Как отмечалось во введении, немецкие поселенцы и чиновники рассматривали африканцев как наиболее важный и спорный ресурс в колониях. Несмотря на то что экономические уклады в GSWA и GEA различались, и немецкие фермеры в Юго-Западной Африке, и владельцы плантаций в Восточной Африке зависели от труда коренного населения. С этой точки зрения подавление «восстаний» с помощью геноцида кажется контрпродуктивным и даже иррациональным. Но почему же тогда геноцид произошел в этих двух немецких колониях?

Ответы можно найти прежде всего на институциональном уровне. Уже стало общим местом, что приход Лотара фон Троты в GSWA стал решающим шагом на пути к геноциду. Какие политические обстоятельства сделали возможным назначение такого экстремиста? Я уже отмечал, что выдающееся влияние высшего военного командования Германии на политические дела и предпочтение императора энергичных командиров и радикальных решений могут отчасти объяснить развитие событий в колониях. Однако этого объяснения недостаточно, поскольку оно подчеркивает исключительно немецкие политические особенности и затушевывает тот факт, что британцы, французы и испанцы также прибегали к методам геноцида во время колониальных войн[1157]. Таким образом, необходимо поместить процессы радикализации в GSWA и GEA в глобальный контекст. В конце прошлого века в большинстве колониальных войн (например, на Филиппинах, Кубе и в Южной Африке) более или менее адекватные методы ведения войны были заменены радикальными решениями, а умеренные колониальные чиновники – сторонниками жесткой линии. Причины такой радикализации заключались в том, что колониальные державы воспринимали сопротивление коренного населения как угрозу не только своим амбициям в колониях, но и имперскому проекту как таковому, поскольку возможная неудача выставила бы их слабыми и вырождающимися в глазах европейских соперников[1158].

Резня и геноцид могут быть заказаны или одобрены генералами и колониальными властями, но совершаются они «простыми солдатами» – людьми на местах. Дебаты между Кристофером Браунингом и Дэном Иелом Йонахом Голдхагеном в историографии Холокоста о мотивации «простых немцев» к совершению массовых убийств пролили свет на поведение непосредственных исполнителей и групповую динамику, способствующую процессам радикализации[1159]. Таким образом, фокус на «простых» поселенцах и колониальных солдатах необходим для понимания беспредельного насилия во время колониальных войн.

В своих мемуарах и письмах домой колониальные солдаты оправдывали насилие над мирным населением, ссылаясь на социал-дарвинистские теории. Они представляли вымирание африканцев как предопределенный, естественный процесс, а себя – как орудие сверхъестественной силы. Вернер Фрайхерр Шенк фон Штауффенберг, офицер отряда охраны, писал в одном из писем: «Мы видим, как погибает гереро, как человек в трагедии. И хотя мы участвуем в ней, мы чувствуем себя непричастными. Богатые, искусные и воинственные гереро будут уничтожены, и расовая борьба должна выйти за рамки правил и норм, установленных культурами и религиями»[1160]. Однако расизм не может в достаточной мере объяснить готовность поселенцев и колониальных солдат прибегнуть к геноцидной войне. Ссылка на расистские теории была скорее ретроспективным оправданием, чем движущим фактором. Немцы совершали массовые убийства в колониях не потому, что занимали сильную позицию и имели право решать вопрос о жизни или смерти коренного населения. Напротив, немецкие поселенцы чувствовали угрозу своему существованию. Большинство подкреплений из Германии не знали, чего ожидать в GSWA и GEA. Кроме того, они не были знакомы с климатом и боялись тропических болезней. Они просто не справлялись с новым окружением и ситуацией. Более того, колонизаторы переоценивали силы африканцев. Постоянный страх перед засадами был вездесущ. А слухи о том, что африканские женщины наносят увечья, были широко распространены. Также необходимо учитывать ситуационные факторы, такие как страх, ход войны и групповая динамика. На поведение рядовых солдат влияли факторы, которые лучше всего объясняются с помощью социально-психологического подхода. До сих пор эта литература не была в достаточной мере применена к колониальному случаю.