В 1954–1962 гг. в Арктике прошла ядерная война. Нет, я вовсе не шучу! Начнём по порядку. Первый ядерный заряд у нас испытывали в районе Семипалатинска. Однако для проведения более масштабных испытаний потребовался новый полигон, достаточно удаленный от крупных населённых пунктов.

31 июля 1954 г. вышло постановление Совмина СССР № 1559–699 о создании полигона на Новой Земле. Вновь организуемое строительство получило название «Спецстрой–700». В течение года объект–700 подчинялся командующему Беломорской флотилией. Затем приказом Главкома ВМФ № 00451 от 12 августа 1955 г. этот объект был выведен из подчинения флотилии и подчинен начальнику 6-го Управления ВМФ.

Первый ядерный взрыв на Новоземельном полигоне был произведён утром 21 сентября 1955 г. в губе Чёрная. Это был первый советский подводный ядерный взрыв. К этому времени США уже произвели два подводных ядерных взрыва в Тихом океане — в июле 1946 г. и в мае 1955 г. Кроме того, США провели 44 взрыва в воздухе, 18 на земле и 2 под землей. Великобритания в октябре 1952 г. произвела надводный взрыв на острове Монте Белло, а на Семипалатинском полигоне было испытано 21 ядерное устройство.

Для проведения подводного взрыва боевая часть ядерной торпеды Т–5 мощностью 3,5 кт[76] была опущена со специально переоборудованного тральщика проекта 253–Л на глубину 12 м. Естественно, что после взрыва тральщик разнесло вдребадан.

Первый подводный ядерный взрыв в СССР и первый ядерный взрыв на Новой Земле 21 сентября 1955 г.

Вице-адмирал Е.А. Шитиков вспоминал: «Султан встал мгновенно. Встал столб, и тут же вверху начал образовываться гриб. Столб внутри пустой, а стенки — из воды. Белый-белый от внутреннего свечения. Такой белизны я никогда не видел. Мы наблюдали за взрывом с берега, находясь в 7 км, без укрытия. Это был склон пологой сопки. А дальше — КП.

Столб стоял долго-долго. Впечатление такое, что вышел джинн из бутылки и замер. Потом столб начал разрушаться сверху, опадать. И получилось облако, которое понесло поперек залива и косы. Мы не почувствовали ударной волны. Ну так, какой-то ветерок прошёл. Зато было очень хорошо видно, как бежит ударная волна по воде. Издали — это четкая черта. А за ней — уже мельче.

Эсминец “Реут”[77] стоял метрах в трехстах от эпицентра. Он попал на край султана, подскочил и сразу же ушёл на дно. С другой стороны, подальше, стоял “Куйбышев”, который остался на плаву, отделавшись серьёзными повреждениями.

Среди расставленных эсминцев-ветеранов, прошедших войну, наиболее молодым оказался “Гремящий” с работающей паросиловой установкой. Именно поэтому “Гремящий” после взрыва дал такую шапку дыма, что все решили — он загорелся. Позволить же гореть кораблям было нельзя, ибо требовалось снять показания приборов. Поэтому Фомин, не выдержав, дал открытым текстом команду начальнику аварийно-спасательных сил капитану 1-го ранга Чикеру:

— Чикер, “Гремящий” горит, выходи тушить!

Но дым рассеялся, и стало видно, что эсминец на месте, пожара нет. Это котлы так отреагировали на ударную волну»[78].

7 сентября 1957 г. на Новоземельном полигоне был проведен второй ядерный взрыв. Это был наземный взрыв ядерного устройства на суше вблизи губы Чёрной. Мощность его составили около 30 килотонн. Взрыв был произведён на башне выстой 15 м. Больше такие взрывы на Новой Земле не производились. Все остальные ядерные испытания проводились в «бомбовом» режиме, то есть на больших высотах. При таких взрывах облако не соединялось с поверхностью земли, а, являясь «высокотемпературным образованием», стремительно всплывало в атмосферу, откуда радиоактивные продукты, рассеиваясь по механизму глобального переноса, медленно попадали в атмосферу и на поверхность планеты (в основном Северного полушария). Это способствовало существенному снижению радиационного воздействия.

24 сентября и 6 октября 1957 г. впервые на Новой Земле были проведены воздушные ядерные взрывы. Обе бомбы были сброшены с бомбардировщиков Ту–16. Первый взрыв был мощностью 1,6 мегатонны на высоте 2 км, второй — мощностью 2,9 мегатонны.

10 октября 1957 г. на Новоземельном полигоне в Чёрной губе была проведена повторная стрельба торпедой Т–5 с ядерной боевой частью. В 10 часов подводная лодка С–144 проекта 613, находившаяся на перископной глубине, выпустила торпеду Т–5. Торпеда шла со скоростью 40 узлов, взрыв произошёл на глубине 35 м. Благодаря усовершенствованию заряда мощность оказалась несколько выше, чем при испытании в 1955 г.

После взрыва (но не сразу) затонули эсминцы «Разъярённый» и «Грозный», подводные лодки С–20 и С–19, а также два тральщика. Ряд судов, в том числе эсминец «Гремящий», подводная лодка К–56 и др., получили повреждения. Торпеда Т–5 была принята на вооружение и стала первым корабельным ядерным боеприпасом советского флота.

Это были последние взрывы, которые производились до полного отселения жителей Новой Земли на материк. 27 июля 1957 г. вышло постановление Совмина ССС № 742–438 о порядке отселения гражданского населения с островов Новая Земля в связи с подготовкой к проведению в 1958 г. серии воздушных ядерных испытаний на северном острове архипелага. Но отселение жителей началось ещё до принятия этого постановления. Ещё в 1954–1957 гг. многие служащие, геологи и охотники-промысловики уезжали на Большую землю сразу же после окончания контрактов.

На 1 сентября 1954 г. на архипелаге Новая Земля постоянно проживало 363 человека, среди которых были 15 семей ненцев, а также татары, армяне, хакасы и русские. К ноябрю 1957 г. с Новой Земли переселили 298 человек. Для 58 семей, не имевших жилья на «материке», были зарезервированы квартиры в различных городах. Сорок семей переехали в Архангельск, восемь семей — в город Амдерм и остальные десять получили жильё на острове Колгуев. Переселенцам за счёт средств Министерства обороны выплачивались пособия от 300 до 1000 рублей на человека. Охотникам-промысловикам государство списало задолженность в сумме 212 тыс. рублей. Люди и их имущество эвакуировались бесплатно транспортом Северного флота. Переселенцам, в виде исключения, государство назначило пенсии независимо от стажа работы. За работниками Промысловой торговой конторы сохранялись льготы с течение двух месяцев после её закрытия. Все отселяемые были трудоустроены на Большой земле[79].

С учётом уровня жизни населения Крайнего Севера, всё это было, мягко говоря, «не пыльно».

В следующем 1958 г. число воздушных ядерных взрывов резко возросло. Так, в феврале — марте было взорвано 5 бомб, а в сентябре — октябре — 19.

Большинство бомб было сброшено с Ту–16, но в 1958 г. впервые использовали бомбардировщик Ту–95А, с которого сбросили 3 изделия. От первых бомбардировщиков Ту–95 — носителей обычных авиабомб — он отличался термостабилизированным грузоотсеком, противолучевым термозащитным покрытием белого цвета нижней части фюзеляжа и светозащитными шторками в кабинах экипажа. На базе Ту–95М создали аналогичный носитель ядерных боеприпасов Ту–95А.

Осенью 1954 г. создатели 100-мегатонной «супербомбы» академики И.В. Курчатов и Ю.Б. Харитон предлагали использовать в качестве её носителя бомбардировщик Ту–95.

Первоначально атомщики заявили о тактико-технических характеристиках бомбы с весом 40 т, что было решительно отвергнуто Туполевым. Через некоторое время сошлись на весе в 20 т. Новая термоядерная бомба получила кодовое название «Иван», а его носитель — Ту–95В.

В первой половине 1955 г. туполевское КБ (ОКБ–156) получило весогабаритные характеристики «Ивана». Для его подвески ОКБ–156 пришлось спроектировать специальный балочный держатель БД7–95–242. Он имел три бомбардировочных замка Дер5–6 грузоподъёмностью 9 т каждый. БД7–95–242 крепился непосредственно к силовым продольным бимсам, окантовывавшим грузоотсек.

Успешно решили и проблему управления сбросом бомбы. Электроавтоматика обеспечила исключительно синхронное открытие всех трех замков, что диктовалось условиями безопасности.

Постановлением Совмина СССР от 17 марта 1956 г. ОКБ–156 обязывалось приступить к переоборудованию бомбардировщика Ту–95 в носитель ядерных бомб большой мощности. Эти работы велись Жуковским с мая по сентябрь 1956 г., когда Ту–95В был принят заказчиком и передан для проведения лётных испытаний. Испытания эти проводились до 1959 г., включая и сброс макетов «супербомбы», и прошли без особых замечаний.

Носитель «супербомбы» был создан, но его реальные испытания отложили по политическим соображениям: Н.С. Хрущёв собирался с визитом в США, и в холодной войне наступала пауза. Ту–95В перегнали на аэропорт в Узин, где он уже не числился в боевом составе, а использовался как учебный самолёт.

Но в 1961 г. с разгаром нового этапа холодной войны испытания «супербомбы» вновь стали актуальными. На Ту–95В срочно заменили все разъёмы электроавтоматики сброса, сняли створки грузоотсека, так как реальная бомба по своим габаритам оказалась больше макета и не помещалась в грузоотсеке. Вес бомбы без парашютной системы достигал 800 кг.

«Супербомба», имевшая ещё одно название — «изделие 202»[80], весила 26 т, длина её составляла 8 м, диаметр 2 м. Помимо всего прочего система внутреннего обогрева бомбы потребляла от сети самолёта то 150–160 А.

«Изделие 202» по своим габаритам не могло поместиться в бомбоотсеке самолёта. Конструктивное решение было найдено и реализовано в полунаружной подвески изделия. При этом створки бомбоотсека были доработаны по форме корпуса бомбы с утоплением их внутрь фюзеляжа самолёта. Специально разработанная бомбардировочная установка обеспечивала подъём изделия и закрепление его на трех синхронно управляемых замках.

Для «Ивана» потребовалась «хитрая» парашютная система, вес которой достигал 800 кг. Парашютная система должна была обеспечить снижение 26-тонной бомбы с высоты сбрасывания 10,5 км до высоты взрыва 4 км в течение около 200 с.

Задержка снижения бомбы с заданными параметрами теоретически обеспечивалась парашютной системой с общей тормозной площадью 1600 кв. м.

К концу сентября 1961 г. самолёт Ту–95–202 (он же Ту–95В) был перебазирован на Кольский полуостров на аэродром «Оленья». При подготовке к испытанию «супербомбы» был выполнен ряд подготовительных работ.

6 октября 1961 г. был выполнен испытательный полёт на самолёте-носителе Ту–95–202 с термоядерным зарядом в корпусе «изделие 202». Командир экипажа А.Е. Дурновцев. В «изделии» испытывался заряд большой мощности, но это была ещё не «супербомба».

30 октября 1961 г. в 9 ч. 27 мин. Ту–95–202 с «изделием 202» поднялся в воздух. Через несколько минут за ним взлетел самолёт-дублёр Ту–16. Оба самолёта в одном строю полетели к цели по маршруту: Оленья — мыс Канин Нос — Панькова Земля — район цели. В полёте на самолёте-носителе всё оборудование работало исправно, двигатели обеспечили набор заданной высоты, прицельные средства работали безотказно, и цель была обнаружена. Так что отпала необходимость производить бомбометание по команде с самолёта-дублёра. Поэтому Ту–16, как и было предусмотрено, во избежание дополнительного риска к моменту сбрасывания с самолёта-носителя вышел вперёд от него на 12–15 км.

В 11 ч. 30 мин. с высоты 10 500 м бомба была сброшена по цели Д–2 в районе Маточкина Шара. Отделение от самолёта произошло нормально, затем началось последовательное срабатывание каскада вытяжных парашютов: первый площадью 0,5 кв. м, затем второй 5,5 кв. м, затем одновременно три по 42 кв. м, которые извлекли основной парашют площадью 1600 кв. м. Изделие начало плавно снижаться.

На 188-й секунде после отделения «супербомбы» от носителя остров Новая Земля был озарен длительным свечением небывалой яркости. По донесениям экипажей Ту–95–202 и Ту–16, а также по записям регистрирующей аппаратуры свечение это длилось 65–70 с, а самая яркая его часть — 25–30 с. Взрыв изделия произошёл по команде от барометрических датчиков, как и планировалось, на высоте 4000 м от цели. В момент вспышки Ту–95–202 находился от цели на удалении 40 км, а Ту–16 — в 55 км. После окончания светового воздействия экипажи отключили на самолётах автопилоты и в ожидании прихода взрывной волны перешли на ручное управление. Первая ударная волна настигла самолёт-носитель на удалении 115 км, а самолёт-дублёр — на удалении 250 км. Воздействие ударной волны на экипажи было достаточно ощутимым, но затруднений в пилотировании не вызвало.

Первый подводный ядерный взрыв в СССР и первый ядерный взрыв на Новой Земле 21 сентября 1955 г. При подготовке к испытанию «супербомбы» был выполнен ряд подготовительных работ.

Оба самолёта благополучно приземлились на аэродром «Оленья». Отказов в работе оборудования самолётов и существенных нарушений элементов конструкции самолётов отмечено не было.

Согласно докладам лётчиков, облако взрыва грибовидной формы в первоначальный период развивалось очень быстро. Где-то через 40 с после взрыва оно достигло высоты 25–30 км. Затем стала преимущественно развиваться ножка «гриба». Облако очень долго сохраняло свою форму и достигло высоты 60–65 км. Через 35 минут облако под воздействием ветра разорвалось и теперь имело два яруса: диаметр верхнего яруса составлял 90–95 км, а нижнего — 70 км. Диаметр ножки «гриба» составлял 26–28 км.

Это облако было хорошо видно на расстоянии до 800 км. Отмечено заметное влияние взрыва на северное сияние и прохождение радиоволн. Достаточно стабильная картина северного сияния после взрыва нарушилась, появилась хаотичность в общей картине, внезапные пропадания и перемещения зон свечения. Радиосвязь с самолётами по всем каналам прервалась почти на 40 минут, что доставило большое беспокойство на командных пунктах аэродрома «Оленья» и полигона Новая Земля.

По различным оценкам, мощность взрыва 30 октября 1961 г. составила от 50 до 75 мегатонн. Во всяком случае, Хрущёв заявил о 50 мегатонн. Это была самая мощная в мире термоядерная бомба, взорванная в ХХ веке.

На вооружение 100-мегатонные бомбы не поступали. Дело, разумеется, было не в человеколюбии Хрущёва. Просто специалисты убедили наше руководство, что гораздо эффективнее наносить удары бомбами меньшего калибра (от 1 до 20 мегатонн), но зато большим числом.

Осенью 1961 г. на Новой Земле состоялась небольшая «ядерная война». 31 октября три бомбардировщика Ту–16 одновременно сбросили две термоядерные бомбы, а третий самолёт выполнял функции дублёра и лаборатории. Через 2 дня тройка Ту–16 сбросила ещё две бомбы. А ещё через день, 4 октября, все три Ту–16 сбросили одновременно по одной термоядерной бомбе. Точнее, почти одновременно. Интервал в 10 минут был необходим для перестроения: носитель занимал место головного в строю.

Всего в 1961 г. на Новоземельском полигоне было взорвано 23 ядерные бомбы, сброшенные с бомбардировщиков Ту–16 и Ту–95. В том же году на Семипалатинском полигоне было взорвано 22 бомбы, сброшенные с бомбардировщиков Ту–16 и истребителя-бомбардировщика Су–7В.

20 октября 1961 г. в ходе учений «Радуга» с дизельной подводной лодки проекта 629 была запущена баллистическая ракета Р–13 с ядерным зарядом. Взрыв был произведён на Новоземельном полигоне. Сразу после этого взрыва начались учения «Коралл», в ходе которых производились взрывы ядерных боевых частей различных торпед. Стреляла дизельная подводная лодка проекта 641 (командир капитан 1-го ранга Н.А. Шумнов).

К 1962 г. в дальней авиации уже сформировали специальные подразделения на базе самолётов-носителей Ту–16, Ту–95 и 3М. В соответствии с решением командования ВВС, дальней авиации и руководства Министерства среднего машиностроения в целях приобретения навыков полётов в условиях применения ядерного оружия к полётам в район Новоземельского полигона были привлечены экипажи самолётов-носителей строевых частей авиации дальнего действия. Во время воздушных ядерных испытаний такие полёты были выполнены двенадцатью экипажами: 20 сентября 1961 г. отрядом самолётов-носителей Ту–95; 22 сентября 1961 г. отрядом самолётов-носителей Ту–16; 2 октября 1961 г. двумя отрядами самолётов-носителей 3М.

Дизельная подводная лодка проекта 641

Воздушные ядерные испытания, проведенные на Новоземельском и Семипалатинском полигонах с августа по декабрь 1962 г., стали последними перед мораторием на проведение ядерных испытаний в трех средах.

На Новоземельском полигоне в этот период провели 35 испытаний образцов термоядерного оружия. Бомбометание выполнялось с самолётов Ту–16, Ту–95 и 3М. Сезон испытаний 1962 г. начался с испытания сверхмощного заряда разработки ВНИИЭФ. Заряд был смонтирован в корпусе «изделия 202» с парашютной системой, аналогичной примененной в испытаниях «супербомбы». Была назначена группа в составе трех самолётов: самолёт-носитель Ту–95–202, самолёт-лаборатория Ту–16 и самолёт-дублёр Ту–16.

5 августа 1962 г. «изделие» было сброшено с Ту–95–202 с высоты 10 500 м с использованием радиолокационного прицела. Парашютная система и автоматика «изделия» во время падения функционировали нормально. Взрыв произошёл на расчётной высоте 3600 м над целью. Мощность составила 21 мегатонну. Развитие облака взрыва по наблюдениям экипажей самолётов продолжалось около 25 минут, оно достигло высоты 20 км, затем обрело размытую форму диаметром до 35 км.

С августа до конца октября 1962 г. было выполнено 22 воздушных ядерных испытания изделий разработки ВНИИЭФ и ВНИИТФ. Мощность взрывов составляла от 6 килотонн до 21 мегатонны. Бомбометание производилось с самолётов Ту–16, Ту–95–102 и М3 в корпусах изделий «6» и «202», оснащённых парашютными системами, обеспечивающими уход самолётов на безопасное расстояния от точки взрыва. В качестве самолётов-дублёров и самолётов-лабораторий использовались бомбардировщики Ту–16. В испытаниях 1962 г. участвовали 30 экипажей дальней авиации. Все полёты закончились успешно.

В 1962 г. впервые были проведены лётно-тактические учения двух тяжёлых бомбардировочных полков с практическим применением находящихся на вооружении ВВС термоядерных авиационных бомб.

Самолёты Ту–16, участвовавшие в этих учениях, были серийными, выпуска 1955–1956 гг.

Первое лётно-тактическое учение было проведено 15 сентября 1962 г. в составе 24 экипажей на самолётах Ту–16, а второе — 16 сентября в том же составе. В этих полётах в общем строю кроме самолётов дальней авиации находились ещё по три самолёта-лаборатории Ту–16 с лётчиками-испытателями 71-го полигона ВВС.

В соответствии с заданием бомбометание проводилось по цели на острове Новая Земля с высоты 11 500 м. Полёты прошли в строгом соответствии с планом учений. По результатам самолётных и наземных измерений было установлено, что мощность взрыва изделий в обоих случаях соответствовала основным техническим характеристикам изделий.

С 1 января 1963 г. вступил в силу мораторий о запрещении испытаний в трех средах — в атмосфере, в космосе и под водой, а в марте 1963 г. было подписано международное соглашение о прекращении таких испытаний. Поэтому в конце 1962 г. обе сверхдержавы торопились с проведением последних ядерных испытаний в атмосфере.

С 18 по 25 декабря на Новой Земле провели испытания одиннадцати изделий мощностью от нескольких килотонн до нескольких мегатонн. 18 декабря испытали 2 изделия в одном полёте. 20 и 22 декабря испытали по одному изделию в каждом полёте. 23 декабря испытали 3 изделия в одном полёте. 24 и 25 декабря испытали по 2 изделия в одном полёте.

Все испытания проводились с привлечением самолётов Ту–16, и лишь в одном полёте в качестве носителя использовали Ту–95–202. Полёты выполнялись в строю из трех самолётов, ведущим был самолёт-носитель, выполнявший бомбометание. После сбрасывания первого изделия и выполнения измерений полёт продолжался по намеченному маршруту с перестроением для занятия места ведущего самолётом-носителем, выполнявшим очередное бомбометание. Второе и третье сбрасывание выполнялось с интервалом 10 минут, необходимых для перестроения и подготовки самолётных измерительных комплексов к повторному включению.

Ядерные взрывы 25 декабря 1962 г. стали последними советскими испытаниями в атмосфере.

Спору нет, «ядерная война» на Новой Земле нанесла существенный вред окружающей среде архипелага и прилегающих территорий. Однако устраивать истерики и обличать правительство СССР могут лишь глупцы или «творческая интеллигенция», отрабатывающая западную пайку, пардон, гранты. Не мы начали ядерную гонку. Не мы в 1946 г. устроили огромный ядерный полигон в Тихом океане. Причём на островах, незаконно удерживаемых с 1945 г. и по сей день вооруженными силами США.