Как и в других регионах сжимающегося земного шара XIX века, колониализм оказался стратегическим, конкурентным предприятием, даже если философские традиции и политико-экономические цели конкурентов различались, как, например, в Дайнаме, Сиаме и Франции. Колониальные завоевания часто были кровавыми, но геноцид чаще всего происходил в колониях поселенцев, когда насильственно захватывались пахотные земли на территории и насильственно лишали жителей собственности исключительно в целях колониального сельского хозяйства или скотоводства. Хотя ни один из конкурирующих колониальных завоевателей Камбоджи не продвигал широкую колонизацию поселенцев, экспансионизм и жестокость всех троих, вьетнамская и сиамская поглощенность землей и земледелием, а также культ древности Минь Манга и других виновников геноцида напоминают о себе. Если все три страны – Вьетнам, Сиам и Франция – не совершали того, что мы могли бы назвать классическими случаями геноцида, их совокупное демографическое воздействие было разрушительным.

Культурные последствия также были катастрофическими. Отчасти эти последовательные колониальные катастрофы заложили историческую основу для коллективной кхмерской памяти о национальном порабощении, которая послужила топливом для геноцида красных кхмеров в 1970-х годах. Однако это воздействие было усугублено и искажено сложившимся в Камбодже в XX веке климатом историографического невежества, который сам по себе был частичным результатом уничтожения в начале XIX века кхмерских архивных документов и литературных и исторических произведений во время вьетнамского и сиамского вторжений, а также последующего французского колониального пренебрежения как системой образования Камбоджи, так и изучением ее современной истории[788].

В XX веке, препятствуя обсуждению ущерба и разрушений, нанесенных французскими колониальными завоеваниями, проводя политику «разделяй и властвуй» над своими вьетнамскими и кхмерскими подданными и освещая древнюю славу камбоджийской империи Ангкор за счет современной истории и современных проблем страны, Франция сосредоточила политическое внимание и враждебность кхмеров на Вьетнаме[789]. Это создало интеллектуальную основу для режима Пол Пота в 1970-х годах, чтобы развязать постколониальный конфликт геноцидных масштабов во имя якобы древней расовой ненависти. К тому времени националистическая память Камбоджи придала большое значение опустошению Камбоджи Дайнамом в 1830-х годах и подтолкнула режим Лон Нола в 1970 году и режим красных кхмеров в 1977 году к подражанию давно забытым геноцидным расправам, которые предшествовали и следовали за этим опустошением, когда камбоджийский король Анг Снгуон в 1750 году и тайский полководец Чао Фрая Бодин в 1840-х годах организовали массовое убийство всех вьетнамцев, которых можно было найти в Камбодже[790].