Я проснулся за час до выхода из варп-прыжка. Вскрыв пакет с аварийным пайком, разбавил его водой.

«Эх… Снова пить эту гадость, — подумал я, глядя на мутную жидкость. — Но выбора нет. Неясно, что будет дальше… Лучше подстраховаться и поесть».

А вдруг это последний приём пищи перед тем, как всё пойдёт под откос? Мысль скользнула незаметно, но осела в груди тяжёлым комком. Я сглотнул — не от голода, а от тревоги — и заставил себя сделать первый глоток.

Тягучая жижа полилась в горло. На удивление, сегодня меня не тошнило.

«Наверное, организм привык к издевательствам», — мысленно усмехнулся я, пытаясь разрядить напряжение. Улыбка вышла вымученной, но хоть какая-то попытка сохранить присутствие духа.

Проверил все параметры бронекостюма — система в норме. В очередной раз осмотрел оружие: фиксация, заряд, резервные модули. Каждый щелчок, каждый индикатор — как мантра спокойствия. Всё работает. Пока работает.

Откинувшись в кресле, я погрузился в мысли. Впервые я летел куда-то самостоятельно, сам строил планы, сам принимал решения. Да, Яр помогал — и помогал серьёзно. Но сейчас… сейчас всё зависит только от меня.

И от этого становилось не по себе.

А если я ошибусь? Если не найду нужных слов? Если Синдикат решит, что я — помеха, а не партнёр?

Я сжал кулаки. Паника — плохой союзник. Надо сосредоточиться на том, что могу контролировать: бронекостюм, оружие, маршрут. А остальное… остальное придётся решать по ходу дела.

Но тревога, как холодный змей, обвивала позвоночник. Что ждёт там, за пределами варпа?

— Выход из варп-прыжка через пять… четыре… — услышал я сухой голос автоматики.

Я сразу подобрался, мышцы напряглись, пальцы непроизвольно сжали подлокотники. Приготовился к любым неожиданностям: к сигналу тревоги, к вспышке орудий, к требованию остановиться.

— Три… два… один…

Мир рванулся вперёд. Варп-туннель рассыпался, и на голографическом экране мгновенно вспыхнуло множество точек — навигационные маркеры, тепловые сигнатуры, орбитальные объекты.

— С выходом из варпа, Ратибор, — услышал я негромкий голос Яра в наушниках бронекостюма. — Нужна краткая справка по звёздной системе?

— Давай, освежу в памяти, — отозвался я.

— Звёздная система «Эридан-4». Звезда: оранжевый карлик. Светит приглушённо-золотистым светом, придавая ландшафтам планет тёплые охристые оттенки. Четыре густо населённые планеты земной группы: Эридан-1, Эридан-2, Эридан-3, Эридан-4 — и два газовых гиганта во внешней зоне: Эридан-5, Эридан-6; пояс астероидов между третьей и четвёртой планетами. Основная планета — Эридан-4, на которой расположен рынок «Серая зона», занимающий практически половину планеты. «Серая зона» — это лабиринт цехов, складов и подпольных доков. Официально — свободный рынок, фактически — гигантский перевалочный пункт. Торгуют оружием, медикаментами, артефактами древних цивилизаций, легализуют угнанные корабли. В звёздной системе на Эридане-4 есть полузаброшенный орбитальный порт с собственным бюро учёта. Есть большая орбитальная станция, используемая в том числе и для защиты планеты. Собственная судостроительная верфь — могут строить любые типы кораблей (досталась от Дома Северных Медведей).

— Спасибо, Яр, — мой голос чуть дрогнул. Ко мне приближалась группа из шести кораблей: эсминец и пять тяжёлых истребителей.

— Неопознанный боевой корабль… — услышал я грубый голос из динамиков моего истребителя. — Сбрось скорость, назовись и поясни цель визита в звёздную систему «Эридан-4». Любая попытка увеличить скорость или открыть огонь — и мы сотрём тебя в порошок.

Сенсоры истребителя тревожно завыли: эсминец взял меня на прицел, готовясь выпустить торпеды. Тяжёлые истребители зашли с разных сторон, пока ещё почтительно держась чуть в отдалении.

— Меня зовут Ратибор, искатель артефактов. Прибыл в систему для торговли, — выпалил я заготовленную версию — ту, о которой мы договаривались с Яром.

Я практически остановил корабль, медленно двигаясь в пространстве.

— Кто твой посредник на планете, Ратибор? — последовал новый вопрос.

— Как я могу к тебе обращаться? — парировал я, прежде чем продолжить. Сразу подхватив его резкую манеру речи.

В динамиках раздался короткий, хрипловатый смех.

— А ты наглец… — протянул голос, но всё же представился: — Спейс-капитан Валтор. Командир звена охраны порядка в этой системе.

— У меня нет посредника, спейс-капитан. Но я с радостью приму твою помощь, если скажешь, с кем тут можно иметь дело, — я постарался говорить ровно, с небольшим напором, но не перегибать палку.

В динамиках раздался смех другого человека, а следом — голос:

— Командир, да он вообще берега попутал. Давай уже спалим его. На обед пора.

— Заткнись и выруби общую связь, — грубо оборвал его спейс-капитан Валтор.

Я терпеливо ждал: связь прервалась. Мой истребитель продолжал медленно двигаться в сторону планеты. Тишина в кабине казалась гуще, чем обычно — только мерное гудение систем да отдалённый шелест вентиляции нарушали её.

— Интересный герб на твоём корабле… — снова раздался голос Валтора. — Пришлось сделать запрос в архив. Значит, Дом Северных Медведей… Интересно, очень интересно…

Спейс-капитан снова замолчал. Я тоже молчал — пока не имел ни малейшего представления, что ему сказать. В голове крутились варианты, но ни один не казался достаточно безопасным.

Через минуту тяжёлые истребители и эсминец пришли в движение, начав удаляться от моего корабля. На панели погасло предупреждение о том, что я нахожусь под прицелом торпед. Сенсоры истребителя затихли, словно выдохнули с облегчением.

— Иди на орбитальную станцию. Шлюз номер десять. Досмотровой пункт для новых кораблей, не зарегистрированных в нашей системе. Там и посредника найдёшь… — Валтор сделал паузу, затем резко добавил: — И не вздумай выкинуть какой-нибудь фортель. Долго тогда не протянешь. Второй раз с тобой никто говорить не будет… Ратибор.

— Спасибо, спейс-капитан Валтор. Двигаюсь курсом к орбитальной станции, — ответил я и начал разгонять корабль.

Через пять минут я снова услышал голос — на этот раз приятный женский голосок:

— Тяжёлый истребитель без регистрации, вам дано разрешение на посещение орбитальной станции. Шлюз номер десять. Досмотровой пункт для новых кораблей, не зарегистрированных в нашей системе. Заглушите системы и приготовьтесь к захвату магнитным лучом.

Я выполнил требования, отключив все системы корабля. Сейчас я был абсолютно беспомощным. Энергетические щиты упали до десяти процентов — их хватит лишь для отражения мелких метеоритов и космического мусора. Корабль замер, по инерции двигаясь в сторону станции. Каждая секунда тянулась невыносимо долго, а в груди нарастало неприятное ощущение уязвимости.

Буквально через десяток секунд на панели управления высветилось предупреждение: корабль захвачен магнитным лучом орбитальной станции. Истребитель потянуло внутрь, и я почувствовал лёгкое дрожание корпуса — словно корабль вздохнул перед тем, как шагнуть в неизвестность.

Магнитный луч аккуратно затянул мой истребитель в открывшийся шлюз. Лёгкая вибрация известила: корабль опустился на металлический пол ангара.

Я открыл дверь и вышел, внимательно оглядываясь по сторонам. Ангар оказался довольно просторным. По углам, почти у самого потолка, были установлены плазменные турели — они не сводили прицелов с моего истребителя.

«Ну и как отсюда выбираться в случае опасности?» — пронеслась тревожная мысль.

Вдруг я услышал шум и резко обернулся. Двери ангара распахнулись, и внутрь вошла целая делегация: несколько гражданских и военный в окружении шести штурмовиков.

Я едва сдержал ухмылку. Броня штурмовиков относилась к старой серии — даже по меркам моего времени. Яр был прав: наука и технологии здесь либо застыли на месте, либо даже откатились назад. Их плазменные штурмовые винтовки уступали моей, а штурмовых мечей вообще не наблюдалось.

— Мы — досмотровая группа, — начал военный в чине капитан-лейтенанта — судя по всему, командира секции корабля или орбитальной станции. Его следующие слова подтвердили догадку: — Я капитан-лейтенант Каэль Дорн, командир секции досмотровых ангаров орбитальной станции «Эридан-4».

— Ратибор, — коротко ответил я.

— Прежде чем мы начнём досмотр, я вынужден уведомить, что представитель Великого Дома Меровингов выдвигает против вас обвинения… — Каэль Дорн замялся, и я тут же воспользовался паузой.

— И какие обвинения против меня выдвигает представитель Меровингов? — спросил я, всё ещё не понимая, что за цирк здесь устроили представители Синдиката. В том, что это именно они, я не сомневался ни на миг.

— Капитан-лейтенант, хватит этого пафоса! Отдай его мне, а корабль пусть Синдикат заберёт себе, — из группы гражданских вперёд выступил невысокий, чуть полноватый мужчина с чёрными волосами и пронзительным взглядом.

— Успокойтесь, посол граф Велен, — резко оборвал его Каэль Дорн. — Дайте мне сделать свою работу.

— Не перегибай палку, Каэль, — прошипел посол Великого Дома Меровингов, и в его голосе прозвучала скрытая угроза.

— Мне кажется, или Меровинги теперь заправляют в звёздной системе «Эридан-4», а не Синдикат Перекрёстка? — подлил я масла в огонь.

Ответа не последовало, но я видел: мои слова упали на благодатную почву.

Капитан-лейтенант Каэль Дорн резко развернулся к послу. В его голосе зазвенела сталь:

— Если ты сейчас не заткнёшься, Велен, я сообщу руководству Синдиката, что ты влезаешь в наши дела. И вспомню все твои грешки. После этого ты вылетишь отсюда как пробка — сразу к своему герцогу на Камелот. Ты понял меня, Велен?

Граф Велен, посол Великого Дома Меровингов, молчал. Но взгляд, брошенный на меня, не сулил ничего хорошего. Первый враг на этой станции, — мелькнуло в голове.

Он молча развернулся и направился к выходу из ангара. За ним, не проронив ни слова, последовал ещё один гражданский — судя по всему, его помощник.

Каэль повернулся ко мне. Я буквально ощутил, как его взгляд пытается прожечь броню моего костюма — будто он проверял, хватит ли у него силы превратить меня в пепел одним лишь взглядом. Но уже через мгновение капитан-лейтенант взял себя в руки. На лице появилась натянутая улыбка:

— Мелкое недоразумение. Так, на чём я остановился?

— Вы хотели сообщить, в чём именно меня обвиняют Меровинги, капитан-лейтенант Каэль Дорн, — вежливо напомнил я.

— Да, вы правы, Ратибор… — Каэль бросил короткий взгляд на гражданских. — Но сначала давайте покончим с формальностями. В связи с обвинениями Меровингов ваш корабль будет опечатан без досмотра. Вам необходимо снять броню и вместе с оружием оставить её внутри истребителя.

Я молчал, лихорадочно взвешивая варианты. Паника ледяной волной накрыла меня — в висках стучало: «Так просто я им не сдамся». Рука непроизвольно сжалась в кулак.

— Вам не о чем беспокоиться, Ратибор, — Каэль, словно уловив мои мысли, слегка смягчил тон. — Если сейчас начнёте сопротивляться, живым вы отсюда не выйдете. А так у вас есть реальный шанс всё решить переговорами. За корабль и вещи можете не переживать: пока Синдикат не примет решение, он будет стоять опечатанным в этом ангаре. И никто… — капитан-лейтенант сделал многозначительную паузу, вглядываясь в моё лицо, — никто, включая вас, не сможет вскрыть его без специального разрешения.

— У тебя нет выбора, Ратибор. Соглашайся, — тихий голос Яра внезапно прозвучал в динамиках бронекостюма. — Связь будем держать через нейроинтерфейс. Говорить не смогу, но сообщения получать будешь. Кстати, во время последнего обновления я кое-что добавил от себя.

Перед внутренним взором вспыхнуло небольшое окошко — чуть левее поля зрения. Я скосил глаза и прочитал:

«Привет, друг. Чтобы отправить сообщение, просто подумай. Потом отдай команду „отправить“».

«Привет, Яр», — мысленно произнёс я. Строка тут же отразилась в окошке. «Отправить», — скомандовал я нейроинтерфейсу.

— Всё работает, — мгновенно отозвался Яр.

Глубоко вдохнув, я поднял глаза на Каэля и штурмовиков, чьи винтовки по-прежнему были нацелены на меня.

— Капитан-лейтенант, я согласен. Могу я пройти в истребитель, чтобы снять броню и переодеться в обычную одежду? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Каэль Дорн улыбнулся — на этот раз почти дружелюбно:

— Рад, что мы нашли общий язык, Ратибор. Вам хватит пяти минут?

— Вполне, — ответил я и, развернувшись, направился к люку корабля.

Первым моим порывом было захлопнуть дверь и врубить щиты — а потом разнести тут всё к чёртовой матери. Но я сдержался: отключил системы бронекостюма, и он тихо раскрылся, выпуская меня наружу.

Я отчётливо понимал: даже если вырвусь из ангара, из системы мне не улететь — по крайней мере сейчас. Стоит мне начать атаку, и к орбитальной станции тут же стянутся боевые корабли. А турели самой станции накроют мой истребитель плотным огнём. Без шансов.

Пока эти мысли вихрем крутились в голове, я снял специальную форму, открыл отсек бронекостюма и аккуратно сложил её. Достал обычную форму, переоделся. Взгляд невольно упал на герб Дома Северных Медведей — он гордо красовался на груди, на самом видном месте. Придётся что-то придумывать… Или нет? — мелькнуло в голове. — Посмотрим, что будет дальше.

Я вышел из истребителя и закрыл дверь.

Тут же ко мне подскочили штурмовики — щёлкнули наручники. А гражданские уже облепили корабль, навешивая на него блокирующие механизмы.

Я стоял, ожидая команды — что делать дальше. Тишина ангара давила, лишь отдалённый гул систем нарушал безмолвие.

— Поторопитесь! — прикрикнул на гражданских капитан-лейтенант. Его голос эхом отразился от металлических стен.

Как только последний блокирующий механизм был установлен, гражданские поспешили покинуть ангар. Каэль бросил короткий взгляд на одного из штурмовиков — тот едва заметно кивнул, и бойцы цепочкой потянулись к выходу.

Каэль подошёл ко мне вплотную и пристально посмотрел в глаза. В его зрачках мелькнуло что-то неуловимое — то ли узнавание, то ли недоверие.

— Нет, этого не может быть… — Он медленно перевёл взгляд на герб моего рода, гордо красующийся на форме. Ткань словно вспыхнула в свете ламп, подчёркивая древний герб.

Я сосредоточился, пытаясь проникнуть в его мысли. В голове на миг промелькнули обрывки сознания Каэля — неясные образы, обрывки фраз, — но установить плотный контакт не удалось. Ну хоть что-то. Надо тренироваться — благо теперь я в окружении живых. Если смогу выжить… Ладно, смысл думать о грустном.

— Скажи мне честно: как тебя зовут, и кто ты такой, чёрт побери⁈ — Каэль отступил на пару шагов, словно вдруг испугался. Внешне это никак не проявилось — лишь едва уловимая дрожь в голосе выдавала внутреннее напряжение.

— Ратибор. Искатель артефактов. Прилетел на Эридан-4, хочу найти посредника из Синдиката, чтобы начать торговать, — спокойно ответил я, не прекращая попыток уловить его мысли. Взгляд Каэля на мгновение дрогнул.

— Не ври мне! — чуть громче обычного произнёс капитан-лейтенант. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

— Я не вру, капитан-лейтенант Каэль Дорн, — твёрдо ответил я, выдерживая его взгляд.

— Откуда у тебя этот корабль и всё остальное с гербом Дома Северных Медведей? — В его голосе зазвучала сталь, а глаза сузились, словно он пытался разглядеть что-то за моей спиной.

— Это допрос? — огрызнулся я, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.

Капитан-лейтенант усмехнулся — криво, без тени тепла:

— Вообще-то я не занимаюсь досмотрами. Но сегодня пришлось: сначала о тебе сообщил Валтор. Сказал, что ты наглый тип, и посоветовал посмотреть архивы, а потом лично присутствовать при досмотре. Затем в мой кабинет ворвался граф Велен, посол Великого Дома Меровингов, и потребовал отдать тебя ему. Сейчас я смотрю на тебя и не понимаю: кто ты и что с тобой делать?

— Капитан-лейтенант, если честно, я тоже не понимаю, что происходит, — ответил я, хотя уже начал догадываться. Если Каэль смотрел архивы, значит, он в курсе особенностей моего рода — по крайней мере, про герб точно знает. — Что от меня хотят Меровинги? И почему вы удалили всех из ангара?

— Забудь про Меровингов. Никто им тебя не выдаст. Конечно, придётся немного поспорить с Веленом, и, возможно, тебе придётся выплатить компенсацию за сбитые тобой лёгкий истребитель и фрегат. Но не более, — Каэль улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. В них по-прежнему читалась настороженность.

— Я не сбивал никаких кораблей Меровингов, капитан-лейтенант, — возразил я, стараясь не выдать раздражения.

— Ну да, ну да. Конечно, не сбивал. Пока пираты находятся в звёздной системе «Край Вечной Зимы», они считаются кораблями Меровингов. Просто об этом никто не говорит вслух. Так что афишировать это не будут, — Каэль не сводил с меня пристального взгляда, а я всё пытался уловить хоть что-то из его мыслей. Изредка до меня долетали обрывки, но ничего внятного разобрать не удавалось. В воздухе витало напряжение — словно перед грозой.

— Почему вы удалили всех из ангара? — повторил я свой вопрос, стараясь сохранить ровный тон.

Капитан-лейтенант рассмеялся — коротко, резко, будто выстрелил:

— Пошли на выход, Ратибор.