Двери скоростного лифта бесшумно разъехались в стороны на двенадцатом этаже сияющего бизнес-центра на манер тех, что заполонили улицы Нью-Йорка. Высокая подтянутая девушка сделала шаг вперед и растерянно огляделась, сверившись с информацией на потрепанной визитке. По ту сторону загородок располагался широкий ресепшен, за которым то и дело мелькал строгий пучок светлых волос. Неуверенно двинувшись вперед, гостья заставила преграды расступиться. Молодая секретарша тут же показалась в полный рост. Дежурно улыбнувшись, она спросила:

– Чем я могу помочь?

– Я… я на собеседование. Мне назначено на 11. Пришла чуть заранее, боялась опоздать.

– Вы, должно быть, к Арману! Это наш менеджер по работе с персоналом. Одну минутку, сейчас я ему позвоню, – затараторила блондинка, прикладывая к уху телефонную трубку.

– Вообще-то я здесь по приглашению мсье Паскаля, – тихо, но довольно уверенно произнесла девушка – Меня зовут Эмили Габен.

Работница удивленно округлила глаза и положила трубку. В ее лице читалось искреннее недоумение.

– Вы уверены? Вам назначена встреча с мсье Паскалем?

– Именно так, – улыбнулась Эмили, предъявив засаленную карточку, на которой красовалось соответствующее имя.

– О, прошу прощения! Присядьте! Я подготовлю переговорную, одну минутку! – рассыпалась в любезностях блондинка, стремительно исчезая в неизвестном направлении – Желаете кофе или чая? – произнесла она откуда-то из-за угла.

– Кофе. Черный. Без сливок и без сахара, – отрезала Габен, приземлившись на пышный кожаный диван.

Вскоре ей предложили переместиться в комнату со стеклянными стенами и панорамным окном. Внимательно изучая предметы, находящиеся в переговорной, Эмили Габен недоумевала. К чему все эти почести? Она простая девчонка, что претендует на роль ассистента менеджера. Или нет? Ощущение тревоги нарастало по мере того, как в памяти одна за другой всплывали истории про дряхлых любителей поохотиться на свежее мясо… Эти толстосумы думают, что у всего и всех есть ценник. Черта с два! Если хоть один намек на непристойность прозвучит из уст мсье Паскаля, Эмили демонстративно встанет и уйдет. Именно так она решила, нервно постукивая карандашом по стеклянной поверхности стола. Мутные голоса, зазвучавшие поблизости, вынудили перевести взгляд на дверь. Знакомый мужчина решительно приближался. В руках у него была толстая папка в черном переплете. От волнения пересохло в горле. Бодро ворвавшись в кабинет, глава аукционного дома занял высокое, глянцевое кресло напротив.

– Мадемуазель Габен! Как я рад вас видеть! – белоснежная, сухая улыбка расползлась на все лицо мужчины, сделав его еще более морщинистым. – До последнего не верил, что вы появитесь!

– Здравствуйте, мсье Паскаль. Честно говоря, я тоже сомневалась. Слишком мало времени прошло с… ну вы и сами знаете, с какого момента, – Эмили грустно улыбнулась, но продолжила: – Да и опыта у меня совсем никакого, врать не стану. Впрочем, учусь я быстро. Как говорится, схватываю на лету.

– Полно, Эмили! Я уверен, что вы уже все умеете… – таинственно произнес Паскаль, подперев рукой подбородок. – И да, зовите меня просто Готье, если не трудно.

– Знаете… Кажется, я вас неправильно поняла. Я пойду, пожалуй! – потупив взгляд, девушка, схватила сумочку.

– Прошу вас, мадемуазель Габен! Думаю, вы действительно неправильно меня поняли. Наша встреча состоялась, потому что я с глубоким почтением относился к вашей матери. Простите мне эту бестактность и напористость. Здесь, в пределах нашей компании, мы существуем как одна большая семья, но ничего больше! Клянусь вам.

Эмили застыла. После недолгих раздумий она вернулась на место и довольно строго спросила:

– Могу ли узнать, кого конкретно вы ищете? И насчет оклада, если это уместно в данный момент…

Мужчина довольно улыбнулся, прикусив карандаш. Его дружелюбный вид располагал к общению, но в то же время сложно было отделаться от липкого ощущения, что в его словах кроется подвох.

– С радостью введу вас в курс дела, милая Эмили, но для начала признаюсь, я немного слукавил, пригласив вас на роль помощницы. Подобной вакансии у нас нет.

– Я догадалась, – ухмыльнулась Эмили, и взгляд ее переключился на дверь.

В переговорную вошла блондинка с ресепшена и опустила перед гостьей блюдце с черным кофе и двумя крошечными печеньями. Расплывшись в предельно фальшивой улыбке, она покинула комнату.

– Это Брижит. Вы уже знакомы. Пусть ее нервозность вас не смущает. Просто она хотела оказаться на вашем месте. Давно об этом мечтает, насколько я помню.

– Что вы говорите… – недоверчиво протянула Эмили, отхлебнув кофе. – И что же за место такое? Может быть, откроете страшный секрет?

– Конечно. Именно за этим вы здесь. Но тогда мне придется отвести вас кое-куда. Только не пугайтесь, там нет дневного света.

– Мсье Паскаль!

– Готье!

– Хорошо, Готье… Надеюсь, что наши ожидания от встречи совпадают и мы не тратим время друг друга зря.

– Абсолютно в этом уверен! – подмигнул мужчина и, набрав четырехзначный код в мобильном, поднялся на ноги.

Книжный шкаф, что на деле оказался декорацией, плавно отполз в сторону, обнажив темный, узкий коридор. Эмили удивленно наблюдала за происходящим. Все это напоминало эпизод из шпионского детектива и меньше всего походило на собеседование. Готье, слегка пригнувшись, скрылся во мраке тайного хода, бросив напоследок: «Следуйте за мной!» Поразмыслив секунду, девушка вынула из сумочки газовый баллончик, спрятала его в кармане джинсов и двинулась вслед за потенциальным работодателем. Коридор был таким узким, что в нем запросто могла развиться клаустрофобия. К счастью, довольно быстро он кончился.

Эмили оказалась на пороге большого и мрачного помещения, в котором стоял аномальный холод. Слабое искусственное освещение заморгало, и взору открылось пространство, напоминавшее классную комнату в частном лицее. Старомодная мебель, антиквариат, корешки неизвестных книг, учительский стол, за которым располагалась доска и с десяток индивидуальных парт, выстроенных в два ряда. Единственное, что никак не вписывалось в классический интерьер, – это современный винный холодильник, спрятанный в дальнем углу. Мсье Паскаль в очередной раз набрал код в телефоне, и, судя по звуку, книжный шкаф в конце коридора вернулся на место, отрезав путь к отступлению. Эмили всерьез занервничала, ее рука инстинктивно упала на передний карман, в котором хранилось средство самообороны.

– Не бойтесь меня, мадемуазель. Я был другом вашей матери, теперь я ваш друг. И если сегодня мы сумеем обо всем договориться, стану надежным покровителем на долгие годы… Избавлю от материальных трудностей и приобщу к великому делу! – без тени улыбки произнес Готье, направляясь к винному холодильнику.

– Мне казалось, вы владелец аукционного дома.

– Так и есть! Чистая правда. Но это лишь часть моей жизни. То, что видят люди. Вернее, то, что я позволяю им видеть. – Откупорив бутылку Шардоне, мужчина наполнил бокал и продолжил: – Скажите, милая Эмили, вы верите в существование потусторонних сил?

Собеседница обескураженно заморгала, пытаясь понять, шутит ли Паскаль или говорит с ней серьезно. Поймав его острый, сосредоточенный взгляд, Габен развела руками:

– Ну, можно сказать и так. Моя мать родом из Алжира, я все детство слушала про всякую всячину.

– Мне неинтересно, какие сказки вам рассказывали на ночь. Я спросил: верите ли вы в существование потусторонних сил?

– Что конкретно вы имеете в виду? – напряженно выдавила девчонка и собрала пышные волосы в хвост.

– Я говорю о духах, зомби, оборотнях… вампирах. – Владелец аукциона пригубил вино и разместился за одной из парт.

– На этой грешной земле найдется место чему угодно, но я склонна верить только в то, что видела собственными глазами. Поэтому скорее нет, чем да.

– Что же, неплохой аргумент. Но тут рождается несостыковка. Эмили, вы ведь знаете, как умерла ваша мать?

– Она… она стала жертвой нападения. Неизвестный подкараулил ее в переулке и нанес удары колюще-режущим предметом, – дрожь в голосе девушки нарастала.

– Все верно, но это лишь официальная версия событий. То, что фигурировало в СМИ. Только ведь вы нашли ее первой. Видели тело до вскрытия, всех этих бумажек и заключений… Так? – поинтересовался Готье, избавившись от очков.

– Не понимаю… Зачем это обсуждать? Мне больно от одних воспоминаний!

– Коль так, вы можете покинуть это помещение прямо сейчас. Я не держу. Но если вы хотите отомстить за смерть родного человека, я также не стану препятствовать. Мы оба знаем, что полиции плевать. Они поставили крест на этом деле и никого не ищут. Убийца на свободе. Живет себе спокойно и, вероятно, множит злодеяния.

В комнате повисла гнетущая тишина, но продлилась она недолго.

– Постоянно об этом думаю. Ненавижу! Я ненавижу ублюдка, который убил маму! Если бы я знала, как его найти… Порвала бы эту тварь голыми руками! – Эмили больше не сдерживала слез. – Она лежала там, на земле. Такая бледная, с синими губами… А ее лицо! Господи, оно снится мне каждую ночь… Какого хрена! Налейте мне выпить! – хрипло выдала девушка, закрыв лицо ладонями и разревевшись.

Готье поспешил исполнить желание гостьи. Наполнив новый бокал, он приблизился к Эмили и опустил руку на ее сотрясающееся плечо.

– Ну-ну, девочка! Полно! Час отмщения близок. Я и мои люди знаем, как выйти на убийцу. Но ты должна понимать кое-что.

Габен залпом осушила фужер. Закашлявшись, она утерла нос, наспех смахнула слезы и приготовилась слушать.

– Тот, кто лишил жизни твою маму, не человек. Я расскажу обо всем по порядку, только не перебивай. Договорились? – Готье дождался одобрительного кивка, продолжил: – Дело в том, что люди и звери – не единственные существа, населяющие планету. Есть и другие… Те, кто воплощает собой худшие качества обоих видов. Чудовища, которые прячутся по ту сторону кулис. Создания, проклятые Господом. Монстры, с которыми мы существуем бок о бок, сами того не зная! Да-да, девочка моя, этот мир полон отвратительных гадов. Все они очень разные, но цель их существования одна – возвыситься над родом человеческим и повергнуть мир в хаос. Чтобы не дать преисподней разверзнуться, существуем мы.

– Вы? – Эмили испуганно поджала губы.

– Орден «Креста и Пули». Старейшее братство, истребляющее нечисть. Наша задача – избавлять города от скверны и спасать людей из лап богомерзких тварей.

– Мне казалось, что все это – городские легенды…

– Нет, дитя. Это чистая правда. Хотя версию с городскими легендами придумали мы. Обыватели не должны знать о нашем существовании ради их же собственной безопасности.

– Но ведь я тоже обыватель, – пожала плечами девушка.

– Заблуждаешься. Ты дочь Халимы, моей ближайшей соратницы и одной из выдающихся сестер ордена. Это уже немало! К тому же мы давно ведем за тобой наблюдение. Блестящий ум, отличная физическая подготовка… Другими словами, достойная замена матери! Вопрос только в том, хочешь ли ты того же, чего хотела она? – Готье сел напротив, скрестив на груди руки.

– А чего она желала? – шмыгнула носом Габен и напряглась в ожидании ответа.

– Халима видела тебя частью нашего сообщества.

– Тогда почему она скрывала правду о себе? Все так запутанно… Откуда мне знать, что вам можно верить?

– Она ждала подходящего момента, чтобы открыться. Существование ордена – тайна за семью печатями. Об этом никто не должен знать. Иначе под угрозой окажется, без преувеличения, весь мир, – тихо произнес Паскаль и правой рукой нырнул во внутренний карман пиджака – А что насчет доверия – я не стану произносить громких слов. За человека должны говорить его поступки… Впрочем, твоя мама доверяла мне. А я доверял ей, – мужчина протянул старую фотокарточку, на которой Халима и Готье были запечатлены вместе, в компании неизвестных, в этом самом кабинете.

Девчонка жадно схватила снимок и едва сдержалась, чтобы вновь не заплакать. Неизвестное изображение матери казалось настоящим сокровищем. Его хотелось расцеловать и забрать себе. Но Эмили осеклась. Вдоволь налюбовавшись, она вернула фото владельцу. Невиданная доселе уверенность зажглась в ее душе спокойным, ровным пламенем. Таким же стало дыхание.

– А теперь я хочу спросить… Ты готова вступить в наши ряды? – сосредоточенно произнес мужчина.

– Да! – без раздумий ответила Эмили.

– Ты хочешь отомстить за смерть матери? Хочешь узнать имя той твари, что отправила ее в могилу?!

– Да! Да! Да! – выкрикивала девушка, до боли сжимая кулаки.

– Отлично. Я не сомневался в твоем решении. Дочь Халимы не могла поступить иначе, – Готье протянул крупную ладонь, рукопожатием скрепив устный договор.

Сердце Эмили трепетало от радости. Теперь она четко видела будущее и свое место в нем.