2150 год

Большую часть ночи Лэрина провела у окна. Она вела наблюдение за дорогой. Несколько раз доставала, затем убирала брелок в надежде найти новую зацепку, но безрезультатно. Если Арман был прав и на поверхности игрушки зашифрована информация, то она обязательно должна раскрыть её сегодня же. Больше медлить нельзя.

За окном было тихо и мирно, как и в домах у обитателей Идиллиума. Но только не в душе у Лэрины. Заснув в кресле у окна прямо в зелёном комбинезоне, она увидела тень. Чёрная, плотная и холодная тень тянула к девушке длинные заострённые пальцы и тихо шептала цифры. Лэрина перебирала их в уме в поисках верной комбинации. Ей нужно было расшифровать код, чтобы обыграть тень. Но та подкралась слишком быстро и загнала её в тупик. Её тёмные ногти кружили вокруг лица девушки, нагоняя ещё больший страх.

Она обречена…

Тень уже выбирала место для первого пореза, намереваясь растерзать её тело в клочья, как никому не нужную забытую куклу. Но знакомый голос вывел её из тёмного царства, окружив солнечным светом.

– Лэри, милая, вставай! Лэри! Лэри… – звала мама, стоя над ней.

– Я не убийца, – резко поднявшись в кресле, произнесла Лэрина.

– Что? – удивлённо переспросила Франческа.

– А?

– Тебе что, кошмар приснился?

– Да, плохой сон. Ты давно тут?

– Нет, только пришла. А почему ты спала в кресле и даже не переоделась?

– Да что-то вчера так устала! Как села, так и заснула.

– Вид у тебя неважный.

– Мам, а ты одна дома?

– Да. А что?

– Никто ещё не заходил сегодня?

– Да, точно, забыла: Арман ждёт внизу. Он на лужайке.

– А кроме него, больше никого не было?

– Ты ждёшь кого-то конкретного?

– Нет.

– Тогда зачем тебе эта информация?

– Просто веду статистику.

– Статистику посещения нашего дома?

– Да, а что?

– Не буду даже вникать… Тебя отец ждёт в студии. Ты же не забыла про практику? Ты должна обучать Тильсто.

– Помню, 20101330192016. Хороший ученик.

– Ты уже опаздываешь. Переоденься и поторопись, пожалуйста, – произнесла мать и вышла из комнаты.

Лэрина посмотрелась в зеркало. Роскошные каштановые волосы, раньше спускавшиеся до плеч блестящей волной, походили на пушистое гнездо. Косметика под глазами растеклась, создав «смоки айз» без усилий. А губы потрескались – сказалось волнение и обезвоживание организма. Тело болело сильнее, чем вчера. На выполнение даже самых элементарных движений требовалось приложить немало усилий. Но боль была не острой, а тупой, терпимой.

Лэрина быстро приняла душ и, накинув на себя обычную форму одежды, спустилась вниз. Встретив дочь на кухне, которая накинулась на воду, как пленник пустыни, Франческа вручила ей ягодный круассан и ещё раз напомнила про ожидавшего перед домом друга. Видимо, она предположила, что вместе с водой из организма дочери вытекли и мозги, поэтому не помешало бы ещё сто раз повторить одно и то же, чтобы наверняка напомнить. Лэрина поблагодарила мать и, захватив по дороге к двери сумку, вышла на улицу.

Улыбка Армана, которой он сразу же решил подкупить подругу, почти подействовала. Но у Лэрины сложился план, и её прощение нужно было ещё заслужить. Она холодно поздоровалась с ним и, поедая на ходу выпечку, уверенно направилась вперёд.

– Лэри, подожди. Давай поговорим, – сказал он, оценив её состояние.

– Я опаздываю, – таким же непоколебимым тоном произнесла она, но вышло не очень грозно, учитывая то, что она жевала.

– Я помирился с Анной, и между нами кое-что произошло… Тебе что, не интересно? Ну ладно, тогда не буду рассказывать, – сказал он и остановился, ожидая её реакции.

– Со мной тоже такое произошло, что я даже не буду рассказывать. Но это явно интереснее, чем ваш поцелуй, – деловито ответила она, продолжая путь.

И только заметив, что рядом никто не идёт, она развернулась и посмотрела на Армана.

– И что ты встал посреди дороги? Так ты моё прощение не заслужишь!

– Бегу, – сказал он, быстро нагнав подругу. – А как ты догадалась про поцелуй?

– Зная тебя, дальше вряд ли могло пойти.

– Эй, полегче. И да, ты права. Но это был не просто поцелуй. Мы словно впервые узнали друг друга! В нём было так много смысла, что и разговоры больше не нужны. Я ей определённо нравлюсь. А ещё она заинтересовалась моим творчеством. Я буду делать вазу по её эскизу.

– Да, ты определённо вышел на новый уровень.

– Ты как будто и не рада за меня? Не похоже на тебя…

– Неужели? А знаешь почему?

– Нет… Но уже предчувствую что-то плохое.

– Вот именно. Ты меня бросил одну, между прочим, и меня чуть не убили.

– Кто, Дэвид? Я видел, как он побежал за тобой, – подмигнул Арман.

– Я не шучу. Ты совсем забыл про наше расследование! Анна негативно влияет на работу твоего мозга. Находка, помнишь?

– Стой, на тебя что, снова напал иик? На берегу? Ты ходила в наше место одна?

– Нет. То есть не знаю, это был иик или нет. Я сидела на берегу и получила огненное послание. Арман, они ищут брелок, и мы должны успеть расшифровать его содержимое до того, как они найдут игрушку.

– Не думал, что всё так серьёзно… Стоп, а что значит «огненное послание»? И кто это – «они»?

– Вот это нам и предстоит раскрыть. Они передали сообщение, выжженное огнём на камне. Но следов не осталось, так что доказательств ноль.

– Почему ты решила, что послание было адресовано тебе? И что там было написано?

– «Ты убийца», – тихо произнесла она, остановившись.

– Что за бред?

– Ты меня спрашиваешь? Знаешь, как я испугалась!

– А почему преследуют только тебя? Может, дело не в чужаке?

– А в ком же?

– Ты ничего не нарушала? Может, случайно узнала секретную информацию или они думают, что ты узнала, – предположил Арман.

– Ты о чём вообще? – с укором произнесла Лэрина и продолжила движение.

– Было или нет?

– Не знаю, о чём ты, но нет. И хочу напомнить, что ты не очередной остросюжетный роман пишешь. Мы обсуждаем мою жизнь.

– Надо рассмотреть все варианты.

– Да, но желательно реалистичные.

– И что ты предлагаешь делать?

– Нам нужно снова пойти на тренировку, – твердо заявила Лэрина, словно это было единственное верное решение.

– Зачем? Я ещё хочу пожить! – протестующе высказался Арман.

– Тренер работает в Службе безопасности. Мы найдём с ним общий язык, и он поможет нам с игрушкой, – пояснила план она.

– Это после наших-то выходок? Не думаю, что у него такая короткая память.

– А что такого мы сделали? Подумаешь, отказались выполнять упражнение. Мы докажем ему свою стойкость, если вернёмся. Вот увидишь, он оценит.

– Я пас.

– Правильно говорят: тот, кто предал однажды, предаст и во второй раз.

– Ладно, если приду, то квиты? Ты забудешь про мой промах?

– Естественно.

– Тогда договорились.

– Сегодня в семь вечера встречаемся в зале, – торжествующе заявила она.

– Хорошо, – обречённо ответил он, расставшись с Лэриной у входа в студию.

Тренер был явно удивлён, увидев на тренировке вечно протестующую парочку, но ничего не сказал. В этот раз привычные всем упражнения и приёмы давались ещё сложнее, и их позорное исполнение стало предметом обсуждения группы. Остальным явно было весело, но Лэрина и Арман изначально договорились, что не станут конфликтовать и выполнят любое требование тренера. Главное – держать в голове истинную цель, из-за которой они оказались там.

И им почти удалось сдержать данное обещание, если бы не один инцидент, произошедший почти в самом конце занятия.

Во время минутной передышки Лэрина, выжатая как лимон, с жадностью вливала в себя остатки воды. Рядом стоял один из силачей, который с лёгкостью отрабатывал сложные приёмы. Он утирал пот и смотрел на хрупкую девушку, которая вот-вот могла сломаться.

– Слушай, принцесса, давай начистоту: почему ты здесь? Одного раза не хватило, чтобы оценить свои возможности? – спросил он.

– В правилах не написано, что это мужской клуб. В чём проблема? – ответила она, смотря ему прямо в глаза.

– Я не против девушек, которые занимаются борьбой. Но здесь тебе не место.

– А это не тебе решать! – вмешался Арман.

– Я разве с тобой говорю, глиста?

– Эй, прекратите, никаких оскорблений на моих занятиях, – произнёс тренер, который появлялся также бесшумно, как и исчезал. – Если хотите выяснить отношения, то только в спарринге.

– Почему бы нет? Что скажешь, защитник? – с усмешкой бросил силач.

Арман растерянно посмотрел на Лэрину, которая качала головой, намекая на отказ, но он не мог её послушать.

– Согласен.

– Хорошо. Тогда надевайте перчатки. Гиром, будь помягче. Он новичок и намного младше тебя, – предупредил своего ученика тренер. – А ты выложись по полной, – сказал он Арману, помогая натянуть перчатки.

Переминаясь с ноги на ногу, Лэрина в ужасе ожидала предстоящий поединок. Она была уверена, что счёт будет не в пользу её друга. Её мучила вина, ведь инициатива прийти на повторную тренировку исходила от неё, а отдуваться придется другу. Не зная, что ей делать и как помочь Арману, она стала оценивать соперника, совершенно не понимая, как, собственно, нужно проводить эту оценку. Силач, заметивший внимание к своей персоне, подмигнул ей, тем самым ещё больше усилив её беспокойство.

Однако подготовка к спаррингу длилась дольше, чем сам поединок. Двумя ударами соперник уложил Армана на мат и поставил точку.

Лэрина сразу же подбежала к другу, проверяя, в сознании ли он.

– Слабак, – прокомментировал соперник, захватил спортивную сумку и пошёл к выходу. За ним последовали и остальные. Представление было окончено.

– Сильно он тебя? – спросила Лэрина, снимая с Армана боксёрские перчатки.

– Прости, я старался… – тихо ответил он, садясь.

– За что? Ты заступился за меня. Я горжусь тобой. И вообще, ты хорошо держался первые несколько секунд. Так уверенно перемещался…

– Не надо. Я знаю, что это было ужасное зрелище.

– Эй, боец, не унывай. Гиром ходит сюда уже второй год. Главное, что ты не струсил! Иногда полезно пропустить парочку раз, выносливее будешь. Давай вставай. Если нужно приложить что-то холодное, наверху есть холодильник, – сказал тренер, протягивая Арману руку, чтобы помочь встать.

– Спасибо, – ответил тот уставшим голосом.

– Завтра не приходите. Для вас хватит нагрузок. Отдохните дня три.

– Хорошо. Тренер, вы же из Отдела безопасности? – спросила Лэрина.

– Да. Что-то случилось? – ответил он, настороженно посмотрев на вспотевшую краснощёкую ученицу.

– Вы можете помочь нам с докладом? Обещаю, много времени мы не отнимем. Нам только немного разобраться с устройством кодировки предметов. И ещё меня отец просил вернуть вам выпавшую во время съёмок линзу.

– Напомни, как тебя зовут?

– Лэрина. Можно Лэри.

– Лэри, мы не проводим экскурсии. А на линзу я бы посмотрел.

– Она у меня дома. Я могу занести к вам в течение часа.

– Договорились.

Арман хотел сказать что-то, но Лэрина остановила его, поднеся палец ко рту. Она дождалась, когда уйдёт тренер, и только через минуту возобновила разговор.

– Я знаю, что ты хочешь сказать. Что за линза? Сейчас объясню. И да, линза – это повод, и я намерена попасть в ООБИ^*1.

– Ты что, и мысли научилась читать? Ты становишься опасной.

– Нет, просто я тебя хорошо знаю. Линзу нашла у себя в комнате. Отец сказал, что такие есть в приборе-раскодировщике. В ООБИ я пойду одна.

– Я с тобой.

– Нет, тебе сильно досталось. Ты уже выполнил свою часть работы. Остальное за мной.

– Я могу понадобиться.

– Ты всегда нужен, но мне будет легче уломать его, если я буду одна.

– Хорошо, я не пойду. Но обещай, что доложишь, когда будешь на месте и когда выйдешь. Я буду волноваться.

– Не стоит. Я же иду в Отдел безопасности – это самое неопасное место в Идиллиуме!

– Обещай!

– Хорошо, напишу тебе.

– Тогда идём уже домой. Я проголодался и, думаю, у меня будет большая гематома.

– Пошли. И я хотела сказать… Знаешь, за меня ещё никто не дрался. Ты первый. Спасибо.

– Это сложно назвать дракой, но я поработаю над собой.

Через двадцать минут Лэрина стояла у здания Отдела безопасности. Она нервничала, но была уверена в своих намерениях. Если всё получится, то мучения Армана будут оправданы.

Долго ждать не пришлось. Тренер появился в своей манере – внезапно.

– Принесла? – спросил он.

– Да, вот, держите, – сказала Лэрина, передавая линзу.

– Спасибо. Отдам техникам. Вы сегодня хорошо потрудились на занятии. И не обращайте внимания на комментарии Гирома. Это у него такой способ знакомства с людьми.

– Меня не так легко обидеть.

– Я это понял ещё при первой нашей встрече. Ещё раз спасибо за то, что занесли линзу, и хорошего вечера, – сказал тренер, готовясь уйти.

Чтобы не допустить разрыва налаженного соединения, Лэрине пришлось использовать проверенный на практике метод. Она перешла в наступление.

– Тренер, наверное, у вас не было времени перекусить? Я захватила для вас яблоко. Очень сладкое. Попробуйте, – сказала она, протягивая ему фрукт.

– По правде говоря, очень кстати. Я действительно голоден. Спасибо, Лэрина.

– Пожалуйста.

– Хорошо, тогда…

– Тренер, может, я сама починю кодировщик? Мне бы очень хотелось самой вернуть на место утерянную линзу и немного изучить устройство изнутри, хотя бы одним глазком. Обещаю ничего не испортить!

– Как я понимаю, яблоко я получил не просто так, верно?

– Мне только для доклада… Пожалуйста, – быстро сказала она, приправляя свою просьбу умоляющим взглядом.

Люди недооценивают уровень влияния «щенячьего взгляда». Пора бы уже зачислить его в ранг самого безобидного, коварного и действенного оружия, которым могут владеть отнюдь не многие. Если не дано, то и не стоит пытаться, тут дело в симпатии. И, несмотря на внешнюю непоколебимость, тренер был сражён хрупкостью и уязвимостью своей ученицы.

– Хорошо. Я проведу тебя к прибору, но на рассмотрение дам ровно столько времени, сколько мне потребуется, чтобы съесть это сочное яблоко. Предупреждаю: я ем быстро.

– Поняла. Надо было принести больше яблок…

Тренер впервые за всё время улыбнулся и, возможно, даже посмеялся, но без звука – репутация прежде всего.

– Пошли, – скомандовал он.

Здание ООБИ было единственным в Идиллиуме, которое не соотносилось с концепцией открытой, наполненной радостью жизни. Отсутствие окон сразу намекало о секретности происходящего внутри. От него веяло дисциплиной, а все служащие были пленниками сводов Устава.

Лэрина внутренне уже торжествовала, празднуя победу, и готовилась к ознакомительному осмотру внутреннего убранства Отдела безопасности. Ей было интересно, что творится в самом защищённом здании Идиллиума, и она никак не ожидала добраться до конечного пункта так быстро. Почти сразу же после входа в помещение тренер свернул направо, прошёл пару метров по пустому коридору и вошёл в кабинет с правой стороны.

– Кодировщик ещё не успели убрать после возврата из студии, – пояснил тренер, сев на стул. – Время пошло, – сказал он, откусив от яблока.

Тренер жестом указал на место, откуда ей следует начинать изучение устройства. Лэрина, раскрыв панель в левом нижнем углу, сразу же увидела лепестки, похожие на линзу, которую великодушно вернул ей тренер. Однако все ячейки были заняты. Прибор был исправен.

– Линза не отсюда, – растерянно сказала Лэрина.

– Тогда оставь её мне. Мы разберёмся. Твоё любопытство удовлетворено? – поинтересовался тренер.

– А для чего нужна эта платформа с держателями?

– На неё помещают предмет, на который хотят записать информацию, или с которого хотят прочесть закодированные данные.

– А эту фигуру можно прочесть? – спросила она, достав брелок-сову.

– Попробуй, – усмехнувшись, ответил он, подойдя к ней.

Лэрина поставила игрушку в нужный отсек, и тренер задал прибору команду. Машина выполнила действие, на дисплее появился результат. Перед ними ровным рядом выстроились числа.

– Ты взяла предмет у иика? – уточнил тренер.

– Да, – без колебаний ответила она.

– Тогда скажи ему, что он не записал текст отчёта. Здесь только его идентификационный номер.

– Передам. А куда потом передают уже закодированные предметы?

– Это секретная информация. И, как видишь, я уже доел яблоко, а это значит, что тебе пора. Я провожу.

Лэрина сразу же узнала комбинацию цифр, которая была закодирована в игрушке, но ничем не выдала себя. Это был идентификационный номер жителя Идиллиума, и он принадлежал ей.

^*1ООБИ – Отделение Обеспечения Безопасности Идиллиума