Я смотрел на Дайсукэ задумчивым взглядом. Менять планы по захвату звёздной системы «Янтарный Утёс» желания не было. Но и упускать возможность заключить союз с Домом Сато-Дзё было нельзя. Я повернулся к Себастьену — тот едва заметно кивнул и показал мне, что надо поддержать Дайсукэ.

Я снова посмотрел на этого невысокого, коренастого мужчину с короткими седыми волосами, который сидел в большом кресле, практически полностью утопая в нём. Если бы я точно не знал, что это глава Дома Сато-Дзё, то мог бы принять его за обычного инженера — одетого в хороший рабочий комбинезон с бронированными вставками и с голографическим проектором для чертежей на запястье. Но в глазах Дайсукэ читалась стальная воля правителя, а пальцы, лежащие на подлокотнике, слегка постукивали в ритме какого-то внутреннего расчёта.

— Хорошо, Дайсукэ-сан, — я улыбнулся, стараясь смягчить тон, но сохраняя твёрдость в голосе. — Я вылетаю к вам. Предупредите свою армию, чтобы не пугались. Мой корабль будет в звёздной системе «Рэн-Но-Хоши»… — я глянул на Яра, и он прислал мне в мой нейроинтерфейс данные по длительности варп-прыжка. Я прикинул время, накинул ещё час для запаса и продолжил: — Примерно через тридцать пять часов.

Дайсукэ тоже улыбнулся — не широко, а сдержанно, как человек, привыкший взвешивать каждое слово. Его взгляд на мгновение стал теплее, а в уголках глаз появились едва заметные морщинки.

— Я рад, Ратибор-сан, что вы приняли правильное решение, — произнёс он. — Мой флот будет оповещён. Все патрульные суда получат приказ пропустить ваш корабль без проверки. Жду вас с нетерпением.

Дайсукэ слегка поклонился — едва заметный жест, но исполненный глубокого уважения. Связь прервалась, и голографический экран мигнул, сменяя картинку на звёздную систему «Опорный Круг».

В зале повисла тишина, но теперь она была другой — не напряжённой, а предвкушающей. Себастьен выдохнул с облегчением и провёл рукой по волосам. Георгий, сделав глоток кофе, поставил чашку на стол. А я почувствовал, как в груди зарождается уверенность: первый шаг к союзу сделан.

Я встал и расправил плечи:

— Раз планы меняются, пойду в штаб. Надо предупредить Марка и Игната.

Себастьен и Георгий тоже встали, как и Яр.

— Мы тоже пойдём в штаб, — произнёс Георгий, поправляя свой костюм.

Мы направились к выходу из зала совещаний.

Звездная система «Рэн-Но-Хоши» или «Звезда Лотоса». Дворец главы Дома Сато-Дзё.

Дайсукэ расслабился и прикрыл глаза — теперь следовало начать вторую фазу. Его разведка уже получила задание выяснить, кто последний контактировал с его братом. И сейчас он ждал результата, мысленно перебирая возможные сценарии и оценивая риски.

На голографическом экране появилась метка вызова, и прозвучал тихий сигнал. Дайсукэ открыл глаза, провёл рукой по седым волосам и принял вызов.

— Дайсукэ-сама, — произнёс мужчина средних лет в форме главы разведки и низко поклонился. — Последние контактировавшие с вашим братом: его жена, дети и ваш двоюродный брат. Именно он после смерти вашего родного брата становится первым наследником на кресло главы Дома, Дайсукэ-сама.

Мужчина выпрямился и посмотрел на молчавшего главу Дома Сато-Дзё. В его взгляде читалась напряжённая готовность к любым приказам.

— Мы проверили все его контакты за последние три недели. Один из них нам показался подозрительным, и мы стали проверять дальше. В итоге мы выяснили, что именно от этого контакта ваш двоюродный брат получил пять колб с нанитами. Нам необходимо ваше разрешение на обыск всех домов вашего двоюродного брата, Дайсукэ-сама.

Дайсукэ сжал подлокотники кресла — металл едва слышно скрипнул под сильными пальцами. Он давно подозревал, что его двоюродный брат работает на Валуа, но сейчас тот перешёл все дозволенные рамки. В голове промелькнули воспоминания: детские игры, совместные тренировки, клятвы верности роду… И всё это — лишь маска.

Несколько секунд Дайсукэ молчал, взвешивая каждое слово. Затем поднял взгляд на главу разведки — холодный, расчётливый, лишённый каких-либо эмоций:

— Найди доказательства, — коротко произнёс он. — Не косвенные улики, не предположения, а неопровержимые факты. Мне нужны колбы.

— Будет исполнено, Дайсукэ-сама, — мужчина поклонился. — Я лично возглавлю операцию.

— Хорошо, — Дайсукэ кивнул. — Начинай немедленно.

Отключив связь, Дайсукэ откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями.

«Молодой князь был прав, — пронеслось у него в голове. — Валуа играют грязно. Покупают всех, кто готов на них работать».

Он открыл ящик стола, достал древний свиток с гербом Сато-Дзё и развернул его. На пергаменте были начертаны имена предков — тех, кто строил Дом веками. Дайсукэ провёл пальцем по последней строке, где стояло его имя. Рядом оставалось пустое место для наследника… но теперь этот вопрос требовал особого внимания.

Звёздная система Меровинг-1. Флагман объединённой эскадры третьего и четвёртого флотов Меровингов — личный тяжёлый линкор герцога Тибо де Мерови «Женевьева».

Герцог сидел за рабочим столом в своей каюте и любовался спящей Женевьевой. Одеяло сползло с неё, открывая прекрасный вид, но он тут же встал и осторожно поправил его, укрывая её плечи и ноги. На мгновение герцог замер, вглядываясь в безмятежное лицо, затем вздохнул и снова вернулся к работе — мерцающим голографическим отчётам, парящим над столом.

Последнее время поступающие новости из звёздных систем говорили о тревожном: аристократы готовили бунт. Донесения сыпались одно за другим — они приводили свои флоты в боевое состояние, усиливали их новыми кораблями, перебрасывали резервы к стратегическим точкам.

Тибо даже отозвал свои два флота с границ с Союзом — теперь они спешили сюда, к домашней системе. Скоро мощные линкоры и крейсеры вольются в общую оборону.

Женевьева рекомендовала сосредоточить все корабли здесь, в домашней системе. И он согласился, видя, что сейчас это оправдано. Её стратегическое чутьё редко подводило. В памяти всплыли их недавние обсуждения: она тогда разложила голографическую карту звёздных систем Великого Дома Меровингов, отметила ключевые системы и чётко аргументировала, почему концентрация сил в домашней системе — единственно верное решение на первом этапе.

Герцог прокрутил отчёт о готовности верфей — три новых тяжёлых крейсера должны были сойти со стапелей через неделю, ещё два линкора проходили финальную настройку вооружения. Он отметил галочкой приоритетные задачи и переключился на данные разведки.

«Если бунтовщики решат ударить сразу по нескольким направлениям, — размышлял герцог, — нам придётся быстро перераспределять силы. Но пока главное — удержать домашнюю систему. А потом, по мере развития ситуации, уже будет видно, куда направить корабли и в каком количестве».

Он бросил ещё один взгляд на Женевьеву. Та слегка пошевелилась во сне, улыбнулась чему-то и повернулась на бок. Герцог улыбнулся в ответ, на мгновение позволив себе забыть о тревогах. Но тут же встряхнулся — работа не ждёт.

Коснувшись сенсора на подлокотнике, он вызвал дежурного офицера:

— Подготовьте общий приказ: все прибывающие корабли направлять на орбиту четвёртой планеты Меровинг 3 «Персиваль» к орбитальной крепости «Щит Меровеха». Там развернём временный командный узел и распределим флоты по секторам. И пусть аналитики составят список возможных бунтовщиков — с учётом последних новостей и их лояльности Дому Валуа.

— Будет исполнено, мой герцог, — раздался в коммуникаторе чёткий голос офицера.

Герцог откинулся на спинку кресла, сцепил пальцы в замок и устремил взгляд в голографический экран. На экране простиралась звёздная система, забитая кораблями. Преимущественно частные яхты неспешно курсировали между всеми пятью планетами — их яркие корпуса сверкали в свете местного солнца. Грузовые корабли оккупировали пояс астероидов, выстраиваясь в длинные очереди к перерабатывающим станциям. Звёздная система продолжала жить своей размеренной, неспешной, богатой жизнью — словно и не ведала о надвигающейся буре.

— Тибо, — герцог услышал нежный голос своей жены.

— Да, любовь моя, — он повернулся и посмотрел на Женевьеву, невольно смягчая выражение лица.

— Пока не поздно, надо связаться с князем Медведевым, Тибо, — Женевьева встала и, накинув халат на голое тело, подошла вплотную к герцогу. Её пальцы скользнули по его щеке. — Мы не можем тянуть до последнего.

— Я справлюсь сам, Женевьева, — уже в который раз упрямо заявил Тибо, снова переводя взгляд на экран. — У нас достаточно сил для обороны.

— У нас нет шансов, Тибо, — её голос стал твёрже, но всё ещё звучал ласково, как будто она говорила с упрямым ребёнком. — Я видела новости и разведданные, которые ты получил. Если они объединятся под присмотром Валуа, нас задавят числом.

Она стояла рядом с креслом герцога, слегка касаясь его плеча.

— Наши верфи в этой звёздной системе не справятся с массовым строительством новых кораблей, да и ресурсов с пояса астероидов «Цепь Ланселота» будет не хватать. Им даже не надо будет атаковать нас напрямую — если они полностью окружат нашу систему и закроют возможность получения ресурсов, продуктов питания и новых кораблей… Понимаешь, Тибо? Нас убьют собственные люди, чтобы спасти свои шкуры, любимый мой.

Женевьева чуть наклонилась ближе к голографическому экрану.

— Посмотри на эту картину, — она указала на экран, где огромные и дорогие частные яхты продолжали свой вечный танец. — Сейчас всё спокойно. Но когда наступят проблемы и вся эта свора не сможет набивать свои животы деликатесами, они сами уничтожат нас.

— Сначала я попробую, Женевьева, — герцог сжал подлокотники кресла. — А «Стальная Берлога» князя спокойно может прыгнуть сразу сюда, ты сама это знаешь. Так же, как и его грузовые корабли. Мы всегда успеем обратиться за помощью и стать протекторатом.

Женевьева склонилась и поцеловала мужа в лоб — долго, нежно, с оттенком горечи.

«Упрямец, — пронеслись мысли в голове Женевьевы. — Он прекрасно знает, что я права, но всё равно старается сохранить власть любой ценой. Хотя она и так у него останется… Подумаешь, придётся иногда кланяться князю и переводить ему часть налогов. Мы сохраним Дом, семью, людей… Эх, Тибо, Тибо. И почему я его полюбила?»

Тибо поймал её руку и сжал в своей.

— Ты всегда видишь дальше меня, — тихо произнёс он. — Но дай мне хотя бы попытаться. Если я сразу побегу к князю Медведеву, это покажет слабость. А слабость в такие времена — смертный приговор.

— Хорошо, — Женевьева вздохнула и села на подлокотник кресла, обнимая мужа за плечи. — У тебя есть неделя. Но если за это время ситуация ухудшится, мы свяжемся с князем. Без промедления. Договорились?

Герцог помолчал, затем кивнул:

— Договорились. Неделя.

Он снова посмотрел на экран. Где-то там, за границами этой мирной системы, уже собирались тучи. И счёт шёл не на недели — на часы.

Звездная система «Рэн-Но-Хоши» или «Звезда Лотоса». Дворец главы Дома Сато-Дзё.

Глава Дома Сато-Дзё — Дайсукэ Сато-Дзё — смотрел на стоящего перед ним на коленях двоюродного брата.

— Рассказывай, и тогда я подарю тебе быструю смерть. А твоя жена и дети останутся живы, — тихим, но отчётливым голосом произнёс Дайсукэ и посмотрел на стол, на котором лежали четыре герметичные колбы.

— Брат… — начал стоящий на коленях мужчина, его голос дрожал.

— Ты мне больше не брат, — прорычал Дайсукэ, глаза его сверкнули холодным огнём. — Не смей меня так называть, иначе сдохнешь как крыса!

Он резко толкнул пленного ногой — тот потерял равновесие и упал на пол. Стоящий рядом глава разведки и его помощник мгновенно отреагировали: подхватили мужчину под руки, рывком подняли и снова поставили на колени перед главой Дома Сато-Дзё.

Дайсукэ медленно обошёл вокруг пленника, меряя его тяжёлым взглядом.

— Мне известно, что ты получил эти колбы от связного Валуа, — он указал на стол. — И мне известно, что ты планировал использовать их против меня. Говори: кто ещё вовлечён в заговор? Какие Дома поддерживают Валуа в этом секторе?

Пленный сглотнул, его лицо побледнело. Он бросил короткий взгляд на колбы, затем поднял глаза на Дайсукэ.

— Я… я не могу, — прошептал он. — Они убьют всю мою родню бра… Дайсукэ-сама.

— Можешь, — холодно отрезал Дайсукэ. — И будешь. Потому что, если не скажешь сам, мои специалисты вытянут из тебя каждое слово. И поверь, их методы не оставят от тебя ничего, кроме крика.

Глава разведки сделал шаг вперёд, демонстративно поправляя перчатку на руке. Пленник вздрогнул и сжал кулаки, пытаясь собраться с силами.

— У тебя минута, — произнёс Дайсукэ, возвращаясь в своё кресло. — Начинай с имени связного. И не пытайся лгать — я узнаю ложь по первому же слову.

Пленник заговорил — сначала сбивчиво, запинаясь, но с каждым словом его речь становилась увереннее. Дайсукэ слушал, и чем дольше длился рассказ, тем тяжелее становилось на душе. Он не предполагал, что даже внутри его Дома у Валуа сохранилось столько верных им людей.

Буквально недавно глава разведки провёл чистку — было схвачено больше сотни разных чиновников и аристократов. Но, оказывается, они устранили лишь малую часть. Дайсукэ внимательно следил за лицом двоюродного брата, пытаясь уловить малейшие признаки лжи.

— Валуа обещали мне полную поддержку, — произнёс пленник, поднимая глаза. — Восточный сектор должен будет полностью втянуться в войну против Великого Дома Северных Медведей. И это уже началось. Сегодня я получил распоряжение ускорить вашу смерть, Дайсукэ-сама.

Он сделал паузу, словно взвешивая, стоит ли продолжать, затем выдохнул и выпалил:

— Валуа необходимо начать производство и продажу кораблей Союзу Свободных Колоний с наших верфей. Дом Хаяси Рё и Дом Ямамото Кай тоже получили указание начать производство военных кораблей и сократить до минимума выпуск грузовых и сверхтяжёлых судов.

Дайсукэ невольно сжал подлокотники кресла. Всё складывалось в чёткую картину — масштабный замысел, годами плетущаяся сеть предателей.

— Союз уже уничтожил один из флотов Медведей, но понёс большие потери, хотя преимущество в количестве кораблей и ударной мощи было в три раза, — продолжал пленник. — Идёт слух, что флот Медведей использовал новую тактику боя — именно поэтому у флота Союза такие потери. Валуа стремятся быстро восстановить его силы и создать ещё несколько крупных эскадр.

Пленник поперхнулся — вероятно, от нервов пересохло во рту. Он прокашлялся и продолжил, понизив голос:

— Также мои информаторы сообщили, что в Великом Доме Меровингов готовится бунт аристократов. Тибо стягивает верные ему войска и корабли в домашнюю звёздную систему. Дайсукэ-сама, грядёт большая война. И союз с Валуа сделает вас сильнее.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Дайсукэ медленно встал и подошёл к стене, где висел древний меч — символ рода Сато-Дзё. Он снял оружие, аккуратно вынул клинок из ножен. Лезвие блеснуло в свете ламп — безупречная полировка, идеальная балансировка. Много поколений предков держали этот меч в руках, защищая Дом.

Повернувшись к пленнику, Дайсукэ бросил короткий взгляд на главу разведки — тот всё понял без слов. Быстро сняв с пояса длинный нож, он кинул его перед стоявшим на коленях мужчиной.

Увидев упавший перед собой нож, пленник побледнел ещё сильнее. Его руки задрожали.

— Я… я не могу, брат… — прошептал он.

— Ты мне больше не брат, — холодно отрезал Дайсукэ.

Меч в его руках сверкнул молнией и опустился. Голова пленника упала на пол, а кровь начала растекаться по большому красивому ковру, впитываясь в узорчатые нити.

Дайсукэ даже не вздрогнул. Он взял со стола салфетку и тщательно протёр клинок, методично стирая каждую каплю. Движения были спокойными, почти ритуальными.

Убедившись, что на лезвии не осталось следов, он убрал меч в ножны и вернул на стену — туда, где тот висел веками.

— Сожги его вместе с ковром, — не оборачиваясь, произнёс глава Дома Сато-Дзё. — Всю семью и его родственников, а также родственников жены — казнить. Всех, кого назвал этот… — Дайсукэ на мгновение замолчал, словно подбирая слово, затем с презрением выплюнул: — Всех, кого назвала эта крыса, арестовать и допросить. После — казнить.

— Будет исполнено, Дайсукэ-сама, — склонил голову глава разведки.

— Скоро прибудет глава Великого Дома Северных Медведей, — продолжил Дайсукэ, поворачиваясь к подчинённому. — Мы заключим союз. Я хочу, чтобы к тому времени ты вычистил наши ряды до последнего предателя. Чтобы ни одна крыса не осталась в стенах этого Дома.

В голосе главы Дома зазвучали стальные нотки, от которых даже закалённому в боях разведчику стало не по себе.

— Будет исполнено, Дайсукэ-сама, — снова произнёс глава разведки, ещё ниже склоняя голову.

Дайсукэ развернулся и направился к двери. Его шаги звучали ровно и твёрдо — шаги человека, принявшего тяжёлое решение и готового нести за него ответственность. Он шёл к своей семье, чтобы подготовить их к грядущей буре. Война приближалась, и теперь он знал: чтобы выжить, Дом Сато-Дзё должен стать единым и чистым, как лезвие этого древнего меча.