Камбоджа оправилась от этого бедствия в 1850-х годах[776]. Однако Анг Дуанг умер в 1860 году, когда началось французское завоевание и колонизация Вьетнама. В 1863 году Франция установила протекторат над Камбоджей. В последующие два года кхмерские восстания бросили вызов режиму преемника Дуанга, королю Нородому (1860–1904), и его французским покровителям, которые, как надеялся Нородом, защитят его королевство от Сиама и Дайнама. Главные опасности оказались внутренними. Более того, правление Нородома и его раннее согласие с французским присутствием даже воскресили древние традиции сотрудничества между кхмерскими и вьетнамскими соседями. Антироялистские повстанцы напоминали многоэтнические коалиции, созданные когда-то Джиалонгом и Ле Ван Кхоем. В то время как сводный брат короля Нородома, принц Си Вота, уже разжигал восстание против него, два буддийских монаха-мессианина начали свои собственные восстания. В 1865 году один из них, Поу Комбо, представитель небольшого камбоджийского меньшинства куй, завербовал тысячу кхмеров, 300 вьетнамцев и сотню мусульманских чамов и племенных стиенгов. К концу 1866 года в одном сражении Поу Комбо задействовал 5000 солдат, включая 700–800 вьетнамцев. Тысяча французских колониальных войск вошла в Камбоджу, чтобы помочь победить его. Кхмерские роялистские силы убили Пу Комбо в следующем году, но один из его лейтенантов вновь появился пять лет спустя с четырьмя сотнями последователей «из всех рас Индокитая», а другой продолжал борьбу до 1875 года. Восстание Пу Комбо вновь «перевернуло крошечное кхмерское королевство с ног на голову»[777].
Королевские репрессии были суровыми. После одного столкновения в начале 1865 года королевский коммандер сообщил о захвате 32 пленных, кхмеров и вьетнамцев, которые «все уже были казнены»[778]. Крестьяне укрывались в джунглях. Ведя кампанию против Пу Комбо в восточной Камбодже в середине 1866 года, один видный принц писал: «Я приказал солдатам собрать все семьи в каждой деревне провинции Тбаунг Хмум, которые прятались в лесу». Он также отправил «2500 солдат» в один из районов, чтобы попытаться захватить Поу Комбо «и всех врагов» там. Королевские войска столкнулись с подобными проблемами, добавил принц: «Все семьи в провинции Ромеас Хеке предавали [нас] со времен моего отца»[779]. Несколько месяцев спустя королевская депеша предписывала чиновникам собрать «весь народ, кхмеров, китайцев и вьетнамцев» и призвать «всех холостых мужчин в провинции Ба Пном, слуг, рабочих, молодых людей и тех, кто только что вышел из монашества. Никто не должен быть в стороне. Пусть они будут солдатами и всерьез защищают весь народ». Если приближались силы мятежников, король приказывал «рубить, колоть, стрелять, уничтожать – не пугаться их». Двор жаловался на беспечность и корыстолюбие своих командиров: «Вот почему королевское правительство так сильно пострадало»[780].
Именно в этот период после прихода французов в Камбоджу буддийский поэт преподобный Пич добавил важную строку в новое произведение, которое развивало его поэму 1855 года: «Но я понимаю, что в Камбодже нет мира, что она знает только несчастья и что королевство Кампучии находится на грани исчезновения». Новый кризис заставил Пича переписать и дополнить свое стихотворение, чтобы «передать наследие», которое теперь находится под угрозой утраты. «Я пишу, чтобы наши потомки могли узнать о далеком прошлом своих предков»[781].
Несмотря на суровые воспоминания о вьетнамском правлении в 1830-х годах, которые записал Пич, кхмерские официальные приказы королевским командирам свидетельствуют о том, что двор, как и повстанческая оппозиция, рассматривал Камбоджу как многонациональное королевство. Командиры должны были «собрать все семьи вьетнамцев и кхмеров» и «сформировать отряд для защиты всех семей, перешедших на нашу сторону», в том числе «всех семей вьетнамцев, кхмеров и стиенгов, каждый день». Суд стремился укрепить королевство и сделать его «стабильным, изобильным и мирным»[782]. Однако беспорядки не прекращались. В 1876–1877 годах принц Си Вота поднял очередное восстание. Вместе с королевскими войсками против него выступили четыре колонны французских и вьетнамских колониальных войск, которые снова прогнали принца[783].
В июне 1884 года французский губернатор в Сайгоне Шарль Томсон отправился на трех канонерских лодках вверх по Меконгу в Пномпень. Он навязал Нородому и его двору право Франции проводить в Камбодже «все административные, судебные, финансовые и торговые реформы», которые она сочтет необходимыми, включая назначение французских резидентов в провинциальных городах, введение собственности на землю и объявление рабства вне закона[784]. В январе 1885 года вновь вспыхнуло восстание, а в мае 5000 повстанцев вторглись в столицу, после чего французские морские пехотинцы и полиция разогнали их[785]. Двухлетнее общенациональное восстание сковало тысячи колониальных войск, которые понесли большие потери и причинили значительные разрушения. Например, в мае 1885 года 300 кхмеров вытеснили французские и аннамские войска из порта Кампот. Беглецы в Сиам потом сообщали о возмездии: «Французы послали два парохода и два вьетнамских корабля, чтобы обстрелять кхмерских повстанцев… Затем вошли французы и сожгли город»[786]. Колониальные войска смогли подавить камбоджийское восстание только благодаря содействию короля Нородома и потере более 5000 солдат. Мятежный принц Си Вота сражался до 1889 года. Его смерть в отдаленном лагере в джунглях в 1892 году положила конец его 30-летнему диссидентству. По оценкам французского источника, жертвы во время конфликта 1885–1887 годов, а также массовое бегство в провинции Камбоджи, контролируемые Сиамом, сократили население протектората на 195 000 человек, или на одну пятую часть всего кхмерского населения. «Около 1879 года, опираясь на официальную информацию, [французский суперинтендант] М. Моура оценил общую численность населения королевства в 945 000 человек. После периода восстания с 1884 по 1887 год, после опустошения страны, болезней и исключительной смертности, которые были фатальными последствиями этого периода, численность населения едва превышала 750 000 жителей»[787].