Как хорошо вы знаете собственных родителей? Глупый вопрос! В совершенстве, разумеется. Или нет? К моменту, когда мы, дети, обретаем способность мыслить самостоятельно, люди, подарившие нам жизнь, укореняются в образах мудрых, заботливых и всепрощающих наставников. Они не допускают ошибок, не позволяют себе глупостей, всегда знают, где лежат нитки с иголкой… Эдакие киборги, что без устали контролируют ситуацию и вверенных им подопечных.

Ребенок, в свою очередь, склонен обожествлять образ родителя, представлять его оплотом истины, совершенным человеком и маяком, который не дает заблудиться в хаосе событийных волн, формирующих жизнь. Конечно, все это – набор маленьких и больших заблуждений. Твои мама и папа – тоже люди. Точно такие же люди, как и ты. Иногда они творят глупости. Порой им страшно. Случается и так, что, дожив до седых волос, они остаются предельно наивными созданиями или, того хуже, великовозрастными детьми, которые нуждаются в защите.

Но, даже если рождение ребенка и меняет человека в лучшую сторону, что нам известно о его юности? Кто знает, какой была его молодая, не обремененная заботами жизнь? Все, чем мы располагаем, – это исключительно то, что отец или мать рассказали о самих себе. Порой нам достаются жалкие крохи: сухие факты из биографии или, напротив, байки, не имеющие отношения к реальности. Все остальное, включая постыдные секреты и чистосердечные признания, они берегут для смертного одра. Для того вечера, когда вся семья соберется у пропитанного потом ложа и возьмет за руки уходящего в вечность предка. Для той минуты, когда улетучится стыд, а страх окончательно потеряет власть. Но даже тогда нам открывается лишь часть правды. Большинство историй, что могли бы написать неидеальный, но максимально реалистичный портрет родителя, уходят вслед за ним в самый надежный сейф, способный сохранить любую тайну… В могилу.

Халима Лааши, мать Эмили, была человеком необычайно скрытным. Появившись на свет в мусульманской стране, она с детства училась держать рот на замке. Ее бабушка любила повторять, что скромность и молчаливость – главные украшения приличной девушки и будущей жены. Несмотря на это, праведной мусульманки из Халимы не вышло. Отметив двадцатый день рождения в кругу семьи, она бежала во Францию в поисках свободы и лучшей жизни. Так или иначе, помимо чемодана с тряпьем, она прихватила и то, от чего не избавиться переездом в Европу. Восточный менталитет.

Даже обосновавшись в Париже и сочетавшись браком со светловолосым бельгийцем, Лааши не поменялась. Воспитывала дочь в строгости, улыбалась редко, говорила по делу и никогда не опускалась до сплетен. Со стороны она казалась обыкновенной и даже немного скучной работницей аукциона, фигурой предельно заурядной. Оттого лишь удивительнее было узнавать о других гранях ее личности. Первый советник главы могущественного ордена, контролирующего баланс добра и зла по всему миру. Разве так бывает?! Еще утром Эмили расхохоталась бы в ответ на подобное заявление, а теперь… А теперь это единственная правда, которая у нее была.

«Как такое возможно?» – раз за разом проносилось в мыслях по пути домой. Пояснить, увы, некому. Единственный человек, способный развеять сомнения, обратился в пепел и теперь покоится в колумбарии. О невысокой смуглой женщине с пронзительным взглядом напоминали только альбом с фотографиями и скорбь. Сегодня к этому чувству прибавились отчаянная жажда мести и острая, разъедающая изнутри злость. Удерживать этот адский коктейль в себе оставалось недолго. В обозримом будущем Габен узнает имя чудовища, отнявшего у нее самое дорогое: любимую и любящую мать. Подонок сдохнет в муках, и даже легион демонов не встанет на пути у осиротевшей девчонки. Это лишь вопрос времени.

Эмили толкнула узкую деревянную дверь, ведущую в подъезд. Уткнувшись в телефон, она проследовала до лифта и нажала кнопку вызова. Скрипучая кабина с шумом двинулась вниз. Параллельно тому где-то позади раздался невыразительный скрип. Некто вошел вслед за Габен, но не спешил приблизиться. Осознав это, девушка напряглась. Скользкое чувство опасности помутило взор. Вовремя собравшись, Габен заблокировала смартфон, превратив его экран в некое подобие зеркала. Серая поверхность дисплея отразила высокую, худощавую фигуру. Мужчина прятался в тени, но все еще хорошо просматривался…

Подъемник прибыл на нулевой этаж (на это указал короткий звуковой сигнал). Эмили открыла створки и скользнула внутрь. Притаившийся во тьме незнакомец зашагал вперед. В панике девушка нажала кнопку четвертого этажа и ногой заблокировала вход. Счет времени шел на секунды… Неспешное движение вверх принесло мимолетное облегчение, хотя Габен продолжала отчетливо слышать, как преследователь мчится вверх по лестничным пролетам. Его шумное, ритмичное дыхание заставило съежиться и еще крепче сжать перцовый баллончик. Грубо дернувшись, лифт застыл на месте.

Сердце девушки так старательно качало кровь, что в голове образовался настойчивый гул. Он скрыл посторонние звуки. Пульсирующие виски и сухость во рту… «Это наверняка чертов вампир! Готье предупреждал об опасности», – рассудила Эмили, пытаясь дышать глубоко. За пределами кабины, кажется, было тихо. «Может быть, это все мое воображение, распаленное историями о нечисти? – замерцала тусклая надежда. – Или же это убийца мамы явился, чтобы завершить свои грязные дела?! Вот сейчас и узнаем!»

Стоять на месте, ожидая нападения, было худшей из тактик. Габен выскочила наружу, боязливо огляделась. Указательный палец готовился произвести одно простое действие. Так получится выиграть несколько секунд для бегства или атаки. «Лучший бой – тот, который не состоялся!» – любил повторять тренер девушки по карате. В то же время, если схватки не избежать, нужно бить первой. Прикинув различные варианты, Эмили выхватила связку ключей и рванула в сторону своей квартиры. Дрожащая рука, как назло, не попадала ключом в скважину… Когда же это случилось, тень неизвестного вновь мелькнула за спиной. Предательски заклинивший замок обрек на бой. Тогда дочь Халимы решила биться до последнего. Жуткий силуэт, словно прочитав мысли жертвы, снова замер. Габен дрожала всем телом, заключая баллончик в кулак. Распылять его в замкнутых пространствах нет смысла, плохо станет обоим, сейчас он сгодится только как утяжелитель.

Вражеская фигура застыла, словно выжидая чего-то. Противник не шевелился и, казалось, не дышал, походя на забытый в коридоре манекен. Наконец его рука дернулась в попытке схватить лацкан пиджака. Девушка ловко уклонилась и следующим движением нанесла мощный удар в живот, от которого злодей повалился на пол, но тут же поднялся на ноги как ни в чем не бывало… Точно хищный паук, он перебегал то влево, то вправо, готовясь к новой атаке. «Добыча», не на шутку разозлилась, сделала новый выпад, чиркнув укрепленным кулаком по носу нападавшего. Будь тот менее расторопен, дело бы кончилось верным нокаутом.

– Давай, дерись со мной, урод! – остервенело шипела девушка, вновь занося кулак.

Тень сделала невесомое сальто назад и, приземлившись, выставила открытую ладонь вперед со словами:

– Спокойно… Это всего лишь проверка! Не бойся… Ты отлично справилась!

По-прежнему не теряя бдительности, Габен достала телефон и включила фонарик, пролив холодный свет на того, кто скрывался во мраке. Избавившись от балаклавы, парень, с виду ровесник Эмили, широко улыбнулся ей. Он задрал руки вверх, как преступник, готовый сдаться полиции.

– Кто тебя послал?

Оглядевшись по сторонам, мальчишка шепотом произнес:

– Мсье Паскаль. Сегодня утром ты была на собеседовании. Считай, что это один из его этапов… Кстати, я Жак!

Облегчение прохладной волной обдало тело Эмили. Громко выдохнув, она продолжила вертеть ключ в замке. В этот раз дверь открылась с первой попытки.

– Могу я войти? – скромно поинтересовался юноша из-за спины.

– Это обязательно? – Габен устало обернулась, притягивая дверь.

– Вовсе нет. Просто хотел познакомиться! Думаю, у нас много общего. К тому же меня назначили твоим телохранителем до тех пор, пока ты не получишь серебряный крест и не станешь полноценным охотником…

– А пулю? – усмехнулась девушка.

– Что, прости?

– А пулю мне тоже выдадут? Для полного набора. Или это следующий этап? – впустив коллегу, Эмили закрыла дверь на все замки.

– Если ты про название, то не бери в голову! Серебряный крест – это всего лишь символ, знак твоей принадлежности к ордену. В сущности, это кулон… Вот такой! – улыбнулся Жак, вытянув из горловины рубашки украшение. – Такой же кулон, только с пулей, выдают охотникам на оборотней, но это совершенно другой отдел, с его членами даже я не знаком. Их имена не рассекречиваются.

– Вообще это была шутка, но спасибо за информацию. Учту, – равнодушно бросила Габен и забралась на диван в обуви.

– Извини, что напугал. Прежде чем взять тебя под защиту, нужно было понять, на что ты способна самостоятельно, – виновато произнес Жак и почесал затылок.

– Каков твой вердикт?

– Ты отличный боец. Хотя у меня будет несколько рекомендаций. Но это потом. Сейчас отдыхай, слишком много всего за один день. Если вдруг услышишь что-то подозрительное или понадобится помощь – я в коридоре, – парень нехотя двинулся в сторону двери.

– Нет. Глупости. Останься. Негоже моему «брату» слоняться под соседскими дверями. Это невежливо с моей стороны, – пробубнила Габен, распустила кудрявые волосы и взъерошила их пальцами. – К тому же, если нарвешься на мадам Виардо, она тебя взгреет – глазом не успеешь моргнуть… У нее тяжелая рука и длиннющий костыль!

Начинающий телохранитель смущенно улыбнулся. Очевидно, задержаться в квартире подольше было его изначальным планом, но Эмили оказалась не против. Особенно теперь, когда она официально стала врагом всей парижской нечисти.

– В холодильнике есть паста. Она вчерашняя, но еще ничего. Если хочешь, достань из морозилки упаковку котлет. Плиту ты уже заметил, масло в шкафчике над ней. Разберешься! – дежурно проинструктировала Габен нежданного гостя. – Мне нужно принять душ и, возможно, немного поспать. Надеюсь, ты не против.

Молодой человек одобрительно кивнул и отвернулся. Хозяйка жилища не пыталась с ним любезничать, но и этого было вполне достаточно… Для начала. Дерзкая метиска с кожей цвета корицы и большими черными глазами, сама того не ведая, привлекла внимание мальчишки, едва переступив порог офиса. Тогда оставалось лишь наблюдать за красавицей сквозь стеклянную перегородку. И вот пару часов спустя он уже сидел на диване в ее гостиной. «Как же быстро я перешел на вторую базу!» – улыбнулся себе в мыслях Жак и включил телевизор. Неизвестный канал транслировал фильм-сказку, где прекрасная бледная королева управляла целым государством, в котором все было сделано из глины…