— Когда наша связь впервые проявилась, Торин отверг меня. На самом деле, довольно жестоко.

Сэм моргнула, глядя на меня, по-видимому, так же сбитая с толку ее словами, как и я.

— Но… но сейчас вы вместе?

Я покачала головой.

— Вроде как, не совсем. Я не могу простить и забыть, и с моими утраченными воспоминаниями, скажем так… в Торме что-то происходило, и я не успокоюсь, пока не выясню, что именно.

Она прочистила горло и снова сосредоточилась на дороге.

— Я понятия не имела. Те несколько раз, когда я видела тебя поблизости, ты выглядела такой уверенной и собранной. Я подумала, что ты одна из тех оборотней, которые живут сказочной жизнью стаи.

Я фыркнула.

— Эта стая была моей тюрьмой и адом. Я понимаю твое желание сбежать, гораздо лучше, чем ты думаешь.

Она крепче сжала руль руками и глубоко вздохнула.

— Отказы случаются редко, — наконец сказала она, сделав небольшую паузу, чтобы спокойно проехать перекресток, — и для такого сильного и способного человека, как ты, я совершенно потрясена, что Торин не был на седьмом небе от счастья, когда увидел тебя своей парой.

Мой смех был сухим и циничным, когда вырвался из меня.

— Мой отец пытался убить предыдущего альфу. С того дня моя семья стала дерьмом в этой стае. Торин хотел убить меня в тот день, когда я впервые обратилась, и единственная причина, по которой он этого не сделал, была в том, что…

Боль пронзила меня сильнее, чем когда-либо, мой мозг был разорван на куски, когда невидимые ножи атаковали меня с удвоенной силой. Крики сотрясли машину, и мне потребовалась минута, чтобы понять, что они были моими. Сэм, которая совсем этого не ожидала, запетляла по дороге и закричала:

— Что это? Что не так? Ты увидела паука?

Она тоже начала кричать, и если бы я не была на грани смерти от боли, я бы посмеялась над ее очевидным страхом перед пауками. Она была чертовым волком-оборотнем; пауки вообще не представляли для нас угрозы. Увы, логика не имела ничего общего с истинным страхом.

Когда Сэм, наконец, вернула себе управление машиной и остановила ее на обочине, мне удалось сдержать тошноту.

— Прости. — Я вышла и блевала, пока не заболело горло болело. — Это была моя потеря памяти… каждый раз, когда я пытаюсь вызвать воспоминание, боль такая невыносимая, что я чуть не теряю сознание.

Сэм прижала руку к своей вздымающейся груди, длинные блестящие пряди волос полностью запутались у нее на лице.

— Это действительно ужасно. Надеюсь, я ничего такого не сказала.

Выпрямившись, я вытерла слюни с лица, вознося благодарственную молитву за то, что не обмочилась.

— Ты ничего такого не сказала. Просто у меня в голове полный бардак, и тому, кто со мной связался, лучше надеяться, что ко мне никогда не вернутся воспоминания. Потому что я скоро приду за ним.

Мой голос понизился до рычания, и Сэм прочистила горло.

— Ты немного пугаешь. Рада видеть, что твой внутренний волк не был жестоко растерзан предательством твоего отца и тем, что у тебя нет настоящей пары. Хотела бы я сказать то же самое.

То, что меня назвали пугающей, было комплиментом в мой адрес, и я восприняла это как должное. По правде говоря, притеснения и травля со стороны моей стаи заставили меня превратиться в оборотня, которому было все равно. Такое же отношение к Сэм имело противоположный эффект. Я знала ее всего полчаса, но уже рисовала картину. От осторожного характера и нежной души до сдержанной рубашки на пуговицах и черных слаксов. Какая бы дикость ни жила в ее душе, она сгорела дотла, оставив после себя оборотня, который не рисковал.

Было ли то, что она пришла ко мне с этой информацией, первым шагом за долгое время, который позволил ей выйти за рамки привычного? Если все получится, я буду обязана ей всем. Что бы ни случилось, однажды я помогу ей полностью раскрыть свой потенциал.

В конце концов, мы, отвергнутые парами, должны держаться вместе.

Глава 11

Минуту спустя мы заехали на парковку, и, несмотря на то, что Сэм нервничала из-за моего истерического крика, ей все же удалось запереть машину, дважды проверить все двери, а затем последовать за мной в школу.

Был будний день, и повсюду были ученики-оборотни, было странно думать, что совсем недавно я жила такой же жизнью. Когда я вообще закончила школу? Об этом времени, я тоже потеряла воспоминания?

Еще один удар пришелся мне в голову, и я отогнала эти мысли прочь. Сейчас было не время для очередных криков и/или рвоты; мне нужно было сосредоточиться на том, что Сэм мне показывала.

Она свернула в сторону от главного коридора, и я была благодарна возможности уйти с этого пути, чтобы все эти ученики-оборотни перестали пугаться и таращиться на пару альфы, разгуливающую по их школе.

Мы оказались в театральном крыле.

— Эту секцию закрыли на ремонт, — сказала Сэм, — но мне пришлось зайти сюда, чтобы найти кое-какие старые школьные архивы, и я начинаю думать, что здесь происходило нечто большее, чем просто ремонт.

Чем ближе мы подходили к подвалу, тем тревожнее становилось у меня в животе, все внутри крутилось и танцевало, мне даже пришлось прижать к нему руку, пытаясь унять поток. Энергия здесь была темной, и по расслабленному выражению лица Сэм я могла сказать, что она этого не чувствовала. Что бы она ни собиралась мне показать… это было связано со мной. Так должно было быть.

Когда она открыла дверь, отодвинув жёлтую ленту, которая должна была держать всех подальше, я последовала за ней вниз по лестнице.

— Надеюсь, ты не обидишься на вопрос, — сказала я, пытаясь отвлечься от тёмных потоков энергии, которые разгоняли моё тело до состояния гиперчувствительности, — но что вообще заставило тебя рыться здесь? Ты не похожа на человека, который полезет в запретные места.

Она бросила через плечо легкую улыбку, которую я отчетливо разглядела даже при слабом освещении.

— Ты бы поверила, что когда-то, много лет назад, я была ребенком, который вечно попадал в неприятности из-за того, что совал свой нос куда не следует? Я от природы любопытна, и хотя это чувство было несколько выбито из меня, на этот раз я просто не смогла устоять. Возможно, это была судьба, потому что я случайно встретила человека, которому, возможно, тоже нужно было знать об этом месте.

Судьба? Я не из тех, кто привык доверять сущности, которую большую часть времени ненавидит — привет, Торин? Тут уж совсем дно. Но опять же, либо это было божественное вмешательство, либо невероятно огромное совпадение, что мы с Сэм нашли друг друга. Точнее, что это она нашла меня — именно тогда, когда мне это действительно было нужно.

— Я сожалею, на счет твоей стаи, — мягко сказала я. — Если хочешь, я размажу каждого из них за то, что они причинили тебе боль — только скажи. Я вступлю в драку за подругу.

К чёрту её пару, который забрал у неё искру. Мне, кажется, уже пора создавать группу поддержки для таких, как мы — оборотней, которые не вписываются в жизнь стаи.

Смешок Сэм стал долгожданным облегчением.

— Я действительно рада, что встретила тебя, Альфа Мера Каллахан. Ты была права, что отказалась от фамилии Вульф. Тебе это не нужно.

Ладно, я буквально влюбилась в эту крошку-оборотня. Она реально понимала, что к чему.

Мы перестали разговаривать, когда спустились на первый этаж, почти погруженный в кромешную тьму, и беспокойство в моем теле стало сильнее, чем когда-либо, когда слабый мускусный аромат проник в мои ноздри.

— Пахнет пожаром, — прошептала я. — И смертью. Кто-то пытался скрыть это, но оттенки остались.

Сэм прочистила горло.

— Да, я привела сюда другую учительницу, и она ничего не почувствовала, но я чувствовала. Обоняние — моя сильная сторона.

Как и у меня — еще одна общая черта между нами.

Сэм провела меня через небольшой холл в огромную открытую главную комнату, и чем дальше мы шли, тем больше я убеждалась, что уже бывала здесь раньше. Я просто не могла вспомнить, когда и для чего.

— Ты уже видишь это? — спросила Сэм.

Я почти ничего не видела, поэтому призвала свою волчицу подняться и помочь мне. На этот раз она откликнулась немедленно, присоединив свою силу к моей. Затемненная комната стала более четкой, и я смогла увидеть именно то, чего раньше не замечала.

— Что. За. Черт? — Я сделала шаг вперед. — Что здесь произошло?

Сэм неподвижно стояла рядом со мной, словно боясь потревожить духов этого места.

— Понятия не имею, черт возьми, — прошептала она. — Как такое возможно, что здесь было столько разрушений, а остальная часть школы от этого не пострадала?

Подвал был сожжен, черные подпалины тянулись по всей комнате, достигая высоких потолков. Мои человеческие глаза не видели разрушений, но волчьи глаза видели все это. Не осталось ничего, кроме груды обугленных предметов и почерневшей арматуры.

— Я читала планы собраний стаи за последние несколько лет, — тихо сказала я. — О пожаре не упоминалось.

Я пыталась найти хоть какие-то доказательства того, что со мной произошло, но я бы вспомнила пожар в школе.

— Я тоже поспрашивала, — призналась она. — Вот почему я поняла, что это было странно. Судя по разрушениям, это был бушующий ад, который невозможно было скрыть. Но кто-то это скрывал, потому что никто из тех, с кем я разговаривала, ни черта не знает о пожаре в школе.

Я кивнула.

— Это был необычный пожар. Пламя было сильным и жарким, и без посторонней помощи его невозможно было потушить. Кто-то знал об этом.

Игнорировать это бурлящее чувство в моем животе становилось все труднее и труднее, и когда я прошла дальше в комнату, в нос ударил запах старой золы, я перестала пытаться унять его. Интуиция мне что-то подсказывала.

Дав волю своим чувствам, я остановилась в том месте, где сильнее всего ощущался запах дыма. Посмотрев вверх, я заметила, что с очень высокого потолка свисает несколько цепей, но платформы для них нет.

— Ты думаешь, пожар начался здесь? — спросила Сэм, ставшая рядом, напугав меня почти до смерти. Я была так сосредоточена, что даже не услышала, как она подошла.

— Да, думаю, да, — пробормотала я, все еще пытаясь разглядеть темный потолок. — Там, наверху, следы ожогов, и повреждения здесь выглядят хуже, чем где-либо еще.

Когда никаких новых следов сверху не появилось, я сосредоточилась на земле, наклонилась и провела рукой по цементу. Я ожидала обнаружить черные следы, но мои пальцы остались абсолютно чистыми. Темные пятна были всего лишь следами от ожогов, которые остались после того, как смыли пепел.

— Что ты собираешься делать с этой информацией? — спросила Сэм.

Я выпрямилась и посмотрела ей в лицо.

— Я собираюсь следовать за своей интуицией.

Она понятия не имела, что это значит, но все равно последовала за мной.

— Можно мне присоединиться? У меня давно не было приключений.

— С удовольствием, — сказала я, снова беря ее за руки и увлекая обратно тем же путем, каким мы только что пришли. — Ты — первый новый друг, которого я завела за долгое время. Заранее приношу извинения за всю силу моего характера, но если ты думаешь, что сможешь с этим справиться, тебе никогда не придется сомневаться в моей преданности.

— Мне бы не помешал друг, — сказала она как ни в чем не бывало. — Давай сделаем это.

Мы просто подружились, как малыши в парке, но зачем взрослым все усложнять? Если ты с кем-то поладил, стань его другом. Если он докажет, что недостоин твоей дружбы, похорони его тело и начни сначала.

Все очень просто.

У меня было хорошее предчувствие, что Сэм не предаст мою мгновенную дружбу. Как и в случае с Симоной, иногда ты просто знаешь.

Когда мы вышли из школы, неприятное ощущение в животе исчезло, будто его никогда и не было. В этой комнате действительно что-то было не так, и я не собиралась останавливаться, пока не выясню, что именно. Мне нужно было вернуться вечером, когда школа опустеет, чтобы я могла по-настоящему побродить по ней, вникнуть в то, что произошло, и принюхаться…

— Черт. Нужно было перекинуться.

Сэм уставилась на меня.

— Думаешь, мы упустили что-то, что мог заметить волк?

— Определенно стоит попробовать, потому что в этой комнате есть нечто большее, и я полна решимости выяснить, что это такое.

Я ждала, что она посмотрит на меня как на сумасшедшую, но она просто хлопнула в ладоши и кивнула.

— Я готова вернуться, когда тебе будет нужно. Но завтра у меня занятия, так что, может быть, в эти выходные?

— А что если сегодня ночью?

Я ожидала, что сегодня вечером она не успеет морально подготовиться, а я не могла больше ждать. И тут она удивила меня.

— Встретимся здесь около девяти, — сказала она.

Я моргнула, прежде чем кивнуть с преувеличенным энтузиазмом.

— Да! Идеально! Мы докопаемся до сути, даже если это будет последнее, что мы сделаем.

Несмотря на мои зловещие слова, уверенная улыбка Сэм не угасла.

— Мы что-нибудь придумаем. Тебя подвезти куда-нибудь?

Я покачала головой.

— Нет. Пожалуй, я просто прогуляюсь, чтобы проветрить мозги. Хочу настроиться на сегодняшний вечер.

— Мы справимся, — сказала она, наклоняясь, чтобы похлопать меня по плечу. Улыбнувшись на прощание, она подошла к своей машине, села в нее и медленно и степенно уехала, что заставило меня рассмеяться.

Мне нравились женщины, созданные из оттенков серого, с контрастами на каждом углу. В Сэм была загадка, которую хотелось разгадать, и, возможно, пытаясь разобраться в собственной жизни, я узнаю парочку вещей и о своей новой подруге.

Глава 12

Торин пришел ко мне той ночью. Я не была удивлена, особенно после того, как унизила его перед всей стаей. Он был достаточно сдержан, чтобы не сбить меня с ног прямо там, чтобы восстановить свое господство, но я знала, что его сдержанность продлится недолго.

Когда расшатанная дверь в мою квартиру с грохотом распахнулась, Торин прошествовал внутрь с таким видом, будто он здесь хозяин. Я уже ждала в гостиной, за моей спиной стоял потертый диван. Моя волчица затаилась у меня в груди, она была ближе к поверхности, чем когда-либо за долгое время, благодаря надвигающемуся полнолунию.