Звёздная система «Сокровищница Гермеса». Планета Гермес-I «Лазурный Трон». Дворец Трёх Лилий — резиденция наместника Дома Валуа.

Король Луи-Рене де Валуа сидел в своём личном кабинете, ожидая Марселя-Жермена де Шалона. Марсель уже сообщил ему о разгроме флота Союза Свободных Колоний князем Медведевым и сейчас занимался распространением версии, что это сделали Меровинги. Ему пришлось задействовать многих своих дипломатов и информаторов, чтобы нивелировать информацию о мощи флота этого мальчишки.

Луи вздохнул. Пока радовало только одно: доходы военных и добывающих корпораций стали расти. Дома и кланы, видя, что началась война между вновь возникшим Домом, Меровингами и Союзом, стали активнее скупать застоявшиеся на верфях корабли и размещать новые заказы. Спрос на редкие изотопы и металлы на этом фоне тоже подрос.

В дверь постучали, и она сразу открылась: Марсель никогда не ждал, пока король даст ему разрешение на вход. Он быстро прошёл и сел напротив Луи.

— Мне не нравится твой вид, Марсель. Опять этот мальчишка что-то выкинул? — нервно спросил Луи.

Марсель кивнул, но продолжал молчать.

— Ну так рассказывай! — не выдержал Луи.

— Луи, — Марсель назвал короля по имени. И король сразу напрягся: когда Марсель так его называл, значит, новости, которые он сейчас скажет, были из разряда очень плохих. И он заранее пытается успокоить короля.

— Я спокоен, Марсель, — Луи закрыл глаза, приготовившись слушать.

— Он полностью подчинил Королевство Хрустальных Озёр — теперь оно стало его протекторатом, — начал Марсель.

Луи открыл глаза и удивлённо посмотрел на Марселя.

— И что? Мы предполагали, что он начнёт захватывать эти звёздные системы. Кстати, а что с дядей этой девчонки? Он же поклялся служить нам. Пусть уже уберёт свою племянницу и займёт её место, — произнёс король, продолжая смотреть на Марселя.

— Она казнила его, узнав правду, — ответил Марсель.

— Туда ему и дорога, он мне всегда не нравился, — махнув рукой, король снова прикрыл глаза, полностью успокоившись.

— Всё наше имущество в звёздной системе «Аквамариновый Пояс» перешло к Ратибору, — негромко произнёс Марсель.

Луи сжал подлокотники кресла так сильно, что его пальцы побелели. Дыхание участилось, ярость нахлынула на короля.

— Как он узнал? — прошипел король. — Всё было на подставных людях. И кто эти люди, не знал никто, кроме нас с тобой, Марсель.

Луи открыл глаза и посмотрел на Марселя.

— Луи, неужели ты думаешь, что я сдал наших людей этому мальчишке? — Марсель не отводил взгляд.

— Тогда кто, Марсель? Неужто ты думаешь, что это сделал я? — усмехнулся король; эта ситуация его почему-то развеселила.

— Я думаю, что искусственный интеллект королевской яхты был взломан, и именно оттуда была получена информация, Луи, — серьёзным голосом произнёс Марсель.

— Бред, — отмахнулся король. — Этого не может быть.

— Луи, это единственный вариант, и его надо проверить. Дай задание Рене, пусть он вскроет мозг этой машины и проверит, — настаивал Марсель.

— Хорошо, Марсель. Он сделает это, хотя после этого придётся полностью заменить искусственный интеллект на яхте. Этот просто не выживет, когда Рене начнёт вскрывать все его компоненты и протоколы, — вздохнув, ответил Луи.

— Нам надо убедиться, Луи. Если это так, то Ратибор сейчас владеет всей информацией, которая была в доступе у твоего ИИ. Ты понимаешь, чем это нам грозит? Придётся в срочном порядке менять всех людей, но на это уйдёт много времени и кредитов. Однако многие данные мы никак не исправим — слишком много знал твой ИИ, Луи, — Марсель явно нервничал, и эта нервозность передалась королю.

— Рене сегодня займётся этим, Марсель, — Луи понимал всю серьёзность ситуации и без слов Марселя.

— Этот мальчишка начинает раздражать, — произнёс Марсель, постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

Луи засмеялся, услышав эти слова:

— Марсель, ты же сам говорил мне, что надо терпеть его выходки.

— Надо, пока его действия приносят нам прибыль, — усмехнулся Марсель. — Пока мы в хорошем плюсе, даже с учётом потерь в «Аквамариновом Поясе».

— Вот именно, Марсель. Пока в плюсе… — Луи замолчал, задумавшись, но почти сразу спросил: — Что с Оболенскими?

— Всё нормально, ждут от нас сигнала на атаку. Правда, княжич чуть нам не сорвал всю операцию, попытавшись отговорить отца. Но у старого князя не хватило мозгов поверить собственному сыну, — ответил Марсель, улыбнувшись.

— Ох уж эта молодёжь, — вздохнул Луи. — Всё им неймётся. Гастон выходил на связь?

— Да, я поэтому и задержался. Ты был прав, Луи, Тибо считает себя великим стратегом, способным перехитрить Дом Валуа, — Марсель засмеялся.

— Ну и что он там выкинул? — усмехнувшись, спросил Луи.

— Прислал за Гастоном слугу, попытавшись унизить его и нас. А потом заявил, что хочет пятьсот миллиардов сразу и полтора триллиона, когда захватит «Стальную Берлогу», плюс технологии, которые будут на корабле, — Марсель снова засмеялся. — При этом сказал Гастону, что это не обсуждается.

— Действительно, недалёкий умом человек, — Луи тоже рассмеялся. — Ты сказал уже Гастону, что мы согласны?

— Да. Завтра он встретится с Тибо и обговорит время атаки, чтобы нам согласовать с Оболенским, — ответил Марсель, продолжая улыбаться.

— Отлично, Марсель. Как только флот Тибо будет разбит, и он обратится к нам за кредитами, забери у него в залог долю в верфях, расположенных в Королевстве Габсбургов, и сделай ему повышенный процент за пользование нашими кредитами. Оболенским тоже подними проценты, когда снова придут просить кредиты, — Луи замолчал, но тут же добавил: — Союзу тоже подними стоимость обслуживания долга. Пора нам начать хорошо зарабатывать на этой войне.

— Что будем делать с долгами тех королевств и республик, которые будет захватывать Ратибор? — уточнил Марсель.

— Спишем. Они и так уже вернулись к нам по два-три раза в виде процентов и пониженных налогов на наши товары. Так что не велика потеря, — махнул рукой Луи.

— С Дайсукэ Сато-Дзё пока тоже накладка: он что-то заподозрил, хоть мои люди и пытаются действовать аккуратно. Усилил охрану и практически никого к себе не подпускает, — Марсель посмотрел на короля.

— Ладно, продолжай работать. Но надо успеть до того момента, как мальчишка прорубит к нему проход через территории Союза. Он и так ослабил торговую блокаду захватом Королевства Хрустальных Озёр, но убытки всё ещё несёт. Надеюсь, атаки Оболенских и Меровингов отвлекут его от снятия торговой блокады, — задумчиво произнёс Луи.

— Успеем, Луи, не переживай, — Марсель тоже задумался.

— Как твоя жена и дети? — вдруг спросил Луи.

— Нормально. Улетели в звёздную систему «Млечный Перевал», на планету Перевал-II, к твоей жене и детям. Подружки вдруг решили вместе попутешествовать по планете-океану и взять с собой детей, — улыбнувшись, ответил Марсель.

— Да? — удивлённо вскинул брови Луи. — А мне моя жена не сказала ни слова. Может, нам тоже рвануть туда?

— Луи, давай сначала разберёмся с яхтой, — серьёзным голосом ответил Марсель.

— Не переживай, я же тебе сказал: Рене сегодня начнёт работу, — так же серьёзно ответил Луи.

Марсель встал:

— Ладно, пойду. Надо ещё сегодня закончить пару дел.

— Я сообщу тебе, когда Рене сломает мою яхту, — усмехнулся Луи.

Марсель вышел, а Луи вызвал слугу:

— Вызови ко мне Рене и скажи ему, чтобы бежал быстрее.

Слуга молча поклонился и исчез за маленькой скрытой дверью.

Звёздная система Меровинг-1. Планета Меровинг-1a «Камелот». Город-Дворец Артурия.

Гастон в очередной раз летел к Тибо. Марсель приказал ускорить согласование сроков нападения на Медведей.

Сначала он хотел предупредить Себастьена, но вовремя остановился. Последнее время Гастон был слишком подозрительным и стал подмечать странные детали. Марсель знал больше, чем ему говорил Гастон, — и у него закралось подозрение, что Марсель каким-то образом следит за ним. Но как — Гастон пока не выяснил. Поэтому приходилось действовать осторожнее: сообщить Себастьену о готовящемся нападении он не мог.

Шаттл, как обычно, мягко сел на площадку для официальных посетителей города-дворца Артурии. Трап тихо опустился, и Гастон вышел на свежий воздух, вдохнув полной грудью. Его опять ждал слуга Тибо.

Он улыбнулся: Тибо, как ребёнок, наверное, считает, что таким образом может обидеть или унизить Гастона. Но зря он это делает — Дом Валуа таких вещей не прощает. Сейчас Тибо чувствует себя на вершине пирамиды, но скоро приползёт на коленях к Валуа, и тогда ему всё припомнят. Нет, никто не будет ничего говорить или кричать — просто ставка на обслуживание долга будет существенно выше. Тибо заплатит за всё.

Гастон снова улыбнулся — теперь уже своим мыслям — и направился к слуге.

— Веди быстрее, мне некогда, — стальным голосом произнёс Гастон, когда слуга собирался что-то сказать.

Тот замешкался, но сразу развернулся и быстро пошёл к дверям. Гастон ухмыльнулся: «Так-то лучше».

Слуга привёл его в кабинет и открыл перед ним двери. Войдя в кабинет, Гастон молча прошёл внутрь и сел напротив Тибо.

Они посмотрели друг другу в глаза, и Гастон стальным голосом произнёс:

— Атакуешь через два дня. Кредиты получишь, как только твои корабли войдут в звёздную систему «Аквамариновый Пояс». Я буду в звёздной системе «Орфейские Звёзды».

Гастон встал и направился к выходу из кабинета.

— Стоять! — услышал он окрик Тибо и, остановившись, медленно развернулся.

— Что ты орёшь, Тибо? — спокойным голосом спросил Гастон.

— Как ты смеешь со мной так разговаривать⁈ — герцог кипел от ярости.

— Мы платим, а ты делаешь то, что тебе скажут, Тибо. Ты сам установил условия, мы согласились. Через два дня, Тибо. Не выполнишь условия сделки — и лишишься своей доли в верфях, расположенных в Королевстве Габсбургов, — улыбаясь, с угрозой в голосе сказал Гастон.

— Да как… — Тибо задохнулся от распиравшей его ярости.

— Выполни условия сделки, Тибо, — Гастон развернулся и вышел за двери.

Слуга стоял поодаль. Увидев выходящего Гастона, он удивился, но молча пошёл вперёд, провожая дипломата к шаттлу.

Тибо сидел в кресле, сжав кулаки. Его трясло от ярости.

— Почему ты не послушал меня, Тибо? — произнёс мягкий женский голос. — Теперь ты загнал себя в ловушку. И тебе придётся вести свои корабли в «Аквамариновый Пояс» — и, скорее всего, потерять их.

Голос жены подействовал на Тибо успокаивающе.

— Что теперь? — тихо спросил он.

— Я придумаю, как получить деньги и уйти с наименьшими потерями, мой любимый. Но корабли должны будут войти в «Аквамариновый Пояс», иначе Валуа посчитают, что ты нарушил сделку, и не оплатят. Как только ты получишь оплату, этим Валуа подтвердят, что приняли выполнение условий. А дальше… Дальше я придумаю, как тебе поступить. Я слишком хорошо знаю своего троюродного братца Луи и его дружка Марселя, — негромко, но с яростью в голосе произнесла жена Тибо.

— Прости меня, дорогая, я был не прав. Но столько кредитов… — прошептал Тибо.

— Всё хорошо, милый. Всё хорошо, — она погладила его по голове.

Он слишком сильно любил свою жену Женевьеву де Мерови, в девичестве де Валуа, чтобы спорить с ней.

Женевьева стояла позади своего мужа и гладила его по голове. Порой ей хотелось придушить его, когда он в очередной раз, возомнив себя великим стратегом, начинал играть в свою игру. И вот сейчас она говорила ему, что нельзя связываться с Валуа, — но он не послушал её.

Ну как же — такая огромная сумма кредитов, так необходимая им… Хорошо хоть догадался запросить сразу пятьсот миллиардов перед атакой. Теперь надо придумать, как получить от Валуа кредиты и — желательно — сохранить флот для атаки на Союз Свободных Колоний.

Женевьева слегка отстранилась, задумчиво провела рукой по спинке кресла и подошла к панорамному окну. За ним раскинулась Артурия — сверкающая огнями столица Великого Дома Меровингов. Она вгляделась в переплетение улиц и шпилей, а мысли её уже выстраивали цепочки связей, просчитывали варианты.

«Два дня, — повторяла она про себя. — Всего два дня. Но этого хватит».

В памяти всплыли уроки её отца: «Никогда не ставь всё на один ход. Всегда оставляй лазейку». Тогда юная Женевьева лишь кивала, не до конца понимая глубину этих слов. Теперь же она отчётливо видела, где можно сыграть.

— Мне надо связаться с князем Медведевым или с Себастьеном, — тихо произнесла она, возвращаясь к мужу. — Но, чтобы никто не узнал раньше времени. Если предложить им долю в сто миллиардов в обмен на выживание нашего флота…

Тибо поднял глаза.

— Но Валуа узнают, — прошептал он. — И два наших флота не стоят такой огромной суммы.

— Тибо, скоро корабли будут стоить в три раза дороже. Ты разве забыл, что огромная часть верфей по всем звёздным системам принадлежит Валуа? Они уже подняли цены, и это не предел. А что касается того, узнают они или нет… — Женевьева улыбнулась, и в её улыбке промелькнуло что-то от фамильного высокомерия де Валуа. — Будет уже неважно. К тому моменту мы уже выполним условия сделки: корабли войдут в «Аквамариновый Пояс». Формально — всё по договору. А вот будут они воевать с Ратибором или нет… Это уже наше дело.

Она снова положила руку на плечо мужа:

— Доверь это мне, Тибо. Я слишком хорошо знаю правила игры Дома Валуа — и знаю, как в ней выиграть. В конце концов, я всё-таки де Валуа.

Тибо сжал её пальцы:

— Ты всегда находишь выход…

— Не выход, — поправила Женевьева. — Лазейку. А это, мой дорогой, совсем другое дело.

Звёздная система «Зелёный Пояс». Дворец королевы Авроры Мистлейк.

Мы находились во дворце королевы уже второй день. Адмирал Игнат Громов совместно с адмиралом Кассианом Торнвудом проводили зачистку двух населённых планет системы. В основном занимались арестом высокопоставленных офицеров и чиновников, которых успел пристроить на эти места ныне покойный дядя королевы. Мелкие стычки между бунтовщиками практически прекратились, как только были арестованы либо убиты основные организаторы из людей Валуа. Постепенно власть возвращалась в руки королевы.

Рэттен, Георгий и Себастьен занимались согласованием условий протектората с министрами королевы, а мы с ней гуляли по частично восстановленному саду на территории дворца.

Королева собиралась показать мне уютную беседку, когда к нам подбежал мой штурмовик.

— Простите меня, королева, князь, — штурмовик отдал честь.

— Что случилось? — спросил я, так как велел тревожить меня только в самых крайних случаях.

— Вам необходимо срочно вылетать на «Стальную Берлогу». Господин Себастьен уже ждёт вас возле шаттла, — сообщил штурмовик.

Я посмотрел на Аврору:

— Я вернусь, выясню, в чём дело, и вернусь. Тогда и покажешь мне свою уютную беседку, Аврора.

— Я буду ждать, Ратибор, — она хотела поцеловать меня, но не решилась сделать это при штурмовике.

Я развернулся и поспешил к шаттлу.

Себастьен нервно ходил возле трапа к шаттлу.

— Надо спешить, князь! — крикнул он, когда увидел, что я приближаюсь.

Я ускорил шаг и поднялся по трапу в шаттл следом за Себастьеном.

— Взлетаем быстрее! — скомандовал Себастьен пилоту.

— Себастьен, что происходит? — я удивлённо смотрел на него.

Он мельком глянул на пилота и приблизился практически вплотную ко мне:

— На связь вышли Женевьева де Мерови и Тибо де Мерови. Они ждут нас, чтобы поговорить. С Яром они отказались разговаривать, сославшись на секретность переговоров и их большую важность.

— Себастьен, ты сам на себя не похож. Что может быть срочного в разговоре с ними? Мы же отказали их дипломату в мирном договоре, — я пока не понимал, чем так обеспокоен Себастьен.

— Князь, если бы на связь вышел только герцог Тибо, я бы тебя даже не звал. Но Женевьева, его жена, — это совершенно другое дело, — ухмыльнулся Себастьен. — До замужества она была де Валуа, троюродная сестра Луи. Там очень тёмная история с этим замужеством. Но знаю точно: Женевьеву выдали за Тибо чуть ли не силой. Тибо тогда был нищим графом, под пятой своего двоюродного брата — герцога Гильома — и полностью от него зависел. Именно Женевьева сделала его тем, кем он сейчас является. Он слишком сильно её любит и делает всё, что она скажет. Если сама Женевьева решила поговорить с тобой, значит, дело крайне серьёзное, и доверить его Тибо она не может.

— Заинтриговал, — я ещё больше удивился после его слов.

Через десять минут шаттл уже зашёл в шлюз «Стальной Берлоги» и мягко опустился в ангаре на металлический пол корабля. Как только трап опустился, мы поспешили на командную палубу.