Скрепя сердце и изнывая от невыразимой тревоги, я был вынужден согласиться, чтобы Эвелина покинула кров гостеприимной и уважаемой леди Говард и сопровождала мадам Дюваль в город, куда, как я надеялся, моя воспитанница никогда больше не вернется. Но, увы, мое дорогое дитя! Все мы – рабы условностей и жертвы предубеждений, и не осмеливаемся противостоять суетному миру, хотя сами себя порицаем за уступчивость! Однако жребий брошен, и мы должны проявить стойкость перед лицом испытаний.
На протяжении того месяца, что ты проведешь с мадам Дюваль, тебе понадобятся все твои осмотрительность и благоразумие. Я знаю, она не будет предлагать ничего такого, что сама считает дурным, но ты должна научиться не только судить, но и действовать самостоятельно. Если зародятся какие-то замыслы или возникнут какие-то договоренности, которые покажутся тебе неподобающими, постарайся решительно избегать их. Не будь слишком уступчивой и легковерной, иначе тебе не миновать как порицания света, так и сожалений в будущем.
Ты должна со всей мыслимой почтительностью угождать самой мадам Дюваль, но я бы хотел, чтобы ты как можно меньше общалась с ее знакомыми. Едва ли они из тех людей, дружба с которыми сделает тебе честь. Помни, моя дорогая Эвелина, нет ничего более уязвимого, нежели женская репутация: это одновременно одна из самых прекрасных и самых хрупких вещей на свете.
Прощай, мое любимое дитя, не знать мне покоя, пока этот месяц не закончится.