Едва дождавшись захода солнца, Париж спешно укутался в одеяло разноцветных огней. Осень в этом году выдалась славная, не дождливая, и казалось, что продолжаться она будет целую вечность. Но совсем скоро в город придет другой ветер. Холодный и беспощадный, он начнет гонять легко одетых прохожих, заставляя их недовольно щуриться в поисках укрытия. Влюбленные парочки станут реже выбираться на прогулки. Летние веранды опустеют, и на какое-то время столица Франции погрузится в сон. Все изменится, чтобы вновь стать прежним одним погожим весенним деньком. Голые, продрогшие деревья опять зацветут пышной зеленью, словно в напоминание: все в этой жизни циклично, и всему рано или поздно суждено повториться… С этой мыслью Эмили проснулась в абсолютной темноте, среди подушек и скомканных простыней. Помятое лицо расплылось в беспричинной улыбке.

Прокрутив в голове события дня, девушка тут же помрачнела. Пора привыкать к тому, что отныне опасность таится повсюду. Враг не дремлет. Он всегда где-то рядом. В шелесте опавших листьев, в скрипе подъездных дверей, в тенях, что сгущаются ближе к полуночи… Мсье Паскаль заверил: ни одна конспирация не поможет скрыть того, что в рядах охотников прибавилось. В арсенале у нечисти самые разные инструменты для получения информации. Монстры желают знать своих убийц в лицо, а потому не скупятся на оплату услуг продажных ведьм и ясновидящих. Вот почему, как успел проболтаться глава ордена, было решено взяться и за их истребление. Братство растет, ширит горизонты влияния, но и враг не дремлет! Полностью уничтожить дьявольское войско невозможно. Впрочем, никто не мешает эффективно пытаться. А чтобы свести к нулю сопутствующие риски, члены тайного общества держат руку на пульсе, изучая противника всеми доступными способами.

Так, одной из насущных задач стала поимка взрослой особи вампира. Заполучить монстра живьем – задумка не из легких, но ее успешная реализация позволит «Кресту и Пуле» разглядеть недруга получше, найти его ахиллесову пяту. Кроме того, изучение вурдалака на клеточном уровне поможет развитию науки. В ДНК тех, кто не подчиняется законам природы, по-прежнему кроются ответы на многие вопросы. Продление молодости, излечение смертельных заболеваний, обретение вечной жизни… Все это – задачи, над которыми люди тщетно бьются не первую тысячу лет.

Оскар Моро, один из членов братства (в миру профессор генетики и микробиологии), уже задумал проведение серии опытов. По их завершении тварь ликвидируют. Габен обещали, что ей позволят сделать это любым предпочтительным способом. Она отомстит. Но сначала принесет пользу, докажет свое право называться охотником. Такие условия казались честными. Они оправдывали все сопутствующие риски. Ежемесячное жалованье в размере десяти тысяч евро Эмили решила считать приятным бонусом.

В гостиной, как и на кухне, было темно. Сгустившиеся тени вытеснили даже лунный свет. «Странно… – подумала девушка. – Неужто мой защитник тоже уснул?» Аккуратно ступая по скрипучему полу, она вытянула руку перед собой, стараясь нащупать стену с выключателем. Два резких оборота ключа в замке заставили вздрогнуть. Благо, свет в прихожей зажегся раньше, чем паника овладела сознанием. На пороге стоял Жак. В руках у него был огромный бумажный пакет, аромат из которого быстро распространялся по квартире. Запахи свежей выпечки дурманили. Эмили смущенно улыбнулась и всплеснула руками:

– А как же фигура? Орден наверняка попытается втиснуть меня в сексуальный латексный костюм для первой охоты!

– Сегодня можно, – отмахнулся парень. Он спешно разулся и направился в кухню. – Надеюсь, ты голодна. Я скупил половину пекарни.

– Врать не буду, в желудке за сегодня побывал только кофе. Есть хочу – умираю.

– Вот и отлично! Заваришь мне крепкого черного чая с сахаром и лимоном?

Хозяйка доброжелательно кивнула и потянулась к дверцам шкафчика, в котором хранилось множество разноцветных коробочек. Забавно! Французы совсем не пьют чай, но у каждого в доме найдется целая коллекция вкусов, от ядерного пуэра до «фруктовой фантазии». Разместившись за крошечным столиком, на котором громоздился увесистый тостер, молодые люди наслаждались выпечкой. Беззастенчиво чавкая и роняя крошки на пол, они старались молчать. Во-первых, говорить с набитым ртом неприлично, во‑вторых, голод их мучил нешуточный. Жадно проглотив второй розан с малиной (вслед за улиткой с изюмом и еще теплым круассаном), Габен отряхнула руки и довольно развалилась на стуле. Жак по-прежнему был увлечен процессом поглощения пищи. «Везет же парням. Им не приходится потом отрабатывать свои „грехи“ в спортзале. Держу пари, съест все до последней крошки и ни на грамм не потолстеет!» – мысленно возмутилась Эмили. Сделав крупный глоток чая, мальчишка робко поднял глаза:

– Все хорошо?

– Конечно! Спасибо за угощение, было очень вкусно! И да, прости, хозяйка из меня отвратительная. Будь тут моя мама, ты бы отправился в гастрономический рай! А я… А я не удалась. Хотя вполне себе удалась, только в папу, – пожав плечами, оправдалась девушка.

– Я помню твою маму. Мадам Лааши, верно?

– Да, она! Какой она запомнилась тебе? Наверное, это странный вопрос, но я бережно храню каждое воспоминание о ней… Как жаль, что я толком ничего не знала, – грустно произнесла Эмили.

– Врать не буду, мы не были хорошо знакомы. Лишь несколько раз она передавала мне досье по объектам. В те моменты она старалась выглядеть дружелюбной. Но и строгой одновременно!

– Такой она и была. Истинная француженка, несмотря на происхождение. Она мой вечный идеал…

– Жаждешь возмездия? – прищурив серые глаза, спросил Жак.

– Да, в первую очередь. Хотя сама идея существования организации, которая борется со злом, мне нравится! Рада стать ее частью. Можно сказать, это исполнение детской мечты. Все девчонки хотели стать моделями или актрисами, а я грезила работой в полиции.

– Это очень хорошо, ведь на одной мести далеко не уедешь. Хотя и мой путь в братстве начался с желания восстановить справедливость. Честно говоря, орден спас меня от непоправимого.

– Поделишься? – аккуратно поинтересовалась Эмили, долив гостю чая.

– Мой брат-близнец… Один могущественный, древний вампир обманом заманил его в свое логово и лишил жизни. В тот вечер я и сам умер в каком-то смысле. Еще до получения скорбной вести мне сделалось нехорошо. Я упал на землю в припадке, разбил голову и страшно напугал маму. Видимо, почувствовал бессознательно то, что в тот самый момент переживал брат. Связь близнецов, она такая. Ты наверняка об этом слышала, – Жак резко замолчал, устремив взгляд в кружку, исходившую густым паром. – В общем, к моменту, когда я пришел в себя, оба моих родителя ревели белугами. До того момента я не знал, что папа умеет плакать…

– Что же случилось? – уточнила Габен, испытывая неловкое любопытство.

– Я знал, что Жан мертв. Не просто мертв, но и обезглавлен. Мы похоронили его в закрытом гробу, а голову получили месяц спустя. Тот, кто убил брата, решил поглумиться. Прислал нам этот чудовищный подарок. К несчастью, дверь курьеру открыла мать. Ее сердце остановилось в тот самый момент, когда она поняла, что находится внутри. Так что, Эмили, я прекрасно понимаю твои чувства. Наверное, больше, чем кто бы то ни было!

– Господи… Прости, пожалуйста! Я не хотела напоминать тебе об этом! – Габен стала красной, как малиновый джем в последнем недоеденном розане.

– Все в порядке, – как ни в чем не бывало улыбнулся Жак. – Я научился с этим жить. Более того, гнев стал отличной мотивацией. Тогда я решил, что из-под земли достану подонка… До сих пор, когда мне нужно прийти в боевую форму, я вспоминаю о том, кто забрал у меня Жана и маму. Отлично работает, к слову!

– Ты нашел виновного?

– К счастью, да! На меня вышли представители ордена, мы договорились о сотрудничестве. Выследить тварь не составило особого труда. Мы схватили его среди ночи в его собственной квартире. Туда он привел несчастную девушку, которая возвращалась домой со смены в кафе. Я застал его врасплох, а он даже скрыться не попытался!

– Ты… ты убил его? – Эмили напряженно следила за губами юноши.

– Нет. Не убил. Замучил до смерти. Отрезал от него по кусочку до тех пор, пока не осталась одна голова. Боль от потери близких не ушла и даже не притупилась, но я благодарен мсье Паскалю за эту возможность. – Жак задержал взгляд на вспыхнувшем окне в доме напротив – А знаешь, что самое гадкое?

– Что?

– Эта мразь так и не призналась в содеянном. Отпирался до последнего… Хотя это было ни к чему! Когда я схватил его мизинец для отсечения, увидел вещь брата. У меня такая же. Родители подарили нам одинаковые на пятнадцатилетие, – парень показал тыльные стороны ладоней (на одной красовался перстень с голубым камнем, на другой – с красным). – В моем кольце сапфир, а у него был рубин цвета венозной крови. Второго такого не сыскать. Ошибка исключена.

Эмили внимательно изучила украшения, чуть позже – пальцы, что дрожали от напряжения. Ощутив мощный прилив нежности, Эмили поднялась со стула и крепко обняла парня. До чего же похожи их истории!

– Все в порядке. Мне не нужно утешение, – сухо выдал Жак.

– Зато мне нужно, – внезапно отозвалась девушка. – Поцелуй меня…

Мальчишка оторопело заглянул в глаза Эмили, что уже успели покраснеть от слез. В следующий миг их губы сплелись в горячем, влажном поцелуе. Габен страстно обнимала едва знакомого юношу, расстегивала рубашку и скользила холодными пальцами по его худощавому торсу. Ей так хотелось вновь почувствовать себя любимой и нужной. Ей так хотелось тепла… Жак чувствовал то же самое, подхватывая на руки и перемещая в спальню объект своего желания. Рухнув на кровать в неловкой попытке принять горизонтальное положение, любовники продолжали целоваться, срывая остатки одежды. Тяжело дыша, парень до боли сжал Эмили в объятиях, проникая внутрь.

– Я хочу тебя! Боже, как же я хочу тебя! – прорычал он, утыкаясь носом в пышное облако волос, разлетевшееся по подушке.