Это был труп крупного мужчины с голым торсом, одетый только в пижамные штаны. Верхняя часть пижамы – рубашка с длинными рукавами – была обмотана и обвязана жгутом вокруг шеи. Низ рубашки полностью закрывал грудную клетку трупа, но на голом животе все еще не появились трупные пятна.

Теплопроводность воды в сто раз превышает теплопроводность воздуха, однако температура грунтовых вод достаточно низкая, поэтому способ определения времени смерти по температуре тела не может быть достоверным. Труп выглядел достаточно свежим.

– Трупное окоченение уже ослабло, трупные пятна вошли в состояние имбибиции, при нажатии не бледнеют. Сегодня восемнадцатое число? Он точно мертв больше двадцати четырех часов, но меньше сорока восьми. – Я осмотрелся по сторонам: – Тут открытое пространство, переносить труп опасно, преступник наверняка действовал под покровом ночи. Он сбросил труп в колодец предположительно в ночь с шестнадцатого на семнадцатое число.

– Первое впечатление не может быть обманчивым, – Дабао сдвинул очки на переносицу и аккуратно приподнял конец рубашки с груди. – Почему ты так уверен, что его убили? Рубашка, конечно, вызывает подозрения, но он же мог быть просто психически больным человеком. Он мог же сам обвязать вокруг своей шеи рубашку, сброситься в колодец, а рубашка в воде сама так задралась?

Я помотал головой:

– Ты чего? Повнимательнее в следующий раз… Взгляни на его плечи.

У погибшего на обоих плечах в дельтовидной области были глубокие повреждения, доходящие до подкожного жира. По форме они были похожи на ссадины, но пораженная поверхность была серо-желтого цвета – это обнажались широкие участки жировой ткани. На поверхности воды в колодце было маслянистое пятно – вероятно, жидкость вытекла из этих ран. Судмедэксперты называют подобные ранения «посмертными», то есть они появились на теле человека уже после его смерти. Для судебного медика совсем не сложно определить, когда были нанесены травмы: при жизни или после смерти. Если ранения нанесены посмертно, то отсутствует кровотечение, а вместо него вытекает гнилостная жидкость. Кроме того, когда на теле человека появляется рана, происходит разрыв мелких сосудов и, соответственно, кровотечение. Таким образом бо́льшая часть раны окрашивается красным.

– Раз уж на теле есть посмертные раны, значит, их нанес убийца, который потом выбросил тело в колодец, – сказал я.

Дабао безмолвно открыл рот. Я знал, что он сомневается, могли ли раны появиться во время того, как полицейские вылавливали труп. Потертости имели отслойки полнослойных кожных лоскутков. Если лоскуты подняты в одном направлении, значит, сила была применена в этом же направлении. Кожные лоскуты на ссадинах трупа были направлены вниз. Другими словами, травма шла от плеча к руке, что соответствует движению вниз головой по колодцу. Если б ссадины появились во время вытаскивания трупа, то лоскуты были направлены от руки к плечу, то есть в противоположном направлении.

– Подожди немного, потом на вскрытии мы сможем дополнительно оценить разницу между признаками смерти от утопления и утопления после смерти, – добавил я.

Следователь подвел Цзе Ливэня к трупу:

– Вы знаете этого человека?

Тот мельком глянул на труп, после чего его вырвало.

– Да, это старина Цзюнь…

Цзе Ливэнь и Цзе Лицзюнь – односельчане, одногодки, однофамильцы, и, если пытаться раскапывать их общие корни, пришлось бы копать до начала времен Китайской Республики.

– Где он живет? – Я сразу же приободрился, ведь личность трупа уже была установлена.

– Я отведу вас, – предложил Цзе Ливэнь.

Сотрудники упаковали тело в мешок для трупов и отправили в морг. Мы отдали приказ полицейским сторожить место преступления до приезда криминалистов из областного управления, которые потом снова осмотрят пространство у колодца.

Цзе Ливэнь вел нас по сельской тропинке в северном направлении чуть больше десяти минут, пока мы не пришли к старому обветшалому кирпичному домишке.

– Вот тут, – сказал старичок.

Полиция тут же огородила территорию сигнальной лентой. Мы нацепили бахилы, шапочки для волос, маски и перчатки, после чего отворили дверь в дом. Та была слегка приоткрыта.

По дому было видно, что его хозяин беден как церковная мышь: ничего ценного. В доме была единственная кровать-нары, заваленная постельным бельем и одеждой. Похоже, погибший при жизни был неряхой.

Махровое покрывало на кровати было расправлено, перед ней стояла пара шлепок. На земляном полу то тут, то там валялись бычки. Напротив кровати стоял квадратный стол с двумя стульями, на котором стояла доска для сянци[33].

– Судя по постельному белью и положению тапочек, на мужчину напали, когда он собирался отходить ко сну, – сказал я. – Тут куча окурков, нужно собрать все и немедленно провести анализ ДНК.

Дабао был из тех людей, которые по чуть-чуть разбирались во всем, а уж если дело касалось азартных игр, тут этот парень был докой. Он уставился на игровую доску, стоявшую на столе, и через какое-то время произнес:

– Да-а, оба играли так себе… Красные поставили черным мат.

Поскольку пол в помещении был земляной, то искать какие-либо отпечатки было бессмысленно, однако от кровати до двери тянулась широкая борозда, ровно посередине которой было несколько небольших разрывов.

– Тут тащили тело. – Рулеткой я измерил ширину основной борозды, после чего указал на две еле заметные бороздки по бокам: – А тут были его руки.

– Угу, согласен, – согласился фотограф-криминалист.

– Если есть след от перетаскивания, – продолжил я, – значит, преступник был один. Вдвоем было бы проще поднять тело.

Начальник Хуан показал мне большой палец:

– С количеством преступников определились, круто!

След вел из дома наружу и исчезал сразу за порогом входной двери. Я обошел вокруг дома в поисках каких-нибудь улик, но не нашел ничего стоящего внимания.

– Продолжайте искать, – обратился я к главному следователю. – Нам нужно провести вскрытие. Расследование должно продолжаться; встретимся через три часа в следственно-оперативной группе.

Труп весил 90 килограммов. Мы с Дабао и судмедэкспертом Гао чуть не надорвались, пока укладывали труп на секционный стол.

– Ого! Его задушили, – сказал Дабао.

На веках погибшего были обширные кровоподтеки, ногти на руках и ногах посинели, а на слизистой губ имелись кровавые ранки. Данные признаки указывали на то, что кто-то перекрыл жертве ротовую и носовую полость.

Хотя причину смерти мы уже определили, вскрытие все равно нужно было провести. Во-первых, нужно найти еще больше оснований для установления смерти от удушья. Во-вторых, причина смерти должна быть единственной – другими словами говоря, все остальные возможные причины смерти должны быть исключены, а если сделать этого не получится, придется объяснить общую причину. Например, удар тупым предметом может привести к черепно-мозговой травме, при этом если был поврежден крупный сосуд, то обильное кровотечение также станет дополнительной причиной смерти. В случае когда непонятно, что послужило главной причиной смерти, необходимо в заключении указать сразу обе. Если эти две травмы были нанесены не одним человеком, тогда в убийстве обвинят двоих.

В данном деле мы должны исключить вероятность утопления, потому что утопление – это тоже смерть от удушья, признаки которой схожи с удушением путем перекрытия дыхательных путей.

Пока Дабао проводил обычный осмотр, у меня родился жгучий интерес к соломенной веревке на шее трупа. Она была дважды обвязана вокруг шеи и намертво затянута на трахее, а оставшийся конец в 20 сантиметров свободно болтался. Веревку отделяла от кожи ночная рубашка, с которой все еще капала вода.

– Как думаешь, Дабао, для чего используют такие веревки? – спросил я.

– Веревки? Естественно, чтобы что-то связать. Такие веревки используют все, люди сами их плетут, – ответил Дабао.

– Понятное дело, зачем в принципе нужны веревки, но я тебя спрашиваю, для чего она на трупе.

Дабао подумал и сказал:

– Его, наверное, задушили этой веревкой?

Я перерезал веревку в месте, где не было узла, снял ее и рубашку, после чего снова спросил Дабао:

– Ты видишь на коже четкую странгуляционную борозду – но, приглядись, без прижизненных реакций.

Дабао закивал:

– Верно, веревку надели после смерти. Может, убийца пытался как-то «одеть» его?

Я помотал головой:

– Нет. Одним из первых признаков смерти является снижение тонуса мышц, а значит, одеть труп было проще простого. Когда старики умирают, семья старается уложиться в несколько часов, чтобы надеть на покойного саван, поскольку потом, когда начнется процесс трупного окоченения, это будет сделать значительно сложнее. У преступника не было никакой необходимости кое-как удержать с помощью веревки одежду на трупе. Да и вообще, разве похоже, что он одет? Может, это тоже какой-то обряд?

В последнее время я слишком много внимания уделял обычаям.

– Ничего подобного не слышал, – ответил Дабао.

Я вернул рубашку и веревку на первоначальное место:

– Преступник подвязал передний край рубашки, выпустив только пару сантиметров, закрывающих грудь, а сзади оставил целых двадцать сантиметров. Выглядит подозрительно – никто не стал бы так необычно привязывать одежду к телу.

– Знаю… – Дабао начал моделировать ситуацию: – Сначала рубашка плотно закрывала голову погибшему, но Цзе Ливэнь пошевелил труп в воде, а потом еще и мы начали его доставать из колодца… В общем, как мы сейчас видим, один край рубашки выскользнул из-под веревки.

Мы дали друг другу «пять».

– Как я и думал! – сказал я.

– Тогда приступим к вскрытию? – предложил Дабао.

Я кивнул:

– Эта веревка должна была не только держать рубашку. – Рулеткой я измерил длину окружности веревки, а потом и шеи трупа: – Длина окружности веревки превышает длину окружности шеи на два сантиметра. Даже с подсунутой рубашкой все еще остается слишком большая разница.

– Неудивительно, – ответил Дабао. – Жертва уже была мертва, поэтому убийце не нужно было туго затягивать веревку. Еще раз повторюсь: один край рубашки выскользнул из-под веревки – очевидно, ее слабо затянули.

Я пристально посмотрел на Дабао:

– А почему тогда на шее такая глубокая борозда?

– Верно… – Дабао задумался. – Не мог же труп похудеть?

Я наградил его разочарованным взглядом:

– Если брать во внимание эти две детали, тогда появляются две основные причины, почему убийца обвязал шею жертвы веревкой. Первая – он взял на месте преступления рубашку, обмотал ею голову погибшего и закрепил веревкой. Вторая – к свободному длинному краю веревки преступник привязал предмет, который должен был потопить труп и не дать ему выплыть наружу, но слабая соломенная веревка не выдержала вес трупа и оборвалась.

Договорив, я показал кусок веревки, конец которой был неровным, что бывает, когда ее разрывают, а не отрезают.

– Конец шершавый, необработанный – значит, веревку рвали. Но люди чаще используют нож, чтобы отрезать веревку, голыми руками рвать несподручно.

– Значит, в колодце осталась какая-то вещь, – сказал Дабао.

Я согласно кивнул.

Мой коллега вдруг расхохотался:

– А ты действительно накаркал! Теперь придется раскапывать колодец… Бедный мужик!

* * *

Во время вскрытия мы обнаружили кровоподтеки во внутренних органах жертвы. В верхней части сердца располагался источник кровотечения, также имело место кровоизлияние в каменистой области височной кости. Однако жидкости в желудке не было, а легкие не имели признаков отека. Погибший задохнулся, но не утонул. Из-за ранок на его губах можно было с уверенностью полагать, что старичка задушили, прижав что-то к его рту и носу.

В желудке погибшего не было остатков пищи, поэтому, опираясь на состояние трупных пятен и окоченения, мы пришли к выводу, что мужчина умер 16 июля примерно через шесть часов после ужина. На плечах и спине убитого были множественные посмертные царапины, которые пересекались между собой. Некоторые имели направление от талии к шее и, вероятно, появились из-за того, что убийца тащил труп жертвы за ноги. А другие – от шеи к пояснице; они, скорее всего, образовались, когда полицейские вытаскивали труп из колодца.

– Обычно, когда человеку перекрывают дыхательные пути, он активно сопротивляется, отчего появляются отчетливые травмы удерживания и сопротивления, – я разрезал суставы на всех четырех конечностях старичка, – но на теле нет никаких признаков борьбы.

Дабао помотал головой:

– Нет, есть. – Он сделал разрез на коже в зоне верхней передней подвздошной кости. – Убийца оседлал жертву и удушил. В таком положении у старичка не было возможности сопротивляться, значит, преступник был значительно сильнее своего соперника.

Я снова и снова рассматривал высокого и крупного мужчину на секционном столе, молча качая головой.

Закончив с телом, мы сразу же отправились к следственно-оперативной группе – и успели прямо к началу ее заседания. Начальник Хуан уступил первое слово судмедэкспертам, чтобы ввести всех присутствующих в курс дела.

– Мы предполагаем, – начал я, – что убийца напал на жертву во сне, сел на него верхом и перекрыл дыхательные пути, в результате чего мужчина умер от механической асфиксии. Смерть наступила шестнадцатого июля примерно через шесть часов после ужина. После убийства преступник замотал рубашкой голову жертвы, а затем подвязал ее бечевкой, чтобы крепче держалась. Мы считаем, что подобные действия мог совершить кто-то, с кем погибший был хорошо знаком. Обычно лицо жертвы закрывают именно те, кто знал ее лично, – это защитная реакция.

Начальник Хуан кивнул:

– Я же говорил, что он ворона. Мы со стариной Цинем только недавно обсуждали соседские конфликты, которых стало что-то чересчур много, и шутили, что скоро кто-нибудь кого-нибудь прикончит – и вот нате вам, убийство…

– Эта… ворона все еще здесь, – засмеялся Дабао. – Ко всему прочему, мы полагаем, что труп был привязан бечевкой к какому-то предмету, который должен был его потопить, но веревка не выдержала напряжения и оборвалась. Думаю, этот предмет все еще лежит на дне колодца, поэтому нам придется его раскопать.

– Ну, саму ворону я не боюсь, – с довольной улыбкой ответил начальник Хуан и кивнул следователю. Тот открыл блокнот:

– Погибший Цзе Лицзюнь, шестьдесят один год, семьи нет. Жены никогда не было, но имелась приемная дочь. Во время работы в другом городе она повстречала мужчину, они уже поженились и живут в провинции Хубэй. По словам соседей, ее уже целый год не было дома. Кроме нее, у погибшего был старший брат Цзе Лиго, они живут в полукилометре друг от друга, но особо не общались. Зато сноха Цзе Лиго относилась к Цзе Лицзюню по-доброму и каждый день заносила ему еду.

– А? Жена племянника? Они же не имели какую-то особую связь? – беспардонно перебил следователя Дабао.

Следователь помотал головой:

– Нет. Дознание показало, что его племянник и невестка с особым почтением относятся к старшим. Но деревенские судачат, что она помогала ему ради наследства, хотела, чтобы он отписал все ей…

– Кругом сплетни… – Я вздохнул. – Сейчас даже преданным сыном быть плохо.

– Есть причина, по которой командир Хуан не боится вороны, – загадочно усмехнулся следователь.