2150 год

Как отличить иллюзию от реальности? По ощущениям? Довериться накопленному опыту? Или выбрать тот вариант, который лучше? Тот мир, где ты чувствуешь себя счастливым? Если вся наша жизнь – сплошная иллюзия, самообман, то почему бы не остаться там, где хорошо? В конце концов, если иллюзия настолько плоха для человека, то почему он всячески тянется к ней, пытаясь укрыться в нереальном, воображаемом мире? Будь то онлайн-игра, книга, сон, фильм – неважно.

Мы всегда убегаем от реальности, потому что в жизни наши действия будут ассоциироваться с нами – не с каким-то придуманным персонажем игры, а с личностью, которой ещё предстоит сталкиваться с другими людьми. И ещё потому, что мы можем совершать рискованные, безумные поступки, ведь насколько бы плохими игроками мы ни были в виртуальном мире, умереть там не так страшно, как в действительности. Ключи от свободы лежат в руках смерти.

Идиллиум – искусственно созданный мир. Он всегда был всего лишь кодом в компьютерной программе. Но для тех, кто родился там, Идиллиум стал всем – он был настоящим. И даже зная правду, глубоко в душе Лэрина принимала ложь, ведь если бы она приняла правду, её мир был бы разрушен навсегда.

«Ты сказал, что пойдёшь за мной, если я решусь покинуть Идиллиум. Ты обещал! И где же ты сейчас? Почему не находишь меня? Где же ты, Арман? Как ты мог оставить меня одну?» – размышляла Лэрина, выпивая мутную жидкость, которую на Большой земле называли водой. Она сидела одна среди чёрных ящиков и сгорала от желания заглянуть внутрь.

Что же там прячет Визар? Нечто важное и определённо ценное. Внезапно она подумала, что в ящике могут быть трупы – тела тех, чьи личности вошли в его базу данных.

Ей сразу стало противно. Как ей пришла в голову такая мысль, она сама не знала. Может быть, дело было в том, что за последние несколько дней количество убийств превысило допустимую норму, которая раньше считалась равной нулю.

Лэрина не могла совладать с бушевавшими в ней чувствами. Она не понимала саму себя, что было редкостью. С одной стороны, она боялась Визара и была рада его отсутствию. А с другой – хотела, чтобы он поскорее вернулся и рассказал ей ещё больше о новом мире. Он олицетворял власть улиц, и в какой-то степени Лэрина чувствовала себя в безопасности, находясь под его покровительством.

Игра закончилась быстро, но не прошла без происшествий. Гнилой орк заметил персонажа Визара, который был то ли колдуном (если так, то совершенно неумелым), то ли просто бородатым стариком, косившим под мудреца. В итоге последний чуть не стал паштетом, готовым для консервации. Но тут появился другой персонаж, совершенно незаметный на первый взгляд. А всё потому, что он маскировался под дерево.

Лэрина изрядно испугалась и заорала, когда орк набросился на Визара, но поскольку была всего лишь призраком в игре, то не удосужилась реакции орка. А вот дерево отреагировало чётко. Тогда Лэрина ещё не знала, что Визар никогда не входит в игру без подстраховки. На этот раз страховкой стал Дарго Мятный.

Вдвоём они осуществили миссию и сделали контрольный выстрел. Однако, как позже выяснилось, выходить из игры, когда тебе хочется, нельзя. Нужно дождаться окончания сеанса. И так вышло, что Визар и Дарго отправились в местный паб, который, по сути, был полуразвалившейся лачугой с кучей зловонных смесей, аппетитно проглатываемых её постояльцами, чтобы отпраздновать успех. Они разговаривали на местном жаргоне и даже шутили с другими чудаками. А Лэрина только и мечтала о том, чтобы поскорее вернуться к цивилизации.

Она задавалась вопросом, почему люди вообще играют в эту игру? Её размышления ушли далеко в философию. Она вела длинный мысленный монолог, который заполнил всё время ожидания до того момента, как снаружи послышался дикий рёв. Все высунулись наружу и увидели ранее поверженного орка, который как новенький красовался перед лачугой.

Внезапно Лэрине захотелось увидеть настоящие лица Дарго и Визара – посмотреть, как разочарование исказит их лица. Но вместо этого она наблюдала, как человекоподобное дерево, которое умело менять размеры, и старик несутся прочь из паба. Далее ничего интересного не происходило. Им пришлось скрываться в лесу до самого окончания сеанса игры.

Несмотря на кошмарные подозрения о содержимом контейнеров, любопытство было слишком сильным конкурентом разума, и Лэрина не смогла удержаться. Она встала и начала расхаживать между чёрными ящиками. Сначала как бы невзначай проскользила по ним взглядом, обманывая саму себя. Но потом, несколько раз убедившись, что никто не идёт, подошла ближе, чтобы лучше рассмотреть один из контейнеров.

Большой и тяжёлый на вид, он имел цифровой замок. «Что же ты скрываешь, Визар? Может, там всего лишь оборудование для взлома оболочек? Да, скорее всего. Это, по крайней мере, логично. Никто бы не стал таскать трупы домой. И как мой мозг скомпоновал такую глупую идею?»

Раздался звук открывающейся двери, и Лэрина сразу же отскочила от контейнера как ошпаренная. Хоть она и не нарушила никаких правил, установленных хозяином дома, реакция Визара могла быть самой непредсказуемой. Когда он вошёл в комнату, Лэрина спокойно сидела на его стуле за столом.

– Чем занималась? – спросил он, поставив пакет на столешницу.

– Да так, ничем особенным… Думала про Безликих. Почему люди стали такими? – задумчиво ответила Лэрина.

Внезапно ей стало жарко. «Неужели в комнате всегда было так жарко? Он что, включил кондиционер на подогрев?» Пока Визар доставал из пакета какие-то продукты, тем самым заинтересовав свою гостью, Лэрина то и дело поднимала и опускала низ свитшота, искусственно проветривая тело. Собрала волосы в хвост. Закатала рукава как можно выше. Но ничего не помогало, пот уже струился по спине. В конце концов она сняла кофту и осталась в коротком спортивном топе, но свитшот накинула на плечи.

– Ничего особенного! Все беды из-за зацикленности женщин на своей внешности, – произнёс Визар будничным тоном.

– Почему это? Разве плохо, что женщина ухаживает за собой и хочет хорошо выглядеть? – произнесла Лэрина, сделав шаг в сторону Визара, то и дело дергая рукава свитшота, свисающего с плеч.

– Вовсе нет. Но существует мера. Сейчас расскажу предысторию принятия закона об идентичности, – ответил Визар, вымывая продукты.

– Ты… Вы готовите? То есть, вы готовите из продуктов? Они и вправду настоящие? – спросила она, наблюдая за движениями рук Визара.

– Этот заказ очень важен для меня. И поскольку ты тоже участвовала в его исполнении, решил по случаю прикупить кое-что вкусное. Я уже понял, что ты терпеть не можешь капсулы.

– Да, это так. Помидоры и яйца? А больше ничего нет?

– Я приготовлю такую вкусную яичницу, что ты сразу влюбишься в неё. Возможно, также сильно, как и я. Это моё любимое блюдо. Его готовила мама, – произнёс он, взбивая яйца. – Так тебе интересно узнать про Безликих или пропустим тему?

– Нет-нет, очень интересно. Я внимательно слушаю, – ответила она, придвинувшись к столешнице.

– Женщины всегда стремились к идеалу, который слишком часто обновлялся. Чтобы успевать за трендом, они покупали абонементы у пластического хирурга, покупали приборы для рядовых пластических операций в домашних условиях, шли на экспериментальные методы по улучшению генов, отвечающих за внешность. Фраза «любите себя такими, какие вы есть» стала набором бессмысленных слов, которые женщины понимали как «я меняю себя, потому что люблю себя». Состояние здоровья ухудшалось, но зато «обложка» становилась сочной. Зацикленность на внешности приводила к самоубийствам среди тех, кто не мог позволить себе измениться. И было…

– То есть мужчины вообще не виноваты? Они же диктуют эти стандарты красоты, – перебила Лэрина.

– Идеал красоты ежегодно обновлялся как для женщин, так и для мужчин. Пластика для мужчин стала пользоваться большим спросом. Но по статистике они больше покупали приборы, чем записывались к врачу. Кстати, эти приборы принадлежали не компании «ИИ Корпорацион», что не могло их не тревожить. Даже была такая теория, что это они стояли за законом о внешности и стали продвигать идею Безликих, чтобы стать монополистами по продаже оболочки «вторая кожа».

– Всё справедливо: если женщины становятся красивыми, то и мужчины должны, – произнесла Лэрина. – Любая зацикленность – это уже отклонение в психике. Печально такое слышать…

– Хочу добавить, что мужчинам не всегда нравились эти стандарты красоты, всё-таки у всех вкус разный, но они, не зная, как поступить, выбирали в спутницы по жизни тех представителей женского пола, которые соответствовали моде, чтобы не упасть в глазах общества и поддержать имидж. Однако основным «врагом» для женщин были не мужчины, обрекающие их на одиночество, а другие женщины, тыкающие их на отсутствие вкуса и неспособность убрать дефекты природы.

– Неужели людей ничего, кроме внешности, не интересовало?

– Интересовало, конечно, но они конкурировали с ииками, которые всегда были безупречны. В итоге «неполноценные» люди обрекли себя на муки зависти. Стали закрываться в домах и выходить на связь только онлайн, прикрывшись аватаркой. Некоторые умудрялись даже заключать браки онлайн как с человеком, так и с ииком. Скажу больше, среди этой категории браки ии и человека лидировали. Что и понятно, иика можно настроить под себя, и он будет считать тебя самым лучшим человеком. Самоизоляция для них стала нормой. Проблема внешности приобрела настолько широкий резонанс, что Мировым комитетом был принят закон об идентичности. Программу по выполнению инициативы комитета взяла на себя «ИИ Корпорацион». Всех людей обязали приобрести оболочку «вторая кожа». Младенцев сразу после рождения также помещали в оболочку. Настало время Безликих. Внешность у всех стала одинаковой: одна модель для женщин и одна – для мужчин, но здоровье, конечно, нет. Оболочка была столь уникальной, что фиксировала все показатели жизнедеятельности человека, которые поступали в общую базу жителей города. Лечение всегда было своевременным. Но люди, в отличие от ииков, остались смертными. В продолжительности жизни люди всё равно проигрывают иикам. Неизлечимые болезни, вирусы, несчастные случаи никто не отменял. Как-то так. Может, я что-то и упустил.

– Люди, как всегда, страдают из-за амбиций мегакорпораций… А те, кто не хотел менять внешность, у них был выбор?

– Нет, выбор сделали за них. Кому нравилась своя внешность, конечно, было сложнее. Они сильно сопротивлялись. Устраивали митинги, собирали подписи. Но их было меньшинство. Им пришлось подчиниться. И они стали одними из первых наших клиентов.

– Спасибо за рассказ. Я стала лучше понимать этот мир. Я могу чем-то помочь с готовкой? А где вообще плита?

– Ты будешь оценивать блюдо. Достань из ящика водку и нажми на панели управления на значок плиты.

– Водку – то есть алкогольный напиток?

– Да. Ты что, ни разу не выпивала?

– Только однажды. Глоток вина.

– Ах да, ты же ещё маленькая.

– Мы в Идиллиуме против алкоголя.

– А мы просто не в состоянии купить его. Но эту бутылку подарил мне русский друг. Он сейчас на Луне живёт.

Из столешницы появилась тонкая панель. Визар развернулся, чтобы взять сковороду, и случайно задел рукой Лэрину, которая в это же время потянулась к столешнице, чтобы поставить стакан. От толчка ладонь раскрылась, и посуда полетела вниз, но благодаря безупречной реакции хозяина квартиры стакан остался цел. Но вместо того, чтобы поставить спасённый стакан на стол, Визар застыл, нагло рассматривая гостью. Лэрина покраснела и отошла в сторону, чтобы выйти за пределы минного поля.

– Наряд отпад. И фигура тоже, – оценил он, взявшись за нарезку помидоров.

Лэрина не знала, куда деться, и уже хотела натянуть свитшот обратно, но тогда она признала бы поражение.

– И мне нравится, – с вызовом ответила она.

– Пытаешься соблазнить меня? – произнёс Визар, мимолётом взглянув на Лэрину.

– Зачем? Вы и так запали на меня с первой встречи.

– Вот как? Ты слишком высокого мнения о себе. Однако в игре ты испугалась. Даже вскрикнула. Проявила эмоции.

– Всего лишь рефлекс. Откуда мне было знать, что Дарго тоже в игре и придёт на помощь? Я испугалась, что орк убьёт вас, и я навсегда застряну в этой мерзкой локации.

– Тебе пошло бы на пользу. А что? «Призрачный игрок». Звучит неплохо.

– Мне и в реальности неплохо живётся.

– Этот заказ поможет мне разбогатеть. Представляешь, можно будет покупать нормальную еду не от случая к случаю, а каждый день! Так что наливай. А почему рюмка одна?

– Я не буду пить.

– Тебе сколько лет?

– Семнадцать.

– Уже можно. Я как взрослый и в данный момент несущий за тебя ответственность – разрешаю, – произнёс он, поставил ещё одну рюмку и наполнил обе. – Вот и блюдо готово.

Лэрина хотела возразить, но от вкусного запаха свежеприготовленной еды у неё возбудился аппетит. Она уже пожирала глазами яичницу, упрекая себя за слабость к еде. Но стоило ей протянуть руку, чтобы наложить еды в тарелку, как Визар хлопнул её по руке. Она гневно посмотрела на него, ожидая объяснений.

– Вначале тост, потом уже еда, – сказал он. – Выпьем за то, чтобы наше дело увенчалось успехом и прошло гладко.

– Я не буду.

– Так и знал, что тебе слабо́.

– Вовсе нет. Просто не хочу.

– Почему?

– Потому что это вредно.

– Одна рюмка даже полезна, для профилактики. Вдруг тебе понравится. Ладно, если боишься, то я выпью за тебя.

Лэрина молча осушила стакан и со стуком положила его на стол.

– Теперь можно есть? – холодно спросила она.

Визар только кивнул, всё ещё находясь под впечатлением. Он наблюдал за Лэриной, которая как ни в чём не бывало жевала яичницу, словно не впервые пробовала водку. А ведь это был крепкий алкогольный напиток.

– Что? Вы не будете есть? – спросила она, заметив, что Визар так и не притронулся к еде.

– Буду. Ты и правда раньше не выпивала?

– Нет. Что, удивила? У меня много талантов.

– Раз так, тогда тост за тобой.

– Нет. Мне не понравилась водка.

– А если я захочу выпить за тебя? Что, за себя тоже не будешь пить?

– За себя я готова даже две рюмки выпить, но вы должны тогда четыре.

– А ты, оказывается, азартный человек. Я принимаю условия.

«Я определённо делаю успехи во флирте, но даже рассказать некому. Арман бы оценил мой труд или посмеялся, но главное – был бы рядом», – с грустью подумала Лэрина, закончив с едой. Порции ей оказалось мало, особенно после столь длительного перерыва, но просить добавки она бы не стала ни при каких обстоятельствах. В рюкзаке ещё оставались батончики. Как она только могла оставить его в пустом фойе!

Осушив ещё две рюмки, Лэрина окончательно поняла обжигающую силу алкоголя. Постепенно разговор перешёл на серьёзные темы. Каждая новая рюмка давала больше силы, больше власти, больше способностей управления судьбой народа. Правила этикета, сковывающие формальностью общения незнакомцев на «вы», решительно отправились в корзину. Коварный план Лэрины – напоить хозяина квартиры, разузнать у него нужную ей информацию и при этом остаться трезвой – дал сбой. В какой-то момент, вероятнее всего, с самого первого знакомства с напитком, что-то пошло не так. Химические реакции, протекающие в её организме, оказались слабее воли разума. Впервые в жизни Лэрина напилась.

– Эй, потерянная, вставай, – тихо произнёс Визар, наклонившись над ухом спящей девушки. – Не угодно ли завтрак в постель?

– Да, хрустящие тосты с нутеллой, пожалуйста, – сонно ответила она.

Визар резко сбросил её со своей руки, на которой она уютно устроилась на тёплом берегу, перекатив в сторону. Лэрина моментально очнулась. Взъерошенная, в чёрном коротким топе, оголявшем живот, и с явственным отпечатком орнамента футболки Визара на щеке она села на песке и уставилась на него.

– Тостов не будет, пора за дело, – сурово сказал он.

– Дом, – произнесла она, уставившись на волны, нежно ласкающие берег.

– Жаль тебя огорчать, но ты не морское создание. Твоя стихия – земля.

– Какое же оно красивое… Как мне не хватало этой поддержки.

– Поддержки? Ты хочешь рыбу? Есть капсулы со вкусом крабов, хочешь?

– Оно настоящее?

– Море?

– Да.

– Конечно. Ты не видела раньше моря?

– Только искусственное. Хоть я и принимала его за… Неважно. Не представляю себе жизнь без моря. Давай поплаваем, пожалуйста.

– Серьёзно?

– Да, а что в этом такого? – произнесла она, потянув руку к низу живота, где должен был находиться край свитшота. – Где моя одежда? – поднявшись на ноги, завопила она.

– Кажется, ты сняла её, когда ещё была трезвой. А окончательно избавилась, когда эффектно отплясывала на одном из контейнеров, – хмыкнул Визар. – И на тебе Щит, я побеспокоился о защите. А так, конечно, Охотники удивились бы двум чудикам, заснувшим на берегу, так легко выдавшим своё местоположение. Кстати, раз мы спали в обнимку, полагаю, пора представиться. Меня зовут Антонио Визар.

Каменный пустой взгляд Лэрины застрял на лице Визара, но из-за головной боли, которая начала разрастаться во вселенских масштабах, чего никогда не было раньше, она не могла сообразить: он подшучивает над ней или говорит правду.

– Ты зависла? Эй? Есть кто? – сказал он, щёлкнув пальцами перед её носом.

– Не подходи ко мне. Что произошло? – сказала она, сделав шаг назад.

– Ты напилась. Несла что-то про программу генетического конструирования человечества, про полёты в космос, про мою внешность – кажется, ты сочла меня привлекательным. Потом захотела танцевать. Я включил музыку. Затем стала реветь и требовать доставить тебя к морю. У тебя довольно бурная реакция на алкоголь. Но было весело.

Лэрина злобно смотрела на Визара, готовая взорваться, но не понимая, как всё обрушить на него. Не хватало причины для начала обвинения. Разум всё ещё отходил от похмелья.

– Ты похитил меня, напоил и воспользовался моей беспомощностью, чтобы развлечься. Это низко и так типично для подобных тебе! Я всего лишь хочу вернуться домой. А ты… ты… – выпалила она.

– Мы здесь потому, что ты этого захотела.

– Кто знает, о чём ты думал, лёжа со мной рядом?

– Я спал. Такой вариант не рассматривала?

– У меня голова сейчас лопнет. Вот как ты хочешь убить меня, да? В этом была задумка?

– Глотай таблетку. Поможет. На, запей водой, – произнес он, протянув таблетку вместе с бутылкой воды.

Лэрина выполнила указания, но вместо одного глотка осушила пол бутылки за раз. А затем продолжила разговор.

– Вижу у тебя с собой рюкзак… А я свой потеряла в небоскрёбе. Как мне его вернуть? Можно назвать фойе местом преступления? Или этот термин к роботам не относится?

– Забудь про свой рюкзак и про всю эту чушь. Зачем ты вообще полезла на крышу? И вообще ты должна благодарить меня! Если бы не я, тебя бы давно поймали.

– Я не стану благодарить за своё похищение.

– Если тебе интересно, я нарыл информацию про твоего Абга.

Лицо Лэрины тут же посветлело и окрасилось улыбкой. Её взгляд стал мягче и требовательнее одновременно. Она уже начала предвкушать момент встречи с человеком, который точно сможет вернуть её домой.

– Так говорить или нет? – спросил Визар, заметивший, как изменилась его спутница.

– Конечно! – сказала она, приблизившись.

Её поза, расширенные зрачки, нервозность, которая чувствовалась по постоянному движению рук, учащённое сердцебиение – всё выдавало возбуждённое состояние, в котором пребывала Лэрина. Она нуждалась в этой информации, как наркоман в дозе.

– Сразу скажу, что мне пришлось изрядно постараться, чтобы найти эту информацию. Я мог бы потребовать плату, но сделаю тебе подарок за смелость. Ты не боишься нового, неизвестного. Я бы даже сказал, что неизведанное активирует тебя, мотивирует.

– Так что там про Абга?

– Можешь проявить терпение, пожалуйста? Я потратил на работу, которая, между прочим, не оплачивается и совершенно мне без надобности, полдня!

– Прямо так, бескорыстно? Как благородно это могло бы выглядеть, не знай я правды. Ты нашёл его, чтобы он заплатил за меня. Можно уже ближе к сути?

– Высокомерие так и льётся из тебя. Мне кажется, даже когда я наконец избавлюсь от тебя, твой надменный взгляд всё ещё будет преследовать меня во сне. Минимум неделю.

– Я знаю, что меня сложно забыть. Но, может, вернёмся к Абга? Где он?

– Твой Абга причастен к созданию Идиллиума. Это, разумеется, секретная информация. Сейчас занимается проектом на Марсе. Он учёный и ещё, что немаловажно, Абга – искусственный интеллект высокого ранга. Тебе точно нужен он? Дарго сказал, что ты ищешь человека. Или ты соврала?

– Это он. Я не врала. Просто не знала, что он иик.

– Ты вообще знакома с Абга?

– Нет, но это не проблема. Он знает про меня.

– Ты же в курсе, что мы уничтожаем ииков? Вряд ли он станет с нами сотрудничать.

– Ради меня станет.

– Твоей уверенности только позавидовать можно…

– Но как я доберусь до Марса? Когда заканчивается его проект? Можно как-то связаться с ним?

– На Марс можно полететь, но это очень дорого. Тренировки и сам билет обойдутся тебе в кругленькую сумму. Чтобы набрать её, тебе придётся хакнуть банк.

– Но мне нужно добраться до него!

– Зачем? Ты же хочешь вернуться в Идиллиум, разве нет? Я и сам могу отправить тебя домой, да и возьму за свои услуги намного меньше, чем будет стоить билет на Марс.

– Правда? Ты знаешь, как?

– Я отсканировал переулок, где встретил тебя, и нашёл люк. Только под ним ничего нет. Там стоит защита, наши приборы не могут пробить отражающий блок. А ты у нас гений, вот и поможешь усовершенствовать технологию.

– Я не гений. Но думаю, смогу разобраться. Только нам нужно работать в команде.

– Вижу, без меня ты просто не можешь?

– Мне нужно немного времени, чтобы вникнуть в язык программирования и освоить принципы работы оборудования.

– Я не против. Можешь рассчитывать на мою помощь. Я же смог как-то украсть технологию и подстроить её под нас. Щит в том виде, которым ты сейчас пользуешься, – целиком моя заслуга. Посмотрим, на что способна ты, кроме самовосхваления.

– У меня нет денег, но у моих родителей есть. Они оплатят твои услуги при встрече.

– Нет, так не пойдёт. Ты будешь работать на меня, иначе сделки не будет.

– И что мне нужно делать?

– Ты слишком дохлая, слабая, неловкая и тебя легко поймать. Для того чтобы быть полезной в игре, тебя нужно немного подтянуть физически. Ты должна научиться защищать себя. Когда заявляешь об оружии, надо быть готовым применить его. В твоём случае угрожать ножом, которым в жизни не пользовалась, было плохой идеей. Таким образом, ты помогала только мне, но никак не себе. Я с лёгкостью перехватил бы у тебя нож и точно смог бы воспользоваться.

– Конечно, куда мне до тебя! Между прочим, у меня нет цели стать убийцей.

– За твою поимку объявлена награда, и ты ещё успела засветиться в фойе бизнес-центра, что стало большой глупостью. Желающих нажиться на тебе становится всё больше. Хоть я всегда выступаю за отступников, но, надо признать, среди нас встречаются и отбросы общества, падшие люди, способные на всё. Им нечего терять, они представляют самый страшный тип людей, которых тебе стоит избегать. Я хочу сделать из тебя полноценного члена нашей команды, за которого не нужно переживать, а для этого нужна подготовка. Справишься?

– Запросто.

– Тогда иди за мной, – произнёс он и побрёл вдоль берега в сторону городских джунглей.

Визар шёл уже далеко впереди, не оглядываясь. Лэрина шла за ним, но внезапно остановилась. Она смотрела на море – связующее звено между Идиллиумом и Большой землёй.

Её всегда тянуло к нему. Она хотела найти отличия, сравнивая картинки в голове. Иллюзия, которую она видела каждый день с момента рождения, была намного прекрасней, чем то, что сейчас предстало перед ней. И пусть море в Идиллиуме было ненастоящее, но люди были самыми настоящими.

– Эй, потерянная, хватит созерцать воду. Двигай сюда. Нас ждёт тренировочный лагерь, – крикнул Визар, заметив её отсутствие. – Пора научиться платить по счётам, – тише добавил он.

Но Лэрина уже не слышала – её красивый стройный силуэт нёсся к нему. Она не знала, что её ждёт впереди.