. Она пришла в гараж к Данаганам, половину вечера просидела в сторонке, была не в духе.

– А потом?

– Потом он уехал…

– …домой и алиби у него нет, верно? – подхватила Маккс, садясь в машину Уоттса.

– Все так. Нужно будет заглянуть в школу завтра утром. Хочу пообщаться с директором и психологом, может быть, они знают что-то еще? Может быть, у Норы были проблемы?

– Какие проблемы могут быть у подростка в шестнадцать? Детектив Уоттс, Нора была красавицей, у нее были друзья, что еще нужно для полноценной жизни?

– Семью.

Нейтон, пожалуйста, не нужно…

– Насколько я знаю, Катрина растила девочку одна.

– Это она тебе сказала?

– Да.

– Отец девочки – Ноа.

Никогда не видела такой реакции, как у Маккс. Она широко распахнула глаза, открыла рот и внимательно смотрела на Уоттса, будто бы ждала, что он сейчас скажет, что пошутил, но нет. Вместо выкриков о том, что все сказанное им розыгрыш, он завел машину и направился в сторону своего дома.

– Ничего себе… но он такой… сдержанный! Черт, нам нужно действовать быстрее, Нейтон. Давайте скорее. Я покажу все то, что успела нарыть за все время работы в ФБР. Помните те дела, которые показались схожими с этим? Нераскрытые? Вы помните же, да? Вот, все они связаны. Я составила таблицу прежде, чем ехать сюда… в штат. Нас учили думать наперед, я так и сделала, и, кажется, не зря, потому что… вы сами увидите. Нора не первая, кого похищают. Были еще девочки. Десять лет назад… была похищена моя сестра, Нейтон.

– Поэтому ты так яростно боролась с Ноа за это дело? – спросил Уоттс, взглянув на Маккс – она кивнула, пожав плечами.

– Каждый раз что-то заводит меня в тупик, и каждый раз я разбираюсь, иду дальше и вновь… тупик. Все дороги ведут в школу. Оттуда начинаются все проблемы. И знаете, что самое главное? Никто ничего не видел. Странно, скажете вы, но… за годы ведения этого дела я дошла до кое-чего. Но об этом лучше на месте.

Мне кажется, я понимаю, о чем ты говоришь, Клэр. Но не понимаю, как это все связано?

Уоттс свернул к дому и припарковался напротив, чтобы потом оттуда сразу же сесть в машину и рвануть дальше. Он не любил идеализировать что-либо, не был перфекционистом. Ему плевать на все правила, лишь бы ничего не мешало вести дело. Профессионализм или неряшливость – не мне решать. Я далека от работы детектива, но никогда не замечала за Алексом подобного.

Они прошли в дом, Нейтон сразу же указал на компьютер, и Клэр направилась к нему, скинула верхнюю одежду, оставаясь в футболке, сняла с шеи цепочку, на которой висела флешка, и внимательно всмотрелась в монитор. Не знала, что Маккс разбирается в компьютерах, пока она не включила режим невидимки, а только после вставила флешку.

– Это чтобы никто не смог считать данные, – пояснила она мне… нет, Нейтону, который стоял за ее спиной и внимательно смотрел в монитор.

– Все началось задолго до пропажи Элис Моран. Судя по документам, которые были в архивах, пропажа Моран являлась первым громким делом в штате, но я копнула глубже и поняла, что она не первая. Бриттани Мерфи. – Маккс щелкнула мышкой, и появилось черно-белое фото, вырезка из какой-то газеты с фотографией пропавшего подростка. – Она стала первой пропавшей девочкой. На момент похищения ей было пятнадцать. Ушла из дома на прогулку и пропала. Единственное, что удалось найти полиции, – колготки. Ее порванные и окровавленные колготки со следами биоматериала, в базе данных совпадений не нашлось, но его занесли туда под номером X01Z. Следующая – Тонни Рич – осталась у подруги на ночь, домой так и не пришла. Все думали, что это протест из-за того, что ей не разрешали встречаться с парнем. Думали, что она вскоре вернется, пока не нашли окровавленные вещи в старой хижине за городом, но биоматериала, который был на вещах, почему-то не оказалось в базе данных, и более того, образец X01Z каким-то образом пропал. Не думаю, что данную информацию кто-то мог удалить, но все возможно. Следующая Элис Моран. Ее семья переехала в тихий спокойный городишко, девочка сразу же нашла себе друзей, обожала прогулки на свежем воздухе, но в один из дней… когда ее сестра заболела, пошла на вечеринку одна и… не вернулась. Ни единой зацепки, ни единой улики не нашлось…

– Мне очень жаль… – пробормотал Уоттс, но Клэр пожала плечами, будто бы уже привыкла ко всему этому.

Мы найдем убийцу, не переживай, Клэр. Заставим его плакать кровью!

– Итак, не будем отвлекаться. – Маккс показывала какие-то таблицы, ориентировки, выписки из разных дел и фото найденных вещей, и, кажется, Уоттс прекрасно понимал все, в отличие от меня. – После Элис Моран на четыре года все стихло. Ни единого исчезновения девочек-подростков. Спросишь, почему?

– Почему? – кивнул Уоттс, и я сделала шаг к ним, чтобы понять.

Кажется, я догадалась!

– Наш отец тогда работал в полиции и крепко взялся за дело о пропаже дочери. Ему не давали работать, все время говорили о том, что все неправильно, что он не прав. Этим «гением» был некий Шерман Гиббс. Он всеми способами пытался сбить отца с правильного пути. Но все оказалось куда серьезнее, и когда отец понял, что ему не дадут покоя в полиции, перешел работать в ФБР, на тот момент в соседнем штате пропали три девочки, тоже вот так вот… загадочно. Благодаря тому, что случилось там, отцу дали добро на ведение этого дела, и он работал не покладая рук, чтобы найти этого… этого… ублюдка, который похитил его дочь. Я видела, что переживал отец, поддерживала, а когда стала чуть старше, начала интересоваться этой работой. Отчасти материалы, которые ты сейчас видишь, были украдены у него. В какой-то момент он почти дошел до истины, уже готов был предъявить обвинения, но внезапно вся информация, которая собиралась им годами, пропала. Отец запил и вскоре умер, а я продолжила накапливать данные. Пришлось взять фамилию матери, чтобы никто не знал, кто я такая, и продолжить дело. Конечно же, не сразу, чтобы не вызывать подозрений. Нужно было втереться в доверие, стать лучшей и… мне удалось! По прошествии четырех лет случилось следующее похищение. Снова в этом штате, и вновь девочка-подросток – шестнадцать лет – Ив Поллард. Судя по уликам и по тому, что ее вещи были найдены в хижине за городом, стоило объединить эти два дела, но ничего не клеилось. Помимо неизвестного биоматериала добавился еще один… соответствий не было найдено ни в одной базе, но камеры видеонаблюдения засекли машину. Вот она… принадлежала мистеру Мозби Перту – но тут начинается самое интересное! Тебе интересно?

Она обернулась на Уоттса, и я тоже обратила на него внимание. Кажется, он был восхищен Клэр. Я тоже. Она проделала столько работы параллельно с основной, что это казалось нереальным.

– Мозби Перт – дантист, который умер от инфаркта больше десяти лет назад, но его машина, как только я пробила эту информацию, мелькала в материалах дела в большинстве случаев. То есть… возвращаемся вновь к началу… Машина мистера Перта была замечена на выезде из города как раз в день, извиняюсь, ночь пропажи Бриттани Мерфи, в следующий раз через год камеры вновь заметили эту же машину. А через год пропала Тонни Рич. Далее – Элис Моран – и вновь машина, та же. Тоже засветилась. Следующий раз? Через четыре года – Ив Поллард. И угадай…

– Нору тоже увезла та же машина?

– Была ли там девочка или нет, я не могу рассмотреть, но вот фото с камер. На выезде. Следовательно, могу сказать, что машина находится в угоне. Кто угонщик? Кто угодно.

Я не помню, в какую машину садилась, когда Тейт предложил отвезти меня домой. Это плохо… я была невнимательна.

– Итак, теперь дальше. Все девочки – подростки пятнадцати-шестнадцати лет. Все они учились в школе. В одной школе, но в разные годы. Я бы предложила съездить и поболтать с директором еще разок, напомнить ему о девочках, потому что все они были похищены при одном и том же директоре. Мистер Вудлоу наверняка что-то знает, но прежде нужно изучить хижину в лесу. Может быть, полиция что-то пытается скрыть, а мы найдем хоть что-то?

Ты гений! Клэр! Ты гений!

– Значит, едем?

– Едем!