После завтрака девушки занялись финальными приготовлениями к свадьбе Егорыча и Маши. Ярослав и Михаил проводили военный совет с князьями, а я отправился к хранителю леса. У меня было стойкое ощущение, что сегодня я вдохну жизнь в его подругу.

Хранитель сидел на своём троне и делал вид, что спит. Даже когда я подошёл, он наигранно захрапел.

— Вставай и пошли, хватит разыгрывать трагикомедию. Я чувствую, что сегодня твоя подруга будет готова к оживлению, — проговорил я сквозь смех.

Хранитель открыл глаза и недоверчиво посмотрел на меня:

— Нет, сегодня ещё рано.

— А я говорю — в самый раз. Держи кольцо и пошли, — я сунул ему в руку кольцо с маной.

Всё ещё недоверчиво глядя на меня, он забрал кольцо, и мы подошли к дереву. Пока хранитель перекачивал ману, я положил руки на переливающуюся разными цветами кору. Я чувствовал: ещё чуть-чуть — и она будет готова принять в себя жизненную энергию магии природы.

— Хватит, — я забрал из рук хранителя своё кольцо и надел на палец. — Дальше я сам.

— Ещё рано, — снова произнёс хранитель леса.

— Кто из нас демиург — я или ты? — я повернулся к хранителю и внимательно на него посмотрел.

— Ты, — нахмурившись, ответил хранитель.

— Ну вот и не мешай мне. Иди поспи, дай мне сделать дело, — отмахнулся я, когда он снова хотел что-то сказать.

Естественно, он никуда не ушёл — только сдвинулся на пару шагов назад и уставился на меня, наблюдая за моими действиями.

— Ты можешь так не смотреть на меня? — я повернулся к хранителю. — Это раздражает и сбивает с толку. Ты хочешь, чтобы я допустил ошибку?

Хранитель молча отвернулся, но остался стоять на месте. Упрямое дерево.

Ну да ладно. Я закрыл глаза и снова положил руки на кору дерева, которое должно было стать подругой хранителю.

Мягко, по чуть-чуть вливая ману, я приступил к оживлению. Это было несложно — тем более я уже давно разобрался, как это делать. Стихия Духа дала мне исчерпывающую информацию, а с недавних пор, когда ядро стихии существенно увеличилось, провести такую манипуляцию для меня не составляло труда.

Через пятнадцать минут всё было готово. Осталось немного подождать, когда хранительница очнётся от спячки.

Я развернулся и демонстративно пошёл к созданному мной порталу, на ходу бросив хранителю:

— Не благодари.

— Постой! — услышал я его голос и, улыбнувшись, остановился.

Сделав серьёзное лицо, я молча повернулся.

— Прости, что опять усомнился в тебе, демиург. Просто ты… — хранитель не знал, как мне это сказать, и я помог:

— Молодой?

— Да, — выдохнул хранитель и виновато опустил глаза.

— Ладно. Зайду завтра, если будет время. Тебе теперь есть чем заняться, — я шагнул в портал.

Я вышел в беседке Вэй Чжэньлуна — он уже ждал меня, не отрывая взгляда от портала, который открылся пару минут назад.

Кивнув ему, я уселся в кресло и взял гроздь винограда.

— Что-нибудь придумал? — спросил я Вэя.

— Только одно: если вы не можете найти главу «Ордена Чёрного пламени» с помощью магии, то нужны те, кто найдёт его без магии, — ответил глава клана «Лунвэй».

— Хару-сан? — посмотрел я на Вэя. Он утвердительно кивнул.

— Можно попробовать. Дай ему все вводные, пусть начинает поиски. Денег не жалей. Пусть Хару подключает всех, кто необходим. Надо найти хотя бы зацепки — где он может быть. Пусть начнёт с родовых замков Бокеевых и Восточного разлома. В разлом, конечно, его люди не попадут, но, может, что-нибудь и так выяснится.

Я встал и отправился в Карельский разлом: что-то меня постоянно манило туда — не сильно, но настойчиво, словно лёгкий не проходящий зуд.

Вышел я в километре от ворот, чтобы не шокировать людей появлением портала. Подходя к сторожевым вышкам и воротам, я увидел, что охрану уже несут солдаты Голицына.

— Могу я попасть в разлом, чтобы поохотиться? Я здесь впервые и правил ещё не знаю, — спросил я первого встречного солдата.

— Вам надо к коменданту. Он вон в том здании, — солдат показал на одноэтажный ветхий домик.

Я кивнул и направился к коменданту.

Зайдя в дом, я увидел группу охотников.

— Этот тоже с вами? — показал на меня рукой поручик.

Охотники повернули головы.

— Впервые его видим, — сказал один из них.

— Тогда вот здесь распишись и валите уже отсюда. Дышать невозможно, — проворчал поручик.

Охотник расписался, забрал выданный ему документ, и вся толпа вышла на улицу.

— Вам чего? — буркнул поручик, уткнувшись в бумаги.

— В разлом надо попасть, ваше благородие, — вежливо ответил я.

— Фамилия и имя, — поручик взял карандаш и пододвинул журнал.

— Зачем? — опешил я.

— Распоряжение князя Голицына: записывать всех, кто входит, и вычёркивать всех, кто выходит. Поэтому после возвращения из разлома зайдёте и отметитесь. Иначе в следующий раз не пустим, — поручик поднял на меня глаза. — Чего молчишь? Фамилия и имя.

— Князь Драгомиров Александр Михайлович, — произнёс я и протянул руку с перстнем власти, чтобы поручику было видно.

Надо отдать поручику должное: он не стушевался, а спокойно встал и поклонился.

— Благодарю вас за спасение нашего родового замка, ваше сиятельство. Для меня великая честь познакомиться с вами лично. Поручик Бахтеев Игорь Павлович, — он вытянулся по стойке смирно и отдал мне честь.

— Очень приятно. Так что насчёт разлома? — уточнил я.

— Сейчас впишу вас, выдам пропуск — и можете идти. Только прошу вас: зайдите на обратном пути, пожалуйста. Я не могу нарушать приказы своего князя, — поручик сел на стул, быстро вписал меня в журнал и тут же выдал пропуск в разлом.

— Зайду обязательно, поручик, — я улыбнулся, вышел из домика и направился к проходу в туннель.

Проверив мой пропуск, солдаты открыли ворота.

Туннель, уходящий в глубь разлома к первому рубежу, был такой же, как и во всех разломах: большой в диаметре, ровный, словно его пробурили какие-то гиганты.

Я непринуждённо шёл вперёд, отслеживая ситуацию вокруг с помощью стихии Земли и насвистывая китайскую мелодию, которую услышал в Пекине, когда мы были там вчера.

Через пару километров я нагнал группу охотников. Они ушли вперёд, а теперь смотрели на меня как на идиота, отправившегося на верную смерть.

— Эй, парень! — крикнул один из них, невысокий крепыш с обветренным лицом. — Ты точно в разлом? Не заблудился?

Я улыбнулся:

— Точно. Хочу посмотреть, что тут у вас за звери водятся.

Охотники переглянулись. Самый старший, с седыми усами и цепким взглядом, шагнул вперёд:

— Молодой человек, вы, конечно, ведёте себя странно, но разлом — не место для прогулок. Тут даже опытные охотники не всегда возвращаются. Поэтому мы всегда ходим слаженной группой.

— Я не собираюсь гулять, — ответил я спокойно. — Просто хочу дойти до первого рубежа и осмотреться. Если встретите меня на обратном пути — значит, всё в порядке.

Крепыш хмыкнул:

— Ну, если что — так и быть, кричи. Если будем рядом, может успеем спасти твою дурную голову.

— Премного благодарен, господа охотники, — кивнул я.

Они осторожно двинулись дальше, поглядывая на меня. Я же, обогнав их, продолжил путь, усилив бдительность. Стихия Земли уже сообщала о нескольких крупных существах впереди, но они пока были на безопасном расстоянии.

Туннель резко оборвался, и я вышел к руинам первого рубежа. Всё тут было покрыто странным светящимся лишайником — его бледно-зелёный свет пульсировал в такт едва уловимому гулу, идущему из глубин разлома. Воздух наполнился запахом серы и чего-то животного, дикого — словно здесь, на границе обитаемого мира, сама природа теряла привычные очертания.

Я замедлил шаг, сосредоточившись на ощущениях. Стихия Земли шептала: впереди — не одно, не два, а целая стая существ. Они двигались хаотично, то сбиваясь в кучу, то разбегаясь по руинам, но явно не замечали меня. Пока не замечали.

Охотники, которых я обогнал, теперь держались в десятке шагов позади. Я слышал их сдержанные перешёптывания:

— Он что, всерьёз идёт дальше?

— Тише ты… Вдруг услышит…

Я не оборачивался. Всё внимание — на руины. Развалины каменных стен, обломки колонн, заросшие лишайником, напоминали о былой крепости, когда-то защищавшей этот рубеж. Теперь же здесь царило нечто иное — не разруха, а перерождение. Природа, магия и тьма сплетались в причудливый узор, где каждое движение могло стать последним.

Внезапно лишайник вспыхнул ярче. В ответ где-то в глубине руин раздался низкий, протяжный вой — будто сам разлом вздохнул. Охотники замерли. Я же, напротив, сделал шаг вперёд.

Стихия Земли отозвалась мгновенно: передавая очертания ближайших существ. Три. Нет, четыре крупных монстра. Ещё пара — поменьше, но похоже не менее опасных. Они кружили вокруг развалин, то появляясь в просветах между обломками, то исчезая в тенях.

— Эй… — донёсся сзади шёпот одного из охотников. — Может, хватит? Ты сдохнуть сюда пришёл?

Я медленно повернул голову:

— Если хотите — уходите. Но я ещё не всё увидел.

Они переглянулись, но никто не двинулся с места.

Я пока не понимал, куда мне дальше идти. Тяга пропала — словно я достиг цели, но вокруг не было ничего, кроме развалин, шести монстров и отряда охотников.

Погладив в раздумьях подбородок, я шагнул вглубь разрушенного рубежа. Охотники, активировав свои кольчуги и накрывшись стихийными щитами, двинулись следом, явно решив спасти меня. Я улыбнулся, это было приятно, такая забота с их стороны. Но, прочитав мысли одного из них, едва не рассмеялся вслух.

Оказалось, они рассудили прагматично: если уж этот безумец решил сдохнуть, почему бы не извлечь выгоду? Пока монстры будут рвать меня на части, охотники перебьют их и соберут ценные трофеи. А потом, глядишь, заодно и меня обшарят — не пропадать же добру.

Вот теперь было обидно, но — да ладно. Они честно меня предупредили, что не стоит сюда лезть.

Первая тварь кинулась на меня, когда я достиг первого разрушенного здания — огромная, словно горный барс, но раза в три крупнее. Её мышцы перекатывались под толстой шкурой, а когти и клыки, длиной с мою ладонь, блестели, будто отточенные клинки. Длинный хвост, усеянный костяными шипами, хлестал по камням, высекая искры.

Я прекрасно знал, где находится этот монстр, и целенаправленно шёл к нему, готовый к атаке. Ещё до того, как кошка оттолкнулась от стены, в моей руке сформировался огненный хлыст. Она рванула вперёд с рёвом, от которого задрожали стены разрушенного здания.

Время словно замедлилось. Я шагнул вбок, пропуская атаку, и ударил хлыстом по спине твари.

Через секунду её тело разделилось надвое и с глухим стуком упало к моим ногам, дёргаясь в предсмертных судорогах.

— Мне не нужны ингредиенты, — бросил я охотникам, стряхивая с руки капли чёрной крови. — Если вам надо, можете забирать.

— Да кто ты такой⁈ — выдохнул старый охотник с седыми усами, глядя на останки монстра.

— Хм… — я усмехнулся. — Так, как ты там думал про меня? «Зазнавшийся засранец, возомнивший себя бессмертным»? Вот точное определение!

Его глаза округлились. Не дав опомниться, я активировал кольчугу — она вспыхнула ослепительным светом, на миг ослепив всю группу.

Я двинулся дальше, решив полностью зачистить развалины от монстров и посмотреть, куда мне захочется пойти дальше. Вторая кошка атаковала меня через минуту — и рухнула к моим ногам, разрубленная воздушным серпом.

Дальше стало намного интереснее: из тёмных провалов между руин выползли они. Четыре массивных туши — каждая размером с большой грузовик, но с телом, укрытым бронёй из перекрывающихся пластин. Их спины щетинились острыми, как кинжалы, шипами, а из пастей вырывались струйки пламени, освещая окрестности багровым светом.

Родовая память подсказала мне их особенности: во-первых, они изрыгали огонь; во-вторых, их бронированные тела выдерживали атаки любых стихий — по крайней мере, атаки магистров и старших магистров. Проще говоря, это были монстры четвёртого уровня — такие мощные бронированные убийцы. По воспоминаниям деда, отряд столкнулся с такими лишь однажды. После часов бесплодных атак они отступили: убить этих тварей оказалось невозможно.

Увидев этих монстров, охотники запаниковали:

— Надо уходить! Это «огненные ежи». Их не убить!

Седоусый охотник подошёл, положил руку на плечо:

— Пошли. Чтобы я про тебя ни думал, сражаться с ними бесполезно. Никто и никогда ещё не смог их убить.

Я разглядывал ежей. Они медленно смыкали кольцо, их пластины скрежетали, а из ноздрей вырывались клубы дыма.

— Значит, я буду первым, — произнёс я. — А ты иди. Тут ты мне точно не помощник.

— Я не могу тебя бросить на верную смерть, парень, — он потянул меня за руку.

«Заботливый ты мой, — подумал я, вырывая руку. — Сначала хотел из меня наживку сделать, а теперь надумал спасать».

— Спасибо за заботу, — бросил я и шагнул к первому ежу.

В руке вспыхнул огненный хлыст. Одновременно я метнул в монстра накачанное маной воздушное копьё.

Глухой удар — и ёж остановился. Копьё не смогло пробить его броню, но оставило серьёзную вмятину. «Хорошо, — подумал я, — значит, всё-таки пробить броню можно. Вопрос лишь в количестве маны».

Я улыбнулся, когда ёж, не издавая лишних звуков, стал поливать меня и всю округу огнём. Я накрыл себя и седоусого мужика воздушным щитом. За свою кольчугу и браслет «Единства стихий» я был уверен: этот ёжик их не пробьёт. А вот за защиту мужичка — не уверен.

Услышав вздох облегчения с его стороны, я сказал:

— Не выходи из-под щита и ничего не бойся.

Похоже, он кивнул, но, к сожалению, спиной я не видел — мог только догадываться.

Огненный хлыст взметнулся в воздух. Маны в этот удар я влил раза в два больше, чем в воздушное копьё. Хлыст опустился на ежа и… с лёгкостью располовинил его.

К этому времени остальные ежи уже поливали нас огнём. Я засмеялся и повернулся к другому ежу, нанося удар. Через минуту от ежей остались лишь располовиненные тела, а я стоял довольный, поглощая их силу. Ядра лишь слегка, совсем незаметно подросли — можно сказать, остались на месте. Но это была сила, так необходимая мне.

— Кто ты… вы такой? — с трепетом произнёс охотник. Я повернулся к нему.

— Князь Драгомиров Александр Михайлович, — с гордостью в голосе ответил я. — Собирайте всё, что вам необходимо. Я думаю, вам стоит забрать максимально возможное с этих ежей. Если их никто ещё не убивал, то артефакторы отвалят вам кучу золотых червонцев. Можете работать спокойно — в округе больше нет монстров.

Охотник поклонился:

— Мы не можем забрать эти ингредиенты — они ваши по праву.

— Ну, значит, я лично тебе передаю это право. Слово князя. С остальными поделишься. И давайте шустрее — я не намерен здесь торчать бесконечно, — произнёс я строгим голосом.

Охотник снова поклонился и замахал руками, подзывая других охотников. Он направился к первой полутуше ежа.

Посмотрев, что охотники занялись разделкой туш, я присел на уцелевшую скамейку и погрузился в медитацию. Стихия Духа с радостью откликнулась мне, но подсказать, куда стоит идти дальше, не смогла. Как бы странно это ни было, зуд, который тянул меня сюда, прошёл.

Я продолжал сидеть на скамейке и наблюдал за работой охотников, пытаясь понять, зачем я сюда пришёл. Не ради же этих ежей? Или ради них?

Встав, я подошёл к охотникам. Они увлечённо вырезали из ежей всё, что казалось им ценным: это была первая такая добыча, и куда всё это использовать — пока неясно. Артефакторам ещё только предстоит это выяснить.

Я взял у одного из охотников спиленный спинной шип, покрутил в руках и вернул. Начал брать в руки каждый новый ингредиент. Перебрав всё, я не почувствовал, что мне из этого что-то нужно.

Тогда я пошёл к телам убитых «кошек-переростков», но и тут мне ничего не потребовалось.

Снова сев на лавку, я задумался: что-то я упускал. Возможно, что-то важное. А может, и нет.

Ко мне подошёл седоусый:

— Ваше сиятельство, там у одного ежа на спине какая-то странная выпуклость — нашли сейчас, когда шипы спиливали. Но разрезать не смогли: броня слишком толстая. Хотели снять с них эту броню, но она чересчур толстая и неподъёмная. Может, посмотрите? Я видел, что вы что-то искали.

Я встал и пошёл за охотником. Он подвёл меня к одной из полутуш ежа и показал на странный горб, которого у других не было.

Браслет «Единства стихий» откликнулся на мой зов и материализовал в моей руке родовой меч. Накачав его маной, я воткнул клинок в броню ежа и вскрыл горб. Из него выпал небольшой шар, переливающийся разными цветами.

Охотники уставились на него, но взять в руки не посмели — хотя у некоторых такие мысли явно мелькнули. Я поднял шар и сразу понял: что это такое, что с ним делать и зачем я сюда пришёл. Я улыбнулся:

— Вы закончили?

— Да, ваше сиятельство, — поклонился седоусый. Остальные последовали его примеру.

— Тогда идите на выход. А мне надо задержаться, — глянул я на охотников.

Они тут же поспешили к выходу, таща на себе забитые под завязку мешки с ингредиентами от ежей.

Как только они скрылись, я снова присел на скамейку, покрутил в руках шар и приложил его к груди.

Боль была сильной, но терпимой. Ядра впитывали силу шара. Это оказался своеобразный артефакт — накопитель силы, созданный старшим демиургом из другого мира. Он закладывался в сильного монстра и рос там, накапливая энергию, поглощаемую из убитых монстров и людей. Счастливчик, который находил такой артефакт, мог увеличить свои силы. Старший демиург таким образом давал шанс возвыситься любому, кто сумеет убить монстра и добыть шар. Как он попал в этого ежа — оставалось только гадать.

Регенерация работала на полную мощность, перестраивая и восстанавливая энергетическую структуру моего тела. Меня корёжило от боли, но я терпел, чувствуя, как становлюсь сильнее. Вся эта вакханалия продолжалась около тридцати минут.

Наконец я встал и потянулся, ощущая себя превосходно. Сейчас моя сила выросла вдвое — словно Елена применила свой дар. Но это уже была не временная мощь, а постоянная, иная — моя собственная, с перестроенным организмом, готовым к использованию такой силы.

Первым делом я попытался открыть портал во дворец к узурпатору. Глухо: сил пробить защитные руны не хватило. Я вздохнул — обидно.

Открыв портал, я вышел чуть позади охотников и через три минуты догнал их.

— Найдёшь ещё ежей — свяжись со мной, — продиктовал я номер своего амулета связи мужику с седыми усами.

Он кивнул и поплёлся дальше, придавленный тяжестью рюкзака.