Сегодня утром я только что закончила письмо к вам, как громкий стук в дверь заставил меня поспешить сойти вниз. И кого же я увидела в гостиной? Лорда Орвилла!
Он был совершенно один, так как Мирваны еще не спускались к завтраку. Сначала он осведомился о моем самочувствии, а затем о здоровье миссис и мисс Мирван. Встревоженность лорда Орвилла меня несколько удивила, но он объяснил, что ему сообщили о происшествии, которое случилось с нами в садах Ранела. Он выразил в высшей степени свое сочувствие и посетовал, что ему не посчастливилось узнать об этом вовремя и предложить свою помощь.
– Но я так понимаю, – добавил он, – сэр Клемент Уиллоби имел честь помочь вам?
– Он был с капитаном Мирваном, милорд.
– Я слышал, что вы уехали все вместе.
Надеюсь, этот взбалмошный человек не сказал лорду Орвиллу, что он помог только мне! Однако лорд Орвилл не стал продолжать эту тему.
– Хоть это происшествие и было крайне неприятным, оно, надеюсь, не отпугнет вас от посещения садов Ранела, и вы снова почтите их своим присутствием? – спросил он.
– Нам совсем недолго осталось быть в Лондоне, милорд.
– Вот как! Так вы покидаете город так скоро?
– О да, милорд. Наше пребывание здесь и так продлилось дольше, чем мы рассчитывали.
– Вы так любите деревню?
– Мы приехали в город, милорд, лишь для того, чтобы встретить капитана Мирвана.
– Неужели мисс Энвилл совсем не заботит, как много сожалений вызовет ее отъезд?
– О, милорд… Я уверена, вы не думаете…
И я умолкла на полуслове, сама не зная, что собиралась сказать. Мое глупое замешательство, не иначе, послужило причиной тому, что произошло дальше: лорд Орвилл подошел ко мне, завладел моей рукой и сказал:
– Я думаю, что каждый, кто хоть раз видел мисс Энвилл, не сможет забыть впечатления от встречи с ней.
Этот комплимент – от лорда Орвилла! – так поразил меня, что я утратила дар речи и почувствовала, что краснею. Несколько мгновений я молчала, потупившись, но как только пришла в себя, отняла руку и пролепетала, что пойду посмотреть, оделась ли уже миссис Мирван. Он не удерживал меня, и я ушла.
Я встретила всех Мирванов на лестнице и вместе с ними спустилась к завтраку.
Я очень зла на себя, что упустила такую прекрасную возможность извиниться за свое поведение на ридотто. Признаюсь честно, во время короткого tête-à-tête с лордом Орвиллом та история мне ни разу не вспомнилась. Но, случись нам снова оказаться вдвоем, я, конечно, не умолчу о ней. Ведь мысль о том, что он считает меня наглой и дерзкой, невыразимо беспокоит меня. Я почти готова наложить на себя руки за то, что дала ему хоть малейший повод так ужасно о себе думать.
Разве не странно, что он сделал мне такой комплимент? От него я не ожидала ничего подобного. Но, наверное, галантность присуща всем джентльменам, каковы бы ни были их прочие качества.
Этот завтрак оказался самой приятной трапезой (если можно так его назвать) за все время нашего пребывания в городе. Если бы не мадам Дюваль, я была бы в восторге от Лондона.
Лорд Орвилл – восхитительный собеседник. Его манеры так элегантны, так благородны, так естественны, что одновременно вызывают уважение и приятны для всех. В отличие от многих здешних джентльменов, которые заняты праздным самолюбованием (при том, что до лорда Орвилла им далеко), он стремится быть внимательным и любезным со всеми и, хотя неизменно преуспевает, никогда не показывает, что отдает себе в этом отчет.
Как мне хотелось бы, чтобы вы, мой дорогой сэр, познакомились с лордом Орвиллом: я уверена, он бы вам понравился. Из всех, с кем я познакомилась в Лондоне, лишь он, на мой взгляд, этого достоин. Иногда мне представляется, что, когда юность лорда Орвилла пройдет, его живость умерится, он удалится от светской жизни и, возможно, станет похож на того, кого я люблю и уважаю больше всех. Его приветливость, вежливость и скромность в настоящем обещают обернуться благодушием, достоинством и добротой в будущем. Но довольно об этом.
Когда лорд Орвилл ушел – а он пробыл совсем недолго – я стала крайне неохотно собираться к мадам Дюваль, но миссис Мирван предложила капитану пригласить ее на обед на Куин-Энн-стрит. Капитан с готовностью согласился, потому что, по его словам, хотел спросить мадам Дюваль, как поживает ее платье лионского шелка.
Приглашение принято, и мы ждем ее с минуты на минуту. По мне так очень странно, что женщина – полновластная хозяйка своего времени, денег и действий – добровольно становится мишенью для грубости человека, который нимало не скрывает, что намерен поразвлечься за ее счет. Хотя у нее очень мало знакомых, наверное, она просто не знает, чем себя занять.
Как я безмерно обязана миссис Мирван, которая готова терпеть столько неудобств, лишь бы я была счастлива! Каждый спор, затеваемый ее недостойным супругом, огорчает и смущает ее. Я настолько хорошо понимаю это, что даже умоляла миссис Мирван не посылать за мадам Дюваль, но, по ее словам, ей невыносима самая мысль о том, что, пока я в городе, я безотлучно буду при бабушке. Она бы не могла отнестись ко мне с большей добротой, даже если приходилась бы вам дочерью.