Мы вернулись на стену к семье Кутеевых.

— Что теперь, князь Драгомиров? — спросил князь Кутеев.

— Сейчас я вас отправлю в родовую крепость. Поверьте, вам там понравится, если вы будете соблюдать правила приличия. Конечно, без охраны я вас не оставлю, но наручников на вас и вашей семье не будет. Поживёте у меня, пообщаетесь с семьёй. Может, перевоспитаете сына, который втянул вас в эту авантюру. Когда всё закончится, восстановите свой замок и заживёте счастливо, — я открыл новый портал в гостиную своего замка. — Прошу, проходите.

Ко мне подошёл Одоевский, пока семья Кутеевых входила в портал:

— Ждать вас через час?

— Конечно, князь, даже раньше. Пусть приготовят кофе и обед. Сегодня будем есть у вас, — я засмеялся и шагнул за Кутеевыми.

Мы вышли в гостиной — я пока не знал, куда именно сопроводить эту семью.

— Егорыч, возьми Машу и бегом в гостиную. У нас гости, — я убрал амулет связи и повернулся к Кутеевым. — Надеюсь, вы не будете совершать необдуманных действий, уважаемые гости? — я внимательно посмотрел на каждого и прочитал их мысли.

Ничего предосудительного не обнаружив, я снял с них наручники. В гостиную вошли Егорыч с Машей.

— Маша, проводи нас в крыло для гостей. Завтрак, обед и ужин — по расписанию нашего замка, всё в лучшем виде, как для меня. Егорыч, охрана не должна ограничивать перемещение гостей внутри их крыла. Покидать замок запрещено.

Маша и Егорыч поклонились. Я сделал приглашающий жест для семьи Кутеевых и последовал за Машей и Егорычем.

Пройдя длинным коридором через несколько комнат, мы оказались в специально подготовленном крыле моего замка: светлые комнаты, мягкие ковры, изысканная мебель — всё, чтобы гости не чувствовали себя узниками.

— Располагайтесь, — произнёс я. — Приводите себя в порядок. Через час Маша организует вам обед в гостиной этого крыла и приставит к вам пару слуг. Если вам что-то потребуется — например, одежда или что-то ещё, — обращайтесь к слугам, они всё для вас сделают. В крайнем случае, князь, у вас всегда есть возможность встретиться со мной. К сожалению, я пока должен изъять ваши амулеты связи — для вашей же безопасности. Вы же понимаете меня, князь?

Кутеев кивнул и без лишних вопросов отдал Егорычу свой амулет. То же сделали и другие члены семьи.

Кутеев окинул взглядом обстановку, затем посмотрел на меня:

— Вы действительно намерены сохранить наше достоинство?

— Безусловно. Считайте, что вы не пленники, а мои гости. И от вашего слова будет зависеть, сколь мирно пройдёт следующий этап.

Он кивнул, принимая мои условия.

Я развернулся, и мы вышли. Охрана, заранее приставленная Егорычем, закрыла за нами двери.

— Я так понимаю, это семья Кутеевых? — спросил Егорыч.

— Всё верно. Сейчас его армия готовится к сдаче гарнизону Одоевского. Скажи Ли Юй и Елене, что на обеде меня не будет, Одоевского тоже. И передай Великим князьям, чтобы после обеда связались со мной, — на миг задумавшись, я добавил: — И пока не говорите никому, что Кутеевы у нас гостят. Я сам потом всем сообщу подробности, — ответил я Егорычу и открыл портал к Одоевскому.

— Девушки изволят гневаться, — тихо произнесла Маша.

— Маша, а ты скажи им, что я велел им собираться для прогулки по Пекину и что вы с Егорычем пойдёте с нами. Надо же готовиться к свадьбе. Буду через два-три часа, — не дожидаясь ответа, я шагнул в портал.

Оказавшись в кабинете Одоевского, я сразу отметил напряжённую атмосферу: сам князь стоял у окна, сцепив руки за спиной, а вокруг стола собрались его ближайшие советники. На столе лежали развёрнутые карты, исчёрканные пометками, рядом дымилась чашка недопитого кофе.

— Ну что, князь, — Одоевский обернулся ко мне, когда я заговорил, — готовы принимать капитуляцию армии Кутеева?

— Почти. Через двадцать минут они должны объявить о решении перед строем, генерал прислал к нам своего офицера с докладом. Нужно подготовить гарнизон для приёма оружия и размещения новых солдат, если таковые будут.

Один из советников, седоволосый военачальник с орлиным носом, кашлянул:

— А если они попытаются обмануть? Устроить бунт? У нас не так много людей, чтобы держать под контролем целую армию.

Я улыбнулся, но в этой улыбке не было тепла:

— Не попытаются. Я дал им понять, что сопротивление бессмысленно. Но ваша осторожность похвальна. Пусть гарнизон займёт позиции по периметру лагеря. Никаких провокаций — только наблюдение.

Одоевский кивнул, соглашаясь:

— Уже распорядился. Люди на местах. Что дальше?

— Дальше — ждём. Осталось ни так много времени.

Князь провёл ладонью по лицу, словно стирая усталость:

— Понимаю. Но что, если они не примут ваши условия?

— Примут. Вся армия знает, что с ней будет, если они откажутся. Тем более что князь Кутеев согласовал им сдачу в плен. Никто не хочет умирать, если есть возможность выжить, — я налил себе кофе и сел в кресло.

Через двадцать минут я встал и поставил пустую кружку:

— Пора. Пойдёмте, посмотрим, что там происходит.

Мы вышли на балкон, откуда открывался вид на лагерь армии Кутеева. Внизу, у строящихся шеренг, уже возвышалась фигура генерала в окружении остальных командиров. Он поднял руку, призывая к тишине, и заговорил — его голос, усиленный магией, разносился далеко за пределы лагеря:

— Слушайте меня, воины армии рода Кутеевых! Глава рода принял решение о прекращении боевых действий на стороне узурпатора. Мы, как командование армией, поддержали его решение. Сегодня мы складываем оружие. Никто из нас не пострадает. Если кто-то из вас желает стать частью объединённой армии, которая защитит наши земли от узурпатора, то вам будут рады. Остальные могут покинуть расположение этого лагеря или остаться здесь. Продовольствием нас обеспечат. Это не капитуляция — это начало новой эры.

Тишина повисла над лагерем. Тысячи глаз смотрели на генерала, оценивали, сомневались. Но в их взглядах уже не было ярости — только усталость и робкая надежда.

Я открыл портал и вышел возле генерала. Надо отдать ему должное — он даже не вздрогнул, в отличие от своих подчинённых, которые не ожидали, что я приду.

— Те, кто хочет уйти, получат свободу. Те, кто останется, получат возможность служить под знамёнами князя Одоевского, либо продолжить жить в этом лагере. Выбирайте. Время пришло.

Ветер подхватил мои слова, разнёс их по рядам. Где-то в первых шеренгах один из солдат опустил меч. За ним — другой. Третий. И вот уже целая волна движений прокатилась по строю — оружие с лязгом падало на землю.

Генерал медленно кивнул мне, подтверждая: процесс пошёл. Я окинул взглядом строй — ни единого признака сопротивления. Солдаты снимали перевязи, складывали мечи, опускали винтовки. Кто-то переговаривался с товарищами, кто-то просто стоял, глядя в пустоту, будто не веря, что всё закончилось.

— Объявите сбор командного состава в шатре, — тихо сказал я генералу. — Нужно распределить обязанности, назначить ответственных за приём оружия и размещение людей.

— Будет сделано, — ответил он, впервые за всё время позволяя себе лёгкую улыбку.

Я обернулся к Одоевскому, который наблюдал за происходящим с балкона, и достал амулет связи:

— Теперь ваша часть работы, князь. Гарнизон должен занять позиции, организовать охрану и снабжение. Главное — не допустить хаоса. Генерал собирает командиров в шатре, через пять минут я открою портал. Будьте готовы.

Одоевский кивнул:

— Мои люди готовы. Жду открытия портала.

Я убрал амулет и пошёл следом за генералом в командирский шатёр.

— Князь, вы обещали сказать мне, почему не уничтожили нашу армию, ещё тогда, когда лишили нас артиллерии, — осторожно произнёс генерал.

— Вы не враги нам, генерал. Ваш князь принёс клятву стихий, чтобы спасти сына. А я дал ему возможность спасти не только сына, но и его людей, — ответил я.

Войдя в командирский шатёр, я открыл портал — и из него сразу стали выходить люди князя Одоевского.

Повернувшись к генералу, я произнёс:

— Организуйте перепись всех желающих остаться. Составьте списки. Каждому солдату нужно обеспечить кров, еду и при необходимости новую форму. Тех, кто решит уйти, проводите с почестями — пусть знают, что слово князя Драгомирова нерушимо.

Генерал склонил голову:

— Всё будет исполнено.

Я перевёл взгляд на Одоевского:

— Князь, я вынужден откланяться. У меня есть ещё одно очень и очень важное дело. Вечером заберу вас на ужин. Обедом вы всё равно меня не накормили, — я засмеялся, когда князь на мгновение покраснел.

— Простите, князь. С этой суматохой я совсем забыл про обед, хоть вы и напоминали.

— Ничего страшного. В следующий раз накормите, — я уже открыл портал и шагнул в гостиную замка.

В гостиной уже никого не было, кроме Ярослава и Михаила: они что-то обсуждали, стоя над разложенной картой. Увидев меня, Михаил улыбнулся:

— А мы только собирались связаться с тобой, а ты уже здесь. Всё прошло удачно?

— Да, — я достал амулет и набрал Машу. — Маша, принеси в гостиную что-нибудь мне поесть. А то Одоевский меня голодом решил уморить.

Я убрал амулет и посмотрел на братьев:

— Всё отлично. Армия Кутеевых сдалась. Сами Кутеевы — у меня в соседнем с вами крыле. Но общаться с ними не стоит: они под клятвой стихий. Князь Кутеев и так ходит по краю — того и гляди, клятва сработает.

Братья переглянулись и понимающе кивнули.

— Значит, родовой замок Одоевского свободен, и мы можем его использовать для продвижения вперёд, — произнёс Михаил, делая пометку на карте. — Александр, как считаешь, если мы отправим Одоевского вот сюда?

— Миша, давайте без меня. Вы с Ярославом прекрасно справляетесь. А у меня сегодня ещё одно важное дело. Я обещал девушкам и Маше с Егорычем показать торговые ряды Пекина. Надо готовиться к свадьбе, — я сел в кресло.

— Ладно, ладно. Не ругайся. Ярослав, пойдём к нам в крыло, не будем мешать князю, — засмеялся Мишка, свернул карту и направился к выходу из гостиной.

Я остался один. В тишине отчётливо послышалось тиканье старинных часов на стене. Я закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями.

Через несколько минут в гостиную вошла Маша с подносом.

— Вот, князь, всё, как вы любите: бутерброды с икрой, пирог с грибами, кофе и булочки, — она аккуратно расставила блюда на столике рядом с креслом.

— Спасибо, Маша. Ты, как всегда, чудо.

— Это моя работа, — она слегка улыбнулась. — Кстати, девушки уже собираются. Спрашивали, во сколько вы за ними зайдёте.

— Через двадцать минут. Пусть приходят сюда. Вы с Егорычем тоже собирайтесь. Надо успеть вернуться до ужина, — сказал я, впиваясь зубами в пирог с грибами.

Маша кивнула и исчезла за дверью.

Через двадцать минут в гостиную вошла Ли Юй в изящном платье небесно-голубого цвета, за ней — Елена в алом, словно пламя, наряде. Обе выглядели взволнованными, но улыбались. Следом появились Маша и Егорыч: Маша в скромном, но элегантном платье, Егорыч — в родовой форме гвардейца, с неизменным мечом у пояса.

— Все в сборе? — я окинул взглядом компанию. — Отлично. Тогда выдвигаемся.

Открыв портал, я пропустил всех вперёд, а затем шагнул следом.

Мы оказались на шумной улице Пекина. Вокруг — яркие вывески, запах жареных пирожков и благовоний, смех, крики торговцев, звон колокольчиков на повозках.

— Ну что, дамы, — я улыбнулся, — с чего начнём?

Ли Юй взяла меня под руку:

— С шёлковых рядов. Мне нужно выбрать ткань для свадебного наряда.

Елена тут же подхватила:

— А я хочу посмотреть украшения! Говорят, здесь есть мастер, который делает серьги с лунными камнями…

— Тогда вперёд, — сказал я. — Пусть этот день будет лёгким и радостным.

И мы двинулись вглубь торговых рядов, в вихрь красок, звуков и запахов, где на мгновение можно было забыть о войне, клятвах и грядущих испытаниях.

Через несколько часов мы вернулись в гостиную с полными пакетами разнообразных вещей и подарков к свадьбе.

Слуги тут же бросились помогать: приняли у нас покупки, аккуратно разложили на столах и диванах. В воздухе витал лёгкий аромат восточных благовоний и свежей ткани — мы успели заглянуть и к ткачам, и к ювелирам, и даже к мастерам по изготовлению церемониальных аксессуаров.

Ли Юй, всё ещё сияющая от впечатлений, осторожно достала из пакета тонкий шёлковый отрез небесно-голубого цвета:

— Вот, посмотрите. Я думаю, из этого получится идеальный подвенечный наряд для Маши. Лёгкий, но в то же время торжественный.

Елена, не отставая, продемонстрировала изящные серьги с лунными камнями, мерцавшими даже при слабом свете:

— А это — тоже для Маши. Мастер сказал, что камни заряжены магией лунного света. Они будут защищать её в день церемонии.

Маша с улыбкой перекладывала небольшие коробочки с украшениями и вышивкой, а Егорыч, как всегда невозмутимый, наблюдал за происходящим.

Я подошёл к столу, разглядывая наши приобретения. Всё выглядело прекрасно — именно так, как должно выглядеть в преддверии радостного события.

— Вы молодцы, — произнёс я. — Всё выглядит чудесно. Теперь нужно решить, кто займётся пошивом и финальной подготовкой.

— Я уже договорилась с Альбертом, — тут же откликнулась Ли Юй. — Он лично прибудет завтра утром. А с ним и Ольга, будет сама делать всем макияж и причёски перед свадьбой.

— Отлично, — я кивнул. — Тогда давайте пока сложим всё в отдельной комнате.

Слуги начали аккуратно переносить покупки в соседнее помещение, а я задержался в гостиной, глядя в окно. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багряные тона.

«Ещё один день позади», — подумал я.

— Князь, — тихо окликнула меня Маша, — ужин скоро будет подан. Сказать Ли Юй, чтобы открывала порталы?

Я обернулся:

— Да, конечно. И скажи девушкам, что я помню про своё утрешнее обещание.

Маша кивнула и вышла. Я глубоко вдохнул, пытаясь отогнать тревожные мысли. Сейчас нужно было сосредоточиться на том, что есть: на красоте момента, на предвкушении свадьбы, на людях, которые верили в меня.

Потому что завтра всё могло измениться.

Ужин прошёл великолепно. Одоевский рассказывал князьям о сдаче армии Кутеева, девушки и Маша обсуждали свадьбу. Беркут общался с Егорычем, время от времени вовлекая меня в разговор о том, что необходимо сделать для жениха. Но в этих вопросах я был не советчик: свадьбы у меня не было, да я и не присутствовал на них ни разу.

Чуть позже, когда все стали расходиться, Елена подошла ко мне и тихо, чтобы никто не слышал, сказала:

— Князь, вам надо немного задержаться. Нам с Ли Юй надо переодеться.

Я улыбнулся и кивнул.

Девушки ушли, а я налил себе кофе. Аромат свежесваренного напитка немного успокоил нервы — за день накопилась усталость.

Через двадцать минут я открыл портал в спальню.

Девушки уже ждали меня — в тех самых платьях на голое тело, которые шили у Альберта специально для подобных случаев.

Я опустился в кресло; они медленно подошли ко мне. Я чувствовал их возбуждённое состояние. Мои руки сами собой легли на внутренние части их бёдер и двинулись вверх.

Рассвет застал нас обнажёнными, спящими на полу возле затухающего камина. Ли Юй и Елена обнимали меня, крепко прижавшись. Почувствовав, что они замёрзли, я зажёг огонь в камине с помощью стихии Огня и осторожно приподнялся, стараясь не разбудить девушек, чтобы дотянуться до лежащего рядом одеяла.

Пламя медленно разгоралось, отбрасывая трепетные блики на их лица. В тишине было слышно лишь лёгкое потрескивание дров и ровное дыхание спящих. Я осторожно подтянул одеяло и укрыл нас. Тепло постепенно возвращалось в комнату, рассеивая утренний холод.

Снова опустившись на подушку, я погладил девушек по ягодицам, чувствуя, как они расслабляются, постепенно согреваясь.

Ли Юй чуть приоткрыв глаза, аккуратно сдвинула ногу Елены и залезла на меня сверху. Я закрыл глаза, получая удовольствие от движений Ли Юй.

Через пять минут к нам присоединилась Елена, и мы снова погрузились в мир наслаждений.

Через час, снова полностью уставшие, но крайне довольные, мы погрузились в короткий сон, пора было вставать и приводить себя порядок. Начинался новый день. Я хотел навестить хранителя леса, что-то мне подсказывало, сегодня для него будет отличный день.